Изменчивая жизнь Дореи Поттер (джен)

Дора спускалась вместе с Северусом к парадной двери замка, на ходу показывая ему веточку мышиного куста, которую для неё создал Эдвин Фусс, и пересказывая всё, что он успел рассказать ей о том, где он обычно растёт.

Когда Дора закончила, они уже дошли до опушки Запретного леса и прошли несколько шагов между редкими деревьями. Субботний день уже заканчивался, но солнце всё ещё было достаточно высоко, чтобы освещать высокую, доходящую Доре почти до колен траву через промежутки между кронами лиственных деревьев. Этот лес был совсем не похож на знакомый Доре заболоченный сосновый лес, который окружал Годрикову впадину. Этот лес был гораздо уютнее и дружелюбнее.

— Вот и всё, что я узнала, — закончила Дора и остановилась. — Если тебя не съедят гигантские муравьи, принеси мне завтра свой учебник по зельям за второй курс, чтобы я его скопировала.

— Не существует настолько больших муравьёв, чтобы они могли съесть меня, — сказал Северус.

— Существуют, если кто-то увеличил обычных муравьёв увеличивающими чарами, — ответила Дора.

— Тогда я просто уменьшу их уменьшающими чарами, — ответил он и пошёл вперёд.

Дора развернулась в противоположном направлении и пошла назад в замок.

Низкое солнце светило ей в лицо, высокая трава цеплялась за её ноги, воздух был приятным и тёплым. До отбоя было ещё около двух часов, так что у неё ещё было время сегодня. Она могла бы сходить в библиотеку, чтобы немного подготовиться к экзаменам по боевой магии и чарам. Она могла бы вернуться в гостиную Слизерина, чтобы немного отдохнуть. Она могла бы сходить к личным покоям Беллатрисы, чтобы проверить, не вернулась ли она. Или она могла бы подняться к Сивилле в башню Прорицаний, чтобы отдать ей жизнеописание Леоны Ядовитой и немного почитать вместе.

Дора немного замедлилась, когда поняла, что идёт уже почти пять минут. Она шла гораздо дольше, чем должна была, но всё ещё не вышла из леса.

Дора огляделась. Лес вокруг неё был очень редким. Он был совсем не похож на лес, в котором легко заблудиться, а она была у самого его края. Но всё же она не могла увидеть стены замка, в каком бы направлении не смотрела. Может быть, она развернулась правее, чем было нужно? Может быть, она шла вдоль края леса, а не к его границе?

Дора повернула немного левее и пошла дальше, но вместо того, чтобы оказаться снаружи, каким-то образом оказалась ещё глубже. Лес впереди неё выглядел более густым и высоким, чем позади. Дора развернулась снова и быстрым шагом пошла обратно, но это направление привело её к небольшому оврагу, рядом с которым она точно не проходила раньше. Дора поняла, что уже не может вспомнить, в каком направлении она шла до того, как первый раз развернулась. Она нашла на небе между кронами деревьев пятнышко солнца, которое уже опустилось к самому краю горизонта, собираясь попытаться сориентироваться по нему, но не смогла вспомнить, с какой стороны замка оно должно находиться.

Она остановилась.

Она хорошо знала, что она должна сделать, если она заблудится. Родители много раз объясняли это ей и Джеймсу с тех пор, как они научились ходить. Нужно было стоять на месте, выпускать вверх красные искры и ждать, когда тебя найдут. Не пытаться найти обратный путь самостоятельно, рискуя заблудиться ещё сильнее и уйти ещё дальше.

В детстве у Доры был специальный зачарованный шарик, который метал вверх искры и который всегда лежал в её кармане. Теперь его заменила палочка.

— Перикулум, — сказала Дора, направив палочку вверх. Красные искры с треском взлетели над кронами деревьев.

Она чувствовала себя глупо. Она не понимала, как она могла заблудиться, находясь на самой опушке леса. Она никогда не терялась, когда они с Джеймсом гуляли по окраине Годрикова леса рядом с их домом.

— Перикулум, — сказала Дора, снова подняв палочку вверх. Красные искры снова взлетели.

У неё не было причин беспокоиться. Она не зашла в лес достаточно глубоко, чтобы рисковать встретить кого-то опасного. Ей просто нужно было подождать. Кто-нибудь в замке заметит её искры и придёт за ней.

— Перикулум!

Может быть, её искры заметят студенты, глядящие в окно из замка, и расскажут профессорам, что кто-то в лесу посылает сигнал о помощи. Или, может быть, её заметит мистер Хагрид, лесничий, с которым Джеймс успел подружиться в прошлом году, но с которым сама Дора так и не нашла времени познакомиться.

— Перикулум!

Вряд ли её сильно накажут из-за этого. Она не собиралась нарушать правила и заходить в Запретный лес. Она была на самой его опушке и уже хотела вернуться в замок. Она просто случайно заблудилась.

— Перикулум!

Дом мистера Хагрида был у самого леса. Может быть, он услышит звук, с которым трещат её искры. Дора пожалела, что не выучила заклинание сонорус, которое позволяло делать голос громким, чтобы сейчас просто покричать, зовя на помощь. Джеймс уже выучил его, хотя оно было в программе третьего курса, так что Дора тоже могла бы сделать это. Наверняка были и другие полезные заклинания. Ей стоило выучить их все.

