Восставшая из пепла (гет)

Надо отдать должное Ризанду, пришёл в себя он быстро. Поморгал, выходя из ступора, кашлянул и уточнил:

— Во время нашей прогулки она тоже была рядом?

Фейре хватило ума сказать:

— Не знаю. Я её не видела.

Он ещё некоторое время молчал.

— Отчего же она не покажется? — наконец взял себя в руки правитель, возвращаясь к привычной высокомерно-насмешливой манере общения.

— А как ты думаешь? — съязвила Фейра. — Она прекрасно понимает, что у тебя к ней миллион вопросов. Вот только не уверена в том, что спрашивать будут вежливо. Как и я, — добавила она.

— Каким же чудовищем ты меня считаешь.

— Вы сами составили себе имидж, — вмешалась я, вставая рядом с Фейрой. — К тому же у правителей есть один маленький недостаток. А у меня вовсе нет желания вести великосветские беседы с вашим шпионом на его непосредственном месте работы.

— Мы не палачи, — Ризанд заложил руки за спину, рассматривая меня, его когти уже пробирались ко мне в мозг.

— Охотно верю, — в тон ему ответила я, приоткрывая дверцу в разум.

Пускай посмотрит, как я отношусь к Фейре, как попала сюда. Пускай разберется в работе медальона, объяснить на словах было бы сложнее. Пусть увидит мою ярость, направленную на Тамлина, и, чего уж греха таить, на него самого. Да-да, господин Верховный правитель, вы тоже мерзавец знатный, а я здесь преследую одну единственную цель: забочусь о Фейре. И в отличие от неё прекрасно помню, кто выставил её своей личной проституткой в глазах всего мира фэ.

Не знаю, хватило ли ему совести смутиться или он просто посчитал, что находится в моем разуме слишком долго, но выскочил он оттуда как ошпаренный.

— Вы должны понимать мои опасения, — как ни в чем не бывало продолжил Ризанд. — Этот город окружён многочисленными слоями защиты. Более того, о нем никто не знает. Он — тайна вот уже пять тысяч лет. Что касается конкретно этого дома, в него беспрепятственно могут входить лишь я и моя сестра, остальные — только по приглашению.

— Фейра смогла пробить ваши заслоны.

— Что? — опешил он.

— Как такое возможно?

— Я могу лишь предположить, что этому виной её воскрешение. Сила, перешедшая к ней от меня. Видимо, я отвлекся, и мои заслоны посчитали силу Фейры моей собственной.

Я кивала головой, ехидно глядя на него.

— Именно. Между вами существует связь. Как между мной и Фейрой. Точнее, между нашими медальонами. Они были созданы магами пространства и реальности специально для нашей семьи. Поначалу они помогали прорваться сквозь любые щиты, стоило только подумать о человеке, к которому ты желаешь переместиться. Затем их усовершенствовали.

— Они дали возможность вызывать члена семьи, — понял Ризанд.

— Да. Думаю, способ пробраться через щиты здесь такой же, как и в вашем с Фейрой случае. Защита не восприняла меня как что-то чужеродное. Я ведь не нарушила её целостность. Впрочем, я не смогу объяснить более понятно. Об этом нужно спрашивать у создателей.

— Вы интересовались способом работы этого артефакта? — он приподнял бровь.

Я прищурилась. По-ленински, чтобы было больше ехидства, и ответила:

— Если бы не интересовалась, не смогла бы рассказать то, что рассказала. Просто мне было достаточно этих весьма расплывчатых объяснений. Создателям я доверяла. Работает и ладно.

— Вы легкомысленны.

— Весьма, — я добавила к прищуру улыбку. — Это, однако, не помешало мне помочь Фейре остаться незапятнанной.

Упомянутая девушка переводила пустой взгляд с меня на Ризанда, не вмешиваясь.

— Вы обладаете поистине удивительными способностями, — мой оппонент тоже улыбнулся, тон его меня насторожил. — Отчего же не пришли к своей подопечной на помощь раньше?

— Тот же вопрос к вам, — не осталась в долгу я.

— Я вынужден следовать правилам.

