Настойка полыни (гет)

Несколько дней Джейн ходила в раздумьях: носила письмо Джорджа повсюду, а вечерами долго сидела над ответом, который, в конце концов, улетал в огонь камина — сплошные перечеркнутые фразы. Просить совета у подруг не хотелось: их реакции она знала заранее. Но все изменилось, когда Джейн попала на отборочные испытания в команду Гриффиндора.

Это был очень важный день для факультета. Над стадионом собирались тучи, но людей с каждой минутой прибывало все больше. Стайка хихикающих девчонок преследовала Гарри Поттера по стадиону. Их совершенно не интересовал квиддич, многие и не помнили уже, с какой стороны подходить к метле.

Джейн видела, что Гарри растерялся. Он просто стоял и смотрел на эту толпу, которая никак не желала самоорганизоваться. Это были бы худшие отборочные, если бы не Джинни, которая быстро обеспечила дисциплину.

— Молчать! — она вышла вперед и громко приказала: — Все, кто не собирается участвовать — марш на трибуны! Остальные — выстроились в шеренгу! Быстро.

Пять минут возни, и вот перед Гарри уже стояло два десятка человек, готовых пробоваться в новый сезон игры. Джейн и Гермиона пришли поддержать Уизли. Как и ожидалось, Джинни легко заняла свое место охотница, а вот за Рона они волновались. Он пробовался во вратари.

Соперничество за место вратаря между Роном Уизли и Кормаком Маклаггеном было очень жарким. Они брали равное количество мячей, и различие между ними было лишь в том, что Рон переживал и выглядел неуверенно, а вот Кормак, напротив, выглядел весьма органично — спортивный, сильный и ловкий.

— Какой же Маклагген противный, — прошипела Гермиона.

— Это еще почему? — вскинула бровь Джейн. — Как по мне, красавчик, — но под осуждающим взглядом Гермионы добавила: — но Рон, конечно, лучше.

— Да не в этом дело, он так странно на меня смотрит, фу.

— Может понравилась? — Джейн выглянула из-за спины подруги: Кормак действительно смотрел в их сторону после каждого пойманного мяча. — Не обращай внимания.

Отбор вратаря затягивался: Рон не сдавался. И вдруг Кормак бросился в противоположную от мяча сторону, пропустил гол. Гарри сразу дал понять, что отбор для него на этом закончен. Джейн всматривалась в невинное выражение лица Гермионы, которая громко хлопала другу. Разве мог Кормак, до этого так превосходно игравший, так глупо ошибиться?

— Ты сейчас Конфундус применила? — уточнила Джейн, когда они спускались с трибун.

— Нет, как ты могла подумать, — но подруга натянуто улыбнулась. — Никому ни слова, ясно.

— Конечно, ты же не могла жульничать, — вторила ей Джейн. — Рон и правда хорош сегодня, да?

Гермиона не ответила, потому что уже бежала поздравлять своего друга: он горделиво выпятил грудь и был очень доволен собой. Неразлучная троица сразу отправилась навестить Хагрида, а Джейн — побродить по окрестностям. Ее схватила за руку Джинни.

— Скажи Дину, что я иду с тобой по важным делам, — шепнула она, оглядываясь на своего парня, который ждал ее у выхода.

— Вы снова поругались? — буднично уточнила Джейн, жестами объясняя Дину, что Джинни с ним сегодня не пойдет. Тот расстроено, опустив плечи, пошел в сторону замка.

— Еще нет, но он мне сегодня надоел.

Джинни взяла под локоть подругу, и они спустились к берегу Черного озера. Теплый сентябрьский вечер медленно догорал на их глазах, закат окрашивал гладь озера в пурпур и медь. Лица обдувал свежий ветерок, волосы, выбившиеся из прически, щекотали кожу.

— Красиво, — выдохнула Джинни — в ее глазах Джейн увидела отражение закатного солнца. — Ты все еще встречаешься с Малфоем, да?

Ее вопрос поставил Джейн в ступор. Сейчас совсем не хотелось говорить о нем. Не здесь, не в такой прекрасный час.

— Да, — она опустила голову. — Можно сказать и так.

— Он тебе очень нравится?

— Как сказать. Нравится, конечно. Умный, симпатичный. С тяжелым характером. А еще он что-то от меня скрывает, — Джейн нервно улыбалась. — И молчит, даже когда я прошу сказать правду.

— Вот, и у меня также. Порой наши с Дином мнения расходятся так сильно, что я хочу его прибить. Он ничего, хороший парень. Но не мое.

— Понимаю.

— Жаль, у вас с Джорджем так получилось. Нехорошо.

— Да, мне тоже жаль.

