Два Острия (гет)

Солнечное марево плавило воздух над ареной, выжигая камни до бела и превращая ожидания зрителей в натянутую до предела струну. Многотысячный гул трибун в мгновение ока сменился предвкушающей тишиной, когда на пылающую зноем площадку вышла Югао Узуки.

Фиолетовые волосы слегка качнулись от сухого порыва ветра. Застыв в самом центре арены, она окинула участников спокойным, цепким взглядом, а её рука привычно легло на рукоять меча за спиной. Перерыв окончен — настало время для следующего поединка.

— Второй тур повторного экзамена на звание чунина начинается! — объявила экзаменатор.

Трибуны ответили коротким, глухим рокотом: никто не кричал — густое, плотное напряжение сковало зрителей.

— Первый бой второго тура: Яманака Ино против Рока Ли.

Слова эхом отразились от каменных стен. По рядам прокатилась волна сдержанного удивления. Расклад выглядел беспощадно неравным, но именно эта непредсказуемость приковала тысячи взглядов к арене.

На балконе Хокаге Минато едва заметно прищурился, не сводя глаз с центра площадки. Его голос прозвучал абсолютно ровно:

— Не думаю, что Ино рассчитывала встретиться с кем-то вроде Ли так рано.

— Её преимущество это дистанция. Его физическая сила и скорость, — прокомментировала Мей. — Если Ино успеет взять его под контроль... возможно, и победит.

Райкаге хмыкнул, качнув головой:

— Она может быть сколь угодно ловкой, но против такого бешеного давления… — он посмотрел на фигуру Ли — Лично я думаю победит Ли.

Мей усмехнулась:

— Посмотрим, сколько ходов успеет прочитать Ино… прежде чем он окажется у неё перед носом.

Ино ступила на раскалённый песок уверенно и изящно, держа прямую осанку. Лишь тот, кто знал её слишком хорошо, смог бы заметить едва уловимое напряжение в развороте плеч и чуть более сжатые гулы. В её светлых глазах не было страха, но было чёткое, трезвое понимание: она помнила каждый поединок Ли, помнила его невероятную, разрушительную скорость. Для неё этот экзамен, по сути, был окончен ещё в момент объявления пар.

И всё же отступить Ино не могла. На неё смотрели трибуны, смотрел отец, и — главное — смотрел Наруто. Гордость клана Яманака и желание показать ему свою силу не оставляли места для слабости.

С противоположной стороны арены буквально ворвался Рок Ли. Оттолкнувшись от каменного бордюра, он замер в своей излюбленной стойке. Совершенно не замечая царившего вокруг напряжения, Ли вскинул руку с вытянутым большим пальцем и выкрикнул, сверкнув белоснежной улыбкой:

— Ино-сан! Я рад сразиться с вами в честном и достойном поединке! Надеюсь, мы оба выйдем из него сильнее, чем прежде!

Он поклонился резко, с чётким наклоном корпуса, не теряя выражения восторженного уважения.

Ино чуть приподняла бровь, но кивнула:

— Я тоже рада. Хотя признаться честно, желала бы избежать этого боя.

— Увы, — Ли выпрямился. — Я не могу сдаться до начала боя! Это против духа весны юности! А кроме того… — он на секунду сжал кулаки, — избиение красивых девушек, конечно, не входит в мои моральные ориентиры, но и сдаваться я не намерен!

— Тогда попробуй не пожалеть об этом, Ли-сан. — улыбнулась Яманака, явно не собираясь сдаваться, хотя внутренне прекрасно осознавала весь этот фарс который был лишь её эго.

Он молча кивнул и принял боевую стойку.

— Хадзимэ! — выкрикнула Югао, и бой начался.

Сразу после команды Узуки, Ино Она заняла оборонительную позицию. В её голове уже формировался план.

— Ближний бой с ним самоубийство. — размышляла Ино — Если я не применю 'Шинтеншин но Дзюцу' первой — шанса не будет. Главное — выбрать момент. Один промах и всё.

