Гарри Поттер не прощает ошибок (джен)

Они сели за столик у окна. Гарри закинул ногу на ногу, откинулся на спинку дивана — расслабленно, но с той внутренней готовностью, которая не исчезала никогда.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь — свобода. Дамблдор не найдёт нас здесь. Я восстановлю силы. А ты будешь учиться дальше.

— Как? Школа в Англии.

— Я найду тебе новую школу. Или буду учить сам.

— Ты не сможешь заменить Хогвартс.

— Я смогу дать тебе больше, чем Хогвартс.

Гарри посмотрел на него.

— Ты изменился, Том.

— Я стал собой. Наконец-то.

— А Джинни?

— Она будет ждать.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю людей. Она не забудет тебя.

Гарри отвернулся к окну. В его профиле — чёткая линия скулы, прямой нос, спокойно сомкнутые губы — было что-то от старых портретов, которые Том видел в кабинете директора.

— Я устал, — сказал Гарри.

— Отдохни. Я подежурю.

Гарри лёг на диван. Закрыл глаза.

Том сидел и смотрел на него.

-

«The Salty Siren», Нью-Йорк. Мысли Тома.

Он аппарировал нас через океан. Он аппарировал из Хогвартса. Я не знал, что он на это способен. Это меняет всё.

Я всегда считал, что знаю его. Я ошибался. В нём скрыто гораздо больше, чем я предполагал.

Я не узнал его в гостиной. Он изменился за последние месяцы не меньше, чем я. Вырос. Повзрослел. Его лицо — то самое, которое я видел в зеркале много лет назад, только с другим оттенком глаз и с его собственной, особенной холодностью.

Драко мёртв. Его тело стало моим. Моим настоящим телом. Я снова молод. Я снова силён. Я снова — Том Реддл, каким был до падения.

Но Гарри сильнее. Он не знает этого. Но я знаю.

Он не бросил меня. Он вытащил из Хогвартса. Он мог остаться. Мог уничтожить дневник. Не уничтожил.

Он нужен мне. И я нужен ему. Наши пути пересеклись не случайно.

Америка. Новый мир. Дамблдор не достанет нас здесь. Я смогу восстановить свои силы, найти последователей, построить новую империю.

Гарри будет рядом. Как равный. Или как оружие. Пока не важно.

Он спит. Я смотрю на него. Он выглядит моложе, когда спит. Обычный мальчик. Но я знаю правду.

Он — моё будущее. Или моя смерть.

Я подожду. Посмотрю.

Паб шумел. Я закрыл глаза. Холодно. Но легче, чем в лесах Албании.

Мы поселились в небольшом доме на окраине магического квартала Нью-Йорка. Том нашёл его через местных — пустующий особняк, который никто не снимал уже несколько лет. Он принадлежал какой-то пожилой волшебнице, уехавшей в Европу. Владельцам было всё равно, кто живёт, главное — плати. Том заплатил золотом, которого у него было достаточно. Гарри осмотрел комнаты, выбрал себе спальню на втором этаже. Они больше не жили в одной комнате, как в «Дырявом котле». Теперь у каждого было своё пространство.

Первым делом Том занялся документами. В Америке его никто не знал. Том Реддл — имя, которое ничего не говорило местным властям. Но Гарри нужно было легализоваться. Школа магии требовала документов, подтверждающих возраст, происхождение, успеваемость. Том подделал их сам. Не магией — магию могли отследить. Он использовал старые связи, которые остались у него ещё со времён путешествий по миру. Один знакомый гоблин в подпольной типографии сделал всё необходимое. Гарри Поттер исчез. Вместо него появился Гарольд Поттер — пятнадцатилетний волшебник из Англии, переехавший в Америку по семейным обстоятельствам. В документах было указано, что он учился в Хогвартсе три года, затем его опекуны перебрались за океан. Гарри посмотрел на свои новые бумаги, мельком глянул на год рождения — и вернул их Тому.

— Пятнадцать? — спросил он.

