Путями Силы: Предвидение (джен)

Не то чтобы я совсем не понимала причин, по которым меня оставили в храме. Но чувству обиды не прикажешь — оно поднималось откуда-то из глубины души, иррациональное и упрямое. Мне было откровенно обидно, что меня отстранили от операции. Поэтому пришлось искать разговора с Сайфо и мастером Сайнубе, чтобы разобраться в истинных причинах такого решения.

— Талия, ты наш единственный провидец, — твёрдо сказал Сайфо-Диас, глядя мне прямо в глаза. — И мы обязаны хранить тебя как зеницу ока. Твой дар слишком ценен для всех нас, чтобы рисковать тобой в полевых операциях.

— Твой отец прав, — задумчиво проговорил сидящий на своей любимой скамейке Сайнубе, поглаживая седую бороду. — А этот рейс будет опасным, поверь старику. Это даже мне ясно, хотя дара провидца у меня не было никогда — только опыт и чутьё. И если уж тебе рисковать, то дело должно того стоить.

Мы вновь сидели на площадке для медитаций, которая постепенно превращалась в место для массовых мероприятий всего Ордена Равновесия. Миссия по спасению уже улетела несколько часов назад, а я всё ещё не находила себе места, мысленно прокручивая возможные варианты развития событий. Всё-таки Кай был моим падаваном, и меня задевало, что мне отказали даже в возможности сопровождать его в первой серьёзной операции. И Сила однозначно подсказывала о том, что отец со старым косианцем много чего не договаривают.

— На самом деле, пока эта весёлая компания развлекается в Большой Галактике, нам необходимо решить ещё один вопрос, — Сайфо был предельно серьёзен, и по его тону я поняла, что речь пойдёт о чём-то действительно важном.

Мне вдруг стала понятна истинная причина решения оставить меня на планете — кажется, наклёвывалась куда более ответственная миссия. И по каким-то причинам в неё не хотели посвящать именно улетевших рыцарей, предпочитая более узкий круг осведомленных.

— В Ордене на момент падения было трое долгоживущих джедаев высшего ранга, — начал Тера Сайнубе неторопливо, словно взвешивая каждое слово. — Йода был всего лишь одним из них, хотя и наиболее известным. Но есть ещё мастера Фэй и Т’ра Саа — обе относятся к долгоживущим расам, и обе предпочитали держаться подальше от Храма, пока там верховодил Йода. Это мудрые женщины, избегающие большой политики.

— Но разве мастер Фэй не погибла? — спросила я, нахмурившись.

Вроде бы эту легендарную даму должна была убить Асажж Вентресс в одной из стычек времён Войн клонов, но теперь у меня возникали серьёзные сомнения в достоверности этой информации. Если магистр Йода в свои девятьсот с хвостиком лет был чудовищно силён, то вышеупомянутые дамы, прожившие не меньше, должны были быть как минимум сопоставимы с ним по силе. Времени на самосовершенствование у них было ничуть не меньше, чем у знаменитого ушастого гранд-мастера.

Так почему тогда её смогла убить относительно молодая Вентресс? Ведь моя знакомая наёмница по сравнению с многовековым мастером Фэй была именно что соплюшкой — талантливой, опасной, но всё же несопоставимой по опыту и глубине познания Силы.

Мастер Сайнубе в ответ тихо засмеялся, и морщинки у его глаз углубились.

— Разумеется, нет. Посмотрел бы я на тех смельчаков, кто попытался бы всерьёз убить мастера Фэй, — ответил он с лёгкой усмешкой. — Она сама инсценировала свою смерть, разыграв целый спектакль. И мне совершенно ясна её мотивация: когда живёшь такую прорву времени, не можешь не обращать внимания на подсказки Силы. А ведь тогда Война клонов шла уже к своему кровавому финалу. Фэй просто не хотела ввязываться в неизбежную борьбу с главой Высшего Совета и его мутными интригами, предпочтя уйти в сторону. И была в этом совершенно права — мудрость веков подсказала ей верное решение.

Старый косианец помолчал, давая мне время переварить информацию.

— Но речь сейчас не о ней, а о мастере Т’ра Саа. Что ты знаешь о ней, Талия?

Я немного напрягла память — было что-то знакомое в этом имени, смутный образ из прежних воспоминаний. Сила отозвалась вспышкой узнавания, развернув передо мной картинку.

— Она супруга мастера Толма, — уверенно ответила я, хотя в душе по-прежнему не понимала, как вообще могут быть женаты разумное растение и человек. Физиология разных видов иногда ставила меня в тупик.

