Последняя симфония (джен)

Классическая симфония обычно состоит из четырёх частей:

3-я часть — скерцо, в сложной трехчастной форме.

Скерцо — часть симфонии в живом, стремительном темпе, с острохарактерными ритмическими и гармоническими оборотами, в трёхдольном размере.

Tempestoso — «Бурно, неистово, подобно буре»

На бой в Магистериуме мы почти не опоздали. Мерцание заклинаний, грохот и крики явно свидетельствовали, что у нас все ещё есть шанс задать все интересующие нас вопросы. Может быть, даже торжественно спасти государственный строй империи — слишком активно шла схватка, чтобы с уверенностью утверждать, что наши союзники справятся сами. Или — справятся без потерь.

Но в главную башню, откуда и доносился шум, мы не спешили. Ванда с трудом дотянула отряд до ближайшей площадки, и теперь между нами и главным входом простирались руины.

Открытая галерея с небольшим садом, опоясывающая полукольцо парящего здания изнутри, пострадала от атаки первой. Небольшие деревца, выживающие на клумбах не иначе как благодаря магии, были вырваны с корнем, часть — обуглены или расколоты молнией. Колонны и арки, обрамляющие галерею, грудами камня лежали под ногами. На мгновение мне показалось, что Ванда высадила нас ровно в том месте, где десять лет назад Аврария и Мэйварис познакомили меня с главным юстициаров, но… вряд ли. Все арки были одинаковы, особенно теперь.

Вдоль стен, покрытых трещинами и подпалинами, метался одинокий призрак — не то вызванный нападающими, не то вырвавшийся из какой-нибудь лаборатории. Кажется, энергии ему едва хватало, чтобы не раствориться, но Стэн все же отправил несостоявшегося противника в Тень, едва тот неосторожно подлетел на длину клинка. И чуть не отправился следом — камень под ногой провалился, словно тонкий лёд на реке, и улетел вниз; кунари с трудом удержал равновесие. Соседние камни задрожали, зашуршал осыпающийся песком раствор… но все же устояли.

— Мда, — Зевран задумчиво ткнул носком сапога ближайшую колонну, лежащую поперек дороги, — вот на этом империя и разорится окончательно. На ремонте этого чудного местечка.

Я отвернулась. Вопросы ремонта и денег вызывали стойкое неприятие — сейчас были дела поважнее. Даже не месть; мне остро хотелось найти тех, кто виновен в смерти наставницы, но здесь и сейчас мы могли получить в лучшем случае информацию. И сохранить союзников. Именно этим и стоило заняться.

— Если будет, кому платить, — в том же тоне отозвалась демонесса. Обняла меня за плечи, явно надеясь утешить, и поинтересовалась: — Куда дальше?

Я осмотрелась ещё раз, надеясь найти удобный путь к главной башне. Там шел бой, там и следовало ловить венатори. И, пожалуй, мало смысл поторопиться. Вот только пробраться туда оказалось той ещё задачей.

Да и не понадобилось. Стэн коснулся моего плеча, привлекая внимание, и негромко указал:

— Сражаются в главном здании. Но здесь бой шел повсюду. Почему?

Удобного пути для нас не было. Словно стены рушили уже за спинами тех, кто прошел вперед. И правда, почему? Потому что венатори не пытались прорываться только в зал заседаний, они атаковали всю парящую крепость целиком.

— Магистериум им не нужен, — медленно озвучила напрашивающийся вывод я. — По крайней мере, целым. Им нужно что-то конкретное, и нужно сейчас. Что будет потом — не столь важно.

Даже если все каменное полукольцо бывшего Храма рухнет на головы горожанам… Вряд ли венатори заботились хоть о ком-то, кроме себя, но ведь и у них были особняки внизу. Что такого ценного мог дать Магистериум единомоментно? И что могло принадлежать эванурисам?

Или о принадлежности мы додумали сами, наслушавшись древнюю эльфийскую дрянь?

Кажется, размышляла над этими вопросами не только я. Кальперния сотворила небольшое поисковое заклинание, и через пару секунд дополнила картину происходящего:

— Магический фон нестабилен.

— Ага, и повышен, — согласилась Ванда, тряхнув кудряшками. — Прям всей… кожей чую, что магии тут навалом. Больше, чем было внизу.

Я попыталась сосредоточиться на ощущениях, но так ничего и не уловила. Воздух казался липким, наэлектризованным, и пах озоном — дождь, кажется, перерастал в грозу, и к магии это не имело отношения. Завеса молчала, ее голоса я не слышала… кажется, с самого Киркволла. Своему чутью мага я так и не научилась доверять — после зрения Веры едва уловимые колыхания энергии считывались редко.

— Посмотрите, Алиена, — магистресса указала на крайние башенки, которыми ограничивалось полукольцо крепости.

Обычно в них горели белые огни, сменяясь красными в моменты опасности. Примерно оттуда же во время прошлого прорыва Завесы — демонова ритуала Соласа — стреляли по наводнившим улицы демонам. И, кажется, кто-то мне рассказывал, что из этих же башен можно управлять големами-Джаггернаутами.

Сейчас между башнями клубился белёсый туман — или пар, или дым, — в котором явственно различались искорки магии. Дождь словно боялся его: капли с шипением испарялись, едва касались верхней границы. На ветер туман тоже не реагировал. Но и заклинанием это не было; я вообще не могла сказать, что это было, но подчинялось оно тоже кому-то внутри зданий. Из окон лился знакомый красный свет, вот только сейчас он мерцал, и в такт ему пульсировал туман.

Зато звуков оттуда не доносилось. Я еще раз обернулась на главную башню, оценила крики и взрывы и решительно скомандовала:

— Проверим, что там.

— Думаешь, там — отвлекающий маневр, chica? — Ворон махнул рукой в сторону основной битвы.

— Думаю, что там архонт, главный юстициар и их сторонники, справятся как-нибудь, — проворчала я. — В конце концов, это их империя, пусть сами и разбираются. А с непонятной магией буду разбираться я.

И с непонятными возможностями противника. Теперь это стало очень… личной задачей.

