Пинок по шраму (джен)

* * *

На следующий день после обеда наша банда собралась на базе. Все были в предвкушении дуэли между мной и Терри. Даже интересно, почему только Мэри дошла до очевидного вывода о победителе грядущего сражения. На поверхности же лежало.

— Вы, я надеюсь, подготовились? — обратился я к Буту и МакКою.

— Тебе понравится, — улыбающийся Терри передал мне контракт.

И чего тут у нас?

Я быстро прочитал содержимое.

[А? Серьёзно?]

— Ты ставишь пять книг по артефакторике из домашней библиотеки? — моё удивление можно было пощупать руками.

— С условием прочитать и вернуть, — подтвердил он.

— А мама разрешила? — сделал я попытку уколоть.

— Родителям плевать на них, если честно. Они у нас дома скорее как декор, — ловко ушёл от атаки Бут.

— И ты считаешь, что сделать тебе артефакт, схожий с подарком Гермионе — равноценный обмен?

— Ты сам прекрасно понимаешь, что моя ставка дороже.

— Твоя правда, — кивнул я. — Знания важнее безделушки.

— Создание артефактов — это очень сложная задача. На этом строится обмен, — подтвердил Кен.

— Да? — я вскинул бровь. — Не замечал. Вроде всё просто. Ну, относительно.

— Ха? — у МакКоя расширились глаза и приоткрылся рот, но он быстро взял себя в руки. — Ладно, забей. Подписывай.

— С удовольствием!

Оставив закорючку, я передал документ Кену, после чего мы с Терри встали в пятнадцати шагах друг от друга на предварительно расчищенном клочке пространства.

— Тебя сильно унижать или не очень? — задал я уточняющий вопрос.

— Много болтаешь, — стал неожиданно серьёзным рейвенкловец.

Мы вытащили палочки, а Кеннет, исполняющий роль судьи, поднял руку.

— Готовы? — два кивка были ему ответом. — Тогда три, два, один… Начали! — он резко опустил руку.

Решив дать бедолаге шанс покрасоваться, я возвёл вокруг себя невидимый щит «протего тоталум». Со стороны казалось, что я просто жду действий оппонента.

Терри не стал долго выжидать.

— Ступефай! — прокричал он.

Заклинание пролетело через всю комнату и врезалось в щит без какого-либо эффекта.

— Кричи громче, тебя не весь замок услышал, — усмехнулся я.

Терри же, что странно, победно улыбнулся.

— Эм, ты же в курсе, что второе заклинание тоже не сработало? — решил уточнить у него.

[Бут невербально наколдовал «петрификус тоталус» после «ступефая». Сработать не сработало, но за уровень навыка плюсик он точно заработал. Первокурсникам в целом колдовать сложно, а чтобы ещё невербалками кидаться… Впечатляет. На меня не смотрите — у меня всё никак у людей.]

Моя реплика вызвала шок у парня. Терри наверняка ставил на этот финт. Ну, по факту, не всякий первокурсник сможет такое не то что отразить, а просто заметить. Да и некоторые выпускники тоже.

Но меня это не касается.

— Это всё, что ты хотел показать? — уточнил я у растерянного рейвенкловца.

В ответ на меня полился дождь из заклинаний. Как страшно — аж зевать тянет. Ну а чего мне боятся, если его заклинания не содержат тот уровень маны, который сможет пробить мой щит? Вот если бы я держал простой «протего», то тогда были бы проблемы. Обычные защитные чары блокируют только одно заклинание, в тот время как «тоталум» версия экранирует область и существует за счёт вложенной маны. Из минусов только то, что изнутри такого щита тоже не особо поколдуешь.

В итоге Терри выдохся и без сил опустился на пол, тяжело дыша. Должен заметить, что для своего возраста у него приличный резерв, пускай и не ровня моему. И снова Гарри Поттер продемонстрировал своё превосходство над обывателями!

[Не говори о себе в третьем лице как домовик!]

Гарри подумает.

[Дебил.]

Гарри урежет тебе заплату!

[Сначала начни её платить!]

Гарри подумает.

[Всё, закругляйся, они отошли от шока.]

О, наконец-то!

— В тебя пустить чего-нибудь или просто сдашься? — я ухмыльнулся истекающему потом Буту.

— Как? — спросил он через одышку.

— «Протего тоталум».

— Это же шестой курс… — опешил Терри.

— И?

— Боюсь представить, что произошло бы если бы ты ещё и бил.

— Все закончилось бы быстрее, — пожал я плечами. — Но у тебя был бы шанс на победу. «Тоталум» больше на устойчивое положение. И, как и любой щит, защищает в обе стороны.

— Похоже, мне всё же стоит взять у тебя пару уроков, — признал поражение Бут.

— Я рад, что ты уловил главную мысль, которую я хотел тебе донести. Когда мне ждать книги?

