Новелла о Янгчен (джен)

НЕЗАКОНЧЕННОЕ ДЕЛО

Оттащив своего раненого сослуживца для оказания медицинской помощи, в дальнейшем члены ассоциации постоянно проходили через вход в убежище, чаще выходя из него, до тех пор, пока внутри не осталось почти никого. Но эти немногие, кто не ушёл, разговаривать ни с Джуджинтой, ни, как следствие, с его новым напарником не хотели.

Кавик не возражал. Благодаря Каляану он знал, каково это, унаследовать от кого-то презрение окружающих.

Что для него было менее комфортно, так это наблюдать за победным ритуалом Джуджинты, который начался с глубокой, пламенной молитвы какому-то неизвестному духу. Метатель ножей нацарапал на стене ряд отметин: треугольники, кресты и прямые линии — пока они не сложились в замысловатый геометрический узор, чем-то напоминающий птицу, расправившую крылья. Встав перед этим символом на колени, Джуджинта с закрытыми глазами шептал себе что-то под нос. Его бормотание звучало как разгневанное осуждение какого-то непростительного преступления из прошлого. Речь явно о чём-то хуже лёгкого удара, который он нанёс Шигоро.

«Что ж, это ни капельки не пугающе», — подумал Кавик.

Закончив, Джуджинта умостился с Кавиком на одну скамью. Даже то, как этот парень отдыхал, будоражило. Он сидел так, словно прикосновение спиной к стене грозило чем-то заразить его. А ещё он постоянно смотрел прямо перед собой, почти не моргал. Это могла бы быть идеальная поза для медитации, не выгляди она так, будто его мускулы борются друг против друга в беспощадном, безвыходном положении.

Вскоре тишины стало многовато.

— Ты владеешь магией? — спросил его Кавик.

Это была не пустая болтовня. На случай если между ними что-то не заладится, как с Шигоро, Кавик хотел знать, придётся ли ему иметь дело с внезапным огнём. Сокрытие своих способностей было довольно распространённой уловкой среди людей на побегушках, полезной для обретения преимущества на какое-то время. «Ха-ха, тайный маг из ниоткуда!» А безупречное владение клинком могло быть идеальным прикрытием для Джуджинты. Человек может быть хорош и ни в чём-то одном.

Джуджинта нахмурился, поняв логику вопроса. И ему совсем не нравилось, когда кто-то суёт нос в его дела. Ни капельки.

— Нет, — прорычал он, не поворачивая головы.

Джуджинта мог врать, но язык его тела подсказывал Кавику, что это не ложь. Последний было подумал, что вопрос улажен, как минуту спустя парень из Народа Огня парировал:

— А ты владеешь чем-то кроме?

Кавик покосился на своего соседа по скамейке. «Да ну тебя, приятель».

Пришёл Таэль, чтобы прервать медленную перепалку.

— Пора.

— Уже час как достаточно светло, — сказал Кавик. Колени онемели, пока он долго сидел.

— Ага, но ещё надо, чтобы течение шло в правильном направлении. Иначе Зубы Морского Блюдечка измельчат тебя на кусочки и выбросят на берег. Пошли.

Мужчина постарше повёл Джуджинту и Кавика в заднюю часть общежития. Сладковатая мясная вонь, даже более резкая, чем привычная рыбная, прокралась в эту часть здания. Запах выброшенного на берег наземного животного, которое гнило всю ночь? Чувствовался смрад кишок, рождённый уж точно не в море. Таэль распахнул широкие двери, впуская в помещение свет нового дня с небольшого галечного пляжа.

— Вот твоя первая работа, — сказал он. — Избавиться от этого.

Сначала Кавик руками прикрыл глаза от солнца, но затем быстро закрыл ими рот. Жгучая желчь просочилась сквозь его пальцы. На ложе из морских водорослей, рядом с серебристой рыбёшкой, слишком уродливой и жирной, чтобы её продать, лежали два трупа, которые уже начали опухать.

Одним из них был Цю.

Следующие несколько шагов Кавик боролся изо всех сил, но его всё равно вырвало на обтёсанную приливами гальку. У парня было отчётливое ощущение, что все, кроме Таэля, расступились, чтобы он смог опустошить желудок. Некоторые похихикали.

— Первый раз с трупом работаешь, да? — сказал кто-то, но без злобы. — Это будет незабываемый опыт.

Схватившись за живот, Кавик плевался, плевался и изворачивался. От вида опухших, посиневших пяток Цю его снова стошнило. Почему он… то есть его тело было здесь? Почему не в Таку?

— Каждый из вас видел, как парни по имени Кавик и Джуджинта отправились в плаванье с двумя людьми: один был одет, как высокопоставленный чиновник Царства Земли, а другой как бинь-эрский модник, — заявил Таэль. — Вернулись из путешествия только Джуджинта и Кавик. Должно быть, с двумя другими разделались. Если власти Джондури заявятся, то мы дадим именно такие показания.