Добраться до цели оказалось сложнее, чем я ожидала. Руины, в которые превратился внутренний двор, сильно замедляли передвижение. Поначалу Сэндал пытался помочь, расчищал дорогу своей силой, но после первого же выпавшего из-под ноги камня я попросила перестать. Может быть, камень выпал не из-за его усилий. Но мне помнилось, как неустойчиво лежали обломки Церкви Киркволла поверх моего купола, тронь — и обвалятся. И если здесь, на высоте больше сотни метров, камни уже как-то слежались друг с другом, лучше их не ворошить.

Входа в ближайшую к нам башню непосредственно из внешней галереи не оказалось. По стене вилась широкая трещина, и я-птица, пожалуй, могла бы туда протиснуться; но не стала даже предлагать. Если внутри какая-то опасность, в одиночку я могу не справиться. К счастью, Кальперния неплохо ориентировалась в Магистериуме и знала, как туда попасть.

Успели мы на удивление вовремя: тройка венатори как раз закончила рисовать небольшие рунические печати, но еще не активировала их. Ещё из-за двери я услышала:

— Ты проверил все руны?

— Да, мастер.

— Что ж, тебе активировать. Если ошибся, взлетишь, хе-хе, на воздух первым.

Голоса были незнакомы, а вот самого говорившего я узнала — видела когда-то среди магистров. Впрочем, побеседовать и сейчас не довелось: Ворон, кунари и заскучавшая демонесса уничтожили противника быстрее, чем я успела рассмотреть. Да это и не было сложным: троица магов явно не ждала гостей, да ещё таких — и за посохи схватиться не успели. Это было почти обидно…

Комната была небольшой, но сияла как настоящая лириумная жила. Лазурные прожилки оплетали потолок и часть стен, чуть ниже свивались сложнейшими руническими печатями, смысл которых я даже не пыталась понять. Алый кристалл, соединённый с ними тонкими световыми нитями и немного напоминающий лириум, парил в центре комнаты, мягко пульсируя светом. Видимо, именно его отблески было видно с любой точки города.

А ещё — в этом я не была уверена наверняка, но все же предполагала, — кристалл был порождением магии крови. Что это — древний артефакт или современная модификация? И если второе, сколько еще таких кристаллов мы найдем в городе?

— Уничтожаем? — Ванда ткнула пальцем в небольшой рунический контур на полу, безыскусно начерченный мелом и даже силой не наполненный — вот он явно был поделкой напавших венатори.

Но Кальперния покачала головой и устало вздохнула:

— Я бы не стала. Эта печать цепляет другие, и мы не знаем, за что они отвечают. Венатори уже вмешались в их работу, — она указала на мерцающий кристалл, — и, не зная наверняка, что делать, мы можем навредить.

— Куда уж больше-то, — буркнула демонесса, но настаивать на своем не стала. А Кальперния попросила:

— Во второй башне огни тоже мерцали. Я предполагаю, что взорвать эти помещения планировалось одновременно, и Магистериум это вряд ли пережил бы.

— Взорвать? — задумчиво повторила я. — Авра… Эленай Зиновия сказала, что хочет вернуть “свое”, это ведь бывший храм Разикаль. Но то облако магии снаружи…

— Если нельзя захватить позицию противника, стоит ее уничтожить, — чуть отрешённо заметил Стэн. Он по сторонам оглядывался цепким взглядом фанатичного храмовника, которому необходимо найти злобного малефикара. Я ещё раз осмотрелась, пытаясь понять, какие тайны из этой экскурсии сможет вынести бывший-будущий Аришок, и проворчала:

— Хорошо, что кунари не вписались в эту войну.

Имеющийся кунари на мгновение замер, нахмурился и сообщил:

— Я слышал разные истории о Ривейне. Возможно, бойцы Антаама поддались воле тех, кого ты ищешь.

Я во все глаза уставилась на Стэна. И он так легко об этом говорит? Армии Антаама разделилась примерно поровну: Катабан остался захватывать Тевинтер, два других генерала отправились в Антиву и Ривейн. То есть против нас может выступать треть Антаама?

— Почему ты не сказал раньше? — выдавила я. Может, Жозефина была права в своем недовольстве очередным союзом с кунари. Какой-то странный у нас намечался союз.

Но Стэн пожал плечами:

— Достаточно убить командира. Сейчас это не наша задача. Не тяни время, кадан.

Снаружи ситуация не слишком изменилась: звуки боя все так же не смолкали, а значит, ни одна из сторон не проиграла, давая нам это самое время. Кажется, они сместились вглубь здания и выше, на второй этаж — звуки стали глуше и отдавались эхом, но наверняка сказать было сложно. Гроза добралась до Великого города, заперев его между бушующим морем и ломаными лиловыми молниями. Дождь припустил сильнее, и к возможности провалиться вниз вместе с каменным полом добавилась опасность сломать ногу, поскользнувшись на обломках. Назвать Магистериум уютным я не могла даже в лучшие времена, сейчас же казалось, что пробирать приходится сквозь руины летающего склепа.

Бьющие в громоотвод молнии были в том виноваты или эксперименты венатори, но мерцание в окнах противоположной башни показалось ещё более рваным. А значит, нам необходимо было попасть туда, и поскорее.

— Мы тут полночи пробираться будем, — проворчала Ванда, и с этим сложно было поспорить. Даже в целом состоянии и бегом пробежать из одного конца Магистериума в другой можно было минимум минут за десять. Сейчас же вместо удобной аллеи нас ждали руины, скользкие и притягивающие молнии.

И вход в центральную башню оказывался как раз по дороге.

Однако и альтернатива — левитация — была не слишком хорошей. Мужчины магами не были, а Ванда за этот день потратила сил не меньше, чем все остальные. А может, и больше, учитывая, каким образом мы вообще оказались в Магистериуме.

— Может, тогда слетаем вдвоем? — неуверенно предложила я. Разделяться не хотелось. — Проверим, что там, и…

— Втроём, — поправила Кальперния. Я обернулась к ней, но возразить не успела. Громыхнуло прямо над головой, словно сам Создатель не одобрял этот план. Зевран укоризненно покачал головой и приобнял за плечи:

— Дамы, к чему эти отчаянные глупости? У вас на троих сил как раз на одно заклинание и осталось, отпустить вас — то же самое, что убить самому.