Ли не двигался. Но она знала это ненадолго. Его мышцы были напряжены, как у тигра перед прыжком. Он не начинал первым, если чувствовал уважение к противнику. И всё же, она понимала долго он не станет ждать. Блондинка сделала шаг в сторону, обманный. И тут же сложила печати:

— Шинтеншин но Дзюцу!

Её чакра сорвалась с места. Взгляд острый, как копьё. Она метнулась по тонкой нити своей техники к разуму противника, но уже в следующую долю секунды её сознание будто ударилось о пустоту.

Позади раздался мягкий, но уверенный голос:

— Прости, Ино-сан. Но я слишком быстр.

Холод металла коснулся её горла. Ино открыла глаза. Она даже не почувствовала, как Ли исчез с прежнего места. Её техника не попала, он был уже позади, когда её чакра вырвалась вперёд.

Югао громко и чётко произнесла:

— Победитель: Рок Ли!

Ли сделал шаг назад, убрал кунай в ножны и с самым искренним уважением низко поклонился:

— Ты сражалась достойно, Ино-сан! Уверен, в будущем ты станешь ещё сильнее!

Раздражение вспыхнуло в Ино мгновенно, подступая к горлу обжигающей волной. Ей, едва переводящей дыхание и проигравшей меньше чем за минуту, эти слова показались не вежливостью, а издевательской, снисходительной насмешкой. Пальцы сжались в кулаки так, что ногти въелись в ладони.

Она глубоко выдохнула, изо всех сил заставляя себя сохранить лицо и остатки гордости. Выпрямив спину, Ино смерила его колким, сдержанно-холодным взглядом и ответила с явной ледяной натянутостью:

— Оставь эти речи для следующих боёв, Ли. Удачи.

Они двинулись прочь с арены, и каждый шаг Ино отзывался глухим раздражением. Она шла преувеличенно чеканя походку, с высоко поднятым подбородком, но сжатые в кулаки дрожащие ладони выдавали её с головой. Она сгорала от досады — на себя, на глупый расклад и на эту нелепую сиюминутную беспомощность.

На секунду Ино вскинула голову, поймав взгляд двух важнейших людей на трибунах.

Наруто смотрел спокойным, отстранённым взглядом — в его глазах читалась сухая констатация факта, будто он с самого начала знал, чем всё закончится. И от этой его правоты у неё лишь сильнее сжалось сердце. Отец же, встретившись с ней взглядом, сдержанно кивнул и слегка улыбнулся. В его теплом, понимающем жесте не было ни тени разочарования — лишь мягкая поддержка и молчаливое: «Всё в порядке, дочка, ты станешь сильнее».

Шедший чуть позади Ли лишь недоуменно хлопал глазами, растерянно перебирая пальцами. Он искренне не понимал, чем обидел соперницу, ведь отдал ей дань уважения от всего сердца.

На балкон Каге опустилась тишина. Пыль на арене еще не успела улечься, а исход поединка уже был предрешён и забыт всеми, кроме самих участников.

— Хм. Всё закончилось слишком быстро, — первой нарушила молчание Мей Теруми, чуть склонив голову набок и наблюдая за уходящими фигурами. — Девочке банально не хватило скорости. Против такого напора у неё не было ни единого шанса.

— Техника одного трюка, — скупо бросил Райкаге, скрестив мощные руки на груди. В его голосе звучало привычное пренебрежение к любой слабости. — Тащить в финал тех, кто полагается на единственный прием и не способен подстроиться под темп противника — пустая трата времени.

Минато молчал чуть дольше остальных, провожая взглядом Ино, поднимающуюся к трибунам с гордо поднятой головой.

— Дисциплина и упорство всегда дают плоды, — ровно произнес Четвёртый, кивнув в сторону Ли. — Он четко знает свои рамки и бьёт без промаха. Что же до Ино... Она прекрасно понимала расклад с самого начала. Но гордость куноичи и верность своему клану не позволили ей просто сложить оружие.

Мей едва заметно улыбнулась, прикрыв губы ладонью с ухоженными ноготками, и прищурила глаза.