— И ты знаешь, где их искать? — вмешался в разговор Сайфо, пристально глядя на меня.

— На Анзате, — не раздумывая, ответила я.

Тера Сайнубе многозначительно посмотрел на моего отца, и в его взгляде читалось что-то вроде «ну вот, видишь?». Затем он повернулся ко мне:

— Могли бы и сами догадаться, конечно, но заняло бы это гораздо больше времени. Теперь ты понимаешь, Талия, насколько важно твоё присутствие для колонии? Почему мы так бережём тебя?

Пришлось деликатно промолчать. В чём-то они были правы, но всю жизнь не просидишь взаперти, разумный — это не хрустальная ваза в запертом шкафу. Рано или поздно придётся выходить в большой мир.

— Анзат — совсем непростая планета, — продолжал свою импровизированную лекцию Тера Сайнубе, и голос его приобрёл предостерегающие нотки. — Чужаков местные не любят, зато с большим удовольствием лакомятся их мозговым веществом с помощью своих хоботков-пробосцисов. Для внешней торговли существуют космопорты, парящие высоко над поверхностью планеты, и категорически не рекомендуется покидать эти условно безопасные зоны без крайней необходимости.

Он помолчал, вспоминая что-то.

— Мастер Толм некогда изучал боевые искусства анзатов и может относительно безопасно жить в этом мире. Чего нельзя сказать про его бывшего ученика — Вос там и часа не протянет, несмотря на всю свою ловкость. Толм как-то рассказывал мне об одном случае, когда Квинлана чуть было не «выпили» местные охотники. Еле спасли парня.

Косианец перевёл дыхание.

— Мы с Сайфо готовим вылазку на Анзат. Ты готова полететь с нами?

— Да, готова, — тихо отозвалась я, хотя никакой уверенности в голосе не чувствовалось.

Но когда я думала об этой планете, перед мысленным взором возникала странная, почти мистическая местность. Высокие горные пики, окутанные плотным туманом, и призрачные зелёные огни в ночном небе, похожие на северное сияние. Я точно знала — не понимала откуда, но знала — что мастер Толм с Т’ра Саа живут в пещере где-то неподалёку от этого места. Пришлось рассказать о своих видениях мастерам, описывая детали увиденного.

— Море Памяти, — тихо произнёс Сайфо Диас, и в его голосе слышалось восхищение. — Неудивительно, что их никто не может найти. Хитрецы выбрали идеальное укрытие.

— Это священное место для анзатов, — пояснил мне мастер Сайнубе. — Местные верят, что там собираются души тех несчастных, чей мозг они поглотили за свою долгую жизнь. Своего рода место искупления и памяти. А ещё это мощная аномалия Силы, где очень просто маскировать своё присутствие даже от других чувствительных. Дополнительная подстраховка в наше время никогда не помешает.

Он усмехнулся:

— Инквизиторы туда точно не сунутся — слишком опасно даже для них. А если кто и решится, то туда им и дорога. Летим завтра на рассвете. Лира уже подготовила для нас YT-1000 — он менее приметен, чем «Ястреб» Воса.

До отлёта я весь вечер медитировала, просматривая в потоках Силы различные версии нашей предстоящей вылазки. Перед самым стартом загрузила на планшет всю доступную информацию по планете Анзат и её обитателях — сухие энциклопедические статьи, отчёты разведки, даже антропологические исследования.

После взлёта пришлось запереться в своей тесной каюте и углубиться в изучение материалов. Через восемь часов непрерывного чтения и лёгкой медитации, когда в голове наконец уложилась вся полученная информация, я смогла всё проанализировать и сложить целостную картину.

Планета действительно оказалась крайне сложной для гостей из Большой Галактики, а население ей под стать. Живут на Анзате две совершенно различные расы — нети и анзаты, существа несовместимые по своей природе, но каким-то образом сосуществующие на одном мире.

Нети — долгоживущая раса с поистине удивительной физиологией. Их нельзя назвать просто разумными растениями, скорее это причудливая и уникальная смесь животного и растительного начал в едином разумном существе. Представители этой расы обладали невероятной пластичностью и могли менять свою физиологию в зависимости от обстоятельств и необходимости. Например, если мастер Т’ра Саа решит медитировать в форме, близкой к растительной, она вполне способна замаскироваться под любое дерево в лесу. И тогда её не найдёт никто — ни инквизиторы, ни пророки Тёмной стороны, даже объединив свои усилия. А если ей вздумается завести ребёнка с мастером Толмом, она вполне может это сделать, адаптировав свою физиологию, только дитя, скорее всего, будет принадлежать к расе матери. Такова особенность нети.