— Напишу родителям, а там как пришлют. В течении недели, думаю, — прикинул парень.

— Чудно, — я посмотрел на остальных. — Кто-нибудь ещё хочет продемонстрировать своё мастерство? Кен?

Люблю тишину.

— А теперь начнём первый, с вашего позволения, урок. Кто из вас знает хоть что-нибудь про псевдо-органы?

Не настолько люблю тишину.

— Я, конечно, предполагал такое, ну да ладно. В двух словах: у волшебников есть органы, отвечающие за возможность колдовать — ядро и каналы. Ядро создает магическую энергию, я называю ее маной…

— Как в компьютерной игре? — спросила Митчелл.

— Есть нечто общее, верно? — я подмигнул ей. — Ядро создает ману и хранит её. Объём маны, который может хранить ядро, называется резервом. И если много колдовать, то ваша мана подойдёт к концу, что вызовет магическое истощение. Это как раз то, что сейчас ощущает Терри. Поделишься информацией от первого лица?

— Добей меня, — пробормотал Бут.

М-да, так дело не пойдёт,

— Держи, — я сжалился над парнем и вытащил из сумки огурец, который сразу бросил в него.

— И что мне с ним делать? — Терри вяло осмотрел овощ.

— Засунуть в задницу и почувствовать силу земли… Совсем мозги отсохли? Съешь. Огурец с грядки Хагрида, насыщен местной маной, что немного облегчит твои страдания.

— Шпашибо, — ответил он, уже жуя.

— Ага. Магическое истощение — это неприятное сосущее чувство, которое мы ощущаем, когда резерв на нуле или очень близок к нему. И если вы хотите стать сильнее, то должны будете привыкнуть к этому чувству.

— И зачем? — решила уточнить Меган.

— Затем, что опустошение и последующее естественное восполнение увеличивает объём резерва. Первое, что нужно знать магу, так-то. Ну и ещё про циркуляцию маны через каналы. Этому я вас тоже научу.

— Пара приёмов была бы пополезнее этого, не? — снова подала голос наша спортсменка

— В краткосрочной перспективе да, — я был вынужден согласиться с Джонс. — Но если планируешь стать сильной ведьмой, то мои советы будут куда полезнее. Уж ты-то должна понимать всю важность тренировок.

— Ну, если смотреть с такой стороны, — призадумалась она.

— А где можно прочитать об этих псевдо-органах? — встала с вопросом Грейнджер.

— Сам хотел бы узнать. Ни одной книги по этой тематике я так и не нашёл, — развёл я руками.

— Тогда откуда ты об этом знаешь? — продолжала допытываться Гермиона.

— У меня свои источники.

— Если развить резерв, то станешь сильнее? — задала вопрос Сьюзен.

— Что лучше: черпать из ведра или черпать из озера? — ответив вопросом на вопрос, я подошёл к ней.

— Эм… Из озера? — неуверенно ответила девочка.

— Нет, — я покачал головой. — Эффект одинаковый, но черпать из озера в разы дольше. Развитие резерва не прибавит силы как таковой, но позволит колдовать намного дольше.

— Но как тогда стать сильнее? — Сьюзен почесала затылок пером.

[Когда она успела достать тетрадь и начать записывать? Хвалю!]

— Научиться управлять начерпанной водой.

— И как это сделать?

— Рано вам ещё об этом думать, — я щёлкнул девочку по носу. Она ойкнула и прикрыла его ладошкой. — Сначала тренировка ядра и каналов.

Я вернулся в центр комнаты.

— Ещё вопросы? Нет? Хорошо. Тогда приступим к практике!

* * *

В субботу на собрании, возможно из-за важности материала, Гермиона вела себя как обычно. А вот в течение воскресенья, когда я лишь давал небольшие советы, заставляя тренироваться этих лентяев, её обиженность проявила себя во всей красе. Ну почти. Меня просто показательно игнорировали. Я в ответ делал тоже самое, из-за чего гриффиндорка знатно бесилась. Она частенько бросала на меня недовольный взгляд, когда думала, что я не замечаю. Когда же я смотрел на неё или просто в её направлении, то она делала показательно-бесстрастное лицо. Забавное проявление эмоций, но мне от этого было не жарко не холодно.

Парни не замечали происходящее, потому что это нормально — мы в таких вещах не особо наблюдательные. Ну а девочки уже построили по несколько теорий о том, что же я натворил. Всегда виноват парень, всегда виноват Гарри — классика жанра и мой девз по жизни.

Поскольку я не делал никаких телодвижений в эту сторону, то прощать меня явно не собирались. И мне, в принципе, не было бы до этого дела, если бы не один произошедший моментик.

