Бермудский треугольник. (гет)

Вывернув из-за угла, Гермиона застала удивительную картину — в воздухе сначала появились головы Поттера и Алфрада Блэка, а после и сами студенты целиком.

— Флимонт Поттер! Алфрад Блэк! Потрудитесь объяснить, что всё это значит! — Гермиона даже не могла сказать, чего в ней сейчас было больше — злости на этих нарушителей правил или раздражения, на то, что они так глупо попались. Будь на её месте Миртл Уоррен, они бы уже отчитывались перед директором!

— Далтон, а сама-то ты, что тут делаешь? — нисколько не смутившись, ринулся в атаку Поттер.

— Ходила в гости! — отрезала Гермиона. И это было правдой. Начав отмечать свой четырнадцатый день рождения утром в гриффиндорской гостиной, завершила она его уже вечером в слизеринской. С тортом, заказанным из «Фортескью» Седреллой Блэк, очередными подарками и поздравлениями. Это был один из самых лучших дней в её жизни, пока она не наткнулась на Поттера и Блэка в подземелье. И если Поттер выглядел как обычно, то досада и смущение Алфрада заставили её напрячься.

— Во что вы ввязались? — требовательно спросила Гермиона.

— Ни во что, — заверил её Поттер.

— Ты ведь не скажешь Вал? — несколько встревоженно проговорил Алфрад.

Ответы прозвучали одновременно, и это ещё больше не понравилось Гермионе.

— Только не говорите, что охотитесь за сообщниками Гриндевальда! — прошипела она.

— Мы искали ход на кухню, — крайне неубедительно выдал Блэк.

— Ага. Есть очень хочется, — поддакнул Поттер.

— Алфрад Блэк! Не смей мне лгать, иначе через минуту здесь будет твоя сестра! — терпение Гермионы подходило к концу. — Вы понимаете, что рискуете вылететь из школы, нарушая кучу правил?!

— Мы ничего не нарушали, Миона, — попытался успокоить её Поттер. — И почему ты не веришь, что мы хотим есть?

— Кухни в другой стороне! А вы идёте в запретную части в мантии невидимке! Нужны ещё другие пояснения?

— Гермиона, — в невероятных синих глазах Блэка не было ни капли лукавства — только абсолютная, твёрдая убеждённость. — Ты можешь держаться в стороне, это твоё право. Но мы сами решаем, что нам делать. Это не просто шалость, поверь. Гриндевальд намерен всех втянуть в войну, а мы этого не хотим.

«Держаться в стороне» — неприятно резануло по ушам. Закусив губу, Гермиона хмуро смотрела на приятелей:

— Что вас сподвигло вдвоём рыскать по подземельям?

— Мы считаем, что у Гриндевальда в Хогвартсе есть сообщник, — ответил Алфрад. — И не просто сообщник, а кто-то, кто связан непосредственно с ним.

— Откуда такая уверенность?

— Ещё не было ни одного года, чтобы Гриндевальд не появился в окрестностях школы. Что ему тут делать, если не встречаться с кем-то?

— Это должен быть кто-то со старших курсов или учитель, — продолжил Поттер. — Наш курс можно не рассматривать — ведь не первогодок же он в тогда вербовал?

«Или ни кого он не вербовал, а просто состоит с ним в родстве,» — подумала Гермиона, но вслух ничего не сказала.

— Ты никому не расскажешь? — вновь спросил Блэк.

Нахмурившись, Гермиона отвела взгляд. Это их жизнь, и они сами должны решать, как им поступать. Будь у неё самой хоть малейшая возможность остановить Гитлера, она бы это сделала, не задумываясь. Так какое право она имела выговаривать что-то своим друзьям?

— Хорошо. Но обещайте, что будете осмотрительны, — и только сказав, поймала себя на мысли, сколь глуп был совет.

— Ты настоящий друг, Миона! — радостно воскликнул Поттер и растворился в воздухе вместе с Блэком.

— Лучший друг! — сказала пустота голосом Алфрада.

Фыркнув, Гермиона направилась дальше, к лестнице, надеясь, что парни не влипнут в неприятности.

Не успела она миновать пролёт, как сзади раздались тяжёлые шаги.

Выхватив палочку, Гермиона резко обернулась.

Позади неё, пыхтя как паровоз, поднимался Рубеус Хагрид.

«Они что, издеваются?!» — Гермиона готова была взорваться. Количество сокурсников, решивших сегодня нарушить правила, росло в геометрической прогрессии.