— Перикулум!

Может быть, ей стоит залезть на дерево и попытаться увидеть, в какой стороне находится Хогвартс? Но деревья были очень высокими. Дора сомневалась, что сможет залезть на них. Если бы у неё была с собой метла, она смогла бы просто взлететь над деревьями и улететь обратно в замок. Ей стоит всегда носить свою метлу в своих расширенных карманах на всякий случай.

— Перикулум!

— Что ты, чёрт возьми, делаешь? — спросил Северус, появляясь между деревьями.

Дора обернулась к нему с радостным облегчением, которое не стало меньше из-за того, с каким раздражённым недовольством он на неё смотрел.

— Я заблудилась, — объяснила она.

— Ты заблудилась, — повторил он. — Как ты могла заблудиться? Ты даже не была в лесу, когда я ушëл. Ты случайно метаморфировала свой мозг в кисель или что?

— Я не виновата. Наверняка какая-то магия леса меня заблудила, — уверенно ответила Дора. — Просто выведи меня отсюда, если ты такой умный!

Они посмотрели друг на друга.

— Ну пошли, — недовольно сказал Северус, проходя мимо неё. — Лили постоянно говорит, что мы должны присматривать за неразумными малышами вроде тебя, так что придётся сначала отвести тебя к выходу, а уже потом идти искать этот чëртов куст.

Дора поспешила за ним.

— Я не малыш, — на всякий случай сказала она. Он ничего ей не ответил.

Они шли около десяти минут. Солнце за это время скрылось за горизонтом. Северус сотворил люмос, чтобы осветить себе путь, и Дора сделала то же самое.

Дора шла, держа палочку перед собой и освещая густую траву, покрывающую неровную землю и торчащие из неё узловатые корни. В такой густой траве наверняка водились змеи. Многие из них наверняка были ядовитыми. Дора сожалела, что она не умела командовать змеями так, как это делал загадочный наследник Слизерина, о котором писали в Ежедневном Пророке. Её отец говорил ей, что большинство животных боится людей даже больше, чем сами люди бояться их, так что Дора просто старалась топать громче, чтобы все змеи испугались и расползлись с их пути.

Сквозь редкие щели между кронами деревьев можно было увидеть звёзды. Дора знала, что по звёздам можно ориентироваться, но она не умела это делать. На уроках астрономии они успели только выучить названия созвездий и их положение друг относительно друга. Возможно, она смогла бы найти Полярную звезду и определить по ней север, но она не знала, с какой стороны от Хогвартса должен находиться север. Северус, видимо, тоже не знал, как ориентироваться по звёздам, потому что даже не посмотрел на них, когда они появились на небе, продолжая идти вперёд в выбранном им направлении.

— Ну и где выход из леса? — наконец спросила у него Дора. — Неужели ты тоже неразумный малыш, за которым нужно присматривать?

— Надо повернуть немного левее, — хмуро ответил он, выглядя немного пугающим в свете их палочек. — Мы где-то рядом, просто немного промахнулись.

Дора резко остановилась.

— Нам надо остаться здесь, — сказала она.

— Остаться в лесу? — он тоже остановился и посмотрел на неё с непониманием.

— Мы только заходим ещё глубже. Нам надо остановиться, пока мы не ушли туда, где нас не смогут найти, и подождать, пока профессора нас найдут, — она подняла свою светящуюся палочку вверх. — Перикулум!

Красные искры вспыхнули, взлетели вверх и с треском исчезли в кронах деревьев.

— Это глупо, — сказал Северус. — Я не буду сидеть несколько часов в холодном лесу и ждать, когда придут профессора и накажут нас, когда я могу выйти из леса через пять минут и вернуться в гостиную факультета ещё до отбоя.

— Перикулум! — снова сказала Дора. Она села на землю, чтобы показать, что не собирается никуда идти.

— Делай что хочешь. Я иду в замок.

— Перикулум!

Северус отвернулся и пошёл прочь от неё. Дора не ожидала, что он действительно оставит её одну в темноте, но маленький огонёк его люмоса удалялся с каждым его шагом.

— Если ты сейчас уйдёшь, я расскажу Лили, что ты бросил меня одну ночью в лесу! — крикнула она ему вслед.

— Я не поддамся на твой шантаж! — ответил он издалека, не оборачиваясь и не замедляясь.

Дора сжала палочку в своей руке крепче. Она всё делала правильно, оставаясь здесь, сидя здесь в темноте и стреляя искрами вверх. Она делала именно то, что родители сказали ей делать в случае, если она заблудится, а они ещё никогда не давали ей плохих советов.

Но она всё равно чувствовала себя ужасно, оставаясь здесь одна. Она не знала, насколько далеко они успели забрести, действительно ли они шли к выходу или, наоборот, заходили глубже. Она не знала, насколько опасные существа могли обитать здесь. Может быть, оставаться рядом с второкурсником, который знал больше заклинаний и обладал лучшими дуэльными навыками, чем она, было разумнее, чем оставаться на месте. Дора слышала, что он победил Джеймса в дуэльном клубе недавно, так что он должен был быть хорош в дуэлях.