— Да. В этой школе не принимают двенадцатилетних. Ты должен выглядеть соответственно.

— Я выгляжу.

Том посмотрел на него. Гарри действительно выглядел старше. За последние месяцы он вытянулся, повзрослел. Его лицо, ещё недавно детское, приобрело острые черты. В нём чувствовалась та же холодная уверенность, что и в Томе. Разница в возрасте почти стёрлась. Сейчас они выглядели как ровесники.

— Ты готов? — спросил Том.

— Да.

— Завтра я отведу тебя в школу. Она называется Вайтекс. Находится в Нью-Йорке, недалеко от магического квартала. Не такая старая, как Хогвартс, но достойная.

Гарри кивнул.

Вайтекс располагался на Манхэттене, в здании, которое магглы видели как заброшенный небоскрёб. Магический вход находился в переулке между 5-й авеню и Бродвеем. Том провёл Гарри через защиту, показал, как открывается портал. За неприметной дверью оказался просторный холл с мраморными колоннами и высокими потолками. Директор школы — женщина лет пятидесяти, с пронзительными голубыми глазами — встретила их в приёмной. Она бегло просмотрела документы Гарри, задала несколько вопросов на знание базовых заклинаний. Гарри ответил без запинки.

— Добро пожаловать в Вайтекс, мистер Поттер. Вы будете учиться на четвёртом курсе. Ваш факультет определит шляпа, но по вашим ответам я чувствую, что вам подойдёт «Тандерберд».

Гарри не возражал. Ему было всё равно.

Том ждал его у выхода. Солнце клонилось к закату.

— Ну? — спросил он.

— Тандерберд.

— Что это?

— Не знаю. Какая-то птица.

— Это факультет. Как тебя приняли?

— Нормально. Директор посмотрела на меня странно, но приняла.

— Она почувствовала тьму.

— Возможно.

— Это не страшно. Ты справишься.

Началось лето. Учёба в Вайтексе начиналась в сентябре. У Гарри было два месяца свободы. Том решил использовать это время для тренировок.

Они проводили дуэли почти каждый день. Во дворе особняка Том создал тренировочную площадку — наложил защитные чары, чтобы магия не привлекала внимания. Дуэли были жестокими, но холодными. Никто не кричал, не злился. Они просто сражались.

В одну из июльских ночей Том предложил Гарри сразиться всерьёз. Без ограничений. Без жалости.

— Ты готов? — спросил он.

— Всегда готов.

Они встали друг напротив друга. Между ними — десять шагов пустого двора. Луна светила ярко, тени от деревьев падали на землю.

Том атаковал первым. Невербальный станер — плотный, быстрый. Гарри отразил без палочки, просто подняв руку. Станер рассыпался в воздухе.

— Ты стал быстрее, — сказал Том.

— Ты медленнее.

Том не ответил. Он послал серию тёмных шипов — три заклинания подряд, веером. Гарри ушёл в сторону, превратился в дым, исчез. Том развернулся, пытаясь угадать, где он появится. Слева? Справа? Сзади?

Гарри появился за его спиной, ударил тёмным шипом в упор. Том едва успел выставить щит. Заклинание ударило в защиту, щит пошёл трещинами.

— Хорошо, — сказал Том.

— Не хорошо. Медленно.

Гарри снова превратился в дым. Том перестал гадать. Он закрыл глаза, сосредоточился на ауре Гарри. Она была холодной, плотной, но не исчезала полностью. Он чувствовал её — левее, ближе к забору.

Том ударил наугад, но точно. Гарри выпал из дыма, откатился в сторону, вскочил.

— Ты меня нашёл.

— Твоя аура слишком яркая. Учись скрывать её.

— Я знаю. Но на дуэли сложно.

— На дуэли нельзя ошибаться. Ошибка — смерть.

Гарри кивнул. Они продолжили.

Том атаковал снова. Теперь он не сдерживался. Его заклинания были быстрыми, точными, смертоносными. Гарри уклонялся, отражал, иногда пропускал. Один из тёмных шипов задел его плечо. Гарри не вскрикнул, даже не поморщился.

