Катарсис магии (джен)

— Ну как вам ребята, какие у вас впечатления от экскурсии? — бодро спросила девушка у 15 уставших, но довольных людей в микроавтобусе.

— Очень насыщенная программа, нам с семьёй понравилось. Спасибо вам, Александра, — ответила женщина средних лет, сидевшая рядом с двумя детьми и мужем.

— Тоже. Не думал, что за 1 день можно столько всего успеть, — сказал Альберт, устало вытянув ноги.

— Супер, и надеюсь, что в ваших головах всё на следующий день останется, — улыбнулась Александра и продолжила: — и в качестве амюз-буша я предлагаю вам на выбор рассказать какую-нибудь легенду: про непопулярные ссоры с музами или до недавнего времени неизвестную историю о падении во тьму и о её спасении.

— Давайте вторую, — наугад выбрал Сергалд, смотря, как сменяется городской пейзаж за окном.

— Все согласны? — уточнила девушка у других. Когда все устало покивали, она прокашлявшись, начала: — Итак, примерное время после Пелопоннесской войны, кругом очень тяжёлая обстановка для Афин, и в этом городе жил юноша. Юноша был непростым — по воле богов его сделали человеком из красивого и прекрасного цветка. Таким он и был: отстранённым от человеческих бед и страстей, он им помогал и лечил их, очаровывая всех красотой и навыками. Для того, чтобы он освоился в человеческом мире, для него выбрали наставника — храброго воина, который никогда не проигрывал. Несмотря на непохожесть между ними, быстро образовалась крепкая наставническая связь: юноша часто советовался со старшим товарищем, а он, в свою очередь, учил его быть человеком. Но в один момент, под игру театра, на юношу напала змея, которая посреди толпы начала искушать юношу на тёмные деяния.

Не справившись со сладкими речами, юноша поддался словам и сбежал после окончания спектакля. Змея оказалась непростой, а искусным полубогом, умевшим манипулировать человеческими душами и становиться змеёй. И начал полубог обучать юношу разными злодеяниям. Но однажды, в плинтерию, праздник очищения, в пещеру, где жили юноша и полубог, пришёл его наставник с мечом, светящимся ярким голубым пламенем, и напал на змею. Борьба была долгой и изнурительной, в один момент змей снова начал искушать юношу, но он, благодаря помощи воина, смог одолеть чары и убить змею. Юноша и воин помирились и пошли домой. — После экспрессивной и увлечённой речи в микроавтобусе настала поражённая тишина.

— А давно этот миф стал известен, если не секрет? — спросил Альберт, подавшись вперёд.

— Примерно в 1960, совсем недавно по меркам истории. Причём и история нахождения мифа тоже интересная, — выпив немного воды, она продолжила, более сипло: — пара туристов, одетые очень старомодно и странно, нашли в лесу коробочку со свитками на древнегреческом. Изучив находку, люди отдали её в музей, не взяв ничего взамен. Но интересно ещё кое-что: сам свиток не похож на письменные источники того периода. Да, тогда использовались папирусы, но только в греческих колониях Египта, также и сам материал отличается, будто в нём ещё есть хлопок. Я сама видела свиток, когда проходила практику, так что могу ручаться.

— Вот уж действительно неизвестная, — прошептал Альберт себе под нос, и у него сложилось впечатление, что он что-то забыл и где-то слышал частички этой истории.

— Мда уж, миф мифическим образом обнаружился, — пожала плечами Александра и посмотрела в окно, — а мы уже подъезжаем к месту нашего прощания. Пожалуйста, проверьте ваши вещи, не оставили ли вы чего-нибудь, особенно ваши новые знания, — подмигнула девушка, — и ждём вас в следующий раз.

Когда микроавтобус остановился, люди благодарно захлопали своему гиду и начали прощаться. Уже на свежем воздухе, среди огней ночного города, у нашей компании проснулось до того спящее воодушевление. Неожиданно, Альберт, вспомнив то, что вертелось у него в мозгу после того мифа, громко сказал:

— Герпий Злостный, это как-то связано с ним! — начал прыгать вокруг своих компаньонов, радуясь как ребенок.

— Почему? — до того разминавший свою спину, сейчас Сергалд внимательно смотрел на друга, зная о его приступах идей.

— Не знаю, я так чувствую, — продышавшись, продолжил Альберт, тараторя будто сейчас всё забудет, — время после Пелопоннесской войны, полубог, а может быть и маг, связанный со змеями, а он был змееустом и первым создателем василиска. Причём и тёмным магом, нужно точно под него копать, — достал он блокнот, начав что-то быстро записывать в нём.

— У него это часто бывает? — присел к Сергалду Сириус, наблюдая за немного сумасшедшим товарищем.

— Бывает, но нечасто, обычно он истории щелкает как семечки, — спокойно ответил гоблин, — но это значит, что дело его искренне увлекает.

— Главное, чтобы это действительно помогло — раздался голос Эммы из-под рукава рубашки Сириуса, а Альберт, уже подуспокоенный от записи своей идеи, проморгался и взглянул диковатым взглядом на них.

— Ну, что, друзья мои нетипичные, лёд тронулся, — и развернувшись на подошве сандалий, он пошёл в сторону из дома, а Сириусу и Сергалду оставалось лишь за ним поспевать.