Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в мире «Ван Писа»! (гет)

АХТУНГ! В начале главы присутствует сцена 18+

Въехав на территорию поместья, я тут же подогнала лошадь, оставляя дядюшку позади. Тот закричал мне вслед, но мне было плевать. Конь проскакал по длиннющей дороге, обошёл фонтан и бросился к конюшням. И лишь у самых дверей я стопорнула его, а после соскочила с седла, попадая прямо в объятия Сабо. Парень подхватил меня за талию, и я тут же накрыла его губы своими. Ах, как же я соскучилась! А судя по тому, как задрожал Годрик у меня на бедре, мой наш сынок скучал не меньше!

Позади раздалось лошадиное ржание, а затем тяжёлый вздох дядюшки.

— Хоть бы приличия соблюдала, — произнёс он усталым тоном.

— Я не видела Шеппарда две недели, имею право! — возразила я, с трудом вспоминая, как Сабо представился. Затем отстранилась от революционера и отдала лошадь второму конюху, чтобы тот расседлал её и привёл в порядок. Затем снова посмотрела на парня: — Сегодня и завтра у тебя выходной, красавчик.

— Как прикажете, госпожа, — поклонился Сабо, и я заметила на его устах счастливую улыбку. Мой мужчина тоже скучал!

— Ну ты хоть на ужин явись. Отец хотел бы услышать о том, как прошла твоя первая миссия, — хмыкнул дядя.

— Постараюсь, — кивнула я, а затем отцепила Годрика с бедра и отдала Сабо в руки. Меч тут же счастливо задрожал и завибрировал. Из лезвия появился Василиск, который был ростом с меня, и обмотал хвост вокруг талии революционера, а сам уселся ему на руки. Парень, посмеиваясь, принялся гладить его вдоль оперения. Эх, разбалуешь ты его так, разбалуешь!

Эти двое поладили практически сразу же. Стоило Годрику в первый раз увидеть и обнюхать Сабо, как он тут же заключил его в кольца из своего хвоста и принялся урчать — ну, если этот звук можно было назвать урчанием. Революционер был совершенно не против. Наоборот, он засмеялся и почесал ребёнка под клювом, чем окончательно влюбил его в себя.

Эти двое мгновенно спелись, да настолько, что буквально через пару дней я заметила, как Годрик пытался копировать некоторые привычки Сабо. На моё замечание Шэмрок ответил, что это норма: мифические зоаны, будучи заключёнными в сабли и мечи в детском возрасте (да-да, мой Годрик был ещё ребёночком), частенько принимали хозяина и его ближайшее окружение за ролевую модель и старались во всём им подражать. Если упростить все вышесказанное, то Годрик просто выбрал нас с Сабо в качестве своих мамы и папы, при этом папу он явно любил больше.

Да уж, не так я хотела стать матерью. Я вообще этого не хотела, если быть честной. Но это всяко лучше, чем рожать самой. К тому же, мои мальчики отлично поладили, так что грех жаловаться.

Слуги, мимо которых мы проходили, склоняли головы и отступали в стороны, но мне было на них плевать. Вручив одному из них разнежившегося Годрика, который вернулся обратно в состояние сабли, и приказав доставить его в кабинет Шэмрока (Василиск немного расстроился, но я пообещала, что он поиграет с Сабо чуть позже), я объявила:

— Запрещаю приближаться к моей комнате. — А затем открыла дверь и вошла внутрь. Сабо последовал за мной. Мы минули гостиную и оказались в моей комнате. Революционер тут же запер нас, а потом крепко обнял меня, кладя голову мне на макушку. — Тебя никто не обижал?

— Ещё б они посмели. За мной стоит сама Лианора Фигарленд, которая пусть и славится добрым нравом по отношению к слугам, но своих людей обижать не позволит.

— Всё верно, — замурлыкала я и, не сдержавшись, поцеловала его в выглядывающую из-под воротника шею. — Спешила к тебе как могла.

— М-м-м, невестушка счастлива, — пошутил он, вспоминая наш разговор почти месячной давности. Ну да, именно что невестушка. На роль моего мужа нужен кто-то больший, чем какой-то босяк из Нижнего Мира.

Улыбка сползла с моего лица. Всё внутри похолодело. Это что сейчас была за мысль? Она точно принадлежала мне? Как я могу так думать о своём любимом мужчине? Я ведь обожаю его!

Метку на плече кольнуло. Эта херня что, влияла на моё сознание? Но разве такое возможно? Блять.

— Лиа? Всё в порядке? — привёл меня в чувства голос Сабо. Я заторможенно кивнула, и это не укрылось от его глаз. — Ладно. Что твоя невестушка может сделать для вернувшегося из командировки женишка?

Грудь затопила нежность, смывая собой только что произошедший пиздец.

Я провела рукой по щеке Сабо и чмокнула его в губы.

— Пожалуй, быть красивой и любить меня. Большего не надо. — А затем сказала: — Ладно, солнце моё ясное. Подожди меня буквально пятнадцать минут, и я вернусь к тебе.

Сабо отпустил меня, отстраняясь и давая пространство. Я тут же подмигнула ему, а затем направилась к гардеробу, прямо на ходу скидывая пиджак и грязную рубашку, оставаясь в лифчике и штанах. Затем достала домашнюю одежду, специально наклоняясь повыразительнее и всё это время ощущая горячий взгляд революционера на своём теле. Да, я провоцировала, и вполне успешно: на полпути к ванной меня перехватили горячие руки, обнимая за обнажённую талию, а шею накрыли влажные губы.

— Думаю, я могу пойти с тобой, — зашептал он. Руки двинулись ниже, к застёжке моих штанов.

— Думаю, ты правильно думаешь, — поддакнула я. Все ненужные переживания, в том числе и о метке, окончательно выветрились напрочь. Остались только мы с Сабо.