Таэль почесал глаз.

— Новенький, вот как мы обеспечим твою верность. Ты уже виновен, потому что являешься одним из нас. Радуйся, что мы уважаем закон в этих краях. Я слышал, что настоящие мерзкие банды Царства Земли заставляют новичков самих марать руки.

— Чем эти двое так нам насолили? — невозмутимо спросил Джуджинта.

— Это шпионы. А если босс-босс что-то и не любит, так это шпионов.

Мужчина приблизился к чиновнику из Царства Земли. Кавик недоумевал, как Таэлю удавалось не закрывать нос руками. Тот поднял свисавшую с головы трупа тридцатисантиметровую бороду, а затем отпустил.

— Вот это действительно важная шишка, мудрец земли. А тот, — он ткнул тело Цю ногой. Кавик будто почувствовал ступню на собственных рёбрах, — посредник с подарками, слишком дорогими для него. По этому признаку легче всего выявить крысу.

Конверт. Конверт, который он украл из комнаты Аватара. Смерть Цю была на совести Кавика.

— Давайте, тащите их в лодку, пока не поздно, — сказал Таэль. — Вы не захотите грести против течения.

Кавика пришлось подтолкнуть к голове Цю. Джуджинта присел на корточки и взялся за лодыжки трупа, предварительно закатав пропитанные солью штаны, чтобы лучше ухватиться за холодную, влажную, серую плоть под ними.

— Работай коленями, — проворчал он.

Далеко-далеко за горизонт. Именно туда Кавик направил своё сознание, чтобы удержаться от визга, когда схватил Цю за запястья и почувствовал, как пальцы его бывшего посредника сомкнулись вокруг его собственных. Он едва успел отвернуться, чтобы не смотреть на обвиняющий в убийстве взгляд Цю, голова которого откинулась под собственным весом, а челюсть отвисла.

Кавик то терял связь с реальностью, то приходил в себя. Он смутно ощутил два глухих удара о днище лодки. Затем они с Джуджинтой вышли в море; каждый грёб одним веслом.

— Так, ты должен будешь заморозить трупы в глыбу льда, — услышал он от Джуджинты. — Затем мы толкнём их в воду и позволим уплыть. К тому времени, как лёд растает, течение унесёт тела к местам нагула акул-кальмаров, так что не будет никаких останков, которые можно было бы распознать.

Кавик не помнил никаких инструкций от Таэля. Должно быть, он дал их, пока разум парня был окутан мраком. А может, его напарник уже знал, как избавляться от жертв убийства.

Заморозить Цю и его нового товарища по погребению стало легче в процессе. Кавик представлял, что просто накладывает слои льда друг на друга. Если нога торчала, он сразу прикрывал её. Когда не видишь, что внутри, можно сделать вид, что там ничего и нет.

Когда небольшие айсберги отплыли, Джуджинта снова взмолился.

Остаток работы прошёл как солнце по небосводу. Они погребли обратно к берегу. Таэль похвалил их труды и призвал вновь взяться за работу на следующей неделе. Джуджинта сверлил Кавика взглядом, когда тот шёл из одной части казино в другую… Вот где начался этот лихорадочный сон, да? В казино? Кавик уже ни в чём не был уверен.

Домой он проковылял средь бела дня мимо рынка свежих продуктов. От звука тесаков, врезающихся в кровавые куски мяса и рыбы, его снова начало тошнить. На лодке Джуджинта предложил поработать ножом, мол, порезать тела на куски, ведь для этого Таэль и послал их обоих. Однако Кавик позволил себе не осквернять тела покойных ещё больше.

Нет, не совсем домой, а в убежище. По привычке, которая выработалась ещё в Бинь-Эре, он не мог просто пойти по прямому пути. Останавливаться время от времени и проверять, нет ли за ним хвоста, парень тоже не забывал. Когда Кавик распахнул двери гостиницы, удивив Акуудана и Таягума, он мог бы с уверенностью сказать, что за ним не следили. Ну, как только к нему вернулся дар речи.

Аватар ждала его. Судя по всему, она пришла от силы на пару минут раньше. Её маскировка состояла из горстки вещей, плаща и широкой шляпы — более простой наряд, чем в Бинь-Эре, собранный на скорую руку. Янгчен вскочила на ноги, как только увидела его.

— Ты жив, — с облегчением сказала она.

Тот факт, что у неё были основания полагать иначе, разозлил его только сильней. Они обсуждали риски. И Кавик согласился на них. Но теперь застрявший в горле поток обвинений угрожал вырваться, словно цунами.

Не в силах говорить, парень указал дрожащим пальцем на Янгчен, как сразу обнаружил в ладони какой-то предмет.

Небольшой мешочек с монетами. Раньше у Кавика его не было. Плата за сброшенного в море Цю.