Хрустальная память (гет)

Интерлюдия 4

Малфой-мэнор

Том Марволо Реддл, или, как он предпочитал себя называть, Лорд Волдеморт, обосновался в лучших покоях Малфой-мэнора. Раньше это был личный кабинет Люциуса, святая святых хозяина дома, но теперь здесь располагалась ставка нового правителя.

Едва имя блондина всплыло в памяти, Том поморщился и потянулся к хрустальному бокалу с вином, стоявшему на столе красного дерева. Насколько же компетентен и опасен был старик Абраксас, настолько же бестолковым и трусливым вырос его отпрыск. А внук, Драко, так и вовсе казался... заморышем. Том смутно помнил его по первому курсу, когда воспринимал мир с затылка Квиррелла, но впечатление осталось гнетущим: эта ветвь Малфоев выродилась. От них нужно избавиться. Но потом. Пока пускай послужат.

Он сделал глоток и снова скривился.

— Поттер... — прорычал он сквозь зубы, отставляя бокал.

Вкуса не было. Ни еда, ни питье, даже самое изысканное магическое(то есть из винограда выращенного в домене магов) вино столетней выдержки, не дарили... удовлетворения. Мир после возрождения казался пресным, серым, как пепел. Тело, которое он создал на кладбище, было сильным, магически совершенным, но... функционально неполноценным. Гомункул, слепленный из костей отца, плоти слуги и крови врага. Те записи что он когда то нашел в Китае были неполными. В нем не было ни нервных окончаний для тонких ощущений, ни... нужных частей для других утех. Лишь жалкая имитация жизни.

Нарцисса, которую он призвал в первую же ночь ради эксперимента, ушла разочарованной (хоть и скрыла это за маской ужаса), а сам Лорд остался с чувством гадливости. Несовершенство. Ошибка в ритуале. Не то что это ему было нужно.

Но даже пытки Люциуса не принесли ожидаемой остроты, а ведь он круциатил своего «верного слугу» долго, с чувством, когда узнал о судьбе дневника. Держал заклинание, пока сам Малфой не захрипел и не потерял сознание, пуская слюни на дорогой персидский ковер.

Уже месяц он строил план. ПЛАН. Великий и безупречный. Он собирался проникнуть в разум Поттера, свести его с ума, заставить прийти самому...

Но неделю назад всё пошло прахом. Он впервые почувствовал, что колотится в наглухо закрытую дверь.

— Проклятье, — ругнулся он тогда. — Это всё Дамблдор. Старый маразматик наверняка поставил ментальный блок.

А сегодня днем он с ужасом ощутил, что ручеек слабеет. Канал связи, та ниточка, что соединяла их души, начинала истончаться и вибрировать, готовая оборваться. В панике перерыв библиотеку Малфоев, Лорд нашел нужную книгу и в спешке подготовился к принудительному усилению связи, пока та окончательно не погасла. Он должен был пробиться. Он должен был удержать этот якорь.

Том отставил недопитый бокал. Свечи в кабинете дрогнули, когда он приложил бледные, длинные пальцы к вискам, концентрируясь.

— Я найду тебя, мальчишка, — прошептал он, вкладывая в зов всю свою мощь. — Ты никуда не денешься.

И тонкой, ядовитой струйкой его сознание, увлекая за собой огромный кусок его сущности, потянулось через пространство к Поттеру...

* * *

Домен Древа

— Так-так, что это у нас тут? — пробормотала Дева Древа, лениво потягиваясь на своем травяном троне.

Только что она отправила сладкую парочку одного за другим на задание — естественно, не забыв о маленькой шутке над обоими напоследок, — как вдруг пространство рядом с ней дрогнуло.

Тонкая, черная нить, полная злобы и отчаяния, нащупывала путь к сфере, в которой был заключен первый осколок души — невольная оплата Поттера.

— О, доставка на дом! — обрадовалась дриада. — Какой сервис!

Ловким движением она перехватила этот ментальный щупалец, намотала его на палец, как спагетти, и резко дернула на себя. С той стороны канала послышался беззвучный вопль, полный ужаса, и в её ладонь шлепнулся еще один, чуть более жирный кусок души.

Она подкинула его в воздух, поймала и небрежно добавила в сферу ко второй части. Два уродливых сгустка слились в один, чуть более плотный.

— Хм, — она критически осмотрела улов. — Всё равно мало для полноценной оплаты. Но за старание — сто баллов Гриффиндору!

* * *

Хогвартс

В Большом Зале, пустом и темном в этот летний час, в гигантских песочных часах факультетов что-то звякнуло. Рубины с веселым перезвоном посыпались в нижнюю колбу Дома Храбрых, наполняя её алым сиянием.

* * *

Малфой-мэнор

В кабинете воцарилась тишина.

Тело Тёмного Лорда, лишенное большей части своей сути, покачнулось. Красные глаза остекленели, рот раскрылся в беззвучном крике.

Оно рухнуло вперед, но не успело коснуться пола — рассыпалось серой, зловонной жижей прямо в воздухе.

На роскошный персидский ковер (летающий, кстати — редкий артефакт, которым Люциус очень гордился) шлепнулась лишь пустая черная мантия, палочка и горстка мокрых костей.

Лишь на следующее утро хозяин дома, осмелившись постучать и не получив ответа, зайдет внутрь и найдет эти жалкие останки. Лишь к обеду он в панике соберет всех «коллег» по метке. И лишь вечером, переругавшись и чуть не перебив друг друга, Пожиратели Смерти смогут выработать хоть какую-то стратегию.

Но будет уже поздно.