Скрестив руки на груди, она выжидательно уставилась на полувеликана, который наконец-то её заметил.

— Тоже ищешь ход на кухню? — язвительно спросила она.

— О, Гермиона... Нет, не ищу. А почему на кухню? — удивление Хагрида было вполне искренним.

— Кухня сегодня пользуется особой популярностью.

— Но я не ходил на кухню.

— А куда? — зло осведомилась Гермиона. Если он сейчас скажет, что навещал друга-слизеринца, то это будет ещё более глупая ложь, чем Поттеровская.

— Вот! — тут же ответил Рубеус, извлекая из кармана мышонка. — Проверять ходил! — лицо Рубеуса светилось от гордости за достоверное, по его мнению, оправдание.

— И куда ты его несёшь?! — прошипела Гермиона.

— На прогулку.

— Ночью? На прогулку?

— Ага. Им того... Вреден дневной свет.

— Рубеус Хагрид! — сузив глаза, начала Гермиона. — Твоя неуклюжая ложь не выдерживает никакой критики! И если ты думаешь, что я тебе поверю...

— Ты можешь мне не верить, но я веду мыша на прогулку, — сердито буркнул Хагрид и, отодвинув её плечом, быстро зашагал вверх.

Несколько опешив от такой наглости, Гермиона уставилась в спину полувеликана. Мерлин! Да кого он себе завёл?! Появившееся ощущение, что в этот раз Хагрид превзошёл себя, было пугающе стойким и не прибавляло настроения, уже изрядно подпорченное тревогой за Поттера и Блэка.

Вернувшись в спальню, Гермиона никак не могла отпустить разговор с Алфредом и его слова. Ложась спать, она снова и снова прокручивали их в голове, задаваясь вопросом — готова ли она остаться в стороне или нет? И что сказал бы на это Том. «Гриффиндорство» — вот что бы он сказал. И был бы тысячу раз прав. Но и позволить, чтобы и в этот мир пришла война, она не могла. Просто не могла...

Утром, спустившись к завтраку, первый, кого она встретила, был Поттер.

— Как прошла охота на шпиона? — не сдержалась Гермиона.

— М-м-м.., — промычал Поттер.

— Что, никого не поймали?

— Хочешь присоединиться?

— Нет, я лучше пойду.

— В библиотеку? — хмыкнул Поттер.

— Да, в библиотеку, — согласилась Гермиона. Именно туда она и собиралась. Но сначала она должна была кое-что проверить в подземелье. Сегодня была суббота, и времени было предостаточно и на то, и на другое.

Позавтракав, Гермиона спустилась вниз — намного глубже, чем разрешалось бывать студентам — к комнате, которую они обнаружили на первом курсе. Невербальное заклинание — и дверь, когда-то отделявшая опасных тварей от обитателей Хогвартса, распахнулась.

Шагнув вперёд, Гермиона недоумённо огляделась по сторонам. В свете люмуса она видела лишь голые стены, старую клетку, явно обновлённую, с мелкими ячейками решётки и... всё. Никаких мышей. Никаких драконов.

Нахмурившись, Гермиона закрыла дверь. Она не могла ошибиться. Хагрид здесь точно кого-то прятал. Неужели, мышей? Нет, это было слишком смешно и на него не похоже.

Крайне недовольная собой, Гермиона направилась в библиотеку в надежде, что там ей повезёт больше.

Устроившись в углу, она обложилась книгами по нумерологии, которые в этот раз служили лишь прикрытием. Наложив чары отвлечения, она сосредоточилась на трёх пухлых томах по истории магической Европы. Войны, заговоры, торговые и культурные связи. И имена. Имена, имена, имена — влиятельные и не очень они, как паутина, переплетались в тонкую сеть, которая накрыла континент и тянулась на Британские острова. Когда Гермиона читала «Священные двадцать восемь», ей ни разу не встретилось имя Гриндевальда. Скорее всего тёмный маг не имел прямого отношения ни к одной из чистокровных фамилий. Но, наверняка, у него кто-то жил в Британии — троюродная тётка, кузен или бабка — браки среди знати разных стран были распространены и формировали самые замысловатые связи.