Дело было после урока Гербологии в понедельник. Сборные львов и барсуков закончили очередную пытку растениями, и направлялись на обед. Мы с Кеном слушали лайфхаки Невилла при работе с Ядовитой тентакулой, а женская часть банды шушукалась между собой. Достаточно обычная ситуация. Но произошло нечто невероятное.

— Эй, Поттер! — крикнули мне сзади.

От неожиданности мои брови сами поползли вверх. Развернувшись, я подтвердил, что голос подал Шестой Уизли. За три недели он умудрился обзавестись прозвищем, которое ничего не значит, кроме его семейного положения.

— Я к тебе обращаюсь! — продолжал Рональд, приближаясь ко мне с понемногу краснеющий лицом и нахмуренными бровями.

Его походка была твердой, но немного неуверенной. Кажется, он сам не верил в то, что собирался делать.

— У тебя есть пять секунд, чтобы сказать мне то, что ты хотел. К сожалению, ты шёл ко мне в течении семи. Попробуй в следующий раз, никогда, — я задавил его интеллектом и, пока он ошеломленно стоял на месте, продолжил идти дальше.

Правда ненадолго.

— Какого Мерлина?! — ожил рыжий. — Стой, тебе говорят! — вновь начал догонять он меня.

Пришлось снова остановиться и повернуться. Раздражённый вздох вышел сам собой.

— Чего тебе, болезный?

— Почему ты обидел Грейнджер? — ошарашил он меня.

Моя челюсть отвисла а глаза стали как у Мобилы. Не лучший мой облик. Хорошо, что никто не снимает. Это только я такой оригинал с камерой.

— Ты бы это, сходил к мадам Помфри. Пусть она вылечит тебя от того, чем ты болеешь. Хотя не уверен, что слабоумие лечится, — потёр я задумчиво подбородок.

Кто эту Помфри знает? Глядишь вылечит.

— Причём тут слабоумие? Я у тебя про Грейнджер спросил!

— А почему я должен тебе отвечать?

— Потому что я спросил!

— Железная логика. Тебя явно роняли в детстве.

— Чё вякнул? — его дыхание стало тяжелее, а лицо краснее.

— Всё-таки зайди к Помфри, пусть заодно слух посмотрит.

— Да я тебя… — закричал Шестой с красным лицом доставая палочку.

Я же одним движением достал свою из кобуры и выпустил красный луч в надоевшего мне гриффиндорца. Попадание было прямо в нос.

[Не удержался.]

Получив заряд бодрости в лицо, Уизли упал на спину с негромким стуком. На меня поражённо-возмущённо посмотрели все свидетели данной сценки, то бишь все, кто был на Гербологии, за исключением Спраут.

— Что? Простой «ступефай», — пожал я плечами. — Через пару минут очнётся, а я избавился от раздражителя.

— Это было очень грубо с твоей стороны! — вступилась за это недоразумение Гермиона.

— Возможно, но он первый начал.

[Есть свидетели.]

— Он просто хотел спросить тебя! — Гермиона посмотрела на меня взглядом «Ты не прав!»

— А я не захотел ему отвечать.

— Это можно было сделать вежливей!

[Самому тебе розовые очки сломать, что ли?]

— А зачем?

— …

— Рад, что ты понимаешь. Ладно-ладно, — поднял я ладони на её посуровевший взгляд и угрожающую позу с руками на боках. — «Энервейт», — махнул я палочкой в сторону рыжего. — Довольна?

Валяющееся на земле тело глубоко вздохнуло, открыло глаза и резко вскочило, осматривая окрестности. Увидев нас — точнее меня — Шестой рассвирепел и побежал сюда с палочкой на перевес.

— У меня есть право защищаться? — уточнил я у Гермионы, не сводя взгляда с нападающего.

— Эм, ты можешь его просто обезоружить? — закусив губу, спросила она.

— Это вряд ли его остановит, но твою мысль я уловил.

Под заинтересованные взгляды я применил к бегуну невербальный «экспеллиармус». Его палочка, сделав сальто, приземлилась мне в левую ладонь.

Превосходный результат, один в один как в учебнике! Мне кажется, я даже услышал хлопки.

[Это от меня!]

От потери главного аргумента, Уизли замедлил свой темп и уставился на мою левую руку. Когда он окончательно остановился, я бросил ему палочку обратно.

— Нас призывают к мирным переговорам. Причём объект переговоров, — указал я на Гермиону.

— А? — не понял гриффиндурок.

Я тяжело вздохнул.

— И почему я просто не послал вас всех лесом?.. Гермиона попросила решить дело миром.

[Ненавижу беседы с идиотами.]

— Я не… — попыталась она возразить

— Тогда я его вырубаю? — я показательно поднял палочку.

На это возражений не нашлось. Потратив время на обработку информации, из-за чего его взгляд, казалось, остекленел, Шестой, наконец, понял смысл сказанного и согласился на переговоры простым «давай».

