Цикл Неизбежности (джен)

Глядя на восстановленное «письмо с просьбой о помощи», Люмиан надолго погрузился в молчание.

Это не обязательно означало, что содержание письма было именно таким. В конце концов, если не слишком считаться с грамматикой, из этих слов можно было составить и другие предложения, например: «Людям вокруг нужно как можно скорее получить помощь, мы становимся всё страннее» и тому подобное. Но всё равно на душе у него стало невыразимо тяжело, словно что-то придавило ему сердце. В прежние времена он, возможно, решил бы, что отправитель письма просто дурачится, но в нынешней деревне Корду странностей и вправду становилось всё больше — и это была лишь та их часть, которую он сумел заметить.

«Нельзя делать вид, будто я ничего не видел, и нельзя притворяться, будто ничего не произошло…

Старшая сестра говорила: человек со здоровым рассудком должен уметь избегать опасности, а не стоять под стеной, когда уже увидел, что она вот-вот рухнет…»

Люмиан пришёл в себя и быстро принял решение:

Надо как можно скорее покинуть деревню Корду, вместе с сестрой!

Что до здешних странностей, ими, естественно, займутся официальные лица. Деревенских жителей тоже, разумеется, будут защищать они. У самого Люмиана не было ни обязанности брать на себя такую ответственность, ни соответствующих возможностей.

«Кроме того, нужно ускорить исследование руин сна и постараться за короткое время получить потусторонние силы, чтобы справиться с неожиданностями, которые могут случиться, пока мы будем уходить отсюда…» Голова Люмиана прояснялась всё больше, а внутри всё острее становилось чувство срочности.

Больше всего он боялся, что они с сестрой не успеют покинуть деревню Корду, а странности уже прорвутся наружу. В таком случае он должен был как минимум не стать для сестры обузой, а для этого ему нужно было стать куда сильнее, чем сейчас.

Подумав об этом, Люмиан вернул домашнюю маленькую синюю книжку на прежнее место, взял лист с записанными только что словами и предложениями и быстрым шагом спустился по лестнице. Он специально завернул к печи и бросил этот лист в огонь.

Выйдя из дома, Люмиан направился прямиком к Старой таверне. Двери таверны были плотно закрыты. Хозяин и по совместительству бармен, Морис Бене, должно быть, ушёл на похороны Нароки. Однако таверна служила ещё и постоялым двором, а значит, днём не могли быть заперты все двери сразу: постояльцам всё же нужно было как-то входить и выходить.

Люмиан обошёл здание по узкой тропке и толкнул заднюю дверь таверны. Добравшись до лестницы, он бросил взгляд в зал и не увидел там ни души.

Топ-топ-топ. Люмиан поднялся на второй этаж и остановился перед комнатой той таинственной госпожи. Увидев, что на дверной ручке не висит табличка «Отдыхаю, прошу не беспокоить», Люмиан вдохнул, медленно выдохнул, затем, согнув палец, легко постучал в деревянную дверь.

Тук, тук, тук… Он постучал три раза подряд, но изнутри не донеслось ни звука.

Тук, тук, тук… Люмиан постучал сильнее, но ответа всё равно не было. Он ещё несколько раз ударил по двери. В комнате стояла полная тишина.

«Её нет?» Люмиан нахмурился. «Пошла понаблюдать за похоронами Нароки?»

Он больше не стал терять время, спустился со второго этажа, вышел из таверны и направился прямо к кладбищу рядом с церковью. По дороге он проходил мимо дома Нароки. К этому времени все люди, которые прощались с телом у дверей, уже разошлись и отправились на кладбище ждать.

Люмиан издалека бросил туда взгляд — и как раз увидел, как из дома вышел младший брат приходского падре, Понс Бене.

«Это…» Он удивился и машинально прижался к соседнему зданию, скрывшись за укрытием.

Разве во время похорон не было запрещено входить в дом, чтобы не повлиять на созвездие и не унести с собой удачу?

