Through Passion, I Gain Strength (гет)

Обещанный флаффный флэшбек ко Дню Жизни. Действие происходит где-то между 2 и 4 главами. Или, возможно, это просто галлюцинации Гнева, которой Император опять подсунул не те грибы.

Гнев стояла в центре пока ещё почти безлюдной кантины Одессена. Повинуясь её воле, сплетённый из местной листвы и обрезков проводов венок послушно плыл по воздуху к своему месту на стене.

Валкорион за весь день не удостоил её ни словом. Возможно, Император не любил праздники. Или возможно, с злорадством подумала Гнев, он был уже слишком мёртв для Дня Жизни.

Хайло Висз пронеслась мимо с ящиком вина в руках.

— Если кто спросит, я добыла его совершенно легально.

— Никто в это не поверит, — пробормотала Сенья, настраивая микрофон на сцене. Обратная связь прорезала воздух резким визгом, заставив нескольких посетителей поморщиться.

— Тогда пусть никто не спрашивает.

Гнев перевела взгляд на столы, уставленные подносами с тем, что доктор Оггуробб называл "традиционными праздничными деликатесами", хотя Терон уже предупредил всех не интересоваться их происхождением. Подготовка к празднику шла на удивление гладко для базы, полной людей, которые большую часть жизни провели на войне.

— Пирс, клянусь, если ты уронишь свой конец гирлянды...

— Я ничего не роняю, Шан. Может, если бы ты хоть иногда ходил в качалку, мы бы уже давно всё повесили.

— Крючки с этой стороны слишком высоко. Нам нужна лест... — Терон внезапно замолк. — Спасибо... Дарт Марр?

Гнев резко обернулась, и её сердце на мгновение замерло. Дарт Марр стоял у входа в кантину с едва заметно приподнятой рукой. Гирлянда плавно взмыла в воздух и с безупречной точностью обвилась вокруг колонны.

— Весьма признателен, милорд. — Пирс почтительно склонил голову.

Гнев не ожидала, что Марр вернётся с Дромунд Кааса так скоро. Рискованный план мгновенно сформировался в её голове. Ей нужен был предлог. Повод прикоснуться к Марру так, чтобы всем окружающим не стало очевидно, что она ищет повода это сделать. Гнев быстро пересекла кантину с радостной улыбкой на лице.

— Терон! Счастливого Дня Жизни!

Она обняла его стремительно и крепко, прежде чем он успел осознать, что происходит.

— Эм... — Терон неловко похлопал её по спине. — Счастливого Дня Жизни, Командор?

Следующей целью стал Пирс, который лишь ухмыльнулся и ответил на объятие с энтузиазмом.

— Вот это я понимаю, праздничный дух, милорд!

Отпустив его, Гнев тут же направилась к Сане-Рэй, стоявшей неподалёку и с интересом рассматривающей декорации. Глаза мистика слегка расширились, когда Гнев затянула и её в короткие объятия.

— Счастливого Дня Жизни, Сана-Рэй!

— Я... благодарю, Командор. И тебе того же.

Стараясь вести себя как можно более естественно, Гнев повернулась к своей настоящей цели. Дарт Марр наблюдал за ней с лёгким наклоном головы. Она шагнула вперёд, ожидая, что он отступит или оттолкнёт её. Какое-то мгновение Марр оставался неподвижным, когда Гнев обняла его. Затем его рука легла ей на талию.

Время словно замедлилось. Мир сузился до этого единственного момента — до ощущения едва тёплой брони под её ладонями и тяжести его руки на её спине. Гнев отстранённо подумала, что обнимает его уже на несколько секунд дольше, чем остальных. Лишь когда Марр убрал руку, она заставила себя отстраниться.

— Счастливого Дня Жизни, лорд Марр.

— И тебе, Гнев, — ответил Марр, и, хотя она не могла видеть его лица, Гневу показалось, что его забавляет происходящее. Кажется, провести его ей не удалось. Он наклонился чуть ближе и тихо, для неё одной, добавил: — Пойдём. Пока у кого-нибудь ещё не возникла подобная идея.