— Начнём сначала. Чего тебе надо? — я устало посмотрел на Уизли.

— Почему ты обидел Гермиону?

— Ты мне никто, поэтому я не обязан отвечать на этот вопрос. У меня есть кому поплакаться в грустные моменты моей жизни, — семь присутствующих членов банды переглянулись.

— Тогда почему не извинился?

— Тот же ответ. Почему тебя это вообще волнует? Вы друзья? Тебя попросили о помощи? Личная инициатива? — я закидывал рыжего вопросами, надлеясь, что у него перегорит мозг и он отключится.

Не прокатило.

— И-ни-ци… что?

[«Очень тяжёлый вздох»]

— Инициатива. Желание самому сделать что-то, если простым языком.

— Понял, — кивнул он. — Да, именно оно. Я сам решил помочь.

— И почему?

— Ей грустно. Она много думает об этом и меньше учится, из-за чего могут упасть баллы факультета, — ответил он, не замечая, как Гермиона повернула покрасневшее лицо в противоположную от нас сторону, прикрывая его руками.

— Дело только в баллах? — уточнил я.

— Эм, да, — ответил он, теребя край своей мантии.

— А ты оказался лучше, чем я думал. На чуть-чуть, — я показал пальцами расстояние толщиной с половинку волоса. — Так и быть, я решу этот вопрос в ближайшее время.

— Хорошо.

— Конфликт исчерпан? — спросил я у прячущейся за ладошками Грейнджер.

— Да, — пискнула она.

— Вот видишь, уже решил, — ответил я Уизли со смешком.

Я предполагал какой эффект это может произвести, поэтому успел заснять шокированные лица Гермионы и Ко. Хороший кадр.

— Я не об этом говорила! — заскрежетала зубами уставившаяся на меня девочка.

— Разве? — я карикатурно вскинул брови и вытянул лицо.

— Да! Я говорила про конфликт с Роном, — ткнула она пальчиком в рыжего, который снова потерял нить рассуждений.

— Эй, о каком конфликте она говорит? — громким заговорщическим шёпотом спросил я Шестого, прикрыв лицо ладонью со стороны подслушивающих.

— Э-э…

— Видишь, он даже не знает ни о каких конфликтах. О чём речь?

— Ты! Т-ты!.. — эмоции начали брать своё, гриффиндорка задрожала, а в глазах у неё стала собираться влага.

— И почему всё до этого дошло? — пробормотал я, создавая переговорный барьер — совмещение звукового и искажающего барьера. Вас не видно, вас не слышно. Весьма распространенная штука.

Внутри барьера оказались только я и Гермиона. М-да.

[Ближайшее время, сказал он.]

И я опять оказался наедине с ревущей девочкой. Причём той же самой. Стоило ли оно того? Сложный вопрос. Однако мне придётся в этот раз быть более собой и прояснить пару моментов.

— Будь добра, верни свою вменяемую версию. Мне есть что сказать и я не собирать перекрикивать твои всхлипы, — да, малость грубовато, но так эффективнее.

Неуверен сколько и каких сил она применила, но уже через минуту Грейнджер была относительно спокойна. Правда немного покрасневшие глаза и сжатые губы несколько портили картину. Главное, что она сможет услышать мои слова. А вот поймёт ли? Впрочем, это уже не ко мне вопрос.

— Поскольку я голоден, а обед уже начался, я постараюсь закончить побыстрее. Итак, на что ты злишься?

Гермиона молча смотрела куда-то в сторону, периодически всхлипывая.

— Если продолжишь молчать, то разговор окончен. Если ты хотела, чтобы я сам осознал свою вину и приполз на коленях, моля о прощении — ты перепутала человечка. Наша с тобой «дружба», на текущем этапе, не стоит моей гордости. Мне куда проще указать тебе на дверь и попращаться навсегда, — девочка резко повернула голову ко мне, смотря на меня поблескивающими широко раскрытыми глазами и приоткрыв рот. — У тебя тридцать секунд на размышление.

Девочка заметалась из стороны в сторону. Её брови нависли над глазами а на лбу появились складки. Я же, не желая отвлекать, тихонько наблюдал за ней. И когда уже хотел объявить об окончании времени, Гермиона подала голос:

— Т-ты же сам прекрасно знаешь причину! Ты просто бросил меня в коридоре и даже не попрощался! — начиная негромко, запинаясь, она под конец перешла на крик.

— Очередная драма на пустом месте. Я, конечно, люблю такое, но не когда это происходит со мной. Во-первых: я довёл тебя до гостиной. Во-вторых: что-то бы изменилось, если бы перед растворением я произнёс пока-пока? — я слегка склонил голову вперед, бросая на девочку насмешливый взгляд.

