Том I. Обсидиановая тетрадь (гет)

Северус ступил на родную землю в день рождения Гарри Поттера. Попутно он забрал отца и сестру с солнечного побережья в залитый дождём Паучий тупик.

Эйлин сразу уселась на пол между его рюкзаком и чемоданом, чтобы поныть. Тобиас, страдая после аппарации и отмены Конфундуса, принялся браниться на невесть откуда взявшийся камин и редкостный бардак в доме. Прибраться и впрямь не мешало. После выпускного вечера с пирожками и драконами тут не ступала нога человека.

Но Северус не обращал внимания на мелочи. Локтём спихнул с подоконника подушку и принялся раскладывать содержимое карманов.

— Хоть бы простыни поменял, паскудник!

Тобиас свирепо пнул диван и потопал на кухню искать съестное. Взъерошенная сова проследила за ним из клетки разными глазами: одним медным и одним прозрачно-голубым.

Северус бросил мантию на спинку кресла и забрал с каминной полки тетрадку с ручкой. Письмо Дамблдору надо было составить без промедления. Жаль, что приличной бумаги не осталось. А магия на что?

Лини перестала хныкать и пододвинулась к брату, заинтригованная разложенными на подоконнике диковинами.

— Руки прочь, — раздражённо предупредил Северус, отобрав у неё флакон с кровью единорога.

Сестра показала ему язык, Северус заклеил ей рот и продолжил писать.

— Жрать нечего, деньги вышли, — объявил Тобиас, возвратившись с кухонных раскопок. — Ты, сынок, надолго в родные края?

— Упаси Мерлин, — испугался Северус, свернув бумагу в свиток. — Ты Мэг видел?

— Кого? — Тобиас ловко прикрылся дверью от ботинка, который дочка отправила полетать. — А! Никак убёгла! — угадал он с мрачным торжеством. — Или сам выставил? Показал свой норов во всей красе?

Северус примотал письмо к птичьей лапе и выпустил сову в дверь. Потом переставил на пол пустую клетку и щёлкнул замками на чемодане.

— Это Силдж, — сообщил он, выдернув на свет мохнатое существо с косичками. — Будет заниматься домашними делами и смотреть за Эйлин.

Гутгина ему всучили в Дурмстранге в день увольнения, отбиться от сурового обычая не получилось.

— С каждым разом всё краше, — побледнел Тобиас. — На этой точно женишься?

— Рад, что она в твоём вкусе, — обрадовался Северус. — Только не вздумай к ней приставать. Силдж, тебе разрешается использовать магию для охраны себя и девочки. В первую очередь, от этого джентльмена. Магическая защита дома также на тебе. Готовка и уборка само собой. Говорить по-английски, магглам не попадаться, лишних вопросов не задавать. Пока всё.

Мохнатое существо покрутило головой влево и вправо.

— Это дом? — уточнило оно для порядка.

— Это лишний вопрос.

— Простите, господин. Силдж плохая, — покорно вздохнуло существо. — Силдж очень плохая, раз её сослали в такое место.

Покосившись на подозрительно безмолвную девочку, домовуха щёлкнула пальцами, снимая чары онемения. Дитя немедленно в неё плюнуло и спряталось за отца.

— Не скучайте тут, — Северус подобрал с пола куртку и хлопнул дверью.

Вестей от Дамблдора он дожидался на поваленной трубе, лёжа под медленно моросящим дождём. Вокруг не было ни души. По случаю непогоды или по той причине, что фабрика навсегда встала ещё зимой. А теперь близилась осень. Очередная осень в Коукворте.

Хлопанье крыльев донеслось, как сквозь сон, и Северус рассердился на себя за неуместное ликование. Ура, письмо из Хогвартса! Фоукс грациозно передал свиток, слегка царапнув его по руке золотистыми когтями, вежливо кивнул примостившейся на стене белой сове и удалился из тупика широкими сияющими кругами. Загадочный и невидимый для непосвящённых.

