Остров таких далеких сокровищ! (джен)

В ту ночь Элуис снился странный сон

Ей снился остров — но не тот, который они искали, а другой — фантастический, невозможный. Горы его были сложены из чистого золота, песок на берегу переливался бриллиантовой крошкой, а деревья роняли вместо листьев изумруды. Всё вокруг сияло, переливалось, слепило глаза — красиво, неестественно, и по-детски сказочно.

— Мама, мама, смотри! — кричал Джим, бегая по золотому берегу босиком. Он был маленький, как в те времена, когда они жили все вместе в «Адмирале Бенбоу», и отец ещё не ушёл в море навсегда.

Мать стояла рядом, улыбаясь. На ней было то самое синее платье с кружевным воротником, которое она надевала только по воскресеньям и в церковь.

— Мама, — сказала Элуис, подходя к ней. — Теперь мы купим новый «Адмирал Бенбоу», он будет в несколько раз больше! И у нас всегда будут посетители, богатые джентльмены прямо из Лондона!

— Конечно, милая, — мать погладила её по голове. — Всё будет хорошо.

Элуис оглянулась. Рядом, на склоне золотой горы, росли цветы. Необычные — сияющие, переливающиеся всеми цветами радуги, как маленькие солнца. Она сорвала один, самый красивый, и протянула матери.

— Это тебе!

— Спасибо, доченька.

На вершине горы показалась знакомая фигура. Высокая, широкоплечая, опирающаяся на костыль.

Сильвер стоял, одетый в белый чистый фартук, и мешал ложкой суп в золотом сияющем котле

— Элуис! — позвал Сильвер, маша рукой. — Золотой суп готов! Иди есть!

— Сейчас иду, Сильвер! — крикнула Элуис ему, а потом повернулась к матери

— Я вам познакомлю! Это Джон Сильвер! Он кок на «Испаньоле». Самый смелый, самый храбрый, самый хороший тоже! Настоящий мужчина. Как отец!

— Как отец? — переспросила мать, и в её голосе послышалось что-то странное.

— Да, — кивнула Элуис. — Он защищал меня, и даже спас мне жизнь!

— Элуис! — снова позвал Сильвер. — Иди же, сейчас остынет!

— Иду!

Она побежала к нему по дорожке из золота. Ноги не скользили, ветер свистел в ушах, и сердце билось радостно, легко

И вдруг дорожка резко оборвалась.

Элуис оступилась, взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие — и полетела вниз, в чёрную, холодную пустоту. Мать, Джим, Сильвер — все они смотрели на неё сверху, но их лица менялись, искажались, превращаясь в страшные маски. Рты растягивались в зловещих улыбках, глаза заливались чернотой, руки тянулись к ней, чтобы столкнуть ещё глубже.

— Нет! — закричала Элуис так громко что заложило уши

Бац!

В следующее мгновение она упала.

— Ох...

Её словно окатили ледяной водой, и Элуис открыла глаза. Кажется, во сне она свалилась с постели и теперь лежала на полу.

Держась рукой за голову, она села, прислонившись к кровати.

— Приснится же такая чушь... — сонным голосом пробормотала она — Скелет? Ты спишь?

Она повернулась к котёнку. Тот всё ещё лежал клубочком, тихо посапывая носом — его бока равномерно поднимались и опускались.

— Есть чертовски хочется... — Элуис вздохнула и поднялась на ноги — Пойду яблок поем...

Элуис вышла на палубу и поёжилась от холода, когда резкий порыв ветра забрался ей под воротник.

Как-никак, а ночи даже подле экватора были коварными и холодными.

На палубе было тихо. Луна освещала доски, мачты, свёрнутые паруса, отбрасывая длинные, причудливые тени. Где-то на корме мелькнул силуэт часового, но он стоял к ней спиной и не заметил её.

Элуис снова зевнула и направилась к бочке с яблоками, где они обычно проводили с Сильвером долгие вечера. Откинув мешковину, она увидела в бочке осталось только одно яблоко. Чтобы достать его из глубокой бочки, Элуис пришлось перевеситься через её край, но она не удержала равновесия и упала внутрь.

— Уй-й... Больно...

Пробормотала она, потирая рукой затылок.

Сидя в темноте, Элуис чувствовала, как волны мирно покачивали корабль, и плеск воды убаюкивал её. Съев последнее яблоко, она положила голову на колени и закрыла глаза.

Кажется, так прошло несколько минут

Вдруг ей показалось, что рядом раздались чьи-то шаги. Она немного нахмурилась, открывая заспанные глаза. Где-то в стороне отчётливо слышались чьи-то голоса.