Гнев направилась к выходу за ним, стараясь скрыть внезапно нахлынувшую грусть.

Вот как это ощущается, подумала она. Эта глухая боль от желания чего-то недостижимого. Когда дорожишь каждым мгновением, замечаешь и хранишь в памяти каждое слово, каждый жест. Обманываешь саму себя, видя в них знаки, что между вами может быть что-то большее. Порой, когда он искал её общества, когда его голос смягчался при разговоре с ней, она была почти уверена, что её чувства не безответны. Но у неё не было доказательств, только отчаянная надежда, за которую она держалась, потому что отпустить её было бы невыносимо.

Такие моменты были своего рода пыткой, но мысль о подавлении этих чувств слишком напоминала ей джедайскую философию. Ситхи не отрицали страсть. Они жили ею. Даже если это причиняло боль. Особенно если это причиняло боль.

— Я не ожидал увидеть здесь столько декораций, — заговорил Марр, когда шум кантины остался позади, приглушённый стенами.

— Хайло Висз раздобыла их где-то. Я не удивлюсь, если половина была украдена. Но по крайней мере с деревом не было проблем. — Гнев указала на высокую ель, стоявшую напротив входа. — Она не поместилась в кантину, так что пришлось оставить здесь. Я сама её нашла и срезала.

— Я так и подумал.

— Почему?

— У тебя хвоя в волосах, — пояснил Марр, и ей почудилась лёгкая усмешка в его тоне.

Гнев машинально провела рукой по волосам, нащупывая иголки. Небо уже потемнело до глубокого синего, и первые звёзды начали появляться над головой. Вечерний воздух Одессена был свежим и прохладным, наполненным ароматом хвои и далёкого дождя.

— Как дела в Империи? — спросила она.

— Ситуация не обнадёживает. Мы потеряли слишком много людей и ресурсов. — Его голос был негромким, но она могла расслышать скрывающуюся под внешним спокойствием злость. — Прямое столкновение с Арканном сейчас было бы самоубийством. У нас нет сил на открытую войну. Любые операции Альянса не должны указывать на причастность Империи.

Гнев молча кивнула. Это было необходимо — скрывать своё участие в борьбе за собственное выживание, притворяться слабыми, тайно наращивая силы. Прятаться в тенях, пока враг празднует победу. Но это понимание не делало их ситуацию менее унизительной.

— Я встречался с императрицей Асиной, — продолжил Марр. — Мы пришли к соглашению. Арканн должен поверить, что я действую самостоятельно. Что Империя не только не поддерживает мои действия, но и осуждает их.

Горечь поднялась откуда-то из глубины, разлилась в груди тяжёлым, тянущим ощущением. Боль воина, который не смог защитить свою Империю. Холодная, выжигающая ярость от их поражения, от слабости, которую приходилось демонстрировать.

Гнев замерла. Это были не её чувства. Марр стоял неподвижно как статуя, его взгляд был обращён к тёмному небу над Одессеном. Ненадолго, может быть на несколько мгновений, он перестал скрывать свои эмоции, чтобы она ощутила то, что он не хотел говорить вслух. Невидимая стена вернулась на место так же внезапно, как исчезла.

— Империя восстановит силы. Так было всегда. — Гнев пристально посмотрела в закрытую тёмным стеклом прорезь на его шлеме, за которой скрывались его глаза. — И когда это произойдёт, Арканн пожалеет, что оставил кого-то из нас в живых.

— Возможно. — Марр склонил голову. — Но мы можем обсудить политику завтра. Сегодняшний вечер предназначен для другого.

— Ты и правда собираешься праздновать День Жизни с нами, Марр? — Гнев с улыбкой взглянула на него, пытаясь вернуть разговору более лёгкий тон. — Почему-то у меня плохо получается это представить.

— Даже я иногда соблюдаю определённые традиции, — ответил он.