— Ничего, — как-то резко остыла гриффиндорка.

— Ещё претензии?

— Ты не дал попрощаться мне, — заёрзала она, отведя взгляд.

— Знаешь почему? — я отстранился на несколько шагов назад.

— Откуда мне знать, какие тараканы в твоей голове?

— Я ждал простого нет, ну да ладно. Причина в том, что это наверняка какое-нибудь очередное объятие.

Ответом мне были порозовевшие щеки и опущенный взгляд.

— Не начинай, — поморщился я. — Скажу прямо — мне не нравятся чужие прикосновения.

— Что?! — непроизвольно вырвалось у Гермионы.

— Сходи вместе с Уизли в больничное крыло, у вас схожая проблема со слухом. Шумная гостиная?

— Не то слово… Не уходи от темы! Почему? — потребовала ответа гриффиндорка.

— Недостаточный уровень дружбы, попробуйте позже, — ответил я механическим голосом.

— Но…

— Я не хочу говорить об этом. Точка! — отрезал я.

— То есть когда мы тогда…

— Да, мне было неприятно. Ещё претензии?

Девочка помотала головой.

— Мне нужно подумать об этом, — произнесла она.

— Не буду мешать.

— Я могу рассказать остальным?

— Должна, — хмыкнул я.

Меня окинули вопросительным взглядом.

— Пусть знают и меньше лезут, — нацепил я фирменную улыбочку.

Она понимающе кивнула.

— Пора на обед, — я взмахнул рукой и снял барьер.

Подружки-хаффлпаффки сразу подошли к Грейнджер и начали шушукаться, а я, не глядя ни на кого, поспешил уйти. Лишь мимолётно обернулся, чтобы снять «Конфудус» с Уизли.

[Думаете, он просто так остыл и перешёл к диалогу?].

Завершив, увидел, что Невилл смотрит на меня с серьёзным лицом и взглядом просит разговора. Не став ему отказывать в такой малости, отправил записку, где предложил встретиться после третьего урока возле базы.

Путь до Большого зала я прошёл в одиночку, и меня это полностью устраивало.

* * *

Наблюдая за удаляющейся одинокой фигурой Поттера, Мэри покачала головой и повернулась к Гермионе.

— Что там у вас произошло? — спросила она, когда вокруг остались только члены банды.

— Сама не до конца поняла, — ответила ей гриффиндорка, чей взгляд блуждал где-то далеко, а левая рука пытались непроизвольно сжать то, чего нет.

— Это как? — вклинилась Меган.

— У вас когда-нибудь было чувство, что вы одновременно правы и неправы? — спросила Грейнджер, сфокусировав зрение.

— Рассказывай.

Кен и Невилл, стоявшие неподалеку от девочек, старательно делали вид, что им не интересен рассказ, но все всё прекрасно понимали. Выслушав историю от лица Грейнджер, повисло тягостное молчание.

— Знаете, — подала голос Сьюзен, — чем больше я о нём узнаю, тем больше начинаю ему сочувствовать. Сколько же он успел пережить?

— Возможно, больше, чем любой из нас, — выдала заключение Митчелл тихим голосом.

— Но что же должно произойти, чтобы касания стали неприятными? — задалась вопросом Ханна.

— Избиения и издевательства скорее всего, — ответил им задумчивый Невилл.

— Над ним? Мне кажется, это скорее он издеваться будет, — с сомнением произнесла Ханна.

— Думаю, он не сразу стал таким, каким мы его знаем. Когда его сломали, он не остался лежать сломанным, а стал лучшей версией себя.

— Звучит слишком хорошо, не находишь? — оспорила его Мэри.

— Если бы это было не так, он бы не смог показать столько холода, — медленно произнёс Невилл, после чего отправился на обед.

— И что нам теперь делать с этой информацией? Кто тут самый умный из нас, дайте ответ, — капризничая, попросила Джонс.

— А что тут думать? — произнёс ни к кому не обращаясь Кеннет и тоже направился есть.

— Я даже забыла о нём, — прошептала Ханна, наблюдая за неспешной походкой МакКоя.

— Неважно! Что нам делать-то? — вновь задала вопрос Меган.

— Вести себя как обычно, — пожала плечами Сьюзен.

— Возможно ему можно как-нибудь помочь с этим? — подала голос Гермиона.

— А нужно ли ему это? — ответила ей встречным вопросом Златовласка.

На этот вопрос никто из них не смог дать ответа.

* * *

В назначенное время я подошёл к базе. Невилл уже был там — стоял напротив двери в небольшом напряжении, а его взгляд блуждал где-то далеко.

— Давай найдём более подходящее место для нашего разговора, — предложил я Лонгботтому.

— Не возражаю, — ответил он, даже не вздрогнув от моего внезапного появления.