Анзаты же были существами практически идентичными людям по внешнему виду и строению. Если бы не одна жутковатая особенность — способ питания. Так называемый «суп» из чужих мозгов требовался им не постоянно, не как обычная еда. Только в особых случаях, когда необходимо было продлить жизнь или приобрести определённое качество, способность или знание, которое передавалось им вместе с этим ужасным «супом».

Аналогия с дикарями из моего прошлого мира, поедавшими сердца своих поверженных врагов в надежде обрести их храбрость, была вполне уместна. Это был сложный культурный феномен, основанный на вполне реальном эффекте. Особенно ценились анзатами мозги одарённых Силой — выпивая их, они тем самым упрочняли свою собственную связь с Силой, присваивая чужую.

Но далеко не все подходили для подобного питания. Дело в том, что одарённые отнюдь не самые безобидные существа в галактике Небесная Река. И отчаянно, инстинктивно защищают свои мозги от подобных хищников любыми доступными способами. Вот только шанс защититься есть только у тех, кто способен создать ментальный барьер. Ибо анзаты используют ментальные техники для охоты на одарённых. Чтобы подобраться к ним незамеченными, хищники искусно насылают иллюзии для усыпления бдительности и обмана чувств. В этом тонком ментальном искусстве анзаты были чрезвычайно продвинутой расой, оттачивавшей свои навыки тысячелетиями.

Теперь мне стал кристально ясен принцип отбора кандидатов на это путешествие. Фактически Сайфо и мастер Сайнубе взяли с собой только меня именно из-за моего хорошего, выше среднего, ментального контроля. У Квинлана Воса, при всех его выдающихся талантах психометрика и следопыта, эта сторона была развита недостаточно. Его ментальная защита имела бреши. Потому он чуть не погиб на Анзате в своё время, едва избежав участи стать чьим-то «супом».

Всю дорогу я маялась, стараясь не думать о предстоящей миссии. Но всё равно то и дело погружалась в медитацию, просматривая возможные варианты развития событий. Вроде бы ничего по-настоящему плохого случиться не должно было, Сила не показывала явной опасности. Но у меня почему-то шёл мороз по коже, какое-то смутное предчувствие, источник которого я не могла определить.

Приходилось отвлекаться от дурных мыслей тщательным изучением корабля YT-1000 — надо признать, хорошая машинка. Грузовой отсек раза в два меньше, чем у моего «Барлоза», зато за счёт значительно меньшего веса судно оказалось гораздо более быстроходным и манёвренным. По конструкции оно очень напоминало знаменитый «Тысячелетний сокол», только кабина располагалась строго по центру, а не сбоку. Судя по всему, корабли серии YT чрезвычайно просто модифицировать под конкретные нужды. Как, собственно, и сделал в своё время Хан Соло, превратив обычный фрахтовщик в легенду контрабандистов.

В точке назначения мы вышли из гиперпространства внезапно, раньше расчётного времени — чисто на интуиции мне очень хотелось оттянуть момент прибытия на эту зловещую планету. По общему решению, принятому ещё до прилёта, первым на разведку должен был отправиться Сайфо — ему, как он сам мрачно пошутил, уже терять особо нечего. Поэтому пришлось зависнуть на орбите над тем сектором планеты, где, согласно координатам, должно было располагаться легендарное Море Памяти.

Отец исчез с кратким наставлением ждать нужного знака. Потянулись часы томительного, изматывающего нервы ожидания.

— Не волнуйся, — в который раз постарался успокоить меня мастер Сайнубе, наблюдая, как я мечусь по тесной рубке. — Ты видела неудачу нашей миссии? Какую-то конкретную катастрофу?

— Нет, не видела, — буркнула я, недовольная таким излишним, как мне казалось, доверием к моему дару.

Предвидение в моём понимании было штукой капризной, оно не всегда показывает то, что нужно, когда нужно.

— Тогда доверься Силе, — мягко произнёс мастер, и в его голосе прозвучала вековая мудрость. — Отпусти свои страхи, и тогда истинная картина откроется тебе. Страх застилает видение будущего, словно грязь на стекле.

Всё это было, конечно, замечательно — классический начальный уровень медитаций для раскрытия дара Оракула Силы, азбука провидца. Только почему-то это не действовало именно сейчас, и я не знала причины. Стоило мне попытаться абстрагироваться и погрузиться в поток Силы, как перед мысленным взором неизменно возникала одна и та же картина. Плотный, почти осязаемый туман в долине среди острых горных пиков, и необъяснимый, иррациональный страх. Причём страх вызывал именно этот туман и ничто другое — не враги, не опасность, а сам туман, словно живое существо.