Поцелуи спустились ниже по спине, как и руки. Я вздрогнула всем телом, отдаваясь моменту и натренированным пальцам. Чёрт, Сабо знал, как подчинить мои разум и тело. А я не особо-то и сопротивлялась. Прикрыв глаза, я откинула голову на плечо парня. Меня тут же окутал его запах.

Ладонь скользнула по лобку, кончик среднего пальца подцепил трусы, купленные в каком-то бутике во время командировки, и скользнул под них, нащупывая мои складки. Я ахнула, когда ощутила, как грубые пальцы коснулись моих самых нежных мест, как собрали немного смазки и распределили вокруг. Указательный палец двинулся чуть выше, задевая нежный клитор и надавливая на него, а затем принимаясь за круговые движения. Я дёрнула бёдрами, но Сабо удержал меня, прижимая к себе и давая ощутить, насколько он соскучился.

— Чёрт. Ты потрясающий ученик, — выдохнула я.

— Учился у потрясающего учителя, — улыбнулся он в ответ, а после провёл языком по моей шее.

Другая рука, до этого лежащая у меня на талии, поднялась вверх, забираясь под бюстгальтер и сладко сжимая мою грудь, пальцы нашли сосок и провели по нему. С губ сорвался лёгкий стон. Я хотела ещё. Больше.

Рука сама собой скользнула за спину, находя пульсирующее возбуждение Сабо и сжимая его сквозь ткань одежды. Парень позади вздрогнул. Ты не один можешь играть в эту игру, мой милый.

И тут, словно желая проучить меня, он ввёл внутрь палец, плавными движениями надавливая на стенки, поглаживая их. Я дёрнулась от неожиданности, а затем подалась бёдрами навстречу, желая ещё и глубже. Я, чёрт возьми, слишком соскучилась. Я хотела своего мужчину настолько сильно, что ему хватило буквально пары движений, чтоб я завелась как сволочь.

К первому пальцу присоединился второй. Сабо чуть повернул ладонь, но из-за довольно узких штанов простора для действий было мало. Пришлось помогать ему и самостоятельно стягивать брюки, кидая их куда-то на пол. И последнее, что меня сейчас волновало, — это устав, который предписывал уважительно и бережно относиться к униформе Божьих Рыцарей.

Без штанов и трусов было намного проще. Я чуть расставила ноги, давая Сабо необходимую свободу. И он тут же воспользовался ею, двигая туда-сюда пальцами, поглаживая меня изнутри и давя ладонью на чувствительный клитор. Другая его рука всё ещё сжимала мою грудь, перекатывая её, и удовольствие разрядами тока шло прямо в пах.

— Хочу тебя, — выдохнула я, тяжело дыша и с трудом открывая глаза.

— М-м-м, — ответил он, выцеловывая шею, а после улыбаясь куда-то в плечо. — Я тебя тоже, но сперва…

Я поначалу не поняла, что это было за «сперва», а потом ощутила, как он ускорил движения. Кончики его пальцев наткнулись на сладкую точку внутри и тут же принялись давить на неё, а ладонь всё так же массировала клитор. Я вскрикнула.

Ощущений было столько, что я в них буквально тонула. Одновременно хотелось и больше, и сбежать прочь. Мои бёдра задёргались, коленки затряслись, а сама я буквально повисла на руках у Сабо, пытаясь пережить обрушившееся водопадом наслаждение.

Дыхание было пиздец каким тяжёлым. В горле пересохло, а ноги не держали.

— Ты чёртов монстр, — прохрипела я, цепляясь за его предплечья.

— Думаешь? — улыбнулся он. Его правая рука, вся мокрая, выскользнула из меня и перехватила поперёк талии, а левая покинула грудь. Стало неприятно одиноко и пусто, и я невольно свела бёдра.

Раздался звук расстёгиваемой молнии. Сабо позади завозился, и только тут до меня дошло, что я была полностью обнажена, если не считать сдвинутого вверх лифчика, а он — полностью одетым. Я представила, как мы выглядели со стороны, и это было пиздецки горячо.

Между моих ног скользнуло что-то горячее, и я застонала. Сабо, нет, я ещё слишком чувствительна!

Но революционер не услышал моих мысленных возражений. Он медленно задвигался вперёд-назад, и я ощутила, как его естество раздвигало мои складки, проходя прямо мимо входа и задевая чувствительный клитор. Чёрт. Это было пыткой похуже, чем если бы он просто вошёл!

Уха коснулся горячий воздух, затем острые зубы прикусили его, и я застонала. Меня била мелкая дрожь и, клянусь, если бы не нечеловеческая сила Сабо, то я уже давно валялась бы на полу, будучи не в силах пошевелиться.

— Надоел, — прошипела я, дёргая бёдрами навстречу. — Войди в меня, хватит паясничать!

— Госпожа приказывает? — слишком уж сексуально усмехнулся этот гад.

— Да! Приказывает! Приказывает! — закивала я. Нашёл, когда характер проявлять, чушпан!

Я ощутила горячую руку у себя на ягодице, которая сперва скользнула чуть ниже, а после поднялась к спине, надавливая на неё и заставляя чуть наклониться. Я послушалась — всё равно моим телом управляла уже не я, а он.

Входа коснулась горячая головка, и я закусила губу. Сабо толкнулся, и я наконец-то ощутила долгожданную наполненность, от которой сносило крышу.

Я застонала, подалась бёдрами назад, и парень послушно скользнул глубже, пока наша кожа не соприкоснулась со звучным шлепком. И лишь тогда я позволила себе выдохнуть. Было так хорошо! Так правильно! Так полно! Я захотела зафиксироваться в этой точке и в этой глубине на как можно дольше, но Сабо двинулся, сперва немного выйдя, а после толкнувшись обратно. С губ сорвался тихий вскрик.

— Я так по тебе скучал, — зашептал мой возлюбленный, вновь обвивая меня руками. Мне надо было срочно обо что-то опереться.

— Стена, — прошептала я. Сабо засмеялся.

