Не их история (гет)

Прошёл год.

Воскресный вечер в квартире Хайтани пах запечённым мясом, свежим кофе и тем самым спокойным, неторопливым уютом, который ещё пару лет назад казался невозможным.

За большим столом на кухне было непривычно шумно. Ран лениво поддразнивал Харучиё, наливая в бокалы тёмное вино, а Риндо, поправив очки, с едва заметной усмешкой следил за их перепалкой, периодически подкладывая сестре на тарелку лучшие кусочки. На запястьях Реико больше не было широких кожаных браслетов — только тонкий серебряный браслет-цепочка, подаренный Хару на её день рождения, и лёгкие, почти незаметные ниточки прошлого, которые больше не болели.

Глядя на то, как Ран мимолётно касается плеча Риндо, перебрасываясь с ним коротким, понятным только им двоим взглядом, Реико поймала себя на удивительно светлой, тихой мысли.

В груди не дрогнуло ни единой струны. Ни ревности, ни горечи, ни прежней удушающей тоски.

Когда-то она сходила с ума, пытаясь вписать себя в их мир, перекроить собственное сердце под чужое счастье и доказать, что достойна быть рядом. Она думала, что без них её жизнь потеряет всякий смысл. И только пройдя через боль, бегство и два года тишины на другом краю света, поняла простую истину: она просто слишком долго пыталась прожить не их историю.

У Рана и Риндо всегда была своя дорога — закрытая, понятная только им двоим, где для неё отводилось место любимой, но всё же младшей сестры.

— Эй, мелочь, о чём задумалась? — негромкий, чуть хриплый голос Харучиё вырвал её из мыслей.

Он сидел рядом, лениво откинувшись на спинку стула, но его тёплая ладонь под столом уверенно накрыла её руку, переплетая их пальцы. В тускло-голубых глазах, которые для всего остального мира оставались холодными и опасными, для неё светилось тихое, безусловное спокойствие.

— Да так, — мягко улыбнулась Реико, чуть сжимая его пальцы в ответ. — Подумала о том, что всё сложилось именно так, как должно было.

Поздним вечером, попрощавшись с братьями у порога, они вышли на прохладную токийскую улицу. Город переливался тысячами огней, но впервые за много лет Реико не хотелось бежать от него на крышу высотки или прятаться в ночной тишине.

Харучиё открыл перед ней дверь машины и, прежде чем сесть за руль, на секунду задержался рядом, мягко коснувшись губами её виска.

— Поехали домой, Реи?

— Поехали, Хару, — тихо ответила она.

История с братьями осталась позади — как светлая, закрытая глава. А впереди была их собственная. Настоящая.