Она подумала, что могла бы и идти за ним, и посылать сигнальные искры одновременно. Это был бы компромисс. Её матери нравилось слово компромисс. Возможно, она даже одобрит это решение, когда Дора расскажет ей всю эту историю летом.

Дора быстро встала и побежала за Северусом. Светящаяся точка его люмоса иногда мелькала вдалеке между деревьями.

Дора нашла его, наклонившегося к густым зарослям и копающегося в них в свете палочки.

— Я нашёл этих мышей, — сказал он, вставая с отломанной веткой куста в руках. Он ничуть не удивился, когда она догнала его, словно ожидал этого с самого начала.

— Проклятье, ты сумасшедший! — выдохнула Дора, раздражённо взглянув на овальные листики со свисающими вниз тонкими хвостиками. — Как ты можешь помнить об этом в такой ситуации?!

— Я же пришёл за этим, — хмуро ответил Северус. — Конечно, я помню, за чем я пришёл. Я не превращал свой мозг в кисель, как ты.

Он развернулся и пошёл дальше, туда, где, видимо, ожидал найти выход из леса. Дора пошла за ним, снова направив палочку вверх и снова выстрелив в небо красными искрами.

— Я не понимаю, почему Лили считает тебя милым, — проворчала она.

— Она так сказала?

— Да, но она ошиблась!

Дора снова выстрелила в небо красными искрами, задумавшись, что она не помнит случая, когда он говорил что-то грубое рядом с Лили. Она вспомнила все случаи, когда видела их рядом, и, кажется, он вообще не так уж много говорил рядом с ней.

— Прекрати так громко топать, — сказал Северус.

— Я отпугиваю змей! — ответила Дора. — Ты же не хочешь, чтобы нас укусила ядовитая змея?

— Твой шум привлечёт кого-то похуже змей!

— Или он привлечёт кентавров и... ОЙ!

Дора быстро отпрыгнула назад, когда круглый тёмный холмик в траве, на который она наступила, дёрнулся в сторону из-под её ботинка.

Холмик подпрыгнул вверх, обнажая восемь кривых лап, приземлился на дерево и посмотрел на неё восемью блестящими переливающимися глазами.

— Петрификус Тоталус, — быстро сказал Северус, делая шаг назад.

Огромный паук выгнулся, подставив под заклинание свою гладкую блестящую спинку. Лилово-фиолетовый луч разбился о неё яркими брызгами, словно о магический щит, на миг осветив окружающие их тёмные глубины леса. Из этих глубин на них смотрели десятки наборов сияющих паучьих глаз.

Вскрикнув от ужаса, Дора развернулась и побежала прочь от этих глаз. Пауки побежали за ней. Они прыгали с дерева на дерево, стрекоча и скрипя, и иногда неожиданно возникали сбоку, вынуждая её резко сворачивать, чтобы не дать их тянущимся в её сторону лапам схватить её.

Дора бежала, не останавливаясь ни на мгновение и понимая, куда бежит, изо всех сил стараясь не запнуться о корни деревьев и не упасть, пока неожиданно для себя не выбежала из леса прямо к задней стене Хогвартса.

Северус выбежал из леса следом за ней. Пауки остановились позади них на границе между территорией леса и территорией замка.

Дора посмотрела на пауков. Пауки одновременно моргнули всеми своими наборами глаз и скрылись в темноте леса.

— Они пытались нам помочь? — спросил Северус, глядя на деревья.

— Что? — растерянно переспросила Дора, которая ещё не до конца пришла в себя от страха.

— Они не нападали на нас, даже когда могли. Просто напугали и прогнали из леса. Что это, если не помощь?

— Если они хотели помочь, могли бы не пугать нас так сильно.

— Сложно не пугать кого-то, когда ты гигантский паук, — Северус отвернулся от леса и посмотрел на замок. — Ладно, идём. Надо только не попасться Филчу по дороге в подземелья.

— Мистеру Филчу, — машинально поправила Дора. — Ты должен больше уважать сквибов, раз уж ты магглорождённый.

— Я не магглорождённый, идиотка.

Дора подумала, что он мог бы уже не притворяться перед ней после того, как взял у неё книги по маггловедению и начал варить зелье по рецепту из них. Но она не стала спорить.

Они обошли замок вокруг, открыли небольшую щель в парадной двери, чтобы проскользнуть внутрь, удачно спрятались в тёмной арке, когда молодой энергичный завхоз прошёл мимо них, и без проблем добрались до входа в гостиную Слизерина.

Дора сразу убежала в спальню девочек-первокурсниц, чтобы рассказать Долорес про пауков в Запретном лесу и своё приключение. Она решила не упоминать, что была там не одна, потому что она не была такой уж болтушкой, какой её считала Беллатриса. Во всяком случае, больше не была.

Надеясь, что Беллатриса вернётся завтра и они наконец смогут поговорить обо всём, что у них обоих случилось за прошедшие дни, Дора заснула в своей кровати и её длинная сложная суббота наконец закончилась.