Слова вырвались сами, прежде чем Джейн успела осознать их: неужели она правда жалела об этом? Разговор становился все более неловким — каждая боялась сказать правду вслух: Джинни, что ее сердце занято Гарри, а все эти парни вокруг — пустая трата времени; Джейн, что она не сможет поменять Драко. Эти мысли повисли между ними, но не превратились в слова. Джинни поежилась.

— Холодно. Пойдем в замок?

На ужине они не разговаривали, пока не получили неожиданное приглашение от профессора Слизнорта на субботнюю вечеринку. Гермиона с недоумением смотрела в спину старику, который не поленился лично подойти к ним.

— Что еще за вечеринка?

— А, это у него такое хобби, — вдруг уточнил Гарри, — он выбирает себе любимчиков, а потом делает их успешными. У него много связей. Забавно, да?

Рон угрюмо слушал друзей, ведь его не пригласили в этот элитный клуб. Мало того, Слизнорт трижды исковеркал ему фамилию — все никак не мог запомнить его имя, хотя его сестра была приглашена наравне со всеми.

В этот вечер Джейн не встретилась с Драко. Она осталась в гостиной, смотрела в окно и крутила в руках перо. Перед ней лежал пустой лист, последний в стопке, которую она сожгла — пепел белел в каминной клетке. Рядом сидели Гарри, Рон и Гермиона, они писали эссе для Снейпа. Их перья громко скрипели о пергамент — шорх, шорх, шорх.

Джейн вдруг нависла над своим листом и начала писать. Дело шло то быстрее, то медленнее, но оно шло, и уже не хотелось обрывать себя на каждой неосторожной фразе. Закончив, девушка бегло перечитала получившийся текст:

Здравствуй, Джордж!

Получила твое письмо почти неделю назад, но смогла ответить только сейчас. Ты, если что, пиши сразу список вопросов в конце — так выше шанс на хоть какой-то ответ.

Поверь, я не получила никакого удовольствия от той пощечины. Но я тоже была зла, нет, даже ОЧЕНЬ зла на тебя. Теперь мы квиты. Поэтому, может быть, перемирие?

Если ты спросишь, как у меня дела, то хочу сказать, что все неплохо — много учебы, а также занятий одним секретным хобби. Оно, кстати, необычное — так что, я опасная нарушительница нескольких магических законов. Когда-нибудь, я расскажу тебе об этом.

Еще я случайно попала в элитный клуб Слизней (да-да, смейся громче) — у нас новый преподаватель зелий, тот еще чудак. Его уроки ужасны — просто просит готовить все по учебнику, мне пришлось реально перелопатить тонну справочников, чтобы выйти на уровень профессора Снейпа. Нет, хотя бы сделать первый шаг в эту сторону.

Шутка с амортенцией удалась. Храню письмо под подушкой. Чем она пахнет для тебя?

Передаю Фреду горячий привет, как и всем остальным! Кроме вашей помощницы Элен, разумеется. Хи.

До (скорее всего приятной или не очень) встречи, Джордж.

P.S. Надеюсь, ты отвечаешь быстрее меня.

Джейн запечатала письмо, и с нетерпением ждала утра, чтобы отправить его с первой совой.

* * *

Драко стал все чаще избегать Джейн. Она заметила это не сразу: сначала он отворачивался от нее в Большом зале, затем все реже стал появляться в библиотеке, а если и появлялся — сидел там недолго. Но вечерами все еще старался пригласить Джейн на свидание, где они не разговаривали — только целовались. Он не давал ей времени озвучить свои переживания, постоянно утверждал, что все в порядке и ей просто кажется. И Джейн даже начинала этому верить.

И все это длилось до первого октября, когда их отпустили в Хогсмид.

Джейн с раннего утра стояла за работой — в комнату приходили девчонки и просили сделать им прическу — у всех были либо свидания, либо надежды на них. Их просьбы и звенящие в руках сикли убедили Джейн взяться за расческу и волшебную палочку. Поэтому она, зевая, в одной пижаме, завивала волосы, заплетала или выпрямляла кудри. Последней в очереди была Лаванда Браун — она выскочила из спальни с двумя толстыми косами, куда Джейн вплела розовые ленты. Это сделало ее похожей на нежного барашка, но она была очень рада результату.

— Вот это утро, — Джейн устало легла, потирая лицо.

— Кх-кхм, — к ее кровати осторожно подошла Гермиона, — помоги, пожалуйста? Мы сегодня с Роном и Гарри в «Три метлы» пойдем, так не хочется сидеть с гнездом на голове.

Пока Джейн делала укладку подруге, ее мысль крутилась вокруг Драко — он точно что-то скрывал. Весь месяц он затыкал ей рот, но сегодня она должна добиться ответа, спросить начистоту: что происходит? Гермиона следила за ее лицом.