— Я ей про чувства, а она мне про стены!

— Я тоже скучала, клянусь! Но я сейчас грохнусь! — взмолила я. К счастью, пацан понял, что дело важное и, выйдя из меня, чуть приподнял мою тушку и прошёл к стене. Я тут же опёрлась о неё руками, давая себе пару секунд на одышку, а после развернулась к ней спиной. Мои руки скользнули по рубашке революционера и притянули его ко мне за шею для поцелуя.

Раздался влажный чмок. Его язык нашёл мой, и я отдалась этому чувству, ощущая, как его мощные руки взяли меня под ягодицы, поднимая над полом. Я тут же скрестила ноги у него на талии.

То, как сильные пальцы впивались в мои нежные бёдра, оставляя белые следы, просто сводило с ума.

Новый толчок был до одури долгожданным. Я застонала прямо в рот Сабо, и он поймал этот звук, сцеловывая его и принимаясь двигаться вперёд-назад. Я опустила руки ниже, проводя ладонями по запрятанной за рубашкой грудью, а после поддела петельки, расстёгивая их. Стоило груди хоть немного обнажиться, как я довольно замурлыкала и чмокнула Сабо куда-то в район подбородка. Он опять перехватил мои губы своими, вовлекая в новый поцелуй.

Толчки стали быстрее, сильнее, попадали прямо туда, куда мне так хотелось, и я вновь зажмурилась от удовольствия. Сабо склонился ниже, вновь нападая на мою шею, будто вампир какой-то, и теперь мои стоны раздавались на всю комнату вместе с громкими влажными шлепками.

Парень плотнее прижал меня к стене и убрал одну руку с моей ягодицы, вклинивая её между нами и принимаясь играться с моим клитором. Чёрт, чёрт, чёрт! Он решил из меня все соки выжать!

Я почувствовала, как мышцы начали безумно сокращаться, доводя меня до пика, и я, вскрикнув, долбанулась макушкой о стену. Дрожь пробежала по телу, хватка на плечах Сабо усилилась и я, кажется, случайно поцарапала его, но мне было плевать. Было так хорошо, что перед глазами залетали чёрные мушки, а в ушах застучала кровь.

Мы замерли, тяжело дыша. Я пыталась прийти в себя, вновь начать ощущать тело и осознавать происходящее. Сабо, кажется, тоже.

Он коснулся губами моего плеча, и я потрепала его по мокрым от пота волосам. На губах расползлась улыбка.

— Спасибо, Клим Саныч. Это было просто восхитительно, — выдала я. Сабо засмеялся. Да, моё умение ломать моменты было просто потрясающим, я знаю. — Сам тащи меня в ванную. А там можем продолжить.

Он вышел из меня, и я почувствовала, как по бёдрам потекла влага. Что ж, сегодня опять пьём настойки от нежелательных последствий.

Я вновь ощутила неприятную пустоту, но знала, что наш неутомимый пацан совсем скоро вновь её заполнит.

Меня подхватили на руки, а я вцепилась в плечи Сабо. Чёрт, и как у него хватало сил таскать меня? У меня вот ноги совсем отказали!

Вскоре меня посадили на стул, и я наблюдала за тем, как Сабо включил воду в ванной и высыпал туда какие-то отдушки. Запахло чем-то сладким. М-м-м, мне нравится.

Я наблюдала за тем, как мой мужчина ходил туда-сюда, выполняя работу слуги, а потом вернулся ко мне.

— Ну что, красавица, пойдём? — спросил он.

— Разденься сперва, — мотнула я головой. Сабо послушно исполнил мою просьбу, стягивая с плеч рубашку и обнажая мощные мускулы. Затем принялся за штаны и носки, пока не остался полностью голым. Я оценила вид перед собой и невольно облизнулась. Губы закололо от желания поцеловать это прекрасное тело. Ух, и доберусь я до него после ужина!

Меня подняли на руки и донесли до душа. Сабо принялся ухаживать за мной, а я подставлялась под его нежные прикосновения, позволяя мыть меня. Правда, закончилось это тем, что меня сперва опять взяли, прижимая к стене, а потом ещё минут пять шерудили во мне пальчиками, вычищая семя и доводя до очередного оргазма.

В огромную ванную мы переместились только через минут пятнадцать.

Я откинулась на грудь Сабо, прикрыла глаза и принялась рассказывать про командировку. Задание было плёвым — поверить деятельность CP5 на месте — но поскольку это была моя первая миссия в качестве Верного Клинка Бога, оно было очень важным, и я старалась показать себя с лучшей стороны. Шэмрок вроде как остался доволен, а довольный Шэмрок — довольная я.

В ответ Сабо рассказал про то, как прошли эти дни. Ничего интересного у него не происходило, если не считать разговоры с другими слугами и непослушное поведение лошадей, однако почему-то слушать это было до ужаса интересно, как будто мой мужчина повествовал не о бытовухе, а о невероятных приключениях.

Затем разговор зашёл о его детстве. Сабо принялся повествовать о том, что он вспомнил за время моего отсутствия: да-да, я всё же рассказала ему о Луффи и Эйсе перед самым отъездом на миссию. Мой мужчина тогда поглазел на листовку Эйса, вспомнил прошлое и грохнулся в обморок на три дня. Пришлось выхаживать его.

Голос Сабо успокаивал и убаюкивал. Кажется, я даже немного задремала. Пришла в себя только когда меня снова подняли на руки.

— Прости, — улыбнулась я.

— Всё хорошо, — посмеялся он, сажая меня на бортик ванной, раздвигая мои бёдра и зарываясь головой между ними. Ох, что он там своим языком и губами сотворил, словами не описать! У меня после такого ноги двигаться отказывались, а Сабо только этого и добивался: вылезя из воды, он вновь взял несопротивляющуюся и крайне возбуждённую меня.