— Не только гордость, Минато-доно, — мягко, с легкой иронией возразила Мизукаге переведя взгляд на трибуны участникив, где стоял аловолосый юноша. — Гордость учит держать спину ровно, но только любовь или желание быть замеченной заставляют идти на заведомо проигрышный бой с таким отчаянным пламенем в глазах. Девочка сражалась не за победу в турнире — она пыталась доказать кое-что вполне конкретному человеку. И поверьте мне, для юной девушки это куда более мощный двигатель, чем любые приказы или клановые традиции.

Минато тихо вздохнул и качнул головой, в его глазах промелькнула едва заметная, сдержанная теплота, смешанная с лёгким отцовским пониманием.

— Поверьте, Мей-доно, я прекрасно вижу, о чём вы говорите, — с тихим полуулыбкой отозвался Четвёртый, устремив взгляд куда-то вдаль. — Но, к сожалению для юной Яманака, здесь её чувства обречены столкнуться со стеной. Боюсь, у неё изначально не было ни единого шанса. Сердце моего сына уже занято, пусть сам Наруто до сих пор отчаянно отказывается это признавать и упрямо делает вид, будто ничего не происходит. Меня, признаться, куда больше волнует то, что он и сам ещё до конца не осознаёт всю глубину этой привязанности, если вообще это осознаёт.

Закончив мысль, Минато медленно сместил фокус и перевёл взгляд вглубь зрительских рядов. Он ещё с самого начала этапа заметил эту деталь и лишь ждал подходящего момента. Мей и Райкаге, уловив перемену в его выражении лица, синхронно проследили за его взором.

Там, среди шумящей толпы на средней секции трибун, выделялась изящная брюнетка из клана Учиха. Её длинные, иссиня-чёрные волосы мягкими волнами ниспадали по плечам, обрамляя утончённое лицо с глубокими, выразительными тёмными глазами, в которых сквозила сдержанная грация. На её руках и ногах всё ещё угадывались следы аккуратно затянувшихся шрамов — немые свидетельства тяжёлых испытаний.

— Та самая девчонка Учиха, что серьёзно пострадала на прошлом экзамене? — первым взял слово Райкаге, гулко хмыкнув и сложив свои мощные руки. В его риторическом вопросе не было сочувствия, но проскользнуло суховатое уважение к выжившей куноичи.

— О-о, — Мей Теруми с интересом прищурилась, прикрыв ладонью уголки губ, и в её глазах вспыхнули искры искреннего женского одобрения. — А у вашего сына, Минато-доно, поистине безупречный вкус. У этой юной леди изумительные черты. Дайте ей ещё пару лет, и она расцветёт так, что станет одной из самых обворожительных куноичи своего поколения. Так что бедной Ино действительно ничего не светило с самого начала.

— Следующий бой: Наруто Намикадзе против Синрай из Деревни Скрытого Облака! — сочный, чёткий голос Югао прорезал воздух, мгновенно разнесясь над раскалёнными плитами арены.

Трибуны буквально взорвались гулом предвкушения. Тысячи зрителей подались вперёд: имя сына Хокаге давно было у всех на слуху, и каждый жаждал своими глазами увидеть, на что способен аловолосый шиноби. Но не меньший интерес вызывала и его соперница — загадочная куноичи из Кумогакуре, чьи навыки до сих пор оставались загадкой для большинства.

На балконе Каге Райкаге Эй чуть подался вперёд. На его суровом лице расплылась хищная, уверенная усмешка, а в глазах зажёгся азартный огонёк:

— Ну вот, наконец-то. Синрай проявит себя по-настоящему. А твой мальчик узнает, каково это быть в тени чужого дыхания.

Минато, не сводя взгляда с арены, ответил спокойно:

— Он уже показал, что умеет справляться с неожиданностями. А сейчас ещё одна. Только более тонкая. Более тихая.

Мей, опершись на локоть, качнула головой:

— Они такие разные. Любопытно, кто заставит другого сбиться с ритма.

Райкаге усмехнулся, на этот раз без насмешки:

— Один неверный шаг и ты уже проиграл. А Синрай как раз ловит такие шаги. Увидим, как он с этим справится.

Минато не ответил только посмотрел вперёд, туда, где две фигуры уже шли навстречу друг другу.