Гнев засунула руки в карманы плаща, отчасти спасаясь от набирающего силу ветра, отчасти — чтобы удержаться от желания снова дотронуться до Марра. Тот повернулся к ней.

— Тебе стоит вернуться, пока не замёрзла.

— Я в порядке.

Она с радостью простояла бы здесь хоть всю ночь, подумала Гнев, если бы это позволило ей остаться с ним наедине подольше, дало ей ещё несколько минут этой мучительной близости, которая никогда не была достаточно близкой.

— Иди. — Его голос едва заметно смягчился. — Я скоро к вам присоединюсь.

Похоже, празднование началось в её отсутствие. Откуда-то лилась музыка — несомненно, дело рук Сеньи — и помещение быстро наполнялось людьми.

— Вот ты где. — Терон преградил ей путь со слегка мстительной улыбкой. — Я уже сообщил всем, что сегодня ты положила начало новой традиции. Теперь тебе придётся лично удостовериться, что никто не остался обделённым. Доктор Оггуробб был расстроен, что всё пропустил, и ждёт своих объятий в честь Дня Жизни.

— Я скину тебя в реку, — вздохнула Гнев, но в её голосе не было настоящей угрозы.

— Да ладно, — сказал Терон, теперь уже открыто ухмыляясь. Он явно наслаждался происходящим. — Это День Жизни, Командор. Дух единства и всё такое.

Гнев посмотрела на Оггуробба. Потом обратно на Терона. Потом снова на Оггуробба. Хатт с энтузиазмом раскрыл руки в приглашающем жесте.

— Я тебя ненавижу, — сообщила она Терону.

— Я просто предположу, что на ситхском это означает "счастливых праздников".

По крайней мере Марр не здесь и не увидит этого, обречённо подумала Гнев, пересекая кантину. За спиной она услышала смех Терона. Ночь обещала быть долгой.

* * *

Ведущий к её покоям коридор был тихим, хотя отдалённое эхо празднования всё ещё звучало в её ушах. А может, это были лишь отголоски музыки и звона бокалов, застрявшие в памяти.

Рядом с её дверью стояла коробка.

Гнев замерла, мгновенно насторожившись. Она достала сканер и провела им над посылкой, выискивая следы взрывчатки, яда, скрытых механизмов — всего, что могло бы означать, что это не подарок, а ловушка. Сканер не выявил угроз.

Осторожно подняв коробку, она прочла надпись: "Гневу Империи". Гнев окинула взглядом пустой коридор и занесла коробку внутрь, поставив её на стол.

Внутри, под слоями защитной упаковки, что-то блестело. Она осторожно извлекла содержимое — изящно изготовленное устройство с прозрачным куполом из усиленного стекла. Под куполом зеленели листья растений. Гнев узнала их сразу.

Круглые синие цветы, в изобилии растущие на Дромунд-Каасе и слабо светящиеся в темноте. Вокруг них, словно россыпь звёзд, собирались более мелкие белые лепестки, мягкие и яркие, будто только что сорванные. Пространство между ними заполняли растения из джунглей имперской столицы, никогда не видевшие настоящего солнечного света и всё же процветающие вопреки этому. Стазисное поле сохраняло их свежими, застывшими в одном вечном, совершенном мгновении.

На дне коробки лежала небольшая, простая открытка. Гнев развернула её.

Лорд Гнев,

Однажды ты сказала, что скучаешь по Империи. Поэтому я привёз тебе её часть.

Пусть она напоминает тебе о том, за что мы сражаемся. Не только за Империю, какая она есть, но за Империю, какой она могла бы быть. Какой она должна быть. За Империю, стоящую жертв, которые мы принесли и продолжаем приносить.

Пока это будущее не наступило, надеюсь, этот подарок послужит напоминанием, что есть вещи, которые цветут даже во тьме. Которые способны выживать вопреки всему.

Как и мы.

— Дарт Марр

Рисунок подарка Марра: https://fanfics.me/fanart112577