Схема из множества имён становилась всё сложнее и больше, а толку от неё — всё меньше. Через три часа кропотливой работы Гермиона была вынуждена признать, одних только библиотечных книг недостаточно — чтобы добыть информацию о возможной английской родне Гриндевальд нужно нечто большее. Лишь дважды это имя было упомянуто в связи со знаковыми событиями аж XVIII века — политика Испании на установление более тесных магических связей с другими государствами и неудачная попытка контроля над дементорами в Ирландии. И в том, и в другом случае женщины из рода Гриндевальд через брак оказались в Британии.

Завершив просматривать последний трактакт, Гермиона наложила дополнительные чары на свои скудные записи — она не думала, что будет легко, но всё же рассчитывала хоть на какую-то зацепку.

Подавив вздох, она подхватила книги и направилась в сторону полок, левитируя каждую на своё место.

— Ты уверен? — раздался знакомый голос с той стороны стеллажа.

— Уверен. Видно, что на этом месте её раскрывали совсем недавно.

— То есть, кто-то ищет Тайную Комнату?

Гермиона уже хотела сдвинуть книги и показать Долгопупсу и Трэверсу, что они тут ни одни, но что-то её остановило.

— Здесь написано, что Салазар Слизерин наколдовал её в недрах замка, и она откроется только тому, в ком его кровь.

— Думаешь, что агент Гриндевальда хочет её использовать?

— А кому она ещё могла понадобиться именно сейчас?

— Ну, если там спрятаны сокровища или тайные знания, то кому угодно.

— Нет. Здесь сказано, что Салазар поселил там немыслимое чудовище.

Элджи и Энтони на какое-то время замолчали. Потом разговор возобновился:

— Наследник Слизерина не мог быть распределён на другой факультет, — заявил Трэверс.

— Я тоже так думаю, — согласился Долгопупс. — Если мы будем следить за слизеринцами, то узнаем, кто ищет Тайную Комнату.

— Или уже нашёл.

— Надо обсудить это с Флимом.

— Он дружит с Блэками.

— Думаешь, это может быть кто-то из них?

— Ни в ком нельзя быть уверенным наверняка.

— Так ты предлагаешь ничего не говорить Поттеру? Это как-то не по-дружески. Может, всё-таки стоит ему сказать? Да и про Блэков ему проще узнать, чем нам.

— Ага. А если в итоге Ал и Рио окажутся не при чём, и мы зря их подозревали, они, да и Флим, нам этого не простят.

— Наверное, ты прав. Тогда будем патрулировать сами?

— Решено.

— Начнём вечером?

— Ага.

— А сейчас — на поле.

— Идёт. Илон сегодня будет отрабатывать уход от двойной атаки. Мина и Лео обещали помочь...

Голоса, постепенно удаляясь, стихли.

С грохотом водрузив книги на место, Гермиона зло пнула ни в чём не повинный стеллаж. О Мерлин и Моргана! Ещё одни! Кто-нибудь из них точно нарвётся на неприятности!...

Вечером, сидя в гостиной, она хмуро поглядывала по сторонам. Уотерс, Пруэтт, Ковальски, МакНилон, Риверс, Ламот. И ни Поттера, ни Долгопупса с Элджи. Ни Хагрида.

Пытаясь читать, она никак не могла переключиться. Поняв, что все попытки абстрагироваться — бесполезны, Гермиона раздражённо захлопнула учебник по рунам и направилась к выходу.

— Ты далеко? — подняла голову Мэри.

— Вниз.

— К брату?

— Ага.

Ни к какому брату Гермиона не пошла, а спустилась гораздо ниже.

Подземелья встретили её тишиной и ощущением чего-то тревожно тягучего, разлитого в воздухе. Поёжившись, Гермиона огляделась — она никогда не заходила так далеко одна. Бесконечные коридоры разбегались подобно лучам звезды, теряясь в темноте. Комнаты Слизерина с ведущей к ним широкой лестницей, освещённой факелами, остались далеко позади. Как и каморка, где, как она предполагала, Хагрид держал очередную фантастическую тварь.

Уже десять раз пожалев о своём необдуманном поступке, она почти покинула запретные для студентов коридоры, когда кто-то жёстко схватил её за локоть.

Чувствуя, как вся холодеет, она медленно повернулась.

У неё за спиной стоял Том. Чертовски злой Том.

— Что ты тут делаешь?! — его яростный шёпот был похож на шипение змеи.

— Я... Я...

В голову ничего не приходило, а боязнь того, что правда разозлит его ещё больше, напрочь лешила способности говорить. Но Том обо всём догадался сам:

— Неужели твои нерадивые дружки решили выследить шпионов Гриндевальда, и ты с ними за одно?

