Рыцарь Семи Королевств. "Странствующий рыцарь" (гет)

Дунк жестом приказал остальным оставаться в спасительной тени лощины, а сам бесшумно двинулся к мерцающим отсветам костров. Два уцелевших наемника мастера Клетуса, окончательно осознав, что от успеха этой безумной вылазки напрямую зависит их собственная жизнь, с мрачной решимостью последовали за гигантом, крепко сжимая в потных руках трофейные кинжалы.

Лошади Красного Ястреба — великолепные, поджарые дорнийские скакуны песчаной и рыжей масти — были привязаны к длинным толстым канатам, натянутым между огромными валунами на дне ущелья. У коновязи дежурили всего трое часовых. Они беспечно играли в кости прямо на теплом песке, тихо переругиваясь из-за мелких медных монет и совершенно не ожидая нападения с того склона, который их командир признал неприступным.

Дунк распределил цели одним коротким, выразительным взглядом. Наемники безмолвно кивнули. Три тени одновременно метнулись к свету затухающего костра.

Огромный рыцарь обрушился на ближайшего дозорного подобно рухнувшей скале. Одной рукой он намертво зажал рот дорнийца, а второй с невероятной силой вонзил кинжал ему под ребра. Один из наемников справился со своей целью так же быстро, перерезав горло второму игроку в кости. Но третий часовой успел отскочить. Он выронил кости, в панике набирая в грудь воздух, чтобы издать громкий крик тревоги.

Звонко щелкнула тетива. Последняя стрела наемника с безупречной точностью вонзилась прямо в открытый рот разбойника, оборвав крик на самом зарождении. Человек тяжело рухнул на песок, но этот глухой стук и тошнотворный запах свежей крови мгновенно насторожили чутких боевых лошадей. Несколько скакунов тревожно заржали, забив копытами по каменистому дну лощины.

— Быстрее! — зашипел Дунк, бросаясь к ближайшим лошадям и лихорадочно перерезая удерживающие их канаты. — Эгг, зови остальных! Живо!

Мальчишка метнулся в темноту. Меньше, чем через минуту вся измученная группа уже бежала к коновязи. Клетус пыхтел и отдувался, как загнанный вепрь, мастер Дорран едва поспевал, опираясь на хрупкое плечо своей племянницы.

— Седлайте лучших! — скомандовал рыцарь, помогая Тансель взобраться на спину высокой серой кобылы. Девушка ловко перекинула ногу через седло, крепко перехватывая поводья. Годы жизни в постоянных разъездах научили кукольницу отлично держаться верхом. Старый Дорран с кряхтением забрался на гнедого мерина рядом с ней.

В этот самый момент из глубины ущелья, где спали основные силы разбойников, послышались гортанные, тревожные крики. Шум у коновязи все-таки не остался незамеченным. Вспыхнули новые факелы, раздался громовой, яростный голос Красного Ястреба, призывающего своих людей к оружию. Заговорщики поняли, что добыча не просто ускользнула со скалы, но и нанесла удар в самое сердце их лагеря.

— Они идут! — в панике завизжал Клетус, неуклюже и комично карабкаясь на широкую спину какого—то жеребца, пока наемники подсаживали его снизу. — Мы не успеем уйти! Нас расстреляют в спину!

— Эгг, бери горящую ветку из костра! — рявкнул Дунк, вскакивая на крупного вороного коня, который показался ему достаточно сильным, чтобы выдержать гигантский вес рыцаря в доспехах. — Подожги сухой кустарник и пугни остальной табун прямо на них!

Юный оруженосец мгновенно понял отчаянную задумку своего господина. Схватив пылающую головню, Эгг побежал вдоль линии привязанных лошадей, яростно размахивая огнем и издавая дикие, пронзительные вопли, подражая крикам хищных животных. Дорнийские скакуны, и без того напуганные запахом крови и суетой, впали в абсолютную панику. Они дико рвали поводья, вставали на дыбы, отчаянно лягались. Когда Дунк перерубил последний, главный канат, удерживающий табун, десятки обезумевших от первобытного страха лошадей неудержимой, сокрушительной лавиной ринулись прямо вглубь узкого ущелья, навстречу просыпающемуся лагерю разбойников.