Небо снова согласилось с Вороном, метнув электрическое копье в шпиль нашей башни. Ванда на это только фыркнула и явно хотела возмутиться, но Стэн веско пресек:

— Мы не будем разделяться.

Пришлось согласиться — мне и самой не хотелось оставлять мужчин без магической поддержки. Вот только снова вставал вопрос: как попасть на другую сторону? Все усиливающийся дождь мешал нормально осмотреться, заливая глаза водой.

Зевран что-то сказал, но за очередным раскатом грома я не расслышала, да и не только я, судя по лицам. Он рассмеялся и повторил погромче:

— Тем более у нас есть уникальный специалист по висящим камням, верно, Сэндал? Сможешь поднять камни в воздух как в Вал Руайо?

Гном радостно улыбнулся, кивнул, и я невольно усмехнулась. Мы с Вандой к перелётам относились спокойно, Кальпернии тоже, похоже, было не привыкать. А на Ворона забег по падающему в лаву мосту произвел, похоже, неизгладимое впечатление. По крайней мере, сама про тот временный мост, явно созданный Сэндалом, и не вспомнила.

Напрасно. Камни, подхваченные магией титана, висели в воздухе достаточно крепко, чтобы по ним мог пройти весь отряд. Правда, погода с этим не соглашалась: порывы ветра норовили сбросить нас вниз или в объятия облака нестабильной магии, молнии, казалось, били совсем рядом, так что волоски на руках вставали дыбом. На третьем же шаге я плюнула на гордость и опустилась на четвереньки — может, не очень героически, зато шансов удержаться на узком каменном мосту над пропастью больше. Торопиться тоже не получалось, руки оскальзывались, правую я рассадила об острый каменный выступ.

Пару раз я оборачивалась назад, чтобы оценить, как там мои спутники. Стэн и Кальперния предпочли повторить за мной и не рисковать, причем магистрессе заметно мешали посох и мантия. Но она упрямо ползла вперед, сжимая губы и периодически стряхивая с промокших насквозь волос воду. Вот когда я позавидовала нашему кунари: его дреды если и намокли, то не мешали смотреть вперед. Ванда, нахально улыбаясь, шла по мосту как по проспекту, как-то нарочито демонстрируя сапожки на высоченном каблуке, кажется, даже юбку чуть приподняла ради этого. А второй рукой крепко удерживала Зеврана, который, хоть и улыбался привычно насмешливо, все же явно боялся и старался не смотреть вниз.

А вот Сэндал, кажется, и не замечал что высоты, что непогоды.

Оглянувшись в очередной раз, я увидела, как камень из середины моста — к счастью, уже за спиной гнома, — задрожал, качнулся и полетел вниз. Рука от испуга съехала вбок, мне показалось, что я и сама сейчас свалюсь вниз, и ветер только посмеется над попыткой превратиться в ястреба… Но выровняться все же удалось, а буквально через метр мост кончился. Встать сразу на ноги я не решилась, кажется, поджилки дрожали как беспокойный студень.

Поднял на ноги меня Стэн, причем едва ли не за шкирку — стоило только Сэндалу оказаться рядом с нами. Остатки моста — а на весу оставался от силы десяток камней — тут же рухнули вниз, от чего ноги попытались снова подкоситься. И, судя по побледневшим лицам, я была не одинока в этом.

Но взять себя в руки все же удалось всем. Этому очень способствовали звуки боя, доносящиеся из нужной нам башни. Поначалу их заглушали гром и шелест ливня, но одного мгновения, когда поток воды чуть притих, хватило, чтобы расслышать. На бег мы сорвались не сговариваясь, моментально забыв об опасностях: не хватало только опоздать и всё-таки понаблюдать взрыв Магистериума. И даже не со стороны.

На этот раз добраться до внутренней двери удалось быстрее: то ли разрушений по дороге встречалось меньше, то ли путь оказался уже знакомым — точно такие же коридоры, как и на другой стороне, но успели мы вовремя.

К счастью, выбирать, какая из сторон — наша, не пришлось: не узнать самого архонта и главного юстициара было нельзя. Противников снова оказалось трое, но бой шел с переменным успехом — ни одна из сторон не рисковала использовать магию. Вернее, магистр Красс вовсю отбивался коротким мечом от трёх наседающих на него венатори, а Радонис и вовсе был занят чем-то непонятным. Но мерцание от его действий явно утихало, кристалл стабилизировался.

Ванда со счастливым кличем прыгнула прямо в центр вражеского построения, и без того весьма хиленького. Зевран не стал рисковать и снова взялся за метательные ножи. Битва после этого закончилась в считанные секунды, я едва успела взять в руки шест, а враги уже закончились. Но власть имущих наше появление отчего-то не обрадовало. У ног архонта сидела его белая кошка — и она первой обшипела нас; вторым отреагировал юстициар:

— Добрались всё-таки.

И скользнул взглядом по окружающим нас магическим печатям. Видимо, опасался, что я разберусь, как они действуют — объяснять ведь когда-то отказался. Но если я и могла разобраться в окружающей магии, то никак не за пять минут, так что он чуть подобрел и спросил:

— Что во второй башне?

— Три трупа и такая же печать, — я не стала отпираться и ткнула пальцем на пол, указывая на свежие рисунки. Здесь рунический круг едва заметно светился, явно влияя на работу остальных.

Интересно, они в любом случае должны взорваться — или как-то ещё взлететь на воздух — или только при неправильном использовании, как говорил старший магистр из прошлой башни? И точно ли тут нет ошибок?

— Неактивированная, — негромко уточнила Кальперния. Архонт Радонис кивнул, изящно повел кистью, и рисунок перестал светиться. Вероятно, теперь опасаться несанкционированных рун не стоило, потому что сам он подхватил кошку, доверчиво прижавшуюся к хозяину, и приглашающе махнул нам рукой на выход.

— Благодарю за помощь, леди Инквизитор. Надеюсь, вы присоединитесь к нам. Нужно навести порядок в главном зале, и я с радостью приму помощь Инквизиции.