— Как и я, — припечатала я, сбросив ехидную маску. — Я не могла вмешаться. Только в том случае, если Фейра сама бы позвала меня. Это случилось вчера. Я не собираюсь спорить на тему, у кого из нас было больше возможностей. Вы знаете законы так же хорошо, как и я. Фейра спасена. За это я вам благодарна. Однако, вам придётся смириться с моим присутствием до того момента, пока я не буду уверена в том, что вы не нанесёте ей ещё больший урон. Либо же до того момента, пока Фейра сама не прогонит меня, — при этих словах девушка неожиданно вскинула голову и вцепилась в мою руку.

— Я бы не причинил ей вреда.

— Осознанно, пожалуй, нет. Но я видела то, что происходило в Подгорье. И мне пришлось потратить много сил на то, чтобы ситуация не усугубилась, — я посмотрела на Фейру. — Вы не доверяете мне. С чего бы мне проявлять это доверие? Будем честны, вы до сих пор не передали меня в руки своим хлопцам только потому, что здесь Фейра. Найди вы способ провернуть это так, чтобы она не узнала…

— Я Верховный правитель, — отчеканил он, кажется, разозлить мне его удалось. — И я обязан заботиться о безопасности этого города и народа. Откуда мне знать, что вы не шпионка?

— Откуда мне знать, что вы спасли Фейру не для того, чтобы сделать из неё оружие, служащее вашим целям? — парировала я. — Оставьте, Ризанд. Я могу понять вас как Верховного правителя, но не как человека. Этот спор не имеет смысла. Мы не доверяем друг другу, и это нормально.

— Если ты запрешь её в подземелье, — неожиданно вмешалась Фейра. — Если хотя бы помыслишь о том, чтобы причинить ей вред, — она посмотрела ему прямо в глаза, скопировав мой прямой и честный взгляд. — Я никогда тебе этого не прощу.

— Мои слова! — с наигранным возмущением повернулась я к ней, и по её лицу впервые скользнул едва заметный призрак улыбки.

— Ты не обязан верить ей только потому, что верю я, — продолжила девушка. — Но не смей её трогать. Ни сам, ни через других. Если я узнаю о чем-нибудь подобном, я уйду вместе с ней туда, откуда она родом, — она обернулась ко мне, глазами спрашивая разрешения. — Что-то подсказывает мне, что там мне будет гораздо спокойнее.

— Да хоть сейчас! — заверила я её.

Она кивнула. Вот и хорошо.

Ризанд молча переводил взгляд с меня на Фейру, ведя внутреннюю борьбу. Обстановку нужно было разрядить, и я неожиданно даже для себя сказала:

— Относись ко мне, как к горячо любимой тёще. Поверь мне, легче станет.

Он посмотрел мне прямо в глаза и хмыкнул. Воздух разрядился.

— Может, мы и найдём общий язык.

— Клятву о неразглашении давать?

— Что? — он вновь опешил.

— Ну, нерушимую клятву о том, что не расскажу о городе в целом и том, что увидела и услышала здесь.

— Я не знаю такой клятвы, — признался он спустя некоторое время.

— Серьёзно? Ладно.

За пару минут я объяснила принцип работы данного заклинания. Ризанд выглядел удивлённым.

— Пока повременим. Мы и так задержались. Об обеде вы, полагаю, знаете?

— Ну так, — я повертела рукой.

— Я хочу, чтобы Фейра познакомилась с моим внутренним кругом и решила, хочет ли она работать вместе с нами. Как и вы, разумеется, — поспешно добавил он.

— Не притворяйтесь, — махнула я рукой. — К тому же, мне-то вообще пофиг дым это всё. Как Фейра решит, так и будет.

— Что ж, тогда, полагаю, у вас есть ещё полчаса, чтобы подготовиться к обеду.

— Слышишь? — повернулась я к Фейре. — Намекает на то, что мы выглядим, как два чучела.

Девушка не ответила, лишь слегка покосилась в мою сторону.

* * *

— Мать, ты никак на раут дворянского собрания собралась? — скептически поинтересовалась я, оглядывая платье Фейры. Тёмно-синее, из плотной ткани, но с вырезом. — К тому же, ты замёрзнешь.

— Ты так и пойдёшь? — в свою очередь удивилась она.