— Хм, — задумчиво покачал головой мастер Сайнубе, выслушав моё описание. — Верно, анзаты считают это место священным. Там накопилось слишком много отголосков смертей, слишком сильна аномалия. Возможно, она и искажает твоё видение, создавая этот образ тумана. Но встретиться с мастерами Толмом и Т’ра Саа нам всё равно необходимо: они слишком важны для будущего нашего Ордена.

С этим трудно было поспорить. Колония росла, и уже сейчас Тера Сайнубе фактически выполнял роль гранд-мастера нового Ордена. Сам косианец считал плохим знаком распыление умелых одарённых по всей галактике и настойчиво старался собрать всех в нашей колонии, создавая новый центр силы. И это было абсолютно правильным решением — как глава формирующегося Ордена Равновесия Сайнубе был предпочтительнее любого магистра из старого Высшего Совета на Корусанте с их закостенелыми догмами и странными интригами.

Маяк в Силе мы с мастером заметили одновременно — яркую, призывную вспышку внизу, на поверхности. Я немедленно направила корабль на посадку в указанную точку, стараясь действовать максимально аккуратно. Садиться в предрассветном тумане — удовольствие значительно ниже среднего, приходилось полагаться исключительно на сканеры и подсказки Силы, буквально чувствуя каждый метр снижения.

После посадки мы некоторое время напряжённо прислушивались к гнетущей тишине снаружи, пытаясь уловить хоть какие-то звуки.

— Вооружаемся и идём, — тихо распорядился мастер Сайнубе. Сам косианец был облачён в свою привычную тёмную робу с неизменной тростью, в которой искусно прятался его световой меч.

Всё-таки паранойя — это наше всё и залог выживания. Когда мы спустились по трапу в густой туман, первое, что я сделала, — подняла рампу обратно и тщательно заблокировала вход на корабль дополнительными кодами. И проделала всё это под одобрительным взглядом мастера, который молча кивал.

— Правильно, мастер Диас, — произнёс старый косианец с лёгкой усмешкой. — Имущество надо беречь, особенно когда оно единственное средство покинуть негостеприимную планету.

— Мастер Диас? — туман сбоку от нас внезапно разошёлся, словно кто-то раздвинул плотную завесу, и мы увидели высокого кряжистого старика с суровым, изрезанным морщинами лицом. Кривой шрам на щеке задевал левый глаз, превращая его в мутную щёлку. Седые волосы были коротко, по-военному острижены. Единственный зрячий глаз смотрел с тем самым жёстким, пронизывающим интересом, от которого хотелось инстинктивно спрятаться подальше.

— Привет, Толм. Давно не виделись, старый друг, — невозмутимо выступил вперёд мастер Сайнубе, словно они встретились в мирном храме ещё до войны, а не в туманной долине смерти.

У мужчины в явном удивлении поползли вверх седые брови.

— Это ты, Тера? — кажется, бывший джедай был искренне и безмерно удивлён. — Я думал, ты давно мёртв, как и все остальные.

— Что тебя так удивляет? — спокойно отозвался косианец. — Я обещал прилететь за тобой, как только развяжусь с неотложными делами и организую колонию для выживших. Вот исполняю своё обещание, хоть и с некоторым опозданием.

Вид мастер Сайнубе принял самый невозмутимый, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном. А я тем временем думала, что же на самом деле настолько удивило бывшего джедая-тень. Он считал организацию нового ордена невозможной? Или не верил, что колония одарённых вообще способна существовать в нынешних условиях? Правда, если вспомнить канон, джедаи так никогда толком и не возродились. А диснеевская версия и вовсе окончательно похоронила Орден, превратив его в жалкие остатки. Так в чём же дело? Что знал мастер Толм?

— Ты действительно создал колонию одарённых? Полноценное поселение, а не горстку беглецов? — с плохо скрываемым недоверием переспросил мастер Толм.

— Не совсем я, — мягко улыбнулся Сайнубе, и с его необычной мимикой это выглядело довольно странно. — Её начали создавать магистр Сайфо-Диас и его дочь. Я лишь присоединился к уже существующему делу.

При этих словах косианец выразительно указал на меня. Толм перевёл свой единственный зрячий глаз и принялся внимательно рассматривать, словно пытаясь заглянуть в самую душу. Мне стало откровенно не по себе под этим тяжёлым взглядом, и я решила нарушить затянувшееся молчание:

— Что в этом такого странного? Разве выжившие не имеют права попытаться создать что-то новое?