Инквизиция в моем лице отказывать в помощи точно не планировала, это было и в наших интересах. Но все же задержалась на мгновение, чтобы выглянуть в крошечное окошко. Дождь снова усилился, так что в лицо мне моментально влетела целая пригоршня воды. Зато клубящаяся магия, кажется, слегка успокоилась; жаль, совсем не исчезла. После этого я послушно последовала за Радонисом.

— Кто там сейчас сражается, если вы здесь? — уточнила я, послушно выходя обратно в коридор. Сама я нестабильную магию поставила выше, чем нападение людей, но как минимум место юстициаров, как мне казалось, было сейчас в сопротивлении венатори.

Маркус за спиной тяжело вздохнул, Радонис едва заметно улыбнулся и ответил:

— У нас не так мало сторонников, как может показаться, леди Инквизитор. Обороной командуют Его Святейшество и магистр Павус.

— Ого, повстанцы спасают империю, — насмешливо, но негромко проговорил Зевран, но его проигнорировали.

Коридоры Магистериума выглядели лучше, чем внутренний двор — как минимум, здесь были целы стены, не разваливался пол, да и непогода не мешала. Увы, позволить себе ни передышку, ни хотя бы минутную слабость я не могла, слишком неоднозначная была компания. И то, что архонт торопливо шагал в сторону главной башни, ничуть не мешало ему участвовать в разговоре и оценивать временных союзников.

Впрочем, магистр Красс перехватил инициативу диалога, спросив:

— Полагаю, допрашивать противников вы тоже не стали. Какова обстановка в городе?

Я помолчала, подстраиваясь под быстрый шаг архонта, и мрачно отозвалась:

— Похоже, теперь я каждый раз буду начинать с фразы “вы мне не поверите”. Таинственным помощником или учеником эванурисов оказалась магистр Эленай Зиновия. Она же — Авгур Таинств, вошедшая когда-то в Золотой город. Она же — любимая ученица Гилан’найн. И… магистр Аврария, — я сглотнула вставший в горле ком и на мгновение прикрыла глаза. Кем бы ни была та дрянь, что помогала эванурисам, это не могла быть моя наставница. Ее использовали, так же, как и долийцев, в этом я готова была поклясться. — У вас наверняка много вопросов, но ответов у меня нет. Нам удалось помешать ее ритуалу, и она у меня на глазах перерезала себе горло, чтобы всё-таки закончить его при помощи магии крови.

— И при этом обещала новую встречу, — напомнил Зевран. Ванда мурлыкнула:

— Пусть приходит. Я её давно жду.

Я покосилась на подругу, но комментировать не стала. У жрицы не было причин так глупо врать, так что моя демонесса в каком-то из прошлых своих воплощений, вероятно, и правда была одной из них. Это давало некоторую пищу для размышлений о своеобразном бессмертии самой провидицы, но сейчас думать об этом времени не было. И уж точно не стоит говорить об этом при посторонних.

— Значит, ритуал она завершила? — архонта больше интересовали практические вопросы.

Я покачала головой и все же кратко пересказала, что произошло. Информацию о разрывах и лириумных демонах решила придержать: шли мы по коридору быстро, так что на долгие объяснения времени бы не хватило. Потом будет сюрприз. Если Хелена справится — даже приятный.

На очередном повороте — шум слышался так хорошо, будто сражались прямо за стеной, — Радонис остановился, пропуская нас вперёд.

— Попробую уравновесить потоки, — проговорил он. — Магистр, рассчитываю на вас. Леди Инквизитор, господа, ещё раз благодарю за помощь.

Ответа он дожидаться не стал, стремительно свернув в боковой коридор. Маркус кивнул и бросил нам:

— Вперёд. Добьем венатори хотя бы в пределах Минратоса.

На первом этаже главной башни было на удивление пустынно, только мертвецы, и угадать, какой стороне они принадлежали до смерти, не представлялось возможным — магический бой оставлял изуродованные тела. Чем выше по лестнице мы поднимались — кажется, в зал заседаний самого Магистериума, — там чаще встречались раненые, и это было куда тяжелее. Зато в самом зале думать и осматриваться оказалось некогда.

Казалось, все сражаются со всеми; определить “свою” сторону не получалось. Где-то у дальней стены, там, где стояли кресла архонта и наиболее влиятельных магистров, прогремел взрыв, и следом — отрывистые команды, точно принадлежащие Дориану. Ни Ашера, ни других знакомых лиц я не видела.

— Чем мы можем помочь? — перехватила я Маркуса. Он нетерпеливо повернулся ко мне и велел:

— Пробивайтесь к магистру Павусу. Если видите магию крови — бейте на поражение, остальных выводить из строя аккуратно. Потом разберемся.

— А вы?

Но главный юстициар оставил меня без ответа: попросту растаял в воздухе, явно прибегнув к любимому заклинанию.

— Бейте всех, Создатель узнает своих, — пробормотала я. Интересно, а малефикары действительно были только на стороне противника или юстициар под шумок решил нашими руками проредить тех, кого не мог арестовать официально?

— Тут бы больше дубинка пригодилась, — с лёгкой улыбкой заметил Зевран, со значением глядя на мой шест. — Давай, chica, у тебя большой опыт в этом.

Я криво усмехнулась в ответ и снова взялась за шест.

Но первым в гущу врагов врубился всё-таки Стэн. Кунари на голову превосходил противников, причем буквально, и потому поначалу хватало только его кулаков — бойцы самозабвенно лупили друг друга и не нас внимание обратили далеко не сразу. Я пыталась набросить невидимость на весь отряд, но в бою это было слишком сложно: резкие движения, слишком большое количество людей — и потому все же переключилась на ближний бой. В конце концов, от Enansal ещё никто не уходил, и руна в его навершии на этот раз работала прекрасно. Ванда и Кальперния прикрывали нас от магических атак, Зевран следил за Сэндалом и нашими спинами — и мне даже показалось, что мы действительно сможем дойти до Дориана без особых проблем.