Я окинула взглядом своё отражение. Нуала было предложила мне переодеться, но я отказалась. Длинное шерстяное платье бежевого цвета не даст мне замёрзнуть. К тому же юбка была практически в пол и не позволяла увидеть мои чудесные гамаши с оленями. Ну а что? У них тут зима на дворе. Буду я ещё мёрзнуть ради какого-то обеда. К тому же пошив моего одеяния подходил для подобной встречи. Сверху я накинула такого же цвета шерстяную жилетку. Голову, как обычно, украшал платок, скрывая седые волосы. Единственное, сегодня я украсила его тоненьким золотым ободочком.

— Ну да. И тебе советую отдать предпочтение теплу.

— Но как же…

— Фейра, это семейный обед, — я закатила глаза. — А не те банкеты, что устраивал твой колокольчик. Ты же слышала: «внутренний круг». Значит, будет всего несколько человек.

Фейра попросила фэек оставить нас наедине и приземлилась на кровать. В это время я подошла к шкафу.

— Штаны или юбка?

— Я же должна произвести хорошее впечатление…

— Им по пятьсот лет. Единственное, что может произвести на них впечатление, твой выход нагишом. И то навряд ли.

— Юбку. Всё же лучше одеться более официально.

— Как скажешь.

Я вытащила длинную юбку. От платья её отличал только материал. Она была шерстяной. На мгновение задумалась и все же создала для нее колготки и гамаши. Она удивленно уставилась на это.

— Надевай, — кинула я ей.

— Что это?

— То, что не даст тебе замерзнуть. Или ты с голыми ногами собралась по морозу щеголять? Судя по твоему лицу, так и есть.

Пока Фейра одевалась, я создала ещё и майку с длинными рукавами. Поверх неё надела белоснежную мягкую кофту. Посмотрела, как она будет выглядеть, если её выправить, затем, если заправить. Остановилась на последнем варианте, подвязав Фейру чёрным тоненьким ремешком.

— Садись, заплету.

Коса — вещь универсальная. Я остановила свой выбор на объёмной французской, вплетя в нее белую и синюю атласные ленты. Аккуратно водрузила на голову голубую шапку и обмотала вокруг шеи мягкий теплый шарф.

— Мне не пять, если что, — пробурчала Фейра.

— А одеваться тепло так и не научилась, — усмехнулась я.

Ворча, она облачилась в голубое пальто чуть ниже колена. На ноги надела синие сапожки.

Я накинула себе на плечи чёрное пальто с глубоким капюшоном, на ноги надела валенки.

— Странная обувь.

— Ты что, валенки никогда не видела?

Фейра отрицательно покачала головой.

— А потом мы варвары, — закатила я глаза.

Я двинулась к выходу, когда Фейра вдруг схватила меня за руку.

— Нея, ты только, пожалуйста, хотя бы притворись, что нормальная.

— Я и оскорбиться могу.

— Ты понимаешь, о чём я. Они не поймут твоих шуток. Я сама не сразу привыкла. Я не хочу, чтобы тебе причинили боль только из-за того, что не так поняли.

Я обернулась к ней, улыбнувшись, и приобняла за плечи, заглянула в глаза.

— Милая моя, этот обед созван специально для того, чтобы познакомиться. На людей посмотреть, себя показать.

— Именно. Ней, именно. Ризанд предполагал, что я должна буду посмотреть и решить, смогу ли работать с ними. Но поскольку со мной идёшь ты, мне кажется, им придётся решать, хотят ли они с нами работать.

— Вот и славно. Фейра, я могу вести себя, как подобает аристократке. И если для тебя это важно, хорошо. Однако не обещаю, что продержусь долго. Если они начнут буянить, я в долгу не останусь, за словом в карман не полезу.

— Об этом и не прошу. Не давай себя в обиду.

— Не дам. И тебя не дам. А теперь пошли. Перчик заждался, поди.

Ризанд ждал нас на крыше дома. Обернувшись ко мне, он поинтересовался:

— А вы случаем летать не умеете?

— Ну в руки вашим хлопцам точно не дамся, — заверила я и выудила из астрального кармана (сил на него у меня теперь хватало) метлу.