— Болит? — спросил Том.

— Нет.

— Врёшь.

— Может быть.

Они остановились. Гарри тяжело дышал. Том — почти нет. Разница в выносливости всё ещё была, но с каждым днём она уменьшалась.

— Ты сильно вырос, — сказал Том.

— Я знаю.

— Не только в силе. В контроле.

— Ты хороший учитель.

— Ты хороший ученик.

Гарри усмехнулся.

— Ученик? Я думал, мы союзники.

— Союзники. Но я всё равно старше.

— По телу — да. По возрасту — нет.

Том промолчал.

После дуэли они сели на крыльцо. Луна висела высоко.

— Я хочу научиться анимагии, — сказал Гарри.

Том повернулся к нему.

— Анимагия? Это сложно. Опасно.

— Я знаю. Знаю.

— Зачем?

— Хочу уметь больше. Анимагия даёт свободу.

— Ты и так свободен.

— Не так. Хочу стать зверем. Холодным. Незаметным.

— Каким?

— Не знаю. Ястребом.

Том поднял бровь.

— Ястребом? Почему?

— Птица. Летает высоко. Видит далеко. Никто не ждёт удара сверху.

— Подходит.

Том задумался. Анимагия — сложный процесс. Рискованный. Если что-то пойдёт не так, Гарри мог остаться животным навсегда. Или хуже.

— Ты уверен?

— Да.

— Тогда начнём. Первый шаг — найти мандрагору.

— Где?

— Я знаю место. В магическом квартале есть теплицы. Мы купим лист.

На следующий день они отправились в магический квартал. Том вёл Гарри через узкие улочки, мимо лавок с зельями, книгами, амулетами. Он нашёл нужную теплицу — маленькую, неприметную, спрятанную между домами. Хозяин, старый волшебник с длинной седой бородой, кивнул Тому.

— Лист мандрагоры? Тяжёлая магия. Зачем вам?

— Для ритуала.

Старик не стал спрашивать. Он достал из ящика стеклянную банку, в которой лежали свежие листья. Выбрал самый большой, самый плотный.

— Это лучший. От двухлетней мандрагоры.

Том заплатил. Гарри взял лист.

— Что дальше? — спросил он.

— Дальше — месяц. Ты должен держать этот лист во рту. От полнолуния до полнолуния. Не вынимать. Не глотать. Если выплюнешь или проглотишь — начинай заново.

Гарри посмотрел на лист.

— Месяц?

— Да. Есть, пить, говорить — всё с листом. Неудобно. Но терпимо.

Гарри положил лист под язык. Сморщился.

— Горький.

— Значит, правильно.

Они вернулись домой. Первые дни Гарри мучился. Лист мешал говорить, есть, даже дышать. Том наблюдал, но не вмешивался.

Через неделю он привык. Говорил невнятно, но Том понимал. Ел маленькими кусочками, запивая водой. Лист не выпадал.

— Неделя прошла, — сказал Том. — Осталось три.

— Я не выплюну.

— Я знаю.

По ночам они продолжали дуэли. Гарри сражался с листом во рту — это было сложно, но он не жаловался. Том видел, как он растёт.

К концу третьей недели Гарри почти не замечал лист. Он говорил чётче, ел нормально.

— Скоро полнолуние, — сказал Том.

— Да.

— Ты готов?

— Готов.

В ночь полнолуния они вышли во двор. Луна висела прямо над ними, яркая, холодная. Гарри вынул лист изо рта. Он был пропитан слюной, тёмный, мягкий.

— Кладём в фиал, — сказал Том. — Чистый хрусталь. Под лунный свет.

Гарри достал маленький флакон, который они купили в той же лавке. Опустил лист внутрь. Поставил на каменную плиту посередине двора.

— Теперь ждём. До рассвета. Лист должен впитать свет полной луны.

— А если будет облачно?

