В начале сентября ко мне и к Гермионе прилетело письмо, что Люциус хочет встретиться с нами в её день рождения в кафе мороженного Фортескью. Мы согласились.
...
К нашему удивлению, старший Малфой взял с собой сына, но не жену. После того, как поздоровались, оба Малфоя поздравили Гермиону Грейнджер, после чего собственно начался короткий, но важный разговор.
— Глава департамента магического правопорядка сделала несколько разъяснений, делая кодекс более выгодным работникам, но разъяснение это не закон, и его могут легко поменять.
— И что вы предлагаете? — Спросил я.
— Взамен на утверждение разъяснений частью закона разрешить увеличить барьеры с 49 (53) до 50(54), а также разрешить сверхурочный час для тех режимов, где он сейчас невозможен — например, 6/3, 5/4, 6/4, 5/5.
— У меня контр-условие. Хотя бы один час сверхурочных должен быть с коэффициентом два и расходовать лимит двадцати сверхурочных в месяц. А ещё междусменный интервал и продоожительность смен неприкосвенны.
— Не со всем согласен. С ценой два не спорю, так как разница два и полтора не принципиальна, но не расходовать лимит двадцати.
— От требования расходовать лимит двадцати для такого сверхурочного готов отказаться, но лимит тридцать два должен расходоваться.
— Согласен. Драко, Гарри и Гермиона! Выбирайте мороженное, я оплачу вам.
...
После ухода Люциуса и Драко.
— Ты специально сдал час, Поттер!
— Успокойся, Грейнджер! Люциус прав, что разъяснения не надёжны. Они держатся только на начальнице нашего начальника. Кроме того, мы в принципе допустили пятьдесят четыре часа для семнадцатилетних и восемнадцатилетних школьников зимой и весной вопреки общему правилу пятьдесят три.
— А может ли на основнии такой уступки Малфой потребовать пересмотра коэффицента в зимние и весенние каникулы?
— Заявить требование пересмотра может, но добиться пересмотра реально нет, так как у нас есть аргумент,что даже совершеннолетний школьник это ешё не совсем взрослый, особенно, если этот школьник может вообще быть с шестого курса, несмотря на формальное совершеннолетие.