Показалось. Первый раз наш строй разбили и вовсе случайно: круглолицый маг с лысиной и почти добродушным лицом раскидал наседающих на него противников мощной воздушной волной, и барьер демонессы его не удержал. Я влетела под ноги незнакомцу, получила неплохой удар по рёбрам — он от души споткнулся о мою спину и едва не наступил на руку; к счастью, чей-то удар вывел его из игры, и хотя бы отбиваться мне не пришлось. Дыхание сбилось, старые переломы фантомно заныли, намекая, что бой продолжать не стоит… Но согласиться с ними я не могла: оппонент моей жертвы, похоже, решил не оставлять живых соперников; я едва успела вскочить на ноги и всё-таки обрушить на голову мага шест.

И тут же пришлось уворачиваться. Шест оказался не таким уж удобным оружием для толпы — толком не развернешь, не зацепив никого вокруг. Огненный шарик, который я сумела создать, вызвал в противника только усмешку, вызвавшую прилив злости. Не всем же быть могущественными магами! И потому второй шарик стал лишь прикрытием для очередного удара — и на этот раз я не пожалела ни сил, ни окружающих людей.

А потом ко мне пробился Стэн. К счастью, он позаботился о Сэндале, Кальперния и Зевран тоже прикрыли друг друга, Ванда обнаружилась через пару шагов. Повезло: я успела испугаться, что нас перебьют поодиночке.

Впрочем, ребра ныли, кунари обзавелся парой царапин, а у гнома наливался на стекле темный синяк. Ванда в приливе боевого азарта не замечала, но и ей досталось — к счастью, пока пострадала только прическа, окрашенная чьим-то пламенем.

Здесь мы едва не увязли. Я с трудом понимала, в какую сторону двигаться, и уже не слышала команд. Каждую секунду приходилось или отбиваться самой, или прикрывать спину друзей, и подумать не успевала. Поэтому когда Кальперния, явно заметив опасность, непривычно резко скомандовала “За мной!”, вздохнула с некоторым облегчением.

А потом и рванула вперёд, едва не опережая друзей. Маркус оказался совсем не в той стороне, куда ушел, и уже вполне видимый — в нескольких метрах от нас на него довольно успешно наседали сразу трое магов. И пока двое отвлекали, третий вылетал что-то мерзкое, явно порожденное магией крови. Прервать его мы не успевали, и я в отчаянии обернулась на Зеврана — может, и сейчас у него найдется ещё один метательный нож? Вместо него справилась Ванда, кошкой метнулась вперёд и попросту вцепилась зубами в руку мага.

— Я же велел пробиваться к магистру Павусу, — раздражённо проговорил главный юстициар, едва мы разобрались с его врагами.

— Можно было начать со “спасибо”, — протянула демонесса и брезгливо облизнулась. Я не стала тратить время на укор, все равно пронять Маркуса этим дали сложно. Уточнила:

— Вы точно справитесь сами?

— Я почти закончил, — чуть мягче отозвался он. — Встретимся у трона архонта. Идите.

Как ни странно, после этого напутствия дойти до цели оказалось проще. Часть магов отходила с дороги — я предполагала, что это наши союзники, успевшие увидеть, как мы спасаем главного юстициара. И это было к лучшему, короткая схватка вымотала нас окончательная. Кальперния свои силы заметно экономила и, когда мы все же добрались до цели, отступила за спины Драконов Тени. Я, оказавшись в относительной безопасности, убрала шест и взялась за защитные руны — пусть они получались не каждый раз, но часть атак на себя оттягивали. Сэндал и вовсе не был бойцом.

— Я так и знал, что вы не пропустите такую заварушку, — сообщил Дориан, едва заметив нас.

А через пять-шесть минут снова появился магистр Красс. Похоже, сам он справился не так хорошо, как планировал: от темной куртки тянуло палёным, левую руку он заметно берег, но по выражению лица угадать, насколько опасны раны, было трудно. В правой руке у него был знакомый жезл.

— Магистр Павус? Теперь мне понадобится ваша помощь, — чуть хрипловато проговорил Маркус. Дориан выпустил с навершия посоха ветвистую цепную молнию, и троих венатори, наседающих на него, откинули в сторону.

— Вы что, руны рисовали? — пораженно выдохнула я.

Во время боя с Корифеем он точно так же исчез из вида, чтобы создать руническую печать, с помощью которой сумел оглушить древнего жреца. Но там, как ни парадоксально, это было практически безопасно, все внимание врага было сосредоточено на мне! Здесь же…

— Активировал, — поправил Маркус. — Это зал заседаний Магистериума, Алиена, здесь могло произойти что угодно. И я подготовился заранее. Магистр Павус?

Дориан кивнул. Я, выставив шест, прикрыла его отход — увы, противники не прониклись нашими нуждами и отпускать главного Дракона Тени не пожелали. Но рядом со мной встала Ванда, отрастила свои когти, с другой стороны меня прикрыл Стэн, и я выдохнула: продержимся.

Тем более что много времени это не отняло. Два мага что-то совместно сделали с дедом контроля, и сражающиеся маги замерли в странных позах. Заклинание накрыло не весь зал, нам вот повезло остаться в себе; нескольких венатори, тоже оказавшихся слишком далеко, утихомирили парой ударов. И главный юстициар напряжённо скомандовал:

— Магистр Павус, у вас уникальный шанс избавить империю от венатори относительно законными методами. Поторопитесь, мое заклинание недолговечно.

И медленно опустился вниз, явно растратив остатки сил. Впрочем, даже сейчас он остался верен себе: осел не на пол, а прямиком в кресло архонта. И достал лечебное зелье.

Дориан замер на несколько мгновений, и взгляд его, до сих пор горевший азартом боя, потух. Мне даже показалось, что он откажется: одно дело — убить противника в бою, другое — стать хладнокровным палачом. Да и будущие жертвы выглядели почти безобидно: кто-то замер с открытым ртом, кто-то — в смешной позе, будто споткнулся на ровном месте. Обычные люди. Маги, которых он, возможно, знал в лицо. Враги, которые несколько минут назад пытались нас убить.