Уже в комнате я, с трудом отошедшая от всего этого рандеву, но зато охуеть какая счастливая, переоделась в домашнюю одежду и принялась расчёсывать волосы. Длинная грива — это круто, но ухаживать за ней — лютый отстой. Сабо, к слову, вместо того, чтобы помочь, попросту валялся на кровати, наблюдая за моими потугами. Вот чушпан, а! А напомнить, из-за кого именно у меня такой колтун на голове? Кто решил растрепать мне все волосы? Ещё и довольный шо пиздец. Ну уродец, ну я не могу!

Через час в дверь постучала служанка и позвала на ужин. Я поднялась на ноги и неуверенно посмотрела на моего мужчину. С одной стороны, мне не хотелось оставлять его. С другой, я должна была отчитаться перед дедушкой в более домашней обстановке, а брать Сабо с собой я не могла. Семья нормально отнеслась к тому, что я завела любовника (опять же, это было нормой), но вот за столом его бы не приняли.

— Иди, — махнул он рукой, — а я пока делом займусь.

Я кинула взгляд на его сложенную одежду. В ней лежало что-то по типу Ден Ден Муши Сканера, и все эти дни, что мы проводили вместе, Сабо сканировал редкие книги по истории и родам Тенрьюбито, которые обычным людям были недоступны, но при этом обладали достаточным количеством уникальной информации, чтобы быть ценными для Революционной Армии.

— Хорошо. Я прикажу принести тебе еду, — кивнула я, а после чмокнула его в губы и вышла за дверь.

Служанка проводила меня до столовой, а там уже сидел дядюшка, попивающий бокал вина. Я тут же приземлилась рядом с ним, и слуга налил мне мою порцию. Шэмрок усмехнулся.

— Выглядишь посвежевшей.

— А то, — улыбнулась я. — Дедушка запаздывает?

И словно услышав мой вопрос, распахнулась входная дверь, являя Гарлинга. Мы с Шэмроком мгновенно поднялись на ноги и чуть склонили головы в знак приветствия. Мужчина лишь приподнял руку, говоря нам расслабиться, и сел во главе стола.

Слуги расставили еду. Сегодня подавали перепёлку с чечевицей и несколько видов салатов, а на десерт — капкейки.

Утолив первоначальный голод, я принялась рассказывать про прошедшую миссию и делиться своим мнением про слабость и бесполезность СР5. С тех пор, как они прошляпили задачу по добыче чертежей Плутона у плотника Тома, они не сделали ничего стоящего, что могло бы восстановить их репутацию в моих глазах.

— Одним словом, бесполезная трата кадров, — подвела я итог. — Сотрудники слабые и некомпетентные, занимаются всякой фигнёй и перекладыванием бумажек. — Хотя а чего ещё я могла ожидать от жителей Нижнего Мира, в которых даже намёка на благородство не было? Им до Тенрьюбито как до луны пешком, так что и великих свершений от них ожидать не стоит. Бесполезные кучи мусора.

Я резко замерла. Блять. Опять эта херня! Опять странные мысли, принадлежащие не мне! Лиа, Тенрьюбито и величие — это две параллельные прямые, которые пересекаются только в вопросах семьи Фигарленд! Остальные — дерьмо собачье!

Метка больно заколола, но я не подала вида. Сука, Иму, что это за печать? Какого хрена она пытается поменять моё сознание? Тварь ты подзаборная, если именно таким низким способом пытаешься избежать предательства. Но ничего, мой мужчина тебя свергнет, понял? Тебе пизда, клякса чёрная!

— Их бы давно упразднить надо, но Горосеи всё тянут, — согласился дедушка где-то на фоне, и я попыталась влиться обратно в диалог, игнорируя боль в руке. — Сколько лет говорю о том, что среди всех Сайфер Пол достойных отделений всего два или три, а им плевать.

— Если не будет их, то гонять по этим мелким заданиям начнут нас, — поморщился Шэмрок, которому лишняя работа была поперёк горла. Понимаю и не осуждаю.

— Божьи Рыцари никогда не опустятся до чёрной работы, — хмыкнул дедушка. А потом перевёл тему: — Пока можете отдыхать, но, Лиа, тебе надо будет сходить на вечер у Святой Шарлии в четверг.

— А в честь чего? — удивилась я. Вроде ж у неё никаких знаковых событий не происходило. Или я что-то упустила?

— Она приобрела нескольких выдающихся рабов и хочет похвастаться ими. — Дедушка протянул мне конверт, который держал в нагрудном кармане. Я тут же достала письмо и прочла его. Наша святая мадама всерьёз обеспокоилась тем, что у меня нет ни одного раба, и предлагала подарить мне кого-нибудь этим вечером. — Можешь взять своего питомца с собой.

— Шеппард не питомец, — нахмурилась я, складывая письмо обратно. Идея идти на очередную вечеринку мне не прельщала от слова «совсем». Тем более с таким контекстом.

Руку вновь обожгло болью.

— Какая разница? — хмыкнул дедушка. — Всё равно он с тобой только до тех пор, пока не сломается. А потом найдёшь нового.

Я поджала губы и недовольно посмотрела на мужчину. Мне эти разговоры совершенно не нравились. Только не в контексте Сабо. Он не заслуживал быть вещью — ни по факту, ни в глазах других людей. Он был личностью, человеком, к которому я испытывала самые нежные чувства и расставаться с которым мне не хотелось.

Гарлинг принялся вспоминать про мать Шэмрока и Шанкса. Он уже не помнил её имени, но зато говорил про то, какие красивые у неё были алые волосы, которые мы унаследовали, и как слепо она его любила. Дядюшку этот разговор особо не трогал, а мне за женщину было обидно. Она ведь любила Гарлинга, доверяла ему, родила ему двух сыновей, а он её убил, променяв на пиратку Шакки, которую так и не смог заполучить.

С ужина я возвращалась в отвратительном настроении, но хотя бы рука болеть перестала.