Элуис зевнула и уже собралась вылезти из бочки, но вдруг что-то заставило её замереть на месте. Прозвучал голос рулевого Хэндса. Да, безусловно, это был его голос. Элуис не хотелось попадаться мужчине на глаза ночью.

Тогда, осторожно перевернувшись на другой бок, она прислушалась.

— Ладно, — сказал Хэндс. — Хватит болтать. Джентльмены, — он повысил голос, обращаясь к кому-то, стоящему в стороне. — Помните, мы собрались здесь, чтобы напомнить все еще раз. Билли Бонс действительно был штурманом, а Флинт капитаном.

Тогда Элуис увидела небольшую щель в бочке, через которую вполне можно было смотреть на палубу. Прильнув к ней, она увидела группу людей.

Голос Хэндса продолжал раздаваться в полной тишине.

— Были ещё слепой Пью, Чёрный Пёс, Длинный Джек... тоже отъявленные смельчаки!

На миг тишина. Элуис смотрела на них, затаив дыхание. Ей были видны только силуэты, так что девушка не понимала, сколько их и весь ли это экипаж.

— Верно я говорю, босс?

— Да.

Раздался в темноте спокойный, невозмутимый голос.

— Всё верно.

Элуис застыла на месте. В её желудке предательски похолодело, а дыхание сорвалось. Она лежала на дне бочки, и руки её еле заметно подрагивали. В этот миг луна, которой будто бы тоже стало интересно, что происходит на «Испаньоле», выглянула из-за тёмных туч, осветив палубу.

Элуис приложила все усилия, чтобы сдержать неясный вскрик недоумения. На миг луна осветила силуэты людей — и Элуис сразу их узнала.

Она увидела Хэндса — рулевой сидел, прислонившись к баку, поигрывая в руках острым рыбацким ножом. Рядом столпились остальные матросы — Андерсон, старый Морган, Джордж Мэрри, словом, все, кроме капитана, доктора и сквайра. Поодаль от остальных она заметила Грея, стоящего в тени, прислонившегося к планширу, скрестив руки на груди. В сидящей на полу, дрожащей фигурке она узнала Паппи — на лице молодого матроса был написан страх, его руки тряслись, будто в судороге.

Но главное — да, самое главное, к чему взгляд Элуис был прикован дольше остальных, была высокая широкоплечая фигура с костылём под мышкой и верным попугаем на плече. Сильвер стоял, облокотившись свободным локтем об перила, а другую руку засунув в карман. Выглядел он так же спокойно и уверенно, как всегда, и казалось, ничего в нём не изменилось, но... Она почувствовала, что из неё будто бы вышибли воздух.

Пошатнувшись и сильнее впившись руками в сухую древесину, Элуис попыталась остановить накативший на неё холодной волной страх. Сначало она и вправду подумала, что это сон, и даже, сжав руку в кулак и ударила ею себя по голове. Очень ощутимая, пусть и не сильная боль пронзила её затылок.

Не может быть... Просто не верится! Она отчётливо слышала биение собственного сердца, эхом отдающегося в голове.

Она вновь прильнула к небольшой трещине в бочке, через которую внутрь сочился ленивый тусклый лунный свет. Её зрачок расширился.

— Флинт был нашим капитаном. Билли Бонс сначала штурманом, а затем первым помощником. А Сильвер был у нас квартирмейстером. Вместе со стариком Флинтом мы бороздили моря на своём старом верном «Морже», и тогда Флинт собрал все деньги, что заполучили мы и спрятал их на острове, куда мы плывём. Поэтому справедливо, что мы хотим их заполучить. Мы имеем полное право.

Голос Израиля Хэндса звучал тихо и гулко отдавался в голове Элуис.

— Верно, босс?

Разбойник снова поднял голову на стоящего над ним человека.

— Продолжай, Хэндс.

Элуис судорожно схватила ещё один глоток воздуха, услышав этот полный холодной стали голос, который ещё совсем недавно казался ей таким знакомым и добрым.

— Наш план был готов ещё до отхода. Он позволял этому идиоту Трелони довести нас до самого острова. Тогда мы бы напали на них и разделили награбленное. Ведь это было бы по справедливости к нам? Верно?

Обратился Хэндс к молодому матросу. Тот дрожа всем телом кивнул:

— Д-да-да конечно это абсолютно справедливо!

Он нервно захихикал.

Но в следующий момент нож который Хэндс держал в руках оказался крепко воткнут в палубу прямо перед Паппи. Тот вскрикнул:

— Итак Паппи Чайка... — сказал Хэндс недобро улыбаясь... — Ты знаешь наш секрет. Значит теперь обязан к нам присоединиться...

