Последний Феникс (джен)

В коридоре Гермиона схватила его за локоть.

— Время отвечать на вопросы, милый мой!

Гарри перехватил её руку и, приобняв за плечи, ответил:

— Ну так пойдём и сделаем это, милая моя!

— Ты просто невыносим, — фыркнула она и вывернулась из-под его руки.

— Тогда иди к мужу, — пожал плечами Гарри.

— Не отвертишься! — заявила Гермиона и направилась в библиотеку.

— И я после этого невыносим… — покачал головой Гарри и двинулся следом.

— Ты хочешь мне сказать, что на этих картах отмечены источники первородной магии? — Гермиона изучала стену библиотеки, которую Гарри очистил от украшавших её гобеленов и прикрепил несколько карт — мира, Европы, Северной Америки, Британии и Лондона. На них яркими красными огоньками горели десятки точек.

— Да, но данные из этих книг вряд ли актуальны, и нигде не описано, насколько сильны эти источники. Например, вот этот, — он указал на точку рядом с Каскадными горами, — находится в трёх километрах от моего дома, где я провёл десять лет, семь из которых приглядывал за ним. Он сдерживается ведьминым кругом, но всё равно в радиусе километра колдовать невозможно. Одного парня, который решил туда сунуться, порвало в клочья, в пыль…

Гермиона сглотнула, звучало жутко.

— Вдобавок у меня нет ничего на счёт других континентов, — Гарри показал на карту мира, где Африка, Австралия, Океания и Япония не имели огоньков, — вряд ли там нет таких источников. Но, Гермиона, это вообще не самое интересное!

Гермиона удивлённо на него посмотрела, куда уж интереснее. Гарри взмахнул палочкой, и на картах появилось два десятка оранжевых огоньков, расположившихся аккурат рядом с красными, и ещё три в не отмеченных местах.

— Что это? — прошептала Гермиона.

— Тедди прислал мне открытки, которые получал от Алекса, — ответил Гарри, — я отметил те места, откуда они пришли. Не наблюдаешь взаимосвязи?

— Он был в тех местах, где обнаружены источники магии… — прошептала она.

— Именно. Поэтому я думаю, что нам надо закончить расшифровку дневника. Вероятно, там есть ещё сведения. И успеть сделать это до середины октября.

— Почему именно до середины октября? — недоуменно спросила Гермиона.

— Одно слово. Самайн, — Гарри призвал со стола и прикрепил к стене рядом с картами круглую схему, — Круг года, Гермиона. Ближайший из дней, которые мы с тобой обозначили как время наиболее выраженной восприимчивости или проводимости магии. Есть, конечно, ещё Мабон — осеннее равноденствие, но Самайн сильнее. Сочетание времени и места, понимаешь?

— Понимаю, — серьёзно ответила Гермиона, — в Самайн объекты природы и сами волшебники легче воспринимают и проводят магию. Хорошо. Есть источники силы, их много, они разные. Допустим, что в дни кельтского круга года эти источники обладают наибольшей мощью. Но зачем нам с тобой так торопиться? Что именно мы должны успеть сделать?

— Тебе не понравится, — помрачнел Поттер, — из всего того, что я перечитал, — он обвёл рукой стопки книг, лежавшие на нескольких столах, — я нашёл одно-единственное упоминание о трансфигурации магии и, — он поднял руку, чтобы не дать Гермионе возразить, — второе описано в дневнике. Всё просто. Трансфигурировать магию, саму энергию, может только более сильная магия. Сложность только в том, что её надо как-то направить, подчинить воле волшебника, укротить, обуздать… взять под контроль. Как, например, сделали создатели Хогвартса.

— Гарри… я не понимаю, зачем вообще надо трансфигурировать магию, если это вообще возможно. Зачем? Как? Во что? Энергию… в материю? — Гермиона устало потёрла переносицу.

— Вот это-то как раз и мучает меня третий день, и с каждым часом всё больше. Скажи мне, Гермиона, Алекс был похож на сумасшедшего? Высказывал ли какие-либо… неординарные идеи? — Гарри внимательно посмотрел Гермионе в глаза.

— Тот Алекс, которого знала я, был совершенно адекватным и очень умным, он не был похож ни на сумасшедшего, ни на кретина, — уверенно ответила она.

— Лучше бы был похож, — устало вздохнул Гарри и призвал дневник, — у меня с рунами хуже, чем у тебя, но с толкователем справляюсь. Читай вот этот кусок.

Гермиона взяла дневник Александра в руки и посмотрела на страницу, на которую указывал Гарри. Её взгляд заскользил по строчкам, и с каждым словом брови поднимались всё выше.

— Мерлин всемогущий… — прошептала она и воззрилась на Поттера.

— Словарь нужен?

— Нет, — она сглотнула, — Гарри, какое такое живое немагическое вместилище он имеет в виду?

— Я боюсь, Гермиона, что человека, — спокойно ответил он.