Взгляд у феникса был слишком лукавый и понимающий, поэтому Северус занялся письмом, только оставшись в одиночестве. Дрожь в пальцах он списал на холод, но ненароком разорвал пергамент в двух местах, прежде чем развернуть. Дамблдор был краток и вежлив. Не ответил ни да, ни нет, но любезно выделил время для личной беседы.

Вроде, всё было ясно. Но Северус ещё минуту собирался с мыслями, глядя, как знакомая подпись расплывается под дождевыми каплями. Перспектива заново предстать перед ясными голубыми очами могучего старца пугала сильнее, чем спуск на безвестную глубину со смертельными ловушками.

Фанерным чемоданчиком и потупленными очами тут не отделаешься. Придётся врать и умалчивать, оставаясь предельно искренним. И, не дай Мерлин, в нём проскользнёт что-то от Реддла. Завалишь собеседование — не будет Хогвартса.

Северус со вздохом прикрыл глаза и стал отрабатывать фразы — сперва мысленно, потом шёпотом, выверяя интонации и убирая местный акцент. Судя по насмешливому уханью белой совы, получалось у него так себе. Но времени до утра хватало.

* * *

В директорском кабинете время словно застыло. Северус не был уверен, в том ли кресле он сидел, когда был здесь в последний раз. Но феникс точно также щёлкал ореховые скорлупки, а Дамблдор поглядывал сквозь очки-половинки. Впрочем, феникс вполне мог переродиться с тех пор.

Дамблдор уж точно переродился. Война окончилась, больше не было причин выходить из образа мудрого и доброго директора школы. Глубоких личных чувств к мистеру Снейпу у директора не было, как и к покойным Поттерам. За прошедшее время он сжился и с потерями, и с перемирием. Или с миром, если очень повезёт. Заплёл в бороду ленточки, пошил новое одеяние с серебристыми рыбками и настроился наконец отремонтировать шестой этаж школы.

Понимая, что отвлекает уважаемого чародея от сотни более приятных занятий, Северус сидел тихо и покручивал пуговицу на манжете, ожидая, когда с ним заговорят. Приятно было вернуться к чёрному цвету в одежде, алый его раздражал. А затянувшаяся пауза просто бесила.

— Впечатляет, — заключил Дамблдор, отложив рекомендацию Каркарова. — Я рад, Северус, что вы не теряли времени даром. Но чего вы ждёте от меня? Кроме признания ваших несомненных талантов в области всего, что связано с тёмными искусствами?

Начало обнадёживало. Северус аккуратно вернул пуговичку в петлю и ответил чуть надломившимся от волнения голосом:

— Я жду ваших предложений, господин директор. Вы давали мне год на размышления, год ещё не истёк.

— Я помню о нашем уговоре, — задумчиво отозвался Дамблдор. — Действительно, накануне мне пришло письмо из Дурмстранга. Но перед первым сентября прилетает столько сов, что я не успеваю читать корреспонденцию. Подождите-ка… — он призвал из вороха бумаг нужный свиток, распечатал его и пробежал глазами.

— Это от профессора Гилленхаммер, — пояснил директор, хотя Северус ни о чём не спрашивал вслух. Чертыхался про себя.

— Значит, места мне не видать? — вздохнул он, подождав минуту из вежливости.

— Почему вы так решили? — удивился Дамблдор.

— Вы ясно дали понять, сэр, что мои таланты лучше не развивать.

— Только в определённых областях, — успокоил директор. — Зелья вполне безопасны. Волшебная палочка для них почти не нужна. И предмет вы знаете хорошо.

— В рамках школьной программы я знаю все предметы. От полётов на мётлах до нумерологии, — похвастался Северус. — Пожалуйста, не ограничивайте свою фантазию.