Понс Бене остановился у дверей дома Нароки и вполголоса обменялся несколькими фразами с младшим сыном старой госпожи — мужчиной средних лет по имени Арно Андре. Когда Понс Бене ушёл, Арно запер входную дверь и направился к кладбищу.

«Смерть Нароки и правда немного странная…» Люмиан нахмурился и беззвучно пробормотал про себя.

Теперь ему казалось, что смерть Нароки вовсе не обязательно вызвала та сова; гораздо вероятнее, что она была связана со странными делами, которыми втайне занималась шайка приходского падре. Сова, возможно, просто следовала собственной миссии: пришла в деревню Корду забрать душу умершей, а по пути остановилась и некоторое время наблюдала за Люмианом.

Конечно, у Люмиана было и ещё более пугающее предположение:

Шайка приходского падре, возможно, имела какую-то связь с той совой! Исток их странностей и того, что они тайком делали, возможно, лежал в наследии того самого Чернокнижника.

«Перед тем как покинуть деревню Корду, можно будет найти возможность рассказать Райану, Лии и остальным о моих догадках. Надеюсь, они сумеют как можно скорее выяснить правду и быстро решить эту проблему». Люмиан отвёл взгляд и, задумчиво бормоча про себя, пошёл к церкви Вечного Палящего Солнца.

На протяжении всех похорон Люмиан с виду молчал и держался серьёзно, но на самом деле непрерывно наблюдал за каждым деревенским жителем, надеясь заметить по выражениям лиц что-нибудь неладное. К большому сожалению, он ничего не обнаружил.

Однако из-за этого у него возникло и определённое обманчивое ощущение:

Часть людей в деревне, возможно, носила какие-то фальшивые маски…

А та таинственная госпожа, которая дала ему карту Таро, на кладбище так и не появилась.

…

Ближе к вечеру, в полуподземном двухэтажном доме.

— Где контрольная, которую ты писал? — небрежно сказала Аврора, взглянув на подошедшего к ней младшего брата. — Дай посмотреть.

Люмиан с серьёзным выражением лица сказал:

— Мне нужно кое-что тебе рассказать.

Взгляд Авроры скользнул по его лицу:

— Какая-то деревенская зверушка опять утащила твою контрольную?

— Нет, — глухо сказал Люмиан. — Я кое-что выспросил у тех чужаков.

Аврора согнала улыбку и кивком велела продолжать.

Люмиан начал с того, что Райан и остальные расследуют письмо с просьбой о помощи; рассказал о странности с домашней маленькой синей книжкой, о своих подозрениях насчёт мадам Пуалис, о том, что он одолжил маленькую синюю книжку из дома Реймонда и предварительно восстановил содержание письма.

В конце он предложил:

— Давай как можно скорее уедем из деревни. Доберёмся до Дариёжа… нет, до Бигорра, и поживём там какое-то время.

Аврора ответила не сразу. Она размышляла целых десять с лишним секунд и лишь потом сказала:

— Сейчас это действительно лучший выбор.

Но есть одна проблема. Если мы вдруг в спешке покинем Корду в то время, когда официальные лица ведут расследование, не вызовет ли это у них подозрений? Не перехватят ли нас и не начнут ли проверять особенно тщательно?

Если бы я не была потусторонней, это было бы ещё ничего, но я дикая потусторонняя, не признанная официально. Из тех, кого Инквизиция схватит и отправит на очищение.

Люмиану всё-таки не хватало опыта: раньше он совершенно упустил этот вопрос из виду и в первый момент не знал, что сказать.

Лишь спустя некоторое время он произнёс:

— Силой прорваться наружу, а потом спрятаться в другом городе или в другой стране?