Но он все-таки коротко кивнул и махнул рукой своим помощникам. Я отвернулась, чтобы не смотреть. Проклятых сектантов, десять лет отравляющих нам кровь, я не жалела, но пересилить себя все же не могла. Но первый же глухой удар, с каким тело падает на пол, заставил пожалеть, что я не могу заткнуть и уши. Вряд ли это сняло бы с меня ответственность, но за возможность не знать я бы многое отдала.

Зато, отойдя чуть в сторону вместе с Кальпернией — она мои эмоции, похоже, разделяла, — я обнаружила Черного Жреца. Ашер лежал без сознания, был ранен, но несомненно жив; о нем даже позаботились — через грудную клетку и плечо кто-то намотал одну из занавесей, и теперь на ткани проступала кровь.

Присев, я сотворила малое исцеление — хоть немного, но поможет, да и мне позволит отвлечься. Пальцы противно дрожали, в груди тянуло после удара, и я позволила себе мгновение помечтать о лечении для себя. Увы, эта роскошь сейчас была недоступна.

— Не переживай, дорогуша, с ним все будет в порядке, — рядом опустилась прямо на пол Мэйварис и вытянула ноги. Платье ее было перепачканным кровью и чем-то черным, порвано по подолу, зато на губах играла привычная улыбка.

— Думаешь, на этом все? — я кивнула в сторону замерших людей. Она рассмеялась:

— Ну, конечно, нет. Хотелось бы сказать, что хотя бы на сегодня мы закончили, но боюсь сглазить.

— И правильно делаете, магистр Тилани, — сухо заметил Маркус, появляясь чуть ли не из воздуха. Судя по его виду, зелья было не то что волшебное, а поистине божественное: морщиться и походить на покойника юстициар перестал. Хотя до полного выздоровления ему явно было далеко, в голосе все ещё слагалась хрипотца, да и рукой он двигал не слишком свободно. — Магистр Валериан что-то сделал с управляющими кристаллами.

Магистресса сначала усмехнулась зло, явно собираясь съязвить, но потом встревоженно нахмурилась:

— Магистериум устоит?

Юстициар только пожал плечами. И я не выдержала:

— Какие управляющие кристаллы? Зачем они это сделали?

Маркус чуть промедлил, но все же ответил:

— Вы видели эти кристаллы. С их помощью можно управлять системой защиты Круга. На вопрос “зачем” я ответа пока не нашел. Может, порадуете всё-таки какой-нибудь информацией? Эленай Зиновия точно ничего вам не говорила?

Мэйварис удивлённо округлила глаза, а я задумчиво покачала головой. Никаких подробностей предсказательница мне точно не раскрывала. Разве что…

— Она сказала, что хочет получить то, что принадлежит ей по праву. Или не ей, а её госпоже.

Магистр размышлял всего пару секунд и резюмировал:

— Им нужна была сфера. Сомнабория.

— А она здесь? — уточнила я. Обсуждать мы этот вопрос обсуждали, но успел ли Маркус что-то узнать? Проблем у него было не меньше, чем у меня.

Но, по-видимому, успел. По крайней мере, взгляд мне достался снисходительно-раздраженный, и отвечать на вопрос юстициар не стал. Вместо этого задал свой:

— Любопытно, как они собирались извлечь сферу из недр Магистериума? Парой взрывов тут не обойдешься.

До сих пор молчавшая Кальперния тихо отозвалась:

— Если они хотели извлечь сферу. Корифей, пусть и невольно, с помощью древнего артефакта разорвал Завесу. Если не ошибаюсь, наши противники хотят открыть Черный город.

В горле пересохло, и ребра заныли как-то особенно сильно. Мысль, что рядом с нами могла открыться ещё одна Брешь, выбивала из колеи. До сих пор мне в голову это не приходило… да и всей информацией я не владела. Мы ведь были не то что рядом — в эпицентре, и на этот раз мне вряд ли повезло бы схватиться за сферу снов рукой. А если бы кому-то и повезло — он остался бы один.

— И устроить для этого взрыв сомнабории? — продолжил её мысль юстициар, тоже легко разгадав намек. — Это более вероятно. Двух рунических печатей для этого все равно не хватило бы. Но если наш таинственный ритуал собирал магию, чтобы усилить их… это возможно. Да… весьма удачно, что вам удалось помешать ритуалу. К слову, каким образом?

Рассказывать мне все ещё не хотелось. Будет более спокойная обстановка, тогда и обсудим. К счастью, от необходимости отвечать меня избавил Дориан.

— Магистр Красс? Можете отпускать наших людей, венатори нам больше не грозят, — он улыбался, но от этой улыбки пробирало холодом. Тот же холод прятался у Дориана в глазах, и он явно пытался скрыть его за небрежностью: — Надо бы теперь навести порядок, и заниматься этим в одиночку я не жажду.

Маркус как-то замысловато повел пальцами, и наступившую было тишину — и без того относительную — разрезал шум голосов и даже ударов. Похоже, не все вовремя успели осознать, что бой закончен.

По стенам и полу пробежала дрожь, и весь Магистериум будто бы тяжело вздохнул, взметнув облако пыли из углов.

— Собирайте раненых, магистр Павус, — спокойно проговорил главный юстициар после небольшой паузы. — И вывозите в безопасное место. Когда в Магистериуме людей не останется, подадите знак. А мы навестим архонта. Леди Инквизитор, прогуляйтесь со мной?

— Зачем? — я удивилась. Я-то с удовольствием посмотрела бы, чем занят архонт — раз уж счёл это более важным, чем нападение практически на свой трон. Но главный юстициар до сих пор не удовлетворением моего любопытства себя не утруждал.

— Кто-то из венатори мог затаиться, и я не уверен, что у нас осталось достаточно времени на стычки.

— А, тогда с радостью.

Дориан мгновение молча стоял рядом, не то желая возразить, не то присоединиться к нам. Но все же кивнул и отошел, на ходу раздавая команды. Мэйварис тоже поднялась и охнула, наступив на ногу.

— Отправлюсь на выход, чтобы не мешать остальным. Похоже, в чем-то вы, Маркус, все же правы: с развлечениями вроде этого пора заканчивать.