— Ты в порядке? Точно хочешь мне помогать?

— Конечно, глупый вопрос, — Джейн попыталась улыбнуться, — просто задумалась. Все готово.

Гермиона оглядела себя в зеркало, поправила аккуратные кудри и, довольная, выскочила за дверь. А Джейн медленно побрела в ванную, спешить ей было некуда. И не к кому.

Она пропустила завтрак. Выйдя из душа, девушка заметила рыжую сову — письмо от Джорджа. Джейн быстро открыла окно, и птица прыгнула ей на предплечье, девушка погладила ее по голове, отчего та зажмурилась, помахивая крыльями.

— Спасибо, Гермес, — отвязала письмо от лапки. — Хорошая птица.

Девушка порылась в верхнем ящике комода и нашла там совиное лакомство, затем дала птице напиться из своей чашки. После небольшого отдыха она улетела в открытое окно.

Джейн читала письмо Джорджа с легкой улыбкой: оно было довольно коротким. Теперь они переписывались постоянно: он рассказывал ей про свои изобретения и смешные случаи в магазине, а она — о своей школьной жизни. Когда-то они оба боялись, что им будет скучно говорить об этих простых вещах, но сегодня Джейн ждала его письма — спокойного, дружеского, с юмором. Оказалось, что им всегда есть, о чем поговорить.

Она успела выйти из замка самой последней, прежде чем мистер Филч отправился греться в подсобку. С севера дул ледяной ветер, теплые осенние деньки давно прошли. Девушка почти бежала до деревни.

В баре «Три метлы» она огляделась: ее друзья сидели и пили сливочное пиво, а Джинни была на свидании со своим парнем. Джейн решила никому не мешать, подсев к профессору Слизнорту, который травил байки очаровательной мадам Розмерте.

В конце концов девушка расслабилась, пила пиво с преподавателем и хохотала над особенно смешными анекдотами профессора. Но вдруг она краем глаза заметила Драко: он смотрел строго перед собой, целенаправленно двигаясь в глубину помещения. Джейн осторожно выглянула из-за спины профессора — парень свернул к туалетным комнатам. А затем все события произошли мгновенно: Кэти Белл с подругой зашли за угол, через несколько минут Драко почти бежал из бара; Кэти вышла в зал со свертком в руках.

Джейн побежала за Драко, борясь с режущими глаза каплями дождя. Она едва успела нагнать его на краю деревни — так быстро он шел к замку. Дорога в школу была пустынна: слишком рано для возвращения студентов.

— Подожди! — крикнула ему в спину Джейн. Он очень медленно повернулся к ней: его веки покраснели, словно он только что плакал. Девушка остановилась от него в нескольких шагах.

— Чего тебе? Джейн, я сейчас не хочу разговаривать.

— Нет, Малфой, — у девушки внутри все сжималось от волнения. — Мы поговорим либо сейчас, либо уже никогда.

— Не усложняй, — отмахнулся Драко, нервно постукивая ногой. — Давай вечером.

— Да мы уже месяц по вечерам и слова друг другу не сказали. Ты ходишь по замку, как призрак, и чем-то занимаешься. Это выглядит странно.

Парень вдруг навис над ней, злобно прошипел ей в лицо:

— Ты ведь знаешь мою тайну. Не лезь ко мне сейчас. Я не буду ничего говорить, — и вдруг он нервно сглотнул, когда заметил у девушки слезы. — Прости меня. Давай вечером. Как обычно, на том же самом месте. Ладно?

Джейн кивнула, опустив взгляд. Он сразу же ушел прочь. Начался дождь. Кэти Белл с подружкой прошли мимо.

— Эй, иди к нам! — это кричала Гермиона, совсем навеселе. Ее поддерживали с двух сторон смеющиеся Гарри и Рон. Джейн присоединилась к ним — делать в Хогсмиде было нечего.

А через пару минут Кэти Белл с жутким потусторонним криком взмыла высоко в воздух, она раскинула руки и выгнулась, словно ее подвесили за грудную клетку, а после ее тело резко ударилось об землю. Они подбежали к ней: лицо Кэти побелело, зрачки расширились, и конечности дергали как от мелких ударов электричеством. Недалеко Гермиона обнаружила старинное ожерелье в темно-зеленом футляре. Серебро обрамляло крупные агаты, такие красивые, что невозможно было оторвать взгляд. Но вещь была проклята. Подруга Кэти исступленно кричала:

— Я говорила ей не трогать его! Просила не делать этого! — слова ее разносило по дороге ветром.