В комнате меня встретил Сабо, который также успел поесть и во всю занимался сканированием. На его удивлённый взгляд я лишь махнула рукой и упала на кровать, наблюдая за тем, как он занимался делом.

Сабо был до одури красив. Мне нравилось в нём всё, начиная от внешности и заканчивая характером. Я любила смотреть, как он работал, как его длинные пальцы листали страницы книги, как он чуть хмурился, когда вычитывал что-то неприятное, как сосредотачивался на чём-то, как его глаза сверкали в свете лампы. Я… Пожалуй, я любила его. Причём сильно. Всепоглощающе. Мне было тяжело представить свою жизнь без него, хотя мы были знакомы всего месяц. И оттого я лишь сильнее сочувствовала матери Шэмрока и Шанкса. Если она испытывала то же самое, что и я, то как же больно ей было осознавать предательство? Как же разбилось её сердце?

Я представила, что Сабо меня не любил. Представила, что он просто игрался со мной, глупой аристократкой, ради получения всей необходимой информации, и от этого стало так больно, что внутри образовалась адовая пустота, а из уголка глаза скатилась слеза.

Нет. Сабо меня любил, и я в этом не сомневалась — нельзя было подделать этот взгляд, эту нежность и эти мелко дрожащие от одной только мысли о нашем скором расставании руки. Да и вообще, если он решит меня предать, то дядюшка с дедушкой быстро его на кукан посадят.

— Когда ты уйдёшь? — тихо спросила я.

— Думаю, недели через две или три. Мне дали всего два месяца. Сказали, что слишком рискованное задание, чтобы оставаться дольше. — В голосе моего мужчины было искреннее сожаление. Я не хотела, чтобы он уходил. Он не хотел уходить. А я не могла уйти с ним. Вот так нам суждено было остаться по разные стороны баррикад. Во всяком случае, на ближайшее время.

— Мы как очень хуёвая пародия на Ромео и Джульетту, — посмеялась я.

— Хорошо, что нам не тринадцать и мы не собираемся пить яд, — согласился он. Я рассказала Сабо несколько сюжетов разных книг из моей прошлой жизни, так что пацан шарил за крутые отсылки.

— Действительно. — Я перевернулась на спину и раскинула руки в разные стороны. — Не хочу возвращаться завтра к учёбе и этой мерзкой бухгалтерии. А ещё надо будет сразу после учёбы в среду навестить поместье Вердейнов… Фу.

— Может, лучше в четверг? Он у тебя полностью свободен, если не считать тренировок с Божьими Рыцарями.

— Да нихуя. Шарлия решила устроить вечер в честь очередной покупки рабов и выслала мне именное приглашение. Я не могу не явиться.

Сабо от слов про рабов поморщился, а я отнеслась к этому чуть проще.

— Из какой она семьи? — спросил он.

— Росвальды.

Мой мужчина резко обернулся ко мне.

— Во сколько поедешь? Я могу быть твоим кучером? — спросил он. Я заинтересовалась и села на кровати.

— Часам к шести, наверное, — пожала я плечами. — А что, надо проникнуть в дом?

— Что-то типа того, — туманно отозвался Сабо. Я кивнула, но настаивать на конкретике не стала: революционные тайны должны остаться революционными тайнами. — Думаю, понадобится час времени. Продержишься?

— Да я там, скорее всего, часа на три минимум, — ответила я, а на недоумённый взгляд пояснила: — Шарлия слишком загорелась идеей подарить мне… питомца. Она написала письмо, в котором угрожала, что одной я от неё не уеду, так что, боюсь, на обратном пути нас будет трое: ты, я и какой-нибудь бедолага.

Сабо замолчал. Я прям видела, как заработали шестерёнки у него в голове, но о чём он думал — не знала. Просчитывал план проникновения? Придумывал, что делать с лишним попутчиком?

Решив, что это всё революционные мелочи жизни, я расслабилась и хотела было упасть обратно на подушки, как он высрал это:

— Я буду твоим питомцем.

Я подумала, что у меня начались глюки, но нет, судя по уверенному взгляду Сабо, он реально это сказал. Я охуела.

— Нет! — тут же воскликнула я.

— Да, — закивал он, и его глаза загорелись. — Это же идеальная возможность! Я смогу спокойно проникнуть внутрь, а тебе не придётся терпеть Шарлию, потому что у тебя уже будет питомец! Просто потрясающе!

— Нет, — вновь повторила я. — Сабо, нет.

— Но почему? — не понял он.

— Потому что ты никогда не будешь рабом, понятно?! — разозлилась я. — Я не позволю этим уродам унизить тебя до звания питомца. Я не позволю им смотреть на тебя этими своими мерзкими взглядами и шептаться о том, достаточно ли ты хорош в постели и как часто мне приходится наказывать тебя за непослушание или от скуки. Ты не будешь предметом в их глазах. Ты будешь человеком, с которым надо считаться. Той силой, которая однажды их уничтожит.

Под конец речи я уже чуть ли не ядом плевалась. Стоило мне представить всё то, что я описывала, как мне становилось не по себе. Нет. Ни за что.

Сабо, искренне потрясённый моей речью, поднялся со стула и подошёл ближе. Сел на край кровати и взял мои руки в свои. Переплёл наши пальцы. Смотрел так проникновенно, с такой нежностью, что у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Судя по тому, как под моими пальцами отчаянно билась венка на его на запястье, он испытывал всё то же самое.

— Лиа. Мне плевать, как эти люди смотрят на мне и что они обо мне говорят, — начал он мягко.

— А мне — нет, — резко ответила я и открыла было рот, чтобы продолжить гневную тираду, как меня заткнули поцелуем.

— Спасибо, что переживаешь обо мне, но ради своей цели я готов потерпеть такое отношение.

— А я не готова! Сабо, я же уже… — но меня вновь заткнули. Эй, чувак! Ты что себе за тактику выработал, а? Думаешь, это будет работать? — Да хватит! Послушай, что я говорю! — Но мне опять не дали договорить.