На глазах у изумленной публики боком села на неё и приподняла брови, вопросительно уставившись на Ризанда. Тот хмыкнул и повернулся к Фейре, оглядев её наряд.

— Признаться, я предполагал, что ты остановишь свой выбор на чём-то более вычурном.

— Я же говорила, — победно провозгласила я. — Он тебе специально не сказал, что это семейные посиделки. А вы не переживайте, если бы не я, она бы так и оделась. Мы летим?

— Нет, — воспротивилась Фейра.

Ризанд попытался объяснить, что дом ветра надежно защищен, что никто чужой не сможет совершить переброс туда. Тут он сделал паузу и повернулся ко мне. Я закатила глаза.

— Пока Фейры там нет, я не смогу проникнуть. Наверное. Проверять как-то, знаете ли, не хочется.

— В таком случае добраться туда можно только двумя способами. Или подниматься по ступеням, а их десять тысяч, или лететь. Поверь мне, Фейра, подниматься долго и утомительно.

Фейра упрямилась. Я на этот раз не вмешивалась, позволив себе полюбоваться городом и подготовиться к ещё одной непростой встрече. Отвлеклась от созерцания я только когда услышала:

— Они уже собрались там и ждут нас. И потом, Дом ветра несравненно просторнее. Там, в случае чего, у меня не появится желания скинуть их всех с горы.

— А вы действительно друзья, — улыбнулась я, на этот раз без ехидства.

— Знакомое чувство?

— О да! — с чувством протянула я. — Фейра! Кончай правителю мозг компостировать. Давай, либо ко мне на метлу, либо к нему на ручки.

Девушка вспыхнула, но меня это порадовало. Ризанд перевёл на меня странный взгляд. Дошло, наконец, что на данный момент только я могу вывести её хоть на какие-то эмоции.

Помявшись, Фейра всё же позволила Ризанду взять себя на руки.

— Если тебе что-то не понравится, — начал он, — одно слово, и мы вернемся сюда. Я не стану задавать никаких вопросов. И если ты почувствуешь, что тебе невыносимо работать со мной и с ними, тебя тоже ни о чем не спросят. Вне зависимости от моих нужд, мы сумеем сделать так, чтобы ты жила здесь в свое удовольствие. Выбор, Фейра, всегда за тобой.

Я кашлянула, но на этом моя реакция и ограничилась. Хотя скептицизм так и норовил вырваться наружу. Противная я всё-таки сегодня.

— Только прошу тебя, не сбрось меня по дороге. Пожалуйста… — попросила Фейра.

— Я поймаю, — заверила я её. — А потом мы вместе втопчем его в снег.

Ризанд расправил крылья и взмыл в воздух, явно намереваясь оставить меня позади. «Нибусс-2000» был против такого развития событий. И вскоре я не только догнала, но и обогнала его. И сделала это специально, дав им поговорить. Я ведь прекрасно понимала, что при мне он не будет рассказывать, как летал тут в детстве вместе с матерью.

Зависнув перед домом, я принялась ждать их появления. Стоило Ризанду опуститься, Фейра перебралась ко мне. Заходить внутрь она не спешила.

— Выкладывай, что тебя тревожит, — наконец сказал Ризанд.

Она обернулась.

— Ты расскажешь, что у тебя на уме. Потом я расскажу, о чем думаю сам.

Фейра отрицательно покачала головой и спряталась мне за спину, наблюдая за городом. Я переводила взгляд с одного на другого. Затем вздохнула и предложила:

— Отойти она мне не разрешит, да и я не стану. Но поскольку откровенничать, пока я рядом, вы не сможете, разрешаю вам наложить заглушающие чары.

Ризанд впервые не просто посмотрел на меня, а присмотрелся. Затем кивнул. Я на время потеряла способность слышать.

* * *

Фейра незаметно покачала головой. Нея такая Нея. Даже не доверяя, проявляет чувство такта.

— Раз уж нас оставили наедине, признаюсь, — сказал Ризанд. — Я сейчас думал о пятидесяти годах, проведенных в Подгорье. Иногда я позволял себе помечтать об этом месте, но не ожидал, что снова увижу Веларис. И еще… Я до сих пор жалею, что не я ее убил. И, наконец, я думал: если грянет война, у меня не скоро появится возможность снова оказаться здесь, в такой же вечер.