— П-понял... — энергично закивал головой тот... — Я ваш... что бы вы не пожелали...

— Отлично — Хэндс довольно кивнул, и поднял голову на Сильвера — Вот, босс. С ним нас ровно двадцать

Сильвер задумчиво посмотрел на Паппи из под густых бровей, и кивнул. Наклонившись вперёд, он коснулся рукой плеча матроса, и тихо сказал:

— Вложи сердце в работу, Паппи. И получишь хорошую долю.

Элуис сидела в бочке, уперевшись руками в дно, и просто пыталась дышать

Слезы градом текли по её щекам, и она даже не пыталась их контролировать — ей было не до этого

Руки невольно сжались в кулаки, так что

побелели костяшки пальцев

«Не может быть... Не может быть...»

Казалось, даже мысли её рыдали, настолько они были прерывисты

«Что бы Сильвер... мой друг, Джон Сильвер...»

Она обхватила сама себя руками, и казалось тяжесть осознания пригнала её к земле

«Он и есть тот трехклятый одноногий, которого боялся Билли Бонс...»

— И да, кстати, насчёт этой девчонки...

Прокряхтел старый Морган, недобро щурясь.

— Кажется, она может быть полезной. Она вроде дружна с этими важными птицами — сквайром и доктором, и думаю если ты скажешь ей...

— Заткнись.

Голос Сильвера прозвучал негромко, но таким тоном, что старый моряк тут же замолчал.

— Не болтайте нелепостей о Хокинс Подчиняться моим приказам — вот ваша задача.

— Понял, капитан...

Элуис дрожала всем телом, впившись пальцами в древесину.

— Проголодался я — тихо сказал Сильвер — Паппи Чайка.

— Д-да?

Поднял голову матрос.

— Принеси мне пару яблок из бочки.

— Хорошо, босс...

Элуис словно окатили ледяной водой — она поняла, что сейчас её обнаружат.

Услышав приближающиеся шаги Паппи, она замерла от страха. Она хотела выпрыгнуть из бочки и броситься бежать прочь, но казалось, ноги и руки её отказались ей служить, и она могла только беспомощно ждать.

И вот, когда она уже почувствовала, как Паппи вот-вот возьмётся рукой за край бочки, раздался громкий крик с вахты:

— Земля-я!

Паппи, как и все остальные, повернулись на крик. Из-за морской утренней дымки, стелющейся на воде, тёмным величавым силуэтом выступил остров.

Вся палуба загремела от топота. Элуис слышала, как люди выбегали из кают и из кубрика, облепляя борта.

Остров Сокровищ наконец-то выступил перед ними...

--

Воспользовавшись всеобщей суматохой, Элуис выскочила из бочки, стараясь не привлекать чужого внимания.

Вся команда уже собралась на наветренной скуле, глядя на остров. Туман уже почти рассеялся, и остров можно было разглядеть. Элуис увидела два низких холма на достаточно большом расстоянии друг от друга, а за ними — третий, высокий, ещё укутанный толстым слоем тумана.

Элуис смотрела на остров словно сквозь сон — всё ещё никак не придя в себя от недавнего ужаса. Затем она услышала голос капитана Смоллетта.

— Ребята! — говорил он громко, обращаясь к команде — Вы видите перед собой землю. Эта земля — и есть цель нашей экспедиции. Но, хочу повторить — наше путешествие ещё далеко не закончено. Я и впредь прошу от вас силы и прежней дисциплины.

— Но сегодня — мы можем отступить от жёстких правил! — добавил сквайр Трелони— И поэтому предлагаю принести из трюма большую бочку рома!

Столпившиеся внизу матросы радостно зашумели.

— Ром!

— Давно уже пора!

Сильвер выступил вперёд и поднял руку.

— Ура капитану Смоллетту и адмиралу Трелони! — громко сказал он, и все матросы дружно крикнули «Ура!».

Через полчаса экипаж гулял вовсю. Большой бочки рома, выкаченной из трюмового отсека, хватило всем. Палуба наполнилась смехом, топотом, криками и пением.

«Пятнадцать человек на сундук мертвеца!»

Пели матросы на палубе, и Элуис, сидящей в своей каюте на кровати, было слышно их так, словно они пели ей на ухо.

«Йо-хо-хо! И бутылка рома!»

Она стёрла с щеки очередную слезу, не дав ей стечь по подбородку.

«Пей, и дьявол тебя доведёт до конца!»

«Замолчите... Пожалуйста, я прошу, замолчите все...»

— Чёрт...