Мы покинули территорию базы и пошли на поиск пустого класса. Этот процесс не затянулся — вот уж чего в Хогвартсе избыток. Судя по виду, выбранным мной кабинетом не пользовались последние пару веков. Пыли было столько, что в ней можно было плавать. И даже нырять!

Очистив небольшую область и наколдовав нам два кресла, я уселся и посмотрел на Невилла.

— Слушаю тебя, — произнёс я, сложив пальцы домиком.

Парнишка сел напротив меня, сжал кулаки и на одном дыхании выпалил:

— Я хочу, чтобы ты начал меня тренировать!

Я с полминуты смотрел на него, обдумывая потаённый смысл этой фразы.

[Так и не нашёл.]

— Ладно, сдаюсь. Либо ты действительно хочешь того, о чём попросил, либо я не понял намёка.

— Просьба без скрытого подтекста.

— Сейчас должна последовать грустная история, из-за которой тебе это необходимо? — усмехнулся я.

— Могу даже пустить пару слезинок, — отзеркалил он мою улыбку.

— Оставь это своему образу.

— Это не образ. Я действительно такой, — я послал в него скептический взгляд. — Слегка меняю характер, не более. Движения естественные.

— Допустим. Причину скажешь?

— Недостаточный уровень дружбы, — нагло улыбнулся гриффиндорец.

[Один — Один.]

— Оперативно работаете, конечно, — покачал я головой. — Тогда пойдём с другой стороны: чего ты конкретно хочешь?

— Физическая и магическая тренировка. По этим пунктам ты лучший среди первых трёх курсов, а то и больше, — честно ответил он, глядя мне глаза.

— Лестно, лестно. И какой резон мне делать это?

— Моя лояльность и несколько интересных книг из семейной библиотеки. Думаю, тебя заинтересуют записи о редких зельях и применении растений в артефакторике? — ответил Лонгботтом ухмылкой.

— Заманчиво… — протянул я, погружаясь в мысли.

Если взвешивать за и против, то в случае согласия слишком много плюсов. Редкие знания и надёжный помощник — даже на один пункт я бы согласился, а тут аж два. Из минусов — лишние коммуникации и раскрытие некоторой информации обо мне. Согласен ли я на такое? Всё равно да. Но нужно кое-что прояснить.

— Согласен, но есть пара условий, — наконец решил я.

[Пара тысяч. Но я задолбаюсь составлять такой контракт. Ограничимся минимумом.]

— Каких?

— Для начала вопрос: как в твоём понимании определяется пункт лояльность?

— Официальный контракт до конца учёбы.

— Формулировка?

— Согласен выполнять указания в меру разумного и не выбалтывать доверенную информацию.

— Готовился? — расплылся я в улыбке. — Годится. Только я, с твоего позволения, добавлю ещё одно условие. Никому не сообщать о том, что происходит на наших тренировках.

— Не вижу причин для отказа, но с твоей стороны должен быть пункт, что ты обязан меня тренировать, — хмыкнул Невилл.

— Тск, ладно.

[Я был близок.]

— Ты хотел меня обмануть? — удивился он.

— Добро пожаловать в реальный мир!

[Почему все считают, что мы живем в мире радужных пони, где существуют только мир, дружба, жвачка?]

— Я так понимаю, что все твои контракты нужно читать дважды и активно обдумывать?

— Так надо поступать со всеми контрактами, — сухо подметил я. — И не только контрактами.

— Хорошо. Давай составим и подпишем, — согласился Невилл.

— Окей.

Составление контракта заняло время, поскольку каждый из нас перечитывал по нескольку раз.

[Больше из принципа, ведь нам нет смысла обманывать друг друга. Шучу, он уже настороже, так что не сработает.]

Подписав итоговую версию, мы принялись обсуждать, как это всё будет происходить.

Посмотрим, что я смогу из него вылепить. Даже самому интересно.

* * *

На часах была уже почти полночь, когда я закончил чертить мелом большой ритуальный круг посреди Выручай-комнаты, на этот раз принявшей вид небольшого пустого зала. Сегодня мои руки наконец-то дошли до проведения ритуала предрасположенности. На моё счастье в кабинете профессора Вектор нашлись необходимые книги и мне не пришлось снова пробираться в запретную секцию. Интересная, конечно, у Вектор подработка. Впрочем, толковый арифмант без работы не останется.

Зачем же мне проводить ритуал, если я уже знаю о предрасположенности ко льду и огню? Затем, что это может быть далеко не всё. Да и изумрудный оттенок моих стихий вызывает слишком много вопросов.

Конкретно этот ритуал относился к простым и требовал всего лишь пару дешёвых ингридиентов и сто милилитров моей крови. И именно из-за последнего пункта его признали запретным, что откровенная тупость. Но не будем о грустном.