— С чего ты взял? — несколько опешила Гермиона.

— Значит, это действительно так, — жёстко отрезал Том.

Судорожно сглотнув, Гермиона промолчала. В сумеречном свете далёких факелов черты Тома заострились, а глаза стали угольно чёрными. Сжатый в тонкую полоску рот не предвещал ничего хорошего.

— И где они? — вопрос прозвучал категорично, без намёка на возможность уйти от ответа.

— Я... не знаю.

— Они бросили тебя? — от чего-то нехорошего в его голосе по спине у Гермионы побежали мурашки. И она поспешно ответила:

— Мальчики не знают, что я здесь.

— Не знают?

— Я... Я решила удостовериться, что они не наделают глупостей...

— И?

— И спустилась следом, — чувствуя, как к горлу подкатывает тошнотворный ком, Гермиона судорожно сглотнула. Она терпеть не могла лгать Тому. Но разочаровать его было ещё большим её личным кошмаром. А Том и так был разочарован — это было видно по его презрительно кривившимся губам.

— Кто? — проронил он.

Мучительные мгновения раздумий сделали выбор в пользу Долгопупса и Трэверса. В конце концов, им она ничего не обещала.

— Элджи Долгопупс и Энтони Трэверс, — тихо произнесла она.

— И что, Поттер остался в стороне? — не поверил ей Том.

— Он не пошёл с ними.

— Ему хватило ума не встревать, или он не пошёл в этот раз? — казалось, Реддл разгадывал все её уловки ещё задолго, как они были озвучены.

— В этот раз, — не смогла солгать Гермиона. И опустила глаза: — Том...

— Да, Гермиона? — голос Реддла прозвучал обманчиво мягко.

— Ты можешь ни с кем это не обсуждать...

— Та-а-ак, — тихо протянул Том. — Блэки тоже участвуют?

Молча кивнув, Гермиона не смела поднять взор.

Помолчав, Том продолжил:

— Я, как староста должен положить этому конец.

— Но, Том, их же могут исключить! А если Вальбурга узнает, она убьёт Алфрада! — вскинув голову, Гермиона смотрела в бесстрастное лицо Реддла, казавшееся мефистофельским в призрачном свете далёких факельных бликов.

— Ты склоняешь меня к должностному преступлению? — бровь Реддла иронично приподнялась, а глаза опасно блеснули.

— Нет! Ты же можешь решить проблему, сам поговорив с Алом, он тебя послушает! Я уверена!

— Послушает. Но что сделать, чтобы послушалась ты?

Чувствуя, как краска стыда заливает её щёки, Гермиона вновь опустила голову.

— Неужели ты не понимаешь всю глупость и абсурдность их предприятия? На что рассчитывают Трэверс и Долгопупс, рыская по подземельям?

Раздавленная грузом разочарования Тома, Гермиона сама не заметила, как слова сорвались с её губ:

— Что они найдут Тайную Комнату...

— Что?!

— Что они найдут Тайную Комнату Салазара Слизерина, — понимая, что назад уже пути нет, Гермиона поведала всё, что знала. По мере её рассказа, губы Тома сливались в тонкую полоску, скулы становились острее, а взгляд — жёстче — под конец он просто пугал. Закончив, Гермиона с потаённой дрожью уставилась на Реддла — она ещё никогда не видела его таким. Он смотрел куда-то поверх её головы, а исходящим от него холодом можно было заморозить Чёрное озеро. «Или испепелить Хогвартс,» — тут же изменила мнение Гермиона, едва Том взглянул на неё — столько в его глазах было бушевавшей ярости.

— То есть, они считают, что могут проникнуть в комнату, созданную Салазаром Слизерином? — в голос Тома прорвались отчётливые свистящие ноты — казалось, ещё немного, и он перейдёт на парселтанг.

— Ну, они считают, что главное её найти, а там уже будет ясно, кто ещё её ищет.., или уже нашёл.

— И этот кто-то — сообщник Гриндевальда?

— Да...

— Никогда.., слышишь, никогда ты не будешь в этом участвовать.

Том не повысил голос и не сделал ничего такого, но Гермиона сразу поняла, что она не посмеет ослушаться. И плевать на то, что там и кто планировал.

Кивнув , она тихо проговорила:

— Не буду.