— Ты, кажется, слишком высокого обо мне мнения? — Аврора невольно рассмеялась. — По моим наблюдениям, те трое чужаков, скорее всего, довольно сильны. Будь там один, я, может, ещё смогла бы справиться, но их целых трое. К тому же откуда ты знаешь, что за деревней не стоит в засаде крупный отряд, который только и ждёт, пока подозреваемые перепугаются, сами себя выдадут и бросятся бежать из деревни?

Люмиан не нашёлся, что ответить. Ему пришлось признать: по сравнению с сестрой он был ещё слишком зелен, слишком незрел, и в решающий момент ему не хватало продуманности.

— Ты у меня всё-таки слишком опрометчивый, — оценила Аврора. — Впрочем, это нормально. У кого из молодых не бывает хоть немного задора?

Она сделала паузу и снова сказала:

— Завтра утром сходишь к администратору и поможешь мне отправить в «Еженедельник романов» телеграмму. Нужно спросить, когда будет тот писательский салон, о котором они раньше упоминали.

Аврора была колумнисткой «Еженедельника романов» и пользовалась у читателей немалой популярностью.

В деревне Корду телеграфные аппараты были только у администратора и у приходского падре; они служили для срочной внешней связи. Деревенским жителям тоже не совсем запрещалось ими пользоваться в обычное время, но за это нужно было заплатить достаточную сумму в верль д’ор.

Увидев на лице Люмиана недоумение, Аврора улыбнулась и коротко объяснила:

— «Еженедельник романов» давно хочет пригласить меня в Трир на разные мероприятия, но я всё время отказывалась, в том числе и от последнего писательского салона.

Раз я сама спрошу об этом, они наверняка с радостью пригласят меня туда и даже возместят стоимость билетов на паровой поезд туда и обратно.

Тогда наш отъезд будет совершенно нормальным делом. Даже если за нами будут тайно наблюдать, нас по крайней мере не станут воспринимать как подозреваемых.

Когда придёт время, у меня будет способ на короткое время обмануть их. Если мы с тобой действительно не загрязнены этим аномальным событием, с очень большой вероятностью нам удастся благополучно покинуть Корду.

— Хорошо. — Люмиан невольно выдохнул с облегчением.

Через несколько секунд он с любопытством спросил:

— Аврора, э-э, старшая сестра, «потусторонний» — это так называют людей, обладающих потусторонними силами?

— Да. — Аврора не стала объяснять подробнее.

Затем она улыбнулась и сказала:

— И всё-таки ты готов бросить своих друзей и сразу сбежать из Корду.

— Живы там другие или мертвы, какое мне дело? — Люмиан хмыкнул.

Сейчас самое важное — обеспечить безопасность сестры!

Аврора рассмеялась, цокая языком:

— Давай-давай, повтори-ка то, что только что сказал. Обожаю это слушать. Сколько раз ты уже говорил что-то похожее? А каждый раз либо тайком помогал, либо делал вид, что случайно их предупредил.

— Это всё были мелочи, — оправдался Люмиан.

А нынешние странности могли угрожать сестре.

— Ладно, ладно, — сказала Аврора с видом человека, который не спорит с ребёнком. — Пора готовить ужин. Сегодня твоя очередь.

Люмиан угукнул и пошёл к печи.

…

Глухая, почти чёрная ночь; алая луна скрылась за облаками. Люмиан умылся, лёг в постель.

На его лице постепенно проступила явная тревога. План Авроры был неплох, но Люмиан боялся: пока они будут ждать ответной телеграммы от «Еженедельника романов», деревенские странности уже прорвутся наружу.

Именно поэтому ему необычайно остро хотелось стать сильнее, а получить потусторонние силы в руинах сна было теперь самым доступным для него путём. К сожалению, за весь сегодняшний день он так и не нашёл ту госпожу и не смог получить соответствующий совет; ему оставалось только сначала попробовать самому.

Для него нынешнее положение было словно стрела на тетиве: лук натянут, и оставалось лишь выпустить её. Не колеблясь, Люмиан сосредоточился и медленно погрузился в сон.