Вообще я мог провести этот ритуал сразу же после того, как вернул себе возможность колдовать, но специально отложил до восстановления ауры. При повреждённой ауре результаты могут быть неточны, ведь этот ритуал просто переводит для волшебника значение цветов его ауры.

[Прошлая ночка выдалась довольно неприятной в этом плане. Подстраивая способ лечения, я должен был выбирать из трёх параметров: быстро, качественно, безболезненно. Вот только выбрать можно было только два пункта. Пришлось терпеть.]

Завершив сеанс рисования, я магией поправил неровности в ритуальном круге и приступил к ритуалу.

Стоявший в центре круга стакан с моей кровью зашипел. Кровь начала быстро испаряться, превращаясь в красную дымку. Когда стакан опустел, накопившаяся дымка полетела к заранее подготовленному свитку пергамента и влетела в него, оставив кроваво-красные строчки. После этого всё затихло.

Взмахом руки я убрал остатки круга — ингредиенты исчезли сами по себе во время ритуала — и подобрал с пола свиток.

И что тут у нас?

Раса: человек — 98%, Дух — 2%

Расположенность к школам магии:

Огонь — 73%

Лёд — 73%

Разум — 44%

Вода — 24%

Воздух — 11%

Врождённые таланты: Зельеварение, Артефакторика, Полёты

Окрас ядра:

Смерть — 61%

Огонь — 17%

Лёд — 17%

Нейтральный — 5%

Ага…

Чего, блядь?

Простите, не сдержался. Это вы мне чего сейчас показали? Давайте-ка разбираться. По пути в гостиную.

[О, неужели мне в первый раз в жизни дали порулить!]

Иди, не отвлекайся, мне надо подумать.

[Как скажешь, дружище!]

Итак, что мы имеем. Я на девяносто восемь процентов человек — это понятно. Но с какого всем известного овоща я на два процента дух? Что это такое и откуда оно взялось? Что вообще подразумевается под этим словом? Что-то вроде призраков? Или элементалей, которые по своей сути духи стихий? Или те, что барышни на себя пшикают? Какие это несёт минусы и плюсы? И несёт ли вообще? Сплошные вопросы. Придется искать информацию. Кто знает, вдруг это важно.

[Получено достижение!]

«Метис» — узнать, что вы не на 100% человек.

Сомнительный чек.

С расположенностью проще. В данной записи проценты обозначают... как бы правильно сказать? Эм… О, добавочную эффективность! Например, возьмём школу льда. Если обычный волшебник со значением расположенности ноль создаст кусочек льда на условные сто единиц маны, то он получит условные сто единиц льда. А вот если я со своими процентами буду создавать при тех же значениях, то на выходе получу не сто а сто семьдесят три единицы льда, причём за ту же цену. И это только со стороны резерва бонус, а ведь он отражается на всех ступенях колдовства. И его числовое значение на всех ступенях одинаково.

Первые три строчки расположенности я примерно так и полагал.

[Нагло врёт!]

На дорогу смотри лучше!

Ещё немного об этих процентах: значения меньше десяти процентов не рассматриваются, потому что влияние таких школ почти незаметно. В промежутке от десяти до пятидесяти считается, что у волшебника предрасположенность, а при значениях выше пятидесяти добавляют, что она ярко выражена. Так что мне можно понтоваться высокими значениями родства со стихиями! Ещё один повод для гордости!

С врождёнными талантами сложнее. Не уверен, как они вообще определяются, но допустим. Зельеварение и артефакторика это понятно — они мне неплохо даются. Но полёты? У меня что, дар великого дворника? Или звезды квиддича? Пусть будет дворник, ибо садится на метлу добровольно я не собираюсь независимо от ситуации.

Ну и окрас ядра. Как вы все уже прекрасно знаете из лекций профессора Поттера, ядро вырабатывает и хранит ману. И у нормальных людей большая часть маны нейтральная. Но также есть меньшая часть, которая окрашена в часто применяемую или же в родственную стихию. Такая мана увеличивает эффективность родственных чар и добавляет «привкус» стихии к общим заклинаниям. Правда зачастую это совсем незаметно.

А теперь, внимание, вопрос: почему моя мана, которая по всем законам логики должна быть нейтральной, преимущественно является маной смерти? Какого дементора? У меня же даже родства нет! Беря во внимание, что цвет смерти изумрудно-зеленый — вспомните «аваду» — я понимаю, почему мои проявления стихий были такого цвета. Они несут в себе смерть. Буквально.

Мана смерти, или некроэнергия, или некромана, является самой неприятной из всех видов маны. С ней куда сложнее справляться из-за её повышенной разрушительности, а нанесённые ей травмы куда сложнее лечить. В противовес же созданные с помощью этой маны щиты слабее своих аналогов, а также такой маной невозможно лечить. А мне так хотелось помогать бедным зверюшкам… Шутка, конечно.