— Преподаватели по этим дисциплинам у нас имеются, — сообщил Дамблдор, продолжая перебирать письма. — У меня вызывают беспокойства только зелья. Да ещё прорицание. Но профессор Трелони — особый случай.

Северус мгновенно помрачнел.

— Боитесь, что она вспомнит лишнее?

— Боюсь, что не найду более талантливого прорицателя, — безнадёжно вздохнул директор.

— А ЗОТИ? — невинно удивился Северус. — Разве в прошлом году вы не потеряли преподавателя?

— Как ни парадоксально, на эту должность стоит очередь из желающих, — улыбнулся Дамблдор.

— Все способнее меня? — Северус всеми силами старался сдержать иронию. — Надеюсь, конкурс ещё идёт? Дело в том, что я не решался явиться к вам с пустыми руками. Никогда не верил в благотворительность.

Дамблдор отложил письма и поглядел на него с проблеском интереса.

— Вы намерены получить желаемое место в обмен на что-то?

Заманчивая идея, что и говорить!

— Нет, — хмуро ответил Северус. — Я не сомневаюсь в вашей неподкупности, поэтому дождусь честной победы. Неважно, сколько смельчаков сложат голову на этой проклятой вакансии. Но если придётся работать вместе, мне не обойтись без вашего доверия.

Дамблдор был само терпение.

— Что же вы намерены мне доверить?

— Секрет бессмертия Тёмного Лорда.

— Ни много ни мало?

— Мало не покажется, уверяю вас, — Северус с мрачной улыбкой протянул ему ещё один свиток. — Но если этого много, только скажите. Я буду счастлив не вдаваться в подробности.

Директор с заметной неохотой развернул пергамент. Около минуты тишину нарушал только шорох перебираемых фениксом ореховых скорлупок. Потом хозяин кабинета отложил послание и задумчиво потёр лоб.

— Видимо, Регулус Блэк всё же погиб, — удручённо заключил Дамблдор. — Жаль. И жаль, что он не обратился ко мне.

Северус сообразил, что задерживал дыхание, и осторожно втянул носом словно бы загустевший воздух. Кроме привычных ароматов — осенних трав, древних книг, горького шоколада — он различил ни на что непохожее дуновение опасности. Острое, как запах озона перед грозой, но пока ещё слабо уловимое. Наверняка Дамблдор ощутил то же. Нюх на такие моменты у директора был непревзойдённый.

— Я так понимаю, он хотел обратился, — Северус кивнул на письмо, чуть подавившись воздухом. — Так утверждал Каркаров — редкий специалист в области допросов.

Дамблдор поморщился, ещё раз проглядел пергамент и обратил его в пепел.

— Не подделка, — пробормотал он, глядя, как завивается дым, наполняя комнату тем самым тревожным запахом. — Я подозревал, что Том совершил очередное безумие, но боялся поверить. И что же, Игорь теперь наш союзник?

— Не совсем, — Северус машинально потёр горло на месте жабр. — Каркаров до смерти боится возвращения Тёмного Лорда и не кажет нос из Дурмстранга. На сторону Ордена он не встанет. Но подозревает, что я на стороне Ордена. Потому что помнит, какие имена называл в Визенгамоте.

Северус каждую секунду ожидал легилименции, но Дамблдор довольствовался проницательным взглядом.

— Поэтому Каркаров вручил вам письмо младшего Блэка? — предположил он спокойно.

Северус сдержанно усмехнулся:

— Игорь не знал, как избавиться от письма. Боялся держать при себе и уничтожить боялся. Согласился отдать только в обмен на Обливиэйт.

— Понимаю, — коротко кивнул директор. — Опасно владеть главным секретом Волдеморта, так что меньше думайте об откровениях Каркарова.

— По-вашему это возможно? — растерялся Северус.

— Это необходимо, — уточнил директор с легчайшим нажимом. — Я благодарен вам за старания, Северус. Но от крестража вам надо держаться подальше. Очень надеюсь, что мы обойдёмся без чар забвения.