Мастер Толм коротко хмыкнул и ответил, не отводя взгляда:

— Дело в том, мастер Диас, что Орден нельзя создать по велению левой пятки или чьему-то желанию — только в полном согласии с волей Силы. А после того, во что выродился Корусантский Храм с его догмами, я очень сильно сомневался, что подобное вообще ещё возможно в нашей Галактике.

Он внезапно замолчал, явно прислушиваясь к чему-то, слышному только ему одному.

— Идёмте, — наконец произнёс он. — Моя жена зовёт нас. Она чувствует ваше присутствие и хочет встретиться.

После этих слов мужчина резко развернулся и уверенно зашагал сквозь плотную завесу тумана, словно прекрасно видел дорогу.

К этому времени местное светило наконец поднялось над невидимым горизонтом, и море тумана вокруг существенно посветлело, приобретя молочно-жемчужный оттенок. Но прозрачнее при этом не стало ни на йоту, поэтому мы с мастером Сайнубе ориентировались исключительно на яркую сигнатуру в Силе его друга и безоговорочно шли в указанном направлении, стараясь не отстать.

Через некоторое время из молочной мглы проступили тёмные громады скал и узкая, явно вытоптанная тропинка, ведущая круто наверх. Пришлось карабкаться по ней, и я имела возможность в очередной раз убедиться в поразительной шустрости старого косианца. Пусть мастеру Сайнубе было около трёхсот стандартных лет, но двигался он достаточно легко и уверенно, словно молодой падаван. Сила явно поддерживала его тело в отличном состоянии.

Тропинка наконец вывела нас на относительно ровную площадку, где туман заметно истончался, позволяя разглядеть окрестности. Здесь, на открытой площадке, нас уже ждал Сайфо вместе с высокой, статной женщиной удивительного вида. Я невольно присмотрелась внимательнее — мастер Т’ра Саа выглядела почти как человек, но лишь на первый, поверхностный взгляд. При ближайшем рассмотрении становились заметны поразительные отличия: желтоватая кожа с едва уловимым матовым блеском, необычные глубокие зелёные глаза без белков и длинные волосы зелёно-коричневого оттенка, которые при внимательном взгляде больше напоминали тончайшие гибкие стебли экзотического растения, нежели обычные волосы. Они медленно двигались, словно колышимые невидимым ветром.

— Приветствую вас, мастер Т’ра Саа, — с глубоким уважительным поклоном, принятым в Ордене, поздоровалась я.

Всё-таки из всех присутствующих я была самой младшей и по возрасту, и по опыту, и следовало соблюдать должное почтение.

— И я приветствую вас, мастер Талия Диас, — тепло улыбнулась древняя мастер, и её улыбка казалась удивительно живой на этом почти человеческом лице. — Здравствуй, Тера! Рада, что ты жив и невредим! Я почувствовала твою сигнатуру издалека и радовалась твоему прилёту.

— А уж я как рад тебя видеть, — проворчал мастер Сайнубе, но в его голосе явно слышалась искренняя теплота. — Здравствуй, Саа. Слишком долго мы не виделись.

— Прошу вас, заходите к нам, — мастер Т’ра Саа плавным жестом указала на ровный арочный вход в пещеру, явно обработанный разумными существами. — У нас есть, о чём серьёзно поговорить и что обсудить.

Тера Сайнубе первым направился в пещеру, слегка опираясь на свою неизменную трость. А я на мгновение задержалась, огляделась вокруг — очень уж мне хотелось посмотреть, как выглядит сверху легендарное Море Памяти.

С площадки открывался поистине завораживающий вид на обширную долину, полностью заполненную плотным туманом. Было отчётливое ощущение, что он живой, обладающий собственным сознанием. Туманное море медленно колыхалось и текло, находясь в вечном, гипнотическом движении, порождая причудливые завихрения и потоки. Мне почему-то невольно вспомнился старый фильм «Солярис» из моей прошлой жизни — о разумной планете-океане, способной материализовывать мысли и воспоминания людей.

Я невольно поёжилась. Аналогия была слишком уж похожей на правду и точной. Туманная долина действительно казалась живой, разумной, и явно не «суп» из мозгов, выпитых анзатами, был тому причиной. Здесь явно присутствовала мощная аномалия Силы, существовавшая за тысячелетия до цивилизации анзатов.

— Талия, идём. Нас все ждут внутри, — тихо позвал Сайфо, мягко коснувшись моего плеча.

Я встрепенулась, оторвавшись от завораживающего зрелища, повернулась и решительно вошла в полумрак пещеры. Вслед за мной туда шагнул и мой отец, бросив последний настороженный взгляд на клубящееся внизу туманное море.