— Тогда начнём заново.

Небо было чистым. Луна светила ярко. Том и Гарри сели на крыльцо, ждали.

— Ты боишься? — спросил Том.

— Нет.

— А стоило бы.

— Ты предупреждал.

— Я предупреждаю ещё раз.

— Я рискую.

— Зачем?

— Чтобы быть сильнее.

Том посмотрел на него. В лунном свете лицо Гарри казалось бледным, почти прозрачным. Но глаза горели.

— Солнце всходит, — сказал Гарри.

Фиал с листом засветился. Том подошёл, взял его. Лист стал серебристым, лёгким.

— Всё правильно. Теперь следующий шаг — зелье. Но это позже. Сначала нужна гроза.

— Гроза?

— Да. Во время грозы ты должен выпить зелье, прочитать заклинание и превратиться. Если не получится — начинай заново.

— Когда будет гроза?

— Не знаю. Может, через неделю. Может, через месяц.

— Я подожду.

Они вернулись в дом. Том убрал фиал в шкаф, под замок.

Неделя прошла в ожидании. Гарри тренировался, Том наблюдал. Дуэли стали реже — Гарри экономил силы. Он медитировал, его аура становилась плотнее, холоднее.

В ночь на восьмой день небо потемнело. Том выглянул в окно — тучи сгущались, ветер усиливался. Гроза приближалась.

— Сегодня, — сказал он.

Гарри открыл глаза.

— Я готов.

Они вышли во двор. Ветер рвал одежду, небо разрезали молнии. Том достал фиал с настоем из листа мандрагоры, смешанным с другими ингредиентами — они готовили зелье по старинному рецепту, который Том нашёл в библиотеке Вайтекса. Гарри взял фиал, отхлебнул. Зелье было горьким, густым, с металлическим привкусом. Он выпил всё до дна.

— Читай заклинание. Не вслух — мысленно. И представляй своего зверя. Ястреба.

Гарри закрыл глаза. Гром прогремел над головой. Молния осветила двор.

Том ждал. Тело Гарри начало меняться. Оно уменьшалось, сжималось. Кожа покрылась перьями. Руки превратились в крылья. Лицо вытянулось, приобрело хищное выражение. Из разорванной одежды вырвался ястреб — крупный, чёрный, с зелёными глазами.

Он взлетел. Крылья разрезали воздух. Ястреб сделал круг над двором, поднялся высоко, почти скрылся в тучах.

Том смотрел вверх. Ястреб спикировал вниз, пронёсся над самой землёй, затем плавно приземлился на перила крыльца. Глаза горели зелёным — узнаваемо, холодно.

— Гарри? — спросил Том.

Ястреб кивнул.

Том подошёл ближе. Протянул руку. Ястреб позволил погладить себя по голове. Перья были мягкими, холодными.

— Ты сделал это.

Ястреб превратился обратно в человека. Гарри стоял на коленях, тяжело дышал. Одежда была разорвана.

— Как ты? — спросил Том.

— Жив.

— Это уже хорошо.

— Я чувствую себя… другим. Когда я летел, я видел всё. Весь город. Огни. Река.

— Ты был в небе.

— Да. Это… не описать.

— Сколько времени прошло?

— Не знаю. Несколько минут. Казалось — вечность.

Гарри встал. Том снял свою мантию, накинул ему на плечи.

— Поздравляю.

— Спасибо.

— Теперь ты анимаг. Ястреб.

— Ястреб, — повторил Гарри.

Он посмотрел на свои руки. Улыбнулся — холодно, без тепла.

— Я могу летать.

— Да. И никто тебя не увидит, если не захочешь.

— Это сила.

— Это свобода.

Они вернулись в дом. Гарри лёг спать. Том остался сидеть у камина.

Он думал о том, что Гарри стал ещё сильнее. Что теперь он мог превращаться в хищную птицу. Что это давало ему преимущество в бою и в разведке.

Том не боялся. Он был доволен. Его союзник рос. И это было хорошо.