Риз замолчал, ожидая ответа. Вместо этого Фейра спросила:

— Ты думаешь, скоро начнется война?

— У нас не обмен вопросами. Я рассказал тебе о… трех своих тенях на душе. Расскажи об одной своей.

Она посмотрела на раскинувшийся город, на беспокойное море, затем перевела взгляд на Нею. Она сказала Ризу считать её тёщей. Значит ли это, что она относиться к ней, как к дочери? Если да, то почему?

Ответов на эти вопросы у неё не было, но она знала, что Нея стала для неё не просто советчицей, а потому должна знать.

— Сними заклятье. Ты рассказал о своих тенях, и я сохраню их в тайне, но мои она должна слышать.

Ризанд колебался, но просьбу выполнил. Тогда Фейра произнесла, не глядя ни на кого из них:

— Я думаю, что была влюбленной дурочкой, которой показали кусочек Двора весны, а она и не посмела просить о большем. Наверняка там есть немало земель, куда бы меня никогда не пустили. Мне бы даже не позволили узнать о них. Возможно, я бы и жила в неведении, словно кошка или комнатная собачонка. И еще я думаю…

Стало трудно говорить. Слова застревали в горле, и их приходилось выталкивать силой, но она упрямо продолжила:

— Я думаю, что была одинокой, отчаявшейся девчонкой и потому влюбилась в первого, кто подарил мне крупицу доброты и надежности. Наверное, он это знал. Может, не относительно меня, но ему хотелось быть таким для кого-то. Для меня прежней этого, возможно, и хватило бы. Но я нынешняя на такую уловку уже не попадусь.

Вот так.

Слова были полны ненависти, своекорыстия и неблагодарности. Если вспомнить обо всем, что Тамлин сделал для неё…

* * *

Я обхватила её за плечи.

— Мы все неблагодарны. Все эгоистичны. И не смей считать себя виноватой в произошедшем. Тамлин ещё больший эгоист, чем ты. Он не захотел тебя слушать и получил по заслугам. И раз уж сегодня у нас вечер откровений, знай, будь на твоём месте я, так бы вмазала ему от всей своей человеческой души…

— Я тебя обожаю, — тихо призналась Фейра.

— А если серьёзно, я ведь замужняя женщина. И когда-то мой супруг так же не смог защитить меня. Однако запереть меня ему в голову не пришло.

Фейра удивлённо распахнула глаза.

— Да-да, меня тоже возвращали к жизни.

— И он никогда…

— Ну почему же? — я вновь вернула себе ехидство. — Был у нас разговор на тему: «Я тебя никуда не пущу».

— Но в итоге он отпустил?

— Ну коли я перед тобой стою.

— Как ты добилась этого?

— Дала посмотреть на себя со стороны, — я перешла на русский. — Был у меня один рассказик, чуть ли не слово в слово описывал вашу ситуацию с колокольчиком. Сказала: «Прочитаешь, поговорим». Через два дня пришёл со словами: «Я на него не похож». Слово за слово… И вот я здесь.

Фейра задумалась.

— Не в том направлении думаешь, — одёрнула я её. — У моего с мозгами всё в порядке. Сорвало, бывает. Понимаю, что страшно меня потерять. Но и он прекрасно знает, что я, в случае чего, Ризанда на белом коне ждать не буду. Вмажу так, что до конца жизни думать не сможет.

Фейра хихикнула.

— Чё ха-ха? Я серьёзно, — ткнула я в плечо её, вновь перейдя на английский.

Ризанд всё это время тактично молчал. Я слегка подтолкнула Фейру, и она повернулась к нему.

— Ты поведала мне о целых пяти тенях, — сказал ей Ризанд. — Похоже, с меня еще две. Вам я, кажется, тоже теперь должен, — обратился он ко мне.

— Окститесь, нужны мне ваши тайны, — махнула я рукой. — К тому же нам бы пора пройти в дом. А то там, похоже, зрительный зал уже собрался.

Фейра резко обернулась. У дверей стояли два крылатых фэйца. Оба улыбались.

— Помни, что ты обещала, — по-русски сказала мне Фейра. Я в ответ лишь улыбнулась.

Понеслась.