Северус прикусил изнутри щёку, чтобы не сбиться с тона.

— Не хотите, чтобы я приближался к тёмным артефактам? — спросил он после короткой паузы.

— Возможно, вам ещё предстоит приблизиться к Реддлу. Довольно будет и этого.

Дамблдор выдвинул ящик стола, чтобы убрать рекомендательные письма из Дурмстранга. Из ящика бодро выскочила шоколадная лягушка и запрыгала по бумагам. Возможно, этот фокус нужен был, чтобы дать Северусу время привыкнуть к новым обстоятельствам. Но Северус предпочёл сделать вид, что не услышал ничего особенного.

— Столь специфические услуги потребуются от меня, если Тёмный Лорд вернётся, — произнёс он чуть глуше обычного. — Но этого не произойдёт, если уничтожить его крестраж.

— Который может оказаться выдумкой и западнёй, — оговорился директор, разглядывая лягушку. — Угощайтесь, если угодно.

— Благодарю, сэр, я недавно завтракал.

— В таком случае, пусть пока поживёт, — Дамблдор ловко накрыл скачущую шоколадку картонной коробкой и спихнул коробку обратно в ящик.

— Даже если всё в письме — правда, мы не знаем, сколько всего крестражей, где они и как их убить, — пояснил он, с видимым нежеланием вернувшись к прежней теме.

— Я надеялся, что вам известен способ! — вырвалось у Северуса.

— Откуда? — удивился Дамблдор. — Подозреваю, что доселе никто не пытался уничтожить хотя бы один такой артефакт. Не исключено, что это невозможно в принципе. Или очень опасно. Я постараюсь не допустить возвращение Волдеморта, но на это могут уйти годы. А пока советую вам набираться сил. И готовиться к худшему.

— К заботе о Гарри Поттере? — растрогался Северус.

— Отрадно, что это в первую очередь пришло вам в голову, — обрадовался директор. — Действительно, никто не справится с его защитой лучше.

— Я в этом не уверен, — кисло пробормотал Северус.

Про крестражи было интереснее. И про ЗОТИ.

— Я тоже не был уверен, — по секрету признался Дамблдор. — Но вы неплохо показали себя в Коукворте. Хотите вы того или нет, но между вами и Гарри установилась духовная связь. Это ценнее многих умений.

— Не знаю, о какой связи идёт речь, — недоумённо пробормотал Северус. — Если о той, которой могут воспользоваться Пожиратели Смерти, тут мне возразить нечего.

— Это действительно непростой вопрос, — директор мгновенно посерьёзнел. — Многие Пожиратели до сих пор на свободе и представляют опасность. Я говорю не только о Гарри Поттере. У вас ведь есть близкие люди? Так как вы теперь на стороне Ордена, мы обеспечим их защиту.

— А если я не встану на вашу сторону, то чёрт с ними? — не сдержался Северус. — Пожалуй, я предпочту целибат. Чтобы минимизировать риски.

— Ваше право, — Дамблдор и глазом не моргнул. — В конце концов, война не вечна. Но, так или иначе, у вас остаются отец и мать. Насколько я помню.

Северус слушал и разглядывал витражи, нервно постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Должно быть, нарезной львиной голове сохранились следы его ногтей. С прошлого посещения.

— Ваша память лучше, чем моя, — произнёс он отрывисто. — На первом курсе я ответил бы точнее, но тогда меня как-то не спрашивали... Объясню один раз, господин директор, и повторяться не стану. У меня нет семьи. И не будет, — Северус попытался сменить тон на менее резкий, но от этого голос сел до хрипа. — Отец не выходит из запоя со дня моего рождения. Если Волдеморт сможет что-либо из него вытрясти, то совершит беспрецедентное чудо. А если убьёт, то сделает мне одолжение. Мать я не видел лет... шесть, — подсчитал он, продолжая любоваться цветными стёклами. — Сколько себя помню, она была не в себе и обожала бродяжить. Если вы её отыщете, это станет ещё одним чудом. Но я бы не советовал. У меня нет желания оплачивать пребывание матушки в отделении умалишённых.