Тихо выругалась Элуис. Скелет, сидящий около неё, в недоумении смотрел на свою хозяйку.

Йо-хо-хо... и бутылка...

Элуис вскочила на ноги и что было силы ударила кулаком по стене, так что доски задрожали а костяшки болезненно хрустнули

— Старый мошенник! Негодяй! Лжец! Вот каков ты на самом деле!!! — вскричала она. Скелет протяжно мяукнул ей в ответ — Ничего мне не сказал! Ни-че-го!

Она обхватила голову руками, стараясь выровнять собственное сбившееся дыхание.

— Дьявол...

Прошептала она и замолкла.

Лёгкие волны сотрясали каюту, и казалось, всё оставалось ровно таким, каким было вчера или позавчера. Но Элуис уже было не обмануть.

Она выпрямилась, сгоняя остатки оцепенения.

— Решено, Скелет — сказала она — Мы всё расскажем. Это наш долг.

— Мяу-у — протянул котёнок, облизывая лапу.

— Думаешь, я не должна? Глупости! Считаешь, мне не поверят? Доктор Ливси и сквайр Трелони должны поверить! — она с силой стёрла остатки слёз — Между нами с Сильвером больше ничего нет. Мне ничего не помешает.

И она, решительно хлопнув за собой дверью, направилась в капитанскую каюту.

— Хокинс? Входи.

Раздался голос капитана Смоллетта, когда она, подойдя к его каюте, тихо постучала в дверь.

Прерывисто вздохнув, она дёрнула ручку и вошла в каюту. Капитан стоял около стола с трубкой в руке. За столом сидели сквайр Трелони и доктор Ливси. Когда она зашла, мужчины с немым вопросом посмотрели на неё.

Девушка замерла на месте, в волнении сжав края своего костюма в руках.

— Ну же, Элуис.

Ободряющим, спокойным голосом сказал доктор Ливси.

Элуис сделала глубокий вдох...

--

Большая люстра покачивалась из стороны в сторону от лёгких волн, ударяющихся о корму корабля. Каюту немного накренило в сторону.

— Элуис... Ты уверена? То есть, ты точно понимаешь, что говоришь? Ты...

Ливси успокаивающе положил руку на плечо сквайра.

— Успокойтесь, Трелони — сказал он — Элуис просто сообщила о том, что слышала. Она проявила большую храбрость.

Элуис стояла молча, закусив губу. Мистер Трелони вздохнул и опустился на стул.

— Да, доктор, вы правы — сказал он — Элуис, присядь.

Девушка кивнула и села на стул напротив мужчин.

— Капитан Смоллетт — Трелони повернулся к мужчине — Вы были правы — а я не прав. Признаю себя полным ослом — и жду ваших дальнейших указаний.

Капитан молча смотрел перед собой, склонившись над столом, уперевшись в него руками.

— Я такой же осёл, как и вы, сэр — подняв голову, сказал он — Когда экипаж планирует мятеж — должны быть знаки. Но эта команда обманула меня.

— Вас обманул Сильвер — возразил доктор Ливси, закуривая трубку — Во всём случившемся виноват он. Удивительный человек.

— И ему удивительно пристало бы болтаться на рее.

Возразил мистер Смоллетт и скрестил руки на груди.

— И надо же подумать, что они все — англичане! — возмущённо сказал адмирал Трелони — Клянусь честью, сэр, мне сейчас хочется весь корабль пустить на воздух!

— Я согласен — кивнул Смоллетт — Но сейчас нужно подумать о другом. Ни в коем случае нельзя показывать им, что мы знаем об их замыслах — иначе они нападут сразу же. А так они, как сказала Хокинс, нападают только после того, как сокровища будут найдены и доставлены на корабль. Верно?

Элуис кивнула.

— Так сказал рулевой Хэндс.

Повторила она. Капитан кивнул.

— Хорошо. Значит, у нас есть время подготовиться.

— Для начала нужно понять, сколько на корабле верных нам людей — задумчиво сказал доктор Ливси, набивая трубку — Вероятно, те, кого мистер Трелони нанял сам, без рекомендации Сильвера.

— Нет — возразил сквайр — Я и Хэндса нанял сам.

— На кого же мы можем рассчитывать?

— На моих слуг — без раздумий ответил Трелони — Я взял трёх егерей в наше плавание — Редрута, Джойса и Хантера.

Капитан задумчиво кивнул.

— И того — семеро человек, вместе с Хокинс

Он посмотрел на Элуис, и та молча и решительно кивнула.

— Тогда нужно ввести их в курс дела.

Решил доктор Ливси.