* * *

Помещение за кабинетом архонта я бы могла назвать капитанской рубкой — это была первая ассоциация, которая приходила в голову. Причем рождалась эта ассоциация в воспоминаниях столь древних, что я и сама успела забыть о них. О звездолетах, компьютерах и интерфейсах — само слово всплыло в памяти только после пары минут размышлений. Однако рунические круги с какими-то… графиками?.. кристаллы вроде тех, что пытались сегодня взорвать венатори, небольшие изящные рычаги и вращающиеся артефакты создавали очень устойчивое впечатление, что управлять летающей крепостью можно только отсюда. Пожалуй, я бы задалась вопросом, как Тевинтер с такими технологиями все ещё не захватил весь мир или хотя бы не отбился от кунари, — если бы не знала, что Магистериум создавали в очень давние времена. Как раз те, когда империя правила практически всем миром.

И, пожалуй, я бы не удивилась, если бы имелась в виду иная империя — не Тевинтер, а Элвенан. Было во всех этих магических штуках что-то эльфийское. Может, лириумно-золотая расцветка, может, изящество линий.

Архонт в дорогой, но все же не парадной мантии, еще и подпаленной в одном месте, казался здесь чужеродным элементом. А вот его кошка, белоснежная и чистенькая, в золотом ошейнике, весьма органично улеглась между трёх золотых шаров.

— Полагаю, о венатори можно не беспокоиться, — заметил Радонис, даже не повернувшись на звук открывающейся двери.

Впрочем, ему было, чем заняться: архонт работал над “выравниванием потоков”, что бы это ни значило — считывал столбцы светящихся рун, касался кристаллов, вливая в них энергию, одним словом, колдовал. И колдовал он красиво; до Архитектора или Корифея ему было, пожалуй, далеко, скорее, архонт походил на талантливого пианиста — тонкие пальцы порхали над… приборной панелью?.. артефактами, то касаясь их, то отпуская магический импульс.

— Магистериум очищен, — коротко отчитался юстициар. — Раненых не так много, но магистр Иквитас без сознания. Магистр Павус занят эвакуацией. Есть надежда удержать Круг?

— Надежда? — вырвалось у меня. Всю крепость и впрямь потряхивало, про внешние галереи и вспоминать нечего, но я все же была уверена, что с этой проблемой разберутся. Это ведь Магистериум! Символ тевинтерский власти и могущества!

Но в войне символов нас, похоже, переиграли. Опять.

— Нарушены магические потоки, поддерживающие стабильность всей крепости, — спокойно заметил Радонис, даже не ссылаясь на государственные тайны и мое излишнее любопытство. — Я пытаюсь удержать хотя бы внешний контур помещений, внутренний двор уже наверняка осыпался.

— Охранная система? — главный юстициар после этих слов словно заледенел, выдавая силу своих эмоций.

— Барахлит, — по-простому отозвался правитель империи. — Пока удается вовремя перехватить энергию и распределить, но дисбаланс только растет. Магистериум или развалится на части и упадет вниз, или взорвется. Даже не знаю, что случится раньше.

Он на мгновение прервался и, кажется, прикрыл глаза. Едва заметно улыбнулся — по-прежнему высокомерно, холодно, но чувствовался в этой улыбке надлом.

— Не думал, что отстаивать свой титул придется когда-то подобным образом. Вы выяснили, что этим сектантам нужно от моей крепости?

Маркус поморщился и признал:

— Только предположение. Новая Брешь, проход в Тень и… далее.

— В прошлый раз Завесу разорвали ценой Храма последнего упокоения Андрасте, — задумчиво проговорил Радонис. И одним движением успокоил замерцавший тревожно-красным цветом кристалл. — А в “Тень и далее” уходили высшие жрецы империи. Что ж, у Магистериума и того, кто им управляет, могла быть неплохая компания. Но я рад, что этого не случилось.

Пару мгновений мы молчали, потом ещё один кристалл окрасился в золото и замерцал, и Радонис вновь принялся выстраивать одному ему ведомый баланс.

— Мы можем чем-то помочь? — Кальперния смотрела на окружающие артефакты сосредоточенно, словно пыталась понять принципы их работы. Но архонт, не отвлекаясь от работы, качнул головой:

— Если у вас не осталось тайных знаний от наставника, то нет, магистр Кальперния. Лучшая помощь — поторопиться с эвакуацией. Впрочем… заберите Лаэту, дамы. И мой посох. Я постараюсь отвести Магистериум к горам на материке, и они мне помешают.

И посох, и кошка оказались у меня в руках, и это заставило растерять все слова. Казалось, что Радонис невысоко оценивает свои шансы выжить, и это пугало сильнее, чем самоубийство Слепой Провидицы. Она-то ещё собиралась каким-то образом вернуться, а вот у обычного человека, каким бы могущественным он ни был, такой возможности не было.

— Леди Инквизитор, — буднично продолжил Радонис, — я хочу, чтобы виновных стёрли с лица земли. Рассчитываю на вас.

— Не сомневайтесь, — растерянно пробормотала я. Откашлялась и пообещала: — Я не отступлюсь.

Он согласно кивнул и, кажется, потерял интерес к нам. Маркус хмуро осмотрел комнатку и проговорил:

— Я уведу Магистериум к морю. Шансов вернуться больше.

Я не сомневалась, что юстициар вспомнил свой летающий диск, но едва ли он поможет выжить, если крепость взорвется. Сердце неприятно кольнуло: мы все рисковали каждый день, любая стычка с противником могла стать последней… Но отправлять человека на почти гарантированную смерть я не могла.

Вот только меня никто не спрашивал. К счастью, архонт от своих намерений отказываться не стал. Холодно поинтересовался:

— Вы полагаете, в империи закончились малефикары, магистр Красс? Или на пост главного юстициара легко найти достаточно принципиального мага?

Только теперь он обернулся и посмотрел в глаза своего ближайшего соратника. Я тоже искоса глянула на Маркуса, боясь смотреть прямо. На этот раз холода в нем почти не было, главный юстициар казался застывшим пламенным гневом. Плотно сжатые губы, едва заметная гримаса не то боли, не то ярости — позволить своему повелителю рисковать он не мог, но и выбора ему не оставляли.

