Дочь Принца (гет)

Глава 22. Две маски

Он приходил в себя медленно.

Гермиона была рядом. Всегда. На третий день Снейп открыл глаза и заговорил сам.

— Ты знаешь, кто я, — сказал он.

— Я узнала в Гринготтсе, — ответила Гермиона. Голос дрожал. — Проверка крови показала, что ты мой биологический отец. А потом я искала тебя, чтобы ты помог вернуть маме память.

Слёзы уже стояли в её глазах.

— Я всегда думала, что мой отец — просто стоматолог, который любит меня, но ничего не понимает в магии. А оказалось…

Она не договорила. Снейп смотрел на неё. Его лицо оставалось непроницаемым, но пальцы дрогнули на одеяле.

— Ты плачешь, — сказал он глухо.

— Я всегда плачу, когда нахожу то, что потеряла, — ответила она.

Он долго молчал, потом начал.

— У меня был артефакт, который менял облик. Я стал Уэнделлом Грейнджером и женился на твоей матери.

— Ты мой папа, — прошептала Гермиона. — Тот самый, который возил меня в зоопарк, работал стоматологом, каждое утро уходил на работу и возвращался вечером. Только работа у тебя была другая — Хогвартс.

— Да. Я преподавал, а вечером возвращался к вам под другой внешностью. Твоя мать… Джейн… ждала. Каждый вечер.

— Ты любишь её.

— Больше жизни, — сказал Снейп. И впервые его голос дрогнул.

— Почему вы прятались?

— Волдеморт хотел завербовать твою мать. Она была сильной чистокровной ведьмой. Она отказалась. Тогда он приказал убить её. — Снейп помолчал. — Я стал Пожирателем, чтобы попытаться её уберечь. Думал, так смогу защитить. Я ошибался, но выбора не было.

Гермиона вытерла щёку тыльной стороной ладони.

— Дамблдор стёр память о ней всем, кто её знал. — Снейп помолчал. — Никто не знал о ней. Вообще никто. Её имя исчезло из воспоминаний всех, кто был с ней знаком. Волдеморт помнил, что хотел её завербовать, но не мог найти — потому что никто не мог ему подсказать.

— Шла война, — тихо сказала Гермиона.

— Да. Ему стало не до неё. А потом Гарри уничтожил его в первый раз.

— А мы с тобой и мамой жили в Лондоне, — прошептала Гермиона.

— Да. Я преподавал в Хогвартсе. Возвращался к вам вечером. Ты росла.

— А потом ты вернулся в Хогвартс, — сказала Гермиона. Её голос срывался.

— Да. У меня не было выбора — я был шпионом. Я должен был убить Дамблдора.

— Ты не хотел.

— Не хотел, — тихо сказал Снейп. — Но выбрал меньшее из зол.

Снейп провёл рукой по горлу, проверяя зажившую рану. Бинтов больше не было, только тонкий розовый шрам.

Он перевёл взгляд на её живот.

— Двое, — сказал он. Не вопрос — утверждение.

— Мальчик и девочка, — ответила она. Сквозь слёзы улыбнулась.

— Сильные будут. Как ты.

— А мама осталась в Австралии одна.

— Она была в безопасности. Это главное.

Она не выдержала. Наклонилась и обняла его — осторожно, боясь сделать больно. Он не отстранился. Его рука поднялась и легла ей на спину. Слабо. Но ощутимо.

— Ты идиот, папа, — прошептала она в его плечо.

— Знаю, — ответил он.

Она отстранилась, вытерла слёзы и поцеловала его в лоб.

— Отдыхай. Скоро мы поедем в Австралию. К маме.

— Мама любила сирень, — вдруг сказал Снейп. — Посади её у дома, когда вернёмся.

— Обязательно, — кивнула она.

Он закрыл глаза и добавил совсем тихо:

— Я хочу увидеть море. Завтра. Покажи мне море.

— Покажу. Всё, что захочешь.

--

Гермиона вышла в коридор. Глаза красные, лицо мокрое. Драко шагнул к ней, обнял, ничего не спрашивая.

— Он рассказал всё, — тихо сказала она.

Гарри стоял чуть поодаль, сжав кулаки.

— Он любит маму, — продолжила Гермиона. — А Лили была его другом. Самым первым. Лучшим. Она познакомила его с Джеймсом, и они подружились.

— Он пытался их спасти? — Голос Гарри был глухим.

— Да. Когда Волдеморт узнал пророчество, Снейп предупредил Дамблдора. Он хотел защитить Лили и Джеймса.

— Но кто передал пророчество?

— Питер Петтигрю. Крыса. Петтигрю сказал Лорду про Поттеров. Не Снейп.

Гарри закрыл глаза. По его щеке потекла слеза — первая за долгое время. Он не вытирал её.

— Он не предавал их, — прошептал Гарри. — Всю жизнь я думал…

— Он пытался. Но было поздно. Он винил себя. Все эти годы.

Гарри молчал. Потом развернулся и ушёл в конец коридора, чтобы никто не видел его лица.

Гермиона хотела пойти за ним, но Драко остановил.

— Дай ему время.

Нарцисса молча вышла из лаборатории, оставив их наедине. Она поняла без слов.