* * *

— Твой поединок с Сакурой вышел крайне показательным, Синрай, — ровный, спокойный голос Наруто прорезал дистанцию между ними. Аловолосый даже не подумал встать в боевую стойку; он стоял расслабленно и уверенно, дожидаясь отмашки Югао. — Признаться, я немало удивился, когда понял, что ты слепа.

— Для большинства это становится откровением, — ответила Синрай. В её тоне не было ни обиды, ни гордости — лишь привычная, отточенная временем отстранённость. — Зрячие слишком привыкли верить глазам и путают отсутствие зрения со слабостью. Хотя глаза — лишь один из сотен способов чувствовать этот мир.

Она слегка качнула головой, словно улавливая малейшие колебания воздуха вокруг соперника, и на её губах скользнула едва заметная, загадочная полуулыбка.

— А от тебя исходит совсем иной гул, Наруто. В твоих шагах и дыхании нет лишнего шума — только тяжесть, которую ты в себе носишь. Ты буквально вибрируешь от этой силы. Мне искренне любопытно... как именно эта сила зазвучит, когда наш бой начаться.

─ Твой стиль речи очень похож на то, как разговаривает мой друг из Конохи, Шино Абураме, думаю если бы вы встретились, то нашли бы общий язык. — вдруг сменил тему аловолосый.

Синрай слабо улыбнулась почти неуловимо. Её голова едва заметно кивнула, будто она действительно оценила сказанное.

— Тот, кто умеет слушать тишину, всегда найдёт, что сказать другому, кто делает то же самое. — Она чуть развернула лицо, будто обращаясь к чему-то в воздухе, затем снова склонила голову в его сторону. — Возможно, мы бы поняли друг друга. Но у меня нет времени на беседы вне боя. На поле битвы всё, что нужно, становится ясно само. Ты ведь не просто так сменил тему.

Голос её остался мягким, но в нём появилось напряжение словно туго натянутая струна.

— Что ты на самом деле хочешь услышать от меня перед боем, Наруто Намикадзе?

─ Лишь то что ты не будешь держать на меня и мою деревню обиду за то что этот бой ты проиграешь. — сказал Наруто слегка улыбнувшись. — Прошу сдайся сейчас. Не потому, что ты слепа или что-то в этом духе, просто, учитывая твой стиль ведения боя, я максимально не удобный для тебя противник. Это будет разумное решение, и никто не посмеет тебя осудить, а кто попробует тому я лично устрою взбучку, не зря же в академии меня прозвали Кровавым Хабанера младшим. Да и мне если честно, просто не хочется сражаться с такой симпатичной девушкой как ты, дефект зрения которой наоборот только украшает её.

В это же время на трибунах Киёми наблюдала за их диалогом.

─ В этом весь ты Наруто-кун. Замечаешь всё во круг, и видя шанс разойтись мирно, стараешься идти именно им. — мягко улыбнулась Киёми прекрасно слыша диалог своего друга и девочки из Облака.

— Хадзиме! — звонкий, рассекающий воздух голос Югао мгновенно дал старт поединку, и экзаменатор тут же отступила к краю арены.

Синрай не сделала ни шага. Невооружённому глазу её действия казались полным бездействием, но по арене бессознательно пронёсся едва уловимый, невидимый импульс — её чакра плавно, без единого всплеска растеклась по раскалённым каменным плитам и песку. Невидимая сетка из тончайших вибраций накрыла всю площадку, превращая любой выступ и само дыхание соперника в чёткую, осязаемую карту в её сознании.

— Ты не спешишь атаковать первым, — тихий, но удивительно отчётливый голос куноичи легко перекрыл нарастающий гул трибун. — Выжидаешь... Это часть твоего характера, верно?

Пальцы её правой руки едва заметно сдвинулись, активируя технику. Прямо под её стопой на сухой земле сформировался тончайший печатный узор — изящный круг фуиндзюцу, вспыхнувший коротким, Бледным отблеском пробившейся наружу энергии. Синрай чуть склонила голову, сфокусировав своё незримое внутреннее чутьё точно на аловолосом юноше.