— Лиа, — сказал он, прислоняясь своим лбом к моему, — дай мне сказать, хорошо? Я очень благодарен за твой гнев и твои переживания, но есть вещи, достигнуть которые я смогу только понеся определённые потери, в том числе и имиджовые. И я к ним готов. Правда, готов.

— А меня потерять готов? — внезапно спросила я. Не знаю, что во мне так взыграло, но перед глазами предстал образ красноволосой женщины, выносившей двух прекрасных близнецов.

— Никогда, — ответил Сабо, прикрывая глаза. — Клянусь, я скорее разрушу Мариджоа собственными руками, чтобы забрать тебя отсюда раз и навсегда, чем посмею даже подумать о том, чтобы лишиться тебя хоть на мгновение. Я слишком люблю тебя.

На моих губах появилась счастливая улыбка, а в уголках глаз что-то защипало. Сердце затрепетало в груди, а самой мне стало до одури хорошо. Сабо прежде не говорил таких слов, мы вообще не обсуждали наши чувства, но… Чёрт, я хотела плакать от того, какую бурю эмоций он во мне поднимал!

Печать Завета на руке вновь прострелила болью. Интересно. Она так реагирует только когда я пытаюсь отринуть идеалы Тенрьюбито или думаю о Сабо. Так значит ли это, что моя любовь и мои принципы пытаются сражаться с этой хуйнёй? Надеюсь, они победят.

— Я тоже тебя люблю. Так сильно люблю, что сердце не выдерживает, — призналась я в ответ, игнорируя боль. Чужие губы накрыли мои, в этот раз нежно и мягко. Я поддалась им, прикрывая глаза. И тут же ощутила, как хрупкая связь с Иму задребежжала, чуть надламываясь под волной затопивших меня чувств. К сожалению, она никуда не пропала, но я будто почувствовала глоток свежего воздуха.

Наш тайный правитель оказался слаб перед банальной любовью! Ха-ха!

Я широко улыбнулась.

— Ты пойдёшь со мной, — решила я, кладя руки на его щёки и чмокая в нос. — Но в маске, чтоб они не видели твоего лица. И я не позволю им тебя лапать и раздевать. Держаться будешь рядом, пока не придумаем, как тебе безопасно отступить и совершить своё грязное дельце.

— Спасибо, — улыбнулся мой мужчина. Да чо «спасибо»? «Спасибо» на хлеб не намажешь, давай телом расплачивайся! И я сейчас определённо не про чёрный рынок.

Сабо отстранился, вернулся к столу, быстро убрал все книги, спрятал куда-то свою Ден Ден Муши Сканер и забрался ко мне на кровать. Я тут же втянула его в сладкий поцелуй, а затем откинулась на подушках, глядя на этого великолепного мужчину, склонившегося надо мной.

Помнится, я угрожала зацеловать его сегодня. И я собиралась исполнить свою угрозу.

* * *

Я недовольно посмотрела на поместье, горой возвышающееся надо мной. К горлу подкатил неприятный ком, но пришлось сглотнуть его и крепче вцепиться в руку Сабо.

— Мне не нравится эта идея, — вновь повторила я.

— Поздно. Ты уже согласилась, — улыбнулся мой мужчина, поправляя маску, которая закрывала верхнюю половину его лица, но оставляла рот и подбородок открытыми.

Я расправила плечи, сделала одухотворённое ебало и пошла вперёд, надеясь не задохнуться в этом дурацком корсете. Какой урод придумал это орудие для пыток? А главное, зачем?

Хотя, стоило признать, что оно неплохо приподняло мою грудь, образовав ну очень привлекательное декольте, на которое Сабо всё время нашей поездки пялился, пропуская мимо ушей мои слова. Развратное «хо-хо».

— Напоминаю, что в разговоры ты не лезешь, держишься как глухонемой и никуда от меня не отходишь, — произнесла я.

— Как прикажете, моя госпожа, — кивнул Сабо, и это «моя госпожа» прозвучало ну очень сексуально.

Так, ладно, Лиа, отбрасывай свои хорни вайбы и пиздуй на секретную миссию! Давай, ты теперь миссис Смит из того фильма с Анджелиной Джоли, только о твои скулы всякие плебеи не режутся.

Слуги открыли перед нами двери в особняк, и мы вошли. Дворецкий тут же проводил нас к лестнице, ведущей в бальный зал. Глашатай объявил о нашем появлении (вернее, только о моём, Сабо для них был никем), а после нас пустили в зал.

Наше появление не осталось незамеченным. Я тут же увидела, как к нам поспешила Шарлия с одной стороны, а Джамлак — с другой. Время выбирать ту кучку говна, что поменьше.

— Святая Шарлия! Спасибо большое за приглашение на столь чудесный вечер! — всплеснула я руками, отпуская Сабо и чуть приобнимая женщину. Та в ответ захихикала.

— Святая Лианора, я вас уже заждалась! Правда надеялась, что вы прибудете со своим дядей… — в её голосе было разочарование. Чо, думала соблазнить Шэмрока этим декольте? Соси бибу! Мой дядюшка не дебил и на твои сиськи не купится. Да и будем честны, у меня вырез покруче — Сабо не даст соврать.

— Боюсь, у него дела с Божьими Рыцарями. — Да-да, знаю я эти дела. Сидит небось у себя в кабинете и вино бухает.

— К слову, — взгляд женщины наконец-то обратился на моего спутника, — ваш раб? Неужто вы наконец-то завели питомца?

— Да, — выдавила из себя я. То, как похотливо зажглись глаза Шарлии, мне совсем не понравилось. Не смей смотреть на моего мужчину так, будто он какая-то вещь! — Решила последовать вашему совету, и так получилось, что практически сразу же нашла его. Его, к слову, зовут Шеппард.

— Ой, да кому нужны эти имена, — отмахнулась женщина. Я сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Лучше скажите, хорош в постели? Взяли опытного или?..