Я конечно знаю, что я особенный, но чтоб настолько?

М- да.

Ладно, на самом деле это почти ничего не меняет. Ну не быть мне целителем — плак-плак. Продолжу заниматься как занимался, только нужно добавить ещё магию огня и льда в сетку тренировок. Не стоит отказываться от такого приятного бонуса. Стихийная магия издревле считалась одной из сильнейшей, пока дурное влияние запада всё не испортило.

Снова.

[Осторожно!]

Я резко шарахнулся в сторону, успев увернуться от упавшего на меня бюста Парацельса в коридоре.

— Тебе просто повезло, — послышался раздражённый голос.

Подняв голову, я увидел парящего в воздухе невысокого плотного мужчину средних лет с вредным лицом, одетого в костюм шута и остроконечную шляпу с бубенчиками. Он недовольно смотрел на меня своими маленькими чёрными глазками, явно недовольный тем, что его шутка не удалась.

— Чем же я тебе таким не понравился, что ты избегал меня три недели, а после решил прибить, Пивз? — поинтересовался я.

Старшекурсники довольно много говорили о школьном полтергейсте, но лично я ни разу его не встречал. До этого момента.

— А зачем мне это говорить? — Пивз сделал кувырок в воздухе. — Глупый Поттер! Глупый Поттер! Глупый Поттер!

Выстрелившая из моего указательного пальца фиолетовая молния попавла полтергейсту прямо в мягкое место, заставив того взвизгнуть и ошарашено посмотреть на меня.

— Привык, небось, что тебе из-за бесплотности ничего сделать не могут? — усмехнулся я.

На призраков и полтергейстов действительно сложно воздействовать магией, но благодаря Томми я знаю несколько заклинаний из школы некромантии. Какую фигню только он не изучал в поисках бессмертия.

— Давай немного поговорим, Пивз.

— Поговорим? — он наигранно задумался. — Давай поговорим. А о чём?

— Я уже задал интересующий меня вопрос.

— А я дал на него ответ! Ха-ха-ха! — расхохотался Пивз, взлетев под потолок.

Я выпустил ещё одну молнию, но в другую половинку мягкого места.

— Ай! Больно же! Тебя не учили вежливому общению? — произнёс он, потирая пострадавший участок.

— Думаю, я проспал последние пару уроков, — мило улыбнулся я.

Коридор осветила ещё одна молния.

— Ай-яй! Ну тебя! — бросил Пивз и полетел прочь.

Шмяк.

— Какого?.. — протянул полтергейст, врезавшийся в невидимую стену.

— Клетка Фиорена для отлова нематериальных сущностей. Довольно полезное заклинания из продвинутой некромантии, — оскалился я.

— Я требую адвоката! — заверещал Пивз, стуча кулаками по невидимому препятсвию.

Ещё молния.

— Ай! Хватит! Повторяться не круто!

— Не волнуйся о моей репутации — об этом всё равно никто не узнает.

Ещё разок.

— Ай-йяя! Ладно, ладно! Скажу! — замахал он руками.

— Быстро ты, я уже подумал на заклинание помощнее переходить.

[На самом деле это было единственное заклинание для причинения вреда полтергейсту, которое я знал. Остальные или специфические, как Клетка Фиорена, или рассчитаны на нежить.]

— Кто из нас ещё негодяй? — спросил в потолок Пивз, кидая на меня недовольные взгляды.

— Тот, на кого первым ткнут пальцем.

— Хочешь причину? Держи: от тебя веет смертью!

— Я как раз собирался помыться, — ответил я, принюхиваясь к своим подмышкам.

[Да не пахнет вроде.]

— Я не об этом! — помотал головой полтергейст. — Ощущение от тебя такое, будто ты меня развоплотишь, стоит мне повисеть рядом. И сильный беспричинный страх ещё, — добавил он, подумав.

— Эффект работает только на полтергейстах или на призраках тоже?

— А ты общался хоть с одним призраком? — усмехнулся полтергейст, звякнув бубенчиками.

— Резонно.

[А ведь и правда.]

А что если…

— Могу придумать что-нибудь для нивелирования эффекта.

— Зачем это тебе? — прищурил глаза Пивз, подлетев поближе.

— Хорошие отношения с духом-пакостником могут мне пригодиться, — честно ответил я, пытаясь жестами левой руки нарисовать подходящую ситуацию. Вышло так себе.

— Небольшая помощь иногда в обмен на спокойное существование? — Пивз серьёзно задумался.

— Вполне не дурная сделка, не находишь?

— Если сможешь, то я не против. Мои шутки малость устарели, мне нужна новая искра! — поднял он палец вверх.

— Я подкину тебе пару идей, — протянул я ему руку и Пивз пожал её в ответ.

* * *