Через несколько минут в каюту были приглашены слуги сквайра — старый Редрут и двое молодых братьев, Джойс и Хантер, работающие у Трелони егерями.

К тому, что капитан поведал им, все трое отнеслись достаточно спокойно и сдержанно.

— Сделаем всё, что в наших силах.

Ответил за всех Джойс, и капитан кивнул.

— Хочу пояснить для всех несколько пунктов наших действий — его голос стал тише — Во-первых. Мы должны продолжать начатое — отступление нам отрезано. Стоит мне хотя бы слово сказать об возвращении, они тотчас же взбунтуются. Во-вторых, у нас ещё есть в запасе время — по крайней мере, пока не отыщем сокровища и не доставим их на «Испаньолу». В-третьих, что самое главное — мы не должны подавать виду, что знаем об их замыслах. Мы пока что ничего не можем предпринять — так как не знаем, кто из команды остался нам верен. Возможно, некоторые из них остались честными людьми и их насильно заставили примкнуть к шайке Сильвера. Так что соблюдать осторожность и ждать — вот всё, что я пока что могу предложить.

Все присутствующие кивнули, соглашаясь.

— Элуис — капитан Смоллетт повернулся к девушке, и та замерла.— Больше всего пользы можешь принести ты. Матросы не стесняются тебя, как нас, а ты — наблюдательная девочка. Сможешь узнать что-нибудь — сообщай нам немедленно.

— Хокинс, я вполне полагаюсь на тебя.

Прибавил сквайр Трелони.

Элуис ответила кивком головы.

— Я постараюсь — сказала она тихо

Итак, из двадцати шести человек они могли полностью положиться только на семерых, и одной из этих верных была девушка. Если считать только взрослых мужчин, их было шестеро против двадцати разбойников.

Возвращаясь в свою каюту и ложась в постель, Элуис ещё слышала в голове голос Трелони:

«Элуис, мы должны сделать всё возможное, чтобы не дать этому дьяволу победить».

Она опустила голову на подушку и закрыла глаза. По щеке на подушку скатилась одинокая слеза.

— Сделать всё...

Прошептала она.

— Всё возможное.

--

Тем временем на палубе матросы, напившись, начинали засыпать. Кто-то всё ещё продолжал тихо петь или смеяться, потягивая из кружек ром, а кто-то уже спал мёртвым сном, прислонившись к товарищу или балкам.

Только один человек не разделял с ними пьянку и стоял у кормы, задумчиво глядя на остров.

Это был Сильвер.

Простояв так немного, он развернулся и проковылял по палубе до фока, к которому, шатаясь с кружкой в руке, привалился боцман.

— Эй, Андерсон.

Тихо окликнул он мужчину.

Тот повернулся, поглядев на своего главаря.

— Не видел Элуис?

В ответ Андерсон слабо покачал головой, махнув рукою.

— Н-нет, не видел — пробормотал он и, оттолкнувшись от фока, шатаясь, зашагал прочь.

— Девчонка спустилась к себе в каюту.

Раздался пьяный громкий голос позади. Сильвер слегка повернул голову и увидел одного из матросов — громадного верзилу с множеством шрамов на оголённой груди.

— Чего это ты такой задумчивый, а? Не хочешь выпить? — продолжил мужчина.

— Привыкай, я такой часто — сказал Сильвер, развернувшись спиной к матросу.

— Эй, эй!

Мужчина поднял руку, и его ладонь опустилась на правое плечо Сильвера

— Я думал, ты со мной выпьешь, Окорок.

Хриплым голосом сказал он, и только ром, взыгравший в его голове, не дал ему понять всю опрометчивость его поступка.

Сильвер не напрягся — плечи его не дрогнули, а рука, держащая костыль, оставалась расслабленной.

— Отпусти — медленно сказал он.

— Что? — глупо переспросил верзила.

— Мне повторить? Убери руку с моего плеча.

В голосе одноногого появились холодные нотки, и он снова повернул голову на матроса.

Немигающий взгляд пронзительных синих глаз заставил руку матроса на плече Сильвера дрогнуть. В следующую секунду он молча убрал руку и отступил.

Сильвер невозмутимо развернулся, и его костыль размеренно застучал по палубе.

— Сильвер, постой! — крикнул ему вслед матрос — Мне нужно с тобой кое-что обсудить!

— Не интересует.

Холодным, равнодушным голосом, однако не терпящим ни одного возражения, прервал его Сильвер.

— Уходи! Уходи!

Закричал попугай на его плече, хлопая крыльями.

Мужчина ещё долго с оторопью наблюдал, как фигура Сильвера тает в темноте.