— Что ж... Раз ты даёшь мне право хода, я им пользуюсь. И сделаю этот шаг не из дерзости, Наруто, а из уважения к твоей силе.

Синрай двинулась вперёд — плавно, почти невесомо, без резко выраженной агрессии. Она шла не по прямой, а описывала дугу, словно направляя за собой невидимую волну. На раскалённых плитах вокруг неё один за другим проступали бледные, коротко вспыхивающие символы фуин: сдерживающие, искажающие, ловящие малейшие колебания воздуха. Она словно сплетала из них невидимую паутину, постепенно затягивая арену в свои сети и лишая соперника пространства для манёвра.

Наруто следил за ее движениями с лёгкой, едва заметной улыбкой. Он даже не подумал достать руки из карманов штанов.

Выждав момент, когда очередной узор был готов замкнуться у его ног, аловолосый просто и без замаха коротко ударил пяткой по каменной плите. В то же мгновение по арене прошла едва ощутимая, но концентрированная ударная волна чакры. Для всех зрителей это выглядело как обычный стул ногой, но в сознании Синрай — там, где она «видела» мир через вибрации своей техники, — раздался оглушительный, резкий звук бьющегося стекла.

Созданная её чакрой невидимая сеть разлетелась на тысячи мелких, бесполезных осколков, а проступившие фуин-символы мгновенно угасли, так и не успев вступить в силу.

— Я же предупреждал тебя, Синрай, я для тебя максимально неудобный противник. Всё-таки во мне течёт кровь Узумаки, — улыбка так и не сошла с лица Наруто, а вот руки наконец выскользнули из карманов. За доли секунды его пальцы мелькнули в молниеносной, филигранной вязи ручных печатей. — А наш клан славился именно искусством фуиндзюцу.

Стоило последним словам слететь с его губ, как прямо под ногами Синрай вспыхнул сложный, агрессивно пульсирующий узор. Невидимые нити чакры мгновенно обвили её ноги до самых колен, намертво приковав куноичи к месту.

— Знакомая техника, правда? — с лёгким озорством в голосе спросил Наруто. — Именно ей ты сковала Сакуру, и её же собиралась применить против меня. Мне, как человеку, изучающему наследие своего клана, не составило труда разобрать её структуру, перехватить контроль и немного доработать. Конечно, в интуитивном чутье я тебе уступаю, но повторить и усилить твой же замысел мне хватило пары мгновений. Ну так что, Синрай-чан... каково это — оказаться в собственной же ловушке?

Синрай не отпрянула и не натянула цепочку чакры. Ни единой судорожной попытки вырваться, ни капли паники. Лишь её грудь едва заметно вздыбилась от медленного, глубокого выдоха.

Она стояла в самом центре замкнувшегося кольца, и впервые за весь поединок её вечно отстранённое лицо ожило. Тонкие гулы тронула неявная, едва уловимая улыбка — без досады или злости, лишь с чистым, профессиональным азартом мастера, встретившего равного.

— Впечатляет... — тихо произнесла она, и в её голосе проскользнула живая, откровенная теплота. — Ты не просто сбил мою чакру, Наруто. Ты мгновенно «увидел» структуру печати без единого взгляда, разобрал её на составляющие и пересобрал под себя. Красивая работа.

Она слегка наклонила голову вперёд.

— Ты предсказал мои действия и почувствовал мой ритм, прежде чем я его задала. Тебя действительно невозможно читать, Наруто Намикадзе. Ты не оставляешь следов. Не позволяешь мне настроиться.

Пауза. Долгая, наполненная только мерцанием символов на земле.

— Я сдаюсь. — сказала Синрай не видя больше причин продолжать бой.

— Победа: Наруто Намикадзе! — раздался голос Югао.

И арена на секунду притихла, прежде чем взорваться овациями. Но даже в этом шуме взгляд Синрай был прикован к Наруто.

— Спасибо, — тихо сказала она. — За то, что не стал унижать. И за то, что дал мне понять: у каждой техники есть предел. И каждый предел можно превзойти, рано или поздно

Она улыбнулась по-настоящему. И только сейчас стало ясно, насколько редко она это делала.