Том, вновь уставившись в темноту подземелий, продолжал о чём-то размышлять. Внезапно посмотрев на неё, он протянул Гермионе руку:

— Идём.

Вложив свою ладонь в его, Гермиона не ощутила привычной теплоты и поддержки — только жёсткую хватку по-мужски сильных пальцев.

Увлекаемая Реддлом, она понуро поплелась следом к выходу из подземелий, а затем и выше — до самого портрета Полной Дамы. И только тут Том отпустил её.

— Привет, Том! — глупо прощебетала шедшая в общежитие Мэри Ламот. — Как дела?

— Всё хорошо, Мэри, — любезно улыбнулся ей Том улыбкой, не затронувшей глаза.

— Сестру провожаешь?

— Да.

— Как это мило! Какой ты заботливый, Том! — продолжала таращиться на него Ламот. — Ты зайдёшь?

— Нет, Мэри, у меня патрулирование.

— О, какая жалость, — надула губы Ламот. — Ну, тогда пока.

— Всего доброго, — и, развернувшись, ушёл не удостоив Гермиону даже взгляда.

Пару мгновений Гермиона стояла глядя ему во след. На душе было отвратительно мерзко. Подавив тяжкий вздох, она прошла в гостиную Гриффиндора.

Поттера и остальных ожидаемо не было. А вот Хагрид оказался на месте — в своём излюбленном углу на табурете.

— У тебя всё хорошо? — кинув на неё тревожный взгляд, проговорил полувеликан.

— Да! — буркнула Гермиона и взбежала по лестнице в спальню.

— Эй, Миона, всё нормально? — окликнула её Юфимия.

— Нормально.

Пожав плечами, Юфимия вновь склонилась над учебником.

Гермиона, схватив свежее бельё, направилась в ванную, а после сразу легла спать — сейчас у неё было только одно желание, чтобы этот невыносимый день как можно скорее закончился.

На следующее утро, спустившись в Большой зал, она первым делом нашла глазами Алфрада и Ориона. Оба сидели с серьёзными лицами, сосредоточенно поедая овсянку. Переведя взгляд на Вальбургу, Гермиона не заметила в ней никаких признаков напряжения — будь она в курсе «шалостей» брата, вряд ли была так беззаботна.

Несколько выдохнув, Гермиорна прошла к центру стола, где уже расположились Юфимия и Поттер.

— Доброе утро всем! — поздоровалась она.

— Привет! — откликнулся Поттер. — Как твои дела?

— Всё хорошо. А у тебя?

— Просто отлично!

— Я рада.

Усевшись, Гермиона потянулась за пончиками. От того, что Том ничего не сказал Вальбурге, она испытала облегчение. Однако, сама мысль, что Блэки узнают, что именно она сдала их старосте, пусть и не намеренно, была неприятна.

То и дело поглядывая на слизеринский стол, она сразу же встала, как только увидела, что Алфрад и Орион закончили завтракать.

Кузенов она догнала на выходе:

— Ал, можно тебя на минуту?

— Да, конечно, — нахмурился Алфрад.

Отведя Блэка в сторону, она тихо проговорила:

— Я хотела извиниться.

— За что?

— За то, что раскрыла вашу тайну Тому.

— Так это ты? — удивился Алфрад. — Тогда всё понятно.

— Что тебе понятно? — пришла очередь удивляться Гермионе.

— Не мог Том заметить нас у статуи Одинокого странника. Ты не сказала ему про мантию невидимку?

— Нет.

— А мы ведь с Флимом были под ней! — усмехнулся Алфрад. — Он точно не мог нас видеть.

— Я не специально.., — ещё больше чувствуя сожаление, тихо проговорила Гермиона. — Нет, я всё ещё против подобных авантюр, но вы сами вправе решать, что делать. Том подловил меня в подземелье, и я не смогла ему соврать. Вернее, я пыталась, но...

— Но Том, это Том, — резюмировал Алфрад. — Ему сложно врать. Не переживай, я тебя не виню.

— А... Как Том отреагировал на ваше участие? — не удержалась Гермиона.

— Он был строг. Хотя до Вал ему далеко — она бы меня загрызла. Сказал, что если мы с Поттером хотим быть идиотами и вылететь из школы, то это наше право. Но если он ещё хоть раз застанет нас на запретной территории, то сразу отведёт к директору. А если мы посмеем втянуть в это тебя, то Гриндевальд покажется нам добряком из сказки.

Кивнув, Гермиона едва сдержала улыбку.