И тут эта мадама совершила ошибку: она потянула руки к моему мужчине. Я тут же встала перед ним, отталкивая его назад. Чужая ладонь коснулась моей груди, и Шарлия тут же одёрнула её. То-то же! Не позволю лапать Сабо!

— Прошу прощения, но я невыносимая собственница, — посмеялась я, прикрывая рот веером. — Не хочу, чтобы моего милого Шеппарда касался кто-то ещё.

Собеседница ни капли не расстроилась, а, наоборот, засмеялась. Ну да, у неё тут такой сериал: нелюдимая и странноватая наследница семьи Фигарленд завела питомца, которого холит и лелеет. Думаю, я знаю, кто станет главным героем нового потока сплетен.

Ладно, какое мне дело, что говорят крысы за спиной у кисы? Я буду жить цитатками из ВКонтактика и плевать мне на всех этих сплетников!

— Так защищаете какого-то раба, — раздался рядом до одури мерзопакостный голос Джалмока. А вот и дедок подъехал! Моё лицо, между прочим, выше. — Святая Лианора, можно подумать, что вы влюбились в простолюдина.

Я прищурилась. Чо, хочешь тут сериал по телеканалу «Домашний»? Про типичную девочку-замарашку из деревни (Сабо), которая перебралась в большой город (Мариджоа) ради достижения мечты (свергнуть Мировое Правительство), но повстречала крутого богача-миллиадера (меня), который втюхался в неё и позабыл обо всех своих бывших (кронпринце Кориандре и Леонаре)? Так я его тебе устрою!

— Кто знает? — таинственно ответила я. — Люблю молодых мужчин в самом расцвете сил. Подтянутые тела привлекают чуть больше, чем старческие, знаете ли.

— Забавно! — искренне рассмеялся Джалмак. — Ну вы и шутница!

— Обещаю рассказать пару анекдотов на ваших похоронах, — невинно улыбнулась я.

Шарлия тоже засмеялась, приняв мои слова за шутку, а я, так-то, была серьёзна.

— К слову. Поздравляю вас с назначением в Божьи Рыцари, — продолжил Джалмак. — Позвольте сказать, что вы были очень похожи на Святого Шэмрока, когда пришли в униформе в Пангею. Помню, когда он только-только заступил на службу… Ещё тогда ваш отец нас не предал. Жаль, что у такой семьи один из наследников предпочёл стать грязным пиратом.

Улыбка сползла с моего лица. Я стиснула руки в кулаки.

— Что бы не решил мой отец, это его выбор и его жизнь, — ответила я. — А сейчас прошу прощения. Мне эта тема совершенно неинтересна, и я хотела бы поприветствовать остальных гостей.

Джалмак аж растерялся. То-то же. Ибо нехуй на мою семью бочку катить.

Я подхватила Сабо под руку, почувствовала, как он накрыл мою ладонь своей, и чуть расслабилась. Мы пошли прочь.

— Если что, на третьем этаже подготовлены приватные комнаты, просто попросите дворецкого вас сопроводить, — подмигнула напоследок Шарлия. — А ещё на первом этаже будет проводиться групповая сессия через несколько часов, и если захотите…

— Своим не делюсь, — тут же отрезала я. — Но спасибо за приглашение.

Мы отошли в сторону, и я наконец-то выдохнула. Твою мать, что за мерзость это была!

— Я хочу знать, что за «групповые сессии»? — спросил мой благоверный.

— Не хочешь, — заверила я. — Во всяком случае до тех пор, пока не узнаешь, что такое «буккаке», «неторейр», «сетакон», «свингер-пати» и, пожалуй, «фурри».

Сабо посмотрел на меня странным взглядом, но уточнять не стал. Я решила пока не ломать его нежную психику.

Мы обошли ещё с десятка два Тенрьюбито. Те поздравляли меня с назначением и задавались вопросами о личности революционера. Поздравления я принимала, а о моём мужчине молчала, понимая, что уже завтра на меня высыпется гора пригласительных и каждый будет желать узнать как можно больше подробностей о моём новом питомце.

Затем время для приветствий закончилось, и в самый центр зала вышла Шарлия, тут же привлекая всеобщее внимание. Она громко поблагодарила всех за участие в её вечеринке, повторила информацию про приватные комнаты и групповую сессию, а потом принялась хвастаться своими недавними приобретениями. Иначе говоря, новыми рабами.

Хвастаться было чем, скажу я вам. У неё был новый рыбочеловек, помесь человека и акулы, было несколько обычных мужчин и женщин, был какой-то ребёнок и — гвоздь программы — пират с наградой в пятьсот миллионов белли. Пират был мне незнаком, я его прежде не встречала, но крупная награда и довольно молодой возраст (всего двадцать пять лет) говорили о том, что он был подающим надежды чуваком.

Всех этих рабов, откровенно говоря, было жаль. Они не заслужили того, чтобы их свободу отнимали. Да и такого отношения, как к вещам, тем более. И как бы метка на руке не болела, противясь подобным размышлениям, я стояла на своём. Люди — не вещи.

Сабо рядом со мной напрягся, и я успокаивающе погладила его по руке. Мы сейчас ничего не сможем сделать. Нам оставалось только стоять и смотреть. Возможно, какой-нибудь идеалист сейчас бы закричал о том, что пока мы здесь, мы должны повторить «подвиг» Фишера Тайгера пятнадцать лет назад и отпустить всех рабов на свободу, но будем честны: Фишер Тайгер сотворил хуйню. Да, он освободил кучу рабов, но эта мерзкая система осталась и никуда не делась. Старые рабы были заменены новыми, а к рыболюдям стали относиться с большим презрением. За деяния Фишера Тайгера потом годами расплачивались его невинные сородичи.