— Так или иначе, моё предложение остаётся в силе, — пообещал Дамблдор, терпеливо выслушав.

— Благодарю вас, — скупо кивнул Северус. — Могу я ещё кое-что уточнить? Раз уж мы заговорили о защите. Верно ли я понял, что вы позволили перевезти Избранного в Коукворт, чтобы повлиять на меня?

Дамблдор поглядел с изумлением. Рыбка на отвороте его рукава выскочила из воды и снова ушла в серебристую глубину.

— Северус, я, безусловно, ценю вас, — мягко начал директор. — Но всему есть пределы. В первую очередь меня тревожила безопасность ребёнка. Но я считаю, вам полезно было с ним познакомиться. И понять, что он действительно в опасности. Каждодневно. Теперь наиболее ревностные охотники за Гарри отправлены в Азкабан, и не без вашей помощи. На некоторое время страсти утихнут, но борьба за мальчика только началась.

— А он уже успел поработать наживкой, — Северуса слегка передёрнуло. — А если бы Пожиратели добрались до Избранного?

— Дом Эвансов находился под магической защитой, — рассудительно напомнил Дамблдор. — Авроры были предупреждены, что может понадобиться их помощь, но у авроров много других дел. Поэтому я отобрал нескольких членов Ордена Феникса, чтобы приглядывать за Гарри. К сожалению, членов Ордена осталось совсем немного. Буду рад, если вы предложите свои идеи.

— Я? — опешил Северус. — Я даже не знаю, как работает магия крови, которая прикрывает Поттера!

— Этого никто точно не знает, — Дамблдор был непревзойдённым мастером обтекаемых ответов. — Но те, кто желает зла мальчику, и в первую очередь Волдеморт, не смогут проникнуть в дом Гарри. Пока там живёт сестра его матери.

— Ничего, Тёмный Лорд подождёт мальчишку на крыльце школы, — мрачно предположил Северус. — Для поимки одного ребёнка можно и маггла нанять.

— Вы много об этом думали, как я вижу.

Интонацию директора разгадать не удалось, и Северус натянуто усмехнулся:

— Не много. Просто я быстро думаю. Будет здорово, если сын Джеймса Поттера походит в обносках и не унаследует от папаши звёздную болезнь. Но Избранный — наша единственная надежда, если я ничего не путаю. А вдруг его сшибёт трамвай? Без злого умысла. Тогда Защита подействует?

На лице Дамблдора проступило сочувствие.

— Вряд ли трамвай сможет причинить вред Гарри, — произнёс он успокаивающе.

Северус нетерпеливо тряхнул головой:

— Вы понимаете, о чём я! Однажды я сделал выбор, который привёл к гибели Лили. Теперь боюсь сделать выбор, который приведёт к гибели её сына. Вы спрашивали, что я думаю? — он невольно подался вперёд. — Я не вижу смысла в том, чтобы растить волшебника, как маггла. Хотите, чтобы я охранял Поттера? Прекрасно. Но под Фиделиусом и на другом конце света. По-другому я уже пробовал. Но я только становлюсь лишней приманкой для Пожирателей.

— Преподавая в Хогвартсе, вы этого избежите, — теперь сочувствие угадывалось и в голосе директора.

— Если Избранный доживёт до Хогвартса, — сердито прошипел Северус.

Глаза Дамблдора едва заметно блеснули.

— Допустим, перед вами поставили бы задачу сделать так, чтобы Гарри не выжил. Как бы вы поступили?

— Убил бы Петунию Дурсль, — без запинки ответил Северус. — Или тогда Защита перекинется на её сына?