— Не вы один владеете… секретными разработками, — чуть мягче добавил Радонис и отвернулся.

— Вон, — скомандовал магистр Красс.

И я не посмела ослушаться. Только кошка у меня в руках дёрнулась, словно хотела броситься к хозяину, но почти сразу послушно обвисла.

И уже снаружи, в коридоре, где мы с отрядом остались дожидаться главного юстициара, признала хотя бы себе: за этот выбор я была благодарна архонту. Потому что того, кто готов отдать жизнь за свою империю, я, конечно, очень уважаю… но лучше Маркуса буду уважать чуть меньше, зато он останется жив.

Магистр появился из комнаты через несколько минут и выглядел таким мрачным, что уточнять я не решилась. Он объяснять тоже ничего не стал, замер на мгновение — с прямой, жесткой спиной, похожим на маску лицом и почерневшими от эмоций глазами, — кивком указал в сторону выхода и двинулся первым.

* * *

И все же мы не успели.

Первыми вниз отправили раненых, и платформа плавно опускалась на площадь. Оставшиеся столпились в холле главной башни, дожидаясь, пока транспорт вновь поднимется за нами — внутреннего двора Магистериума больше не существовало. Где-то внутри архонт Радонис, истинный правитель империи, удерживал остатки крепости в небе, давая нам время уйти.

Я прижимала к груди кошку, и она периодически негромко шипела. Посох пришлось отдать, и Кальперния, которой я когда-то обещала посох архонта, довольной не выглядела.

— Готовьтесь, — отрывисто бросил Маркус. Он стоял у окна, и подходить к главному юстициара близко не рисковала никто.

Почти никто. Рядом с ним стоял Дориан, он первым и увидел опасность.

— Пожалуй, это забавляет. Мы так часто избегали смерти от драконьих когтей, что теперь как-то даже не верится.

Я, вздрогнув, подошла ближе, проследила за его взглядом. Из низких туч, подсвеченный багровыми сполохами грозы, выныривал дракон. Он был огромен — крылья, казалось, заслоняли полнеба, а каждое движение отдавалось дрожью в каменных плитах Магистериума. Но не размер пугал. Скверна текла по его чешуе не пятнами, как у дракона Корифея, а жилами, пульсирующими, словно второе сердце. Он был похож и одновременно непохож на Уртемиэля, но сомнений у меня не возникло: архидемон. На этот раз настоящий.

— Вот и Лусакан, — выдохнула я. И вряд ли ошиблась, Разикаль просто не успела бы прилететь с юга.

А он летел сюда — и по наши души. Что бы ни хотели сделать венатори, он явно пришел закончить их работу.

— Невовремя вышла из строя боевая система Магистериума, — сухо отозвался главный юстициар. И оглянулся на остальных, оценивающе оглядывая людей. Мне этот взгляд не понравился.

— Вы не сможете его отвлечь, — отрезала я. — Лусакану нужен Магистериум, а не вы. Держите!

Маркус бросил на меня равнодушный взгляд и не ответил, но кошку забрал и прижал, кажется, сильнее, чем стоило бы.

Поняв, что его заметили, ящер издал дикий, полный ненависти рев и выплюнул первую струю скверны. Она разбилась о каменные стены, пустив по ним паутину трещин, и стало ясно, что долго Магистериум не продержится. Не в таком состоянии.

А платформа ещё только опускалась на землю.

— Есть план? — напряжённо поинтересовался смутно знакомый мне мужчина, кажется, из Драконов Тени.

Молчание и его командира, и главного юстициара было весьма выразительным.

— Прыгаем вниз! — звонко велела Ванда. На нее обернулись все — я оглядела оставшихся, их набиралось человек тридцать. Не выдержит ведь… Но демонесса зло сощурилась и повторила: — Все прыгаем вниз! Вы все равно собрались умирать, а так хоть какой-то шанс!

— С пары сотен метров? — поинтересовался тот же мужчина. Но Дориан жестом его заткнул и уточнил:

— А удержишь всех?

Демонесса только зло оскалилась, и я повернулась за помощью к магистру Крассу. Он все так же, не отрываясь, смотрел на архидемона, и теперь в его глазах пылала ненависть. Бедная Лаэта тонко пищала, вцепившись когтями в слишком сильно сжавшую ее руку, но вырваться не пыталась.

— Маркус? — позвала я.

Он моргнул, словно возвращаясь из какого-то далёкого, тёмного места. Пальцы, сжимающие кошку, побелели. Но голос, когда он заговорил, был прежним — сухим и деловитым.

— Ванда права. Прыгаем. Это приказ.

Больше его, кажется, ни на что не хватило: продолжил командовать Дориан, коротко поясняя, что делать, и подталкивая людей к двери, кого-то, кажется, пинками. И я шагнула через порог первой, благо, лететь могла своим ходом.

Убравшись с дороги архидемона, я оглянулась, зависнув в воздухе. И в этот момент взрывная волна опрокинула меня, оглушила, и мимо просвистело что-то раскалённое. А когда удалось выровнять полет, Магистериума в небе уже не было, только серебристое светящееся облако ещё хранило его очертания.

Какими бы тайными разработками ни владел Радонис, спастись он вряд ли смог. Зато город почти не пострадал — обломки разлетелись далеко.

Архидемона, который заинтересовался ещё одним летуном, я заметила поздно. Успела только сложить крылья и камнем рухнуть вниз.

…приземление вышло жёстким. Впрочем, у остальных — не лучше, и все же Ванда совершила почти невозможное: все остались живы. Не все целы, но…

Маркус не отрывал взгляда от облака, оставшегося от парящей крепости. Под дождем сложно было угадать, слезы текут по его лицу или вода; но я не верила в слезы. Но кошку архонта Радониса он держал как последнюю ниточку к прошлому.

Рядом с Вандой собрался весь мой отряд, Зевран обнимал ее и что-то шептал. Целые, но вымотанные.

И я посмотрела вверх. Пусть Завесу удалось отстоять, но… мы снова проиграли.