— А зачем мне унижать кого-то? зачем высмеивать? Ты сильна Синрай, не только физически, но и ментально. Ты превратила свой недостаток в оружие, и это чертовски круто. — сказал Наруто подходя к девушке — И я благодарен тебе за этот бой ведь ты показала мне много нового во время своего боя с Сакурой, и позволила мне испытать это дзюцу, и судя по твоим словам я не один почерпнул что-то новое в этом бою.

С этими словами Наруто сжал свою руку в кулак, и взяв второй рукой девушку за руку сложил её в кулак еще до того, чем та успела что-то осознать и легонько ударил своим кулаком в её всё с той же лёгкой улыбкой.

Для зрителей это был жест товарищества. Признание силы. Знак уважения. А для Синрай нечто иное.

На её лице впервые появилась лёгкая растерянность. Глаза чуть округлились, дыхание сбилось на миг. Щёки окрасились слабым, едва уловимым румянцем. Она молчала. Не из гордости, не из стеснения просто потому, что в её голове была буря из эмоций

— Я… — начала она, но голос подвёл. Она лишь кивнула. Коротко. Почти нервно.

Наруто, как ни в чём не бывало, уже повернулся и пошёл прочь от центра арены, развеивая молчание следами на песке. Синрай так и осталась стоять с вытянутым кулаком.

* * *

Из открытого сектора трибун за каждым движением Наруто пристально наблюдала Киёми. В отличие от своего холодного и молчаливого брата Саске, она была куда более живой и эмоциональной, хоть и старалась держать лицо перед другими. Сейчас её тёмные глаза были прищурены, а руки скрещены на груди.

— Хм... опять за свое, — пробормотала она себе под нос, следя за тем, как Наруто обменивается с соперницей тёплыми репликами. — Ну конечно. У него же своя «особая» дипломатия. Улыбнулся, поддержал, душу в печать завернул, а потом ещё этой своей фирменной улыбочкой добил...

Она изобразила в воздухе лёгкое, комично-недовольное движение кулачком, будто передвигая невидимые фигуры, и фыркнула.

Вдруг Киёми поймала себя на мысли, что её допекает вовсе не тактика Наруто, а то, с какой невероятной теплотой он смотрит на эту слепую куноичи. От этой внезапной, уколовшей изнутри мысли щеки девушки вспыхнули лёгким румянцем, и она тут же быстро оглянулась по сторонам, будто кто-то мог прочесть её разум.

— Да глупости, — мгновенно буркнула она себе под нос, уставившись в противоположную сторону арены и судорожно оправдываясь перед самой собой. — Вовсе я не о том думаю. Это просто анализ. Тактический мониторинг ситуации, не более того.

Но, снова переведя взгляд на раскалённую площадку, Киёми тихо, почти беззвучно вздохнула:

— И всё же... зачем так тепло-то? Ладно бы просто подбодрил и развернулся. Так нет же, обязательно со своей этой улыбочкой... Вот же помидорка.

* * *

На трибуне Каге установилась привычная тишина. И вновь первой её нарушила Мей, сцепив пальцы перед губами и слегка кивнув:

— Быстро. Очень быстро. Но… не грубо. Он не уничтожил, он перехитрил. Как будто специально подобрал метод, который оставит её достоинство.

Эй, нахмурившись, поджал губы и скрестил руки на груди:

— Он читает поле. Тонкий удар по самоуверенности противника. Беззвучный, как ток под кожей.

Мей усмехнулась:

— И при этом с вежливой улыбкой. Девочка проиграла, но чувствует себя замеченной. Такое не каждый мужчина умеет.

Минато, не подавая виду, перевёл взгляд с арены на трибуны. И взгляд его на мгновение задержался. Киёми. Лёгкий румянец, чуть сжатые губы, упрямо отведённый в сторону взгляд, но плечи напряжены, будто что-то хочется сказать, а язык не поворачивается.

И вновь на сына. Тот внизу, с обычной своей ухмылкой, вовсе не замечая, какой эффект произвёл.