Гарри первым очнулся и побежал за помощью. Бедняжку Кэти сразу доставили в Больничное крыло, оказалось, что ей еще повезло — проклятие не убило ее моментально, потому что она не трогала его голыми руками. Только через варежку. Профессор МакГонагал и профессор Снейп допрашивали свидетелей в кабинете трансфигурации.

— Мы с Кэти пошли в туалет, все было как обычно. Затем она вышла уже со свертком в руках и сказала, что это нужно срочно передать профессору Дамблдору.

Джейн вздрогнула и посмотрела на подружку Белл. Теперь было ясно, что делал Драко.

Гарри, Рон и Гермиона честно поведали историю со своей стороны, а Джейн умолчала обо всем, что касалось Малфоя. Но профессор Снейп смотрел ей в глаза слишком пристально, она не смела отвернуться — если он и прочитал правду в ее воспоминаниях, то выразил удивление лишь легким движением брови. У девушки разболелась голова, но она сознательно позволила ему это — он мог помочь Драко вовремя остановиться и не делать глупостей.

— Хорошо, мисс Барлоу, если вам больше нечего сказать, вы свободны, — медленно произнес профессор. Джейн поспешила к выходу, но замерла, услышав уверенный голос Гарри:

— Я знаю, что это сделал Драко Малфой.

— Вы понимаете, что это серьезное обвинений? У вас есть доказательства?

— Нет. Доказательств у меня нет.

Джейн сжала зубы и побежала прочь, петляя по замку, пока не сбилось дыхание. В конце концов, спряталась за нишу с каменной горгульей и сползла по стене вниз. Девушка вцепилась руками в свои волосы: «Это сделал Драко. Это он. А я ничего не сказала. Почему? А если бы Кэти умерла? Или Дамблдор?», — Джейн беззвучно шевелила губами, все расплывалось перед глазами из-за пелены слез: «Что я за человек? Я покрываю убийцу».

Она до вечера ходила сама не своя, избегая Гарри, потому что она знает правду и молчит. Ей нужно было поговорить с Малфоем начистоту.

Когда Драко зашел в кабинет, где они проводили последнее время, Джейн уже сидела там. Выкурила несколько сигарет, перед ней лежала кучка пепла. Она не повернулась к нему. Драко сел рядом за парту. В комнате не горело ни одной лампы, а единственным источником света была полная луна за окном.

— Ты слышал, Кэти Белл сегодня чуть не убило проклятым ожерельем? — Джейн сделала затяжку, а затем медленно выдохнула дым вверх.

— Да, слышал, — Малфой ответил равнодушно. Пальцы его задрожали, он сжал покрепче. Девушка посмотрела на его руки.

— Как думаешь, кто это сделал? — она спросила это шепотом. Сердце ее забилось быстрее. Драко посмотрел ей в глаза, и глаза эти были холоднее льда.

— Понятия не имею.

Джейн улыбнулась: от настолько очевидной лжи она потеряла дар речи. Драко прищурился:

— Ты сейчас намекаешь, что это моих рук дело? — Драко выглядел опасно: как зверь, загнанный в угол — Джейн сглотнула, жалея, что вообще вывела его на разговор. — Я же просил тебя не лезть. Мне плевать, кто ее проклял. Почему сразу я?

— Я тебя не сдавала, и ты это знаешь. Просто скажи мне правду, и все.

— Зачем тебе правда? Ты мне ничем не сможешь помочь. Никто не сможет.

Драко осекся. Сейчас он выдал себя с головой. Он отпихнул от себя парту и встал у окна. Джейн видела, как тяжело он дышит. Она встала рядом: теперь она понимала, что задание Темного лорда для него было заведомо невозможным — убить Альбуса Дамблдора. Они не решались сказать это вслух.

— Я сохраню твой секрет. Снова. Просто, знаешь, иногда нужна только капелька храбрости, чтобы признаться, — Джейн повернулась к нему, взяла его за руку. — Ожерелье было подарком Дамблдору?

Драко смотрел ей в глаза. Он знал, что она все уже знает.

— Без понятия.

От настолько наглой лжи Джейн смогла лишь засмеяться. Она вновь закурила, чтобы унять истерику. «Зачем мне это? Я никогда не стану помогать убийце», — думала она, вытирая холодный пот со лба. Пепел обжег пальцы. Драко быстро вышел из кабинета.

Спасительный дым застилал голову. Джейн думала о Сириусе, о том, как сильно сейчас его не хватает. Она закрывала глаза и представляла, что он сейчас стоит рядом, а в ушах звенит его лающий смех.

— Прости меня, Сириус, — Джейн бросила окурок под ноги и раздавила его носком ботинка. Уголек моментально потух. — Я никогда бы не стала ему помогать. Но он мог сказать мне правду.