Мощный топот копыт эхом отразился от скал, заглушая крики людей. Огромная масса обезумевших животных врезалась в плотные ряды людей Ястреба. Послышались влажный хруст ломающихся костей, истошные вопли затоптанных и яростные, полные боли проклятия. Лагерь мгновенно превратился в кромешный ад из огня, удушливой пыли и смертоносных копыт.

— Ходу! Выбираемся на равнину! — закричал Дунк, пришпоривая своего вороного.

Небольшой отряд беглецов рванул в противоположную сторону, прочь от раздавленного табуном лагеря. Они скакали галопом по узкому дну лощины, пока отвесные каменные стены, наконец, не расступились, выпуская их на бескрайние, залитые лунным светом просторы дорнийской пустыни.

Ночной ветер с силой бил в лицо, остужая разгоряченную кожу и выдувая из головы остатки пещерной пыли. Позади, в ущелье, все еще бушевал кровавый хаос, но Дунк отлично понимал, что это лишь временная отсрочка. Дерик Красный Ястреб не из тех, кто отступает после первой же неудачи. Как только он соберет уцелевших людей и поймает разбежавшихся лошадей, он бросится в погоню с удесятеренной, слепой яростью.

Они скакали без остановки несколько часов, пока луна не начала неумолимо клониться к западному горизонту. Лошади покрылись мыльной, едкой пеной, их дыхание стало хриплым, со свистом вырываясь из расширенных ноздрей. Дунк был вынужден поднять руку, приказывая сбавить галоп до размеренного шага, чтобы не загнать драгоценных скакунов насмерть в первые же часы скачки.

— Мы вырвались, — сдавленно прохрипел Клетус, жадно глотая холодный воздух. Тучный торговец едва держался в седле, вцепившись в гриву коня. — Слава Семерым, мы вырвались из этой западни!

— Радоваться рано, торговец, — мрачно оборвал его Дунк, оглядываясь на темнеющий горизонт, где уже угадывалась слабая багровая полоска рассвета. — Мы отобрали у них коней и сильно помяли их лагерь, но Ястреб все еще жив. И он непременно пойдет по нашему следу. Здесь, на открытом песке, нас слишком легко выследить при свете дня.

Тансель поравнялась с рыцарем. Ее волосы растрепались, тяжелая коса расплелась, но в глазах горел тот самый упрямый, непокорный огонь, который Дунк так отчаянно любил. Она уверенно держалась в седле, словно настоящая дорнийская воительница из древних легенд.

— Куда мы направимся теперь, Дунк? — спросила она, переводя дыхание.

— На запад, к Принцеву перевалу, — не задумываясь, ответил Эгг, подъезжая с другой стороны на небольшом, но крепком жеребце. — Капитан Гарибальд проговорился на складе, что Айронвуды планируют перекрыть южный тракт. Но если мы уйдем глубоко в горы на запад, мы сможем добраться до замка Фаулеров или других лордов, верных Мартеллам. Там мы расскажем о тайном арсенале и предательстве. Это сорвет их планы.

— Туда как минимум два дня тяжелого пути, — тяжело вздохнул мастер Дорран, поглаживая шею своего коня. — А у нас нет ни капли воды, нет еды, и мы измотаны до предела. Разбойники догонят нас гораздо быстрее, чем мы доберемся до спасительных замков.

Дунк молча кивнул, чувствуя, как нестерпимо ноет раненая рука под грязной повязкой. Старик был абсолютно прав. Их ночная вылазка была лишь временной передышкой перед последней, решающей битвой. Они украли лошадей, но не украли свою свободу.