Аквамарин и Пламя (гет)

Если бы кто-то сказал Амелии фон Аквамарин месяц назад, что она будет обсуждать меню свадебного ужина с суккубом и трехметровым генералом-мясником, она бы добровольно прыгнула в пасть к морскому змею. Но реальность Ноктиса имела специфическое чувство юмора.

— Нет, Баал. Мы не будем подавать «Сердце поверженного врага» в медовой глазури, — Амелия устало потерла переносицу, глядя на список закусок. — У нас на свадьбе будет мой отец. И половина северного флота. Давай остановимся на запеченной оленине. Она тоже красная, если тебе так важна эстетика.

Генерал Баал, который после «затрещины» от Люциана стал подозрительно исполнительным, обиженно засопел.

— Владыка всегда любил сытное мясо. Олени — это еда для эльфов и слабых духом людей. Но… — он покосился на Люциана, который сидел в углу зала совещаний с видом человека, мечтающего о невидимости. — Ладно. Олени. Но я лично прослежу, чтобы их забили с особой яростью.

— Договорились, — вздохнула Амелия.

Лилит, сидевшая рядом на столе и игриво болтающая хвостом, перевернула страницу своего бесконечного списка дел.

— Теперь о главном. Рассадка гостей. Это, дорогие мои, посильнее любой магии Отрицания. Если мы посадим Верховного Инквизитора Солариса рядом с нашим Малакаем, к моменту подачи десерта от замка останутся только воспоминания.

Люциан наконец подал голос, не отрываясь от изучения карты границ.

— Рассади их по принципу «один человек — один демон». И поставь между ними ведра со льдом. Если кто-то начнет светиться святым эфиром или изрыгать пламя — лед охладит пыл.

— Ты гений тактики, Люци, — Амелия метнула в него огрызок яблока. — Но ты забыл про своего «любимого» Варгаса. Он заявил, что хочет вести меня к алтарю в составе почетного караула. В тех самых парадных доспехах, которые я… ну, ты помнишь.

Люциан вздрогнул. Образ Варгаса в горошек всё еще преследовал его в кошмарах.

— Я запрещаю Варгасу приближаться к алтарю ближе чем на пятьдесят метров. Пусть стоит в оцеплении у ворот. И выдайте ему штаны из драконьей кожи, их сложнее разрезать деревяшкой.

Подготовка шла полным ходом уже вторую неделю. Замок Ноктис преобразился: черные стены были украшены стягами Аквамаринов, а магические светильники настроили на мягкий, лазурный свет. Лилит настояла на том, чтобы Амелия примерила «то самое» платье еще раз, но теперь к нему добавилась фата из дымчатого шелка, которая тянулась за ней на три метра.

— Это не фата, это рыболовная сеть, — ворчала Амелия, запутываясь в слоях ткани. — Уголёк, вылези оттуда!

Шестилапый котенок увлеченно охотился на подол, считая, что это новая интерактивная игрушка. Глазастик, сидевший на шкафу, периодически мигал фиолетовым, сигнализируя о приближении Люциана.

— Красота требует жертв, — назидательно произнесла Лилит, затягивая шнуровку на спине Амелии. — Ты понимаешь, что завтра ты официально станешь первой королевой-человеком в истории Эребуса? Это не просто свадьба. Это политический взрыв. Эдриан в своей столице, небось, уже вторую подушку сгрыз от злости.

— Надеюсь, он подавился перьями, — Амелия посмотрела на свое отражение.

Она выглядела… иначе. В её взгляде больше не было той загнанности, что в первые дни плена. Теперь это была уверенная в себе женщина, которая нашла дом там, где меньше всего ожидала. Кулон Люциана на её груди пульсировал в такт сердцу.

Внезапно в комнату без стука ворвался Тикс.

— Госпожа! Госпожа Амелия! Прибыл корабль! С севера! Адмирал Сириус уже в порту Ноктиса!

Амелия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Одно дело — обнимать отца после суда, и совсем другое — принимать его в замке демонов в качестве хозяйки.

Встреча Сириуса в порту была отдельным видом искусства. Старый адмирал сошел на берег в полном парадном облачении, опираясь на свою трость-палаш. За ним следовали десять офицеров флота, которые смотрели на рогатых портовых рабочих так, будто те были экзотическими насекомыми.

Люциан ждал его на пристани. Он не кланялся, но его жест приветствия был безупречно уважительным.

— Адмирал. Добро пожаловать в Ноктис.

— Вижу, ты не перекрасил замок в розовый, как я советовал, — проворчал Сириус, оглядывая черные шпили. — Где моя дочь? Если она опять сидит в какой-нибудь вентиляции, я лично выпорю её на глазах у твоих подданных.

— Она ждет вас в замке, Сириус, — Люциан едва заметно улыбнулся. — И поверьте, теперь она сама решает, кто и когда будет её пороть. Скорее всего, это будет она — вас.

Сириус хмыкнул, оценив шутку. Несмотря на вековую ненависть между расами, эти двое мужчин нашли общий язык на почве одной очень упрямой женщины.

Вечер перед свадьбой прошел в странном, сюрреалистичном спокойствии. Люциан и Амелия сидели на своем любимом балконе. Внизу, в главном зале, уже гремели кружками демоны и моряки, соревнуясь, кто кого перепьет. Судя по периодическим крикам «За Аквамаринов!» и ответному «За Владыку!», дипломатия через алкоголь работала лучше, чем через свитки.

— Ты боишься? — спросил Люциан, накрывая её ладонь своей.

— Завтра я официально связываю свою жизнь с существом, которое может превращаться в четырехметрового рогатого монстра и высасывать ману из воздуха, — Амелия прислонилась к его плечу. — Конечно, я боюсь. Боюсь, что в нашем замке слишком быстро закончатся яблоки.

Люциан тихо рассмеялся, притягивая её ближе.

— Яблок хватит на всех, Амелия. А если нет — мы завоюем какой-нибудь фруктовый сад в Соларисе. Чисто в дипломатических целях.

— Люци… — она повернула голову, глядя на его бледный профиль в лунном свете. — Спасибо. За то, что не отпустил меня тогда в ущелье.

— Я никогда не отпускаю то, что принадлежит мне по праву сердца, — прошептал он, и на этот раз в его голосе не было ни капли иронии. — Завтра мы станем началом чего-то нового. Или концом старого мира. В любом случае, это будет грандиозно.

Амелия улыбнулась, закрывая глаза. Она знала, что впереди еще много проблем: Баал, который всё еще ворчит; Эдриан, который явно замышляет месть; и разница в продолжительности жизни человека и демона. Но сейчас, под небом Ноктиса, это не имело значения.

Завтра она наденет черную фату и пойдет к алтарю, где её ждет её личная Бездна. И она знала, что Бездна обязательно подхватит её, если она решит прыгнуть.