Наконец, когда с официальной частью нашей миссии было покончено, мы отправились к парадному выходу. Там стоял дворецкий, и на мою просьбу о приватной комнате среагировал мгновенно, тут же вызвав служанку. Молодая девушка проводила нас на третий этаж и вручила ключ от комнаты, куда мы вошли и заперлись изнутри.

— Это так мерзко! Отвратительно! Гадко! — Сабо наконец-то дал волю эмоциям и принялся расхаживать из стороны в сторону, сдирая с лица маску. Я села на большую кровать.

— Да, это ужасно, — согласилась я, а потом перешла к делу: — У тебя есть пара часов, чтобы собрать всё, что нужно. Обычно такие групповые сессии длятся всю ночь, но нам опасно оставаться так надолго. Уложишься?

— Да, уложусь, — кивнул он, а потом приземлился рядом, закрывая лицо руками. Я положила голову ему на плечо. Какое-то время мы молчали, а потом Сабо усмехнулся: — Этот Джалмак… Он даже на тебя смотрел как на вещь.

— Я — ценный ресурс, — пожала я плечами. — Наследница Фигарлендов — семьи, которая никогда прежде не смешивала свою кровь с остальными Тенрьюбито. Лакомый кусочек, желанная цель.

— Не говори так, — попросил мой мужчина.

— Говори — не говори, какая разница? Все это прекрасно понимают, но ничего сделать не могут. Дядюшка и дедушка из раза в раз присылают ему отказы в помолвке, я — игнорирую и откровенно хамлю, а остальные делают ставки, кто из нас сдастся первым. — Я усмехнулась. — Но зато у меня есть фора! Я явно проживу дольше!

Сабо в ответ посмеялся. Наконец-то на его лице появилась улыбка. Ну и правильно. А то чо такой грустный ходит. Трансвестит аль хуй сосал невкусный?

— Не выходи за него, — сказал мне Сабо, а затем переместился с кровати на пол, вставая на одно колено и беря меня за руку. — Лучше выходи за меня.

Я тупо моргнула, не понимая, что происходит. Меня когда башкой об пол приложить успели?

— Куда выходить? — тупанула я.

— Замуж, — рассмеялся мой благоверный. Охуеть. Я щас что, сплю?

Я открывала и закрывала рот, пытаясь обработать произошедшее, но выходило как-то хуёвенько. Мой процессор накрылся, а мозг требовал срочной перезагрузки.

Я судорожно попыталась осмыслить ситуацию. Сабо, тот самый Сабо, который крутой революционер, заместитель Драгона, начальник штаба Революционной Армии, старший брат Луффи и засланный на Мариджоа шпион, сейчас просил моей руки и сердца. На полном серьёзе. В особняке Тенрьюбито, где всего минут пять назад нам показывали новых купленных рабов, а на первом этаже начиналась свингер-пати, он делал мне предложение руки и сердца.

Да уж. Шанс, что мне сделают предложение в такой ситуации и в таких декорациях, близок к нулю, но никогда ему не равен.

— Ебать ты подходящий момент выбрал, — выдохнула я. Бляха, а поромантичнее не мог всё устроить?

— Сам в шоке, — улыбнулся мой мужчина. В его чёрных глазах плескалась любовь вперемешку с нежностью. А я, чего уж греха таить, была слаба по отношению к нему, особенно когда он делал такое лицо.

Я склонилась к нему и легонько стукнулась своим лбом о его. Было неудобно: поза — пиздец, корсет давил, но мне было плевать.

— Согласна, — сказала я, а потом моих губ коснулись его.

Это и правда со мной происходило? Я была главной героиней этой любовной новеллы? Мне правда сделали предложение? Пусть и в таких дурацких обстоятельствах и без кольца? К слову о последнем.

— Требую кольцо и печать в паспорте, — заявила я. И сейчас мне было абсолютно плевать, что он недостоин меня и…

Сука! Опять эта хуйня!

Я стиснула зубы, отгоняя эти мерзкие мысли. Рука стрельнула болью, и я тяжело задышала, пытаясь игнорировать это. Сабо обеспокоенно вскочил на ноги, проводя рукой по моим предплечьям.

— Лиа? — мягко спросил он.

— Опять печать, — процедила я, тяжело дыша и утыкаясь лбом ему в плечо. Я не видела, но знала, что Сабо поджал губы: ему с самого начала не нравилась эта история с меткой. — Скоро пройдёт, не бойся. Лучше говори о чём-нибудь другом, что отвлечёт.

— М-м-м… — задумался он. — Ты сказала про некий паспорт. Не знаю, что это такое, но обязательно его достану, — сказал мой благоверный. Его ответ я с трудом расслышала — настолько сильно у меня в ушах стучало собственное сердце.

— И твоё предложение не подлежит возврату или обмену, — продолжила я, стараясь сосредоточиться на любимом голосе. Вроде помогало.

— Хорошо, — согласился Сабо.

— И Драгону объяснять всё будешь сам, — кивнула я.

— Без проблем.

— И своих братьев приглашать на торжество — тоже.

— Хорошо.

— Дядю с дедушкой, так уж и быть, возьму на себя, но тебе, возможно, придётся на какое-то время залечь на дно и не отсвечивать, пока они не успокоятся.

— Не вопрос.

— Отлично, — довольно улыбнулась я, а после дёрнула Сабо за ошейник. Он наклонился ко мне, и наши губы встретились в нежном поцелуе. Боль окончательно отступила, оставляя одно только умиротворение. — А теперь пиздуй секретики у Тенрьюбито красть и возвращайся ко мне поскорее.

— Уверена? — уточнил он. — Всё точно в порядке?

— Да, — шепнула я. — Но станет лучше, когда вернёшься.

— Тогда одна нога здесь, другая — там.

Сабо вновь чмокнул меня, а потом поспешил к окну, распахивая его и выбираясь наружу.

Я проводила его взглядом, а затем закрыла лицо руками и с трудом сдержала ультразвук. Кажется, наши с Сабо шутки про женишка и невестушку больше не шутки!