— Молния с мозгами… и харизмой в придачу, — подумал Минато, едва не усмехнувшись. — Ещё и очередную девочку очаровал. И даже не понял, что рядом уже кто-то начинает искрить посильнее любой техники Райтона.

Он чуть склонил голову набок, будто делая пометку про себя.

— Похоже, мне стоит внимательнее присмотреться к этим двоим. Если они ещё не поняли, что творят друг с другом значит, это только вопрос времени.

А вслух он сказал лишь:

— Чистая победа. И, пожалуй, лучшая демонстрация фуиндзюцу за весь экзамен.

Райкаге кивнул неохотно, но уважительно:

— И сдержанность. В этом возрасте большая редкость.

Мей едва заметно усмехнулась:

— А вот эмоции как раз не редкость. Особенно у тех, кто сидит выше в трибуне.

Минато ничего не ответил. Только тихо выдохнул сквозь полуулыбку.

— Финальный бой второго тура: Шикамару Нара против Кайдо из Облака! — донеслось до ушей каге.

Райкаге, услышав имя Кайдо, тут же подался вперёд. В его глазах вспыхнул интерес, почти притушенный, но вполне заметный:

— Наконец. Посмотрим, на что способен Кайдо в настоящем бою.

— Ты в нём так уверен, как в себе. — с тонкой улыбкой заметила Мей.

— А у тебя, похоже, неплохое чутьё на сарказм, — буркнул Эй. — Я уверен не просто так. Этот парень один из лучших представителей молодого поколения Облака. Мечник, стратег и зверь, когда надо. Он не будет осторожничать.

Минато молча скрестил руки на груди. Он не смотрел на Райкаге, только перевёл взгляд на вход на арену, откуда должен был выйти Кайдо. Но голос его прозвучал спокойно:

— Шикамару из Нара, а этот клан, как вам известно мастера анализа. Он ленится, он жалуется, он вздыхает, но он всегда выходит из боя с результатом.

— Ты говоришь так, будто он уже победил, — усмехнулась Мей.

— Нет, — Минато чуть наклонился вперёд, взгляд стал внимательнее. — Я говорю, что будет интересно. Возможно, один из самых нестандартных боёв этого этапа.

Райкаге откинулся на спинку кресла, качнув головой:

— Если твой стратег доживёт до конца боя, тогда и поговорим.

Мей лишь рассмеялась:

— Вот это я люблю. Когда в воздухе не только чакра, но и ставки. Вперёд, мальчики. Покажите, кто из вас умнее... и кто быстрее это докажет.

— Я сдаюсь! — зевнув, поднял руку Шикамару. — У меня чакры слишком мало, чтобы продолжать экзамен. Более того, я прекрасно оцениваю свои шансы и не вижу смысла в этом бою.

Он сказал это так, будто отменил поход в магазин из-за плохой погоды. В трибунах на секунду повисло недоуменное молчание.

Югао моргнула, затем лишь вздохнула, другого от Нары можно было и ждать:

— Что ж, это твоё решение. Победитель — Кайдо из Облака, так как противник сдался.

Шум на трибунах был неоднозначным: кто-то рассмеялся, кто-то фыркнул с раздражением, а кто-то и вовсе метнул в сторону Шикамару пустой бумажный стакан, явно вывешивая всё раздражение. А Кайдо… Кайдо просто стоял. Даже не удивился. Лишь склонил голову и скрестил руки, будто так и ожидал.

На трибуне Каге повисла напряжённая пауза. Райкаге недоверчиво приподнял бровь:

— Это… всё?

Мей прикрыла рот рукой, чтобы не расхохотаться:

— Его лень сильнее любой техники.

—И почему я не удивлён? — спокойно заметил Минато. — У Шикамару был выбор. И он принял его. Быть чунином это ещё и способность трезво оценивать обстановку. Не геройствовать, если нет смысла.

Райкаге фыркнул:

— А может, просто испугался.

— Или был умнее, чем показалось, — всё с той же невозмутимой улыбкой ответил Минато.

Мей, всё ещё смеясь, кивнула:

— Ну что ж. Один из самых… нестандартных боёв, как ты и говорил.