— Н-нет. Разве что после его совершеннолетия, — предположил Дамблдор, немного помолчав. — Но Гарри и его кузен почти ровесники... Будь у Лили родственники среди магов, Защита сперва перешла бы на них. Но в создавшейся ситуации мы при всём желании не поменяем защитника. Всё, что я могу сделать — это охранять Гарри по мере сил. И беречь Петунию.

— Остаётся только поверить, — хмуро бросил Северус. — Иначе я не решусь на то, что вы мне готовите.

Взгляд Дамблдора был полон печали.

— Надеюсь, спасённые жизни послужат вам утешением.

— Не послужат, — разочаровал его Северус. — Я готов участвовать в судьбе Гарри Поттера, но все прочие пусть спасаются сами. Разучивают окклюменцию и отправляются шпионами к Темному Лорду. А я открою в Конго приют для бедных сирот и назову его в честь Лили. Тем и утешусь.

— Одно другому не мешает, — улыбнулся директор.

— Помешает, — ни на секунду не усомнился Северус. — Когда Тёмный Лорд меня раскусит. Порученная вами работа ставит крест на всех прочих начинаниях. Я останусь в Хогвартсе, если вы позволите. Но только из-за мальчика. Не потому что я считаю преподавание зелий пределом своих возможностей. И не потому что целиком разделяю ваши убеждения.

Дамблдор с облегчением выдохнул.

— На другое я и не надеялся. Но я рад, что вы начали сознавать: есть дела поважнее личных амбиций.

— Мне известно ваше ко мне отношение, но дело есть дело, — понимающе усмехнулся Северус. — Пока оно нас объединяет. Возможно, Тёмный Лорд вернётся. Возможно, мне удастся к нему приблизиться. Но чем выше я смогу забраться, тем дороже вам будет стоить обман. Я предам вас, Альбус. В любой момент. Если замечу, что вы не столько защищаете Гарри Поттера, сколько используете в своей великой борьбе. Как это и было с его матерью.

— Лили сама сделала выбор, — тихо сообщил директор.

Северус недобро сверкнул глазами.

— И её сын сделает, не сомневаюсь. После того, как пару часов послушает вас, сидя в этом кресле. Можете держать меня под рукой, раз я вам нужен. Но я буду следить за вами.

Если бы глава Ордена немедленно выставил его из кабинета, Северус нисколько не удивился бы. Какая-то часть его души даже хотела этого.

— Я счастлив, что вы так хорошо понимаете свою задачу, — потеплел Дамблдор. — Это и означает охранять мальчика. Очень прошу, Северус, напоминайте мне почаще о сегодняшнем разговоре. Под старость я действительно стал чересчур прагматичен. Моя давняя тяга манипулировать людьми для их же блага может в конечном итоге увести меня не туда. Надеюсь, что в любое время дня и ночи вы с готовностью напомните мне, что я не величайший мудрец и непревзойдённый чародей, а старый одинокий чудак, который лишь пытается по мере сил приносить пользу.

Северус весело откинулся на спинку кресла.

— Вы неподражаемы, сэр, — сказал он от сердца. — Вам просто нет равных.

— Так вы считаете, мне имеет смысл рискнуть? — пытливо спросил директор. — Ввязаться во всё на склоне лет, да ещё приблизить вас на расстояние прямого удара? Ведь действительно, никто не знает, как оно сложится с маленьким Поттером. С другой стороны, не убьёте же вы меня, в самом деле! — прибавил он задумчиво. — А польза от вас ещё будет, в это я верю. Многие считают, что я впадаю в маразм. Но вам далеко до такой напасти, вот и ответьте, стоит ли иметь с вами дело?

Северус отбросил от лица волосы. Подумал пару секунд, машинально водя пальцем по нижней губе.

— А как иначе вы заставите меня молчать о крестражах? — спросил он с усмешкой. — Убьёте? И как мы тогда победим?  

Конец 1 части