— Думаешь, он описывает направление магии из источника на волшебника…

— Немагическое, Гермиона, немагическое вместилище. И, судя по всему, именно человек.

— Но волшебник…

— Разве люди бывают только волшебниками? — прошипел Гарри, опираясь обеими руками на стол, — ты спросила, чем я тут занимался, я тебе отвечаю. Речь здесь идёт о направлении трансфигурированной энергии в маглов.

Повисла тишина. Бледная как мел Гермиона, не способная вымолвить ни слова, сползла в ближайшее кресло.

— Я задам вопрос ещё раз, — спокойно, но холодно произнёс Гарри, — был ли Александр в своём уме? Потому что если был, то описанное здесь чудовищно.

— Но Гарри, — Гермиона говорила шёпотом, и её голос дрожал, — это же… невозможно?

— Ты мне скажи, — воззрился на неё Гарри, — я думаю, что возможно. Нужен только действительно могущественный волшебник и проводник, способный не просто направить магию в… во вместилище, но и изменить её, саму энергию, таким образом, чтобы она не разрушила вместилище, но наполнила его и сохранилась в нём.

— Гарри… — прохрипела Гермиона и сглотнула ком в горле, — наполнить магла магией, чтобы…

— Чтобы сделать из него волшебника, Гермиона, — громче, чем следовало, чётко и строго закончил за неё Гарри, — здесь надо закончить перевод, я не успел.

Гермиона закрыла глаза. Всё это была чистейшая чушь. Невыносимая ерунда. Ненаучный бред. Абсолютный абсурд.

Часы на каминной полке пробили полночь. Гермиона встрепенулась, открыла глаза и потёрла лицо ладонями.

— Допустим, — тихо сказала она, — допустим, что это действительно возможно. Допустим, исследования Алекса действительно были посвящены вопросам превращения всех людей мира в волшебников, — от этой мысли её пробрала дрожь, — звучит ужасно, но чисто гипотетически… пусть возможно. Но это же просто рассуждения. Исследование теоретическое. Да, они изучали природу магии, её возможности, способность волшебника контролировать её и подчинять. Теоретические исследования и мысленные эксперименты не запрещены.

Гарри молча смотрел на неё почти минуту, потом хрипло спросил:

— Что ты знаешь об экспериментах в Отделе Тайн?

Она не ответила.

— Бывают ли такие мысленные эксперименты, в результате которых двух молодых и сильных волшебников испарило в такие мелкие частицы, что их родителям нечего было похоронить? — голос Гарри звучал приглушённо и зловеще, — есть ещё кое-что, что тебе… не понравится.

Гермиона молча подняла на него покрасневшие глаза, полные слёз. Гарри подошёл к стене с картами и указал на карту Лондона, в самом центре на пересечении Хорс-Гардс-авеню и Уайтхолл горел красный огонёк.

— Я нашёл эти координаты в древних свитках, они не датированы, но, судя по всему, они принадлежат к временам до нашей эры. Удивительное всё же место эта библиотека, что только не собирали Блэки, — он сделал паузу, — что здесь, Гермиона? Что находится здесь, в самом центре Лондона? — в тишине библиотеки еле слышный голос Гарри звучал в ушах Гермионы колокольным звоном.

— Министерство магии, — выдохнула она.

— Министерство магии, — глухо повторил Гарри, — в этой библиотеке нет ничего, касающегося истории Министерства. Есть доисторические свитки, средневековые трактаты о тёмнейших искусствах, подшивки газет за всю вторую половину двадцатого века, но нет ничего об истории Министерства. Ни-че-го. Существуют ли вообще такие книги?

— Я не видела, — прошептала Гермиона, не отрывая взгляда от карты города. Других точек, кроме той, что пульсировала на месте положения Министерства магии Британии, не было.

— Гарри! — воскликнула она, — если в Министерстве, допустим даже в Отделе Тайн, есть такой источник, зачем же они объездили весь мир в поисках других? Мы с тобой были в этом отделе! Разных невероятных вещей там хватает, одна только Арка, в которую упал Сириус, чего стоит. Может быть и такое, что весь отдел построен вокруг этого источника…

— И всё Министерство вокруг Отдела Тайн, — шёпотом закончил Гарри, — подумай, как расположены другие отделы Министерства относительно Отдела Тайн? Он глубже всех и находится в самом центре. Что же касается исследований других источников… есть несколько версий. Могли изучать природу их поведения для сравнения, подтверждать и опровергать какие-то гипотезы, проводить измерения… много чего.

— Допустим, — звонко произнесла Гермиона в который раз за вечер, её настроение из подавленного становилось истеричным, — допустим!!! Но причём тут мы? При чём тут середина октября? Что ты хочешь сделать? Что мы вообще можем сделать? Зачем?!

— Та часть дневника, которая написана на огамическом письме и посвящена времени, содержит ещё одну любопытную информацию, — спокойно произнёс Гарри.

— Ещё информацию?! — Гермиона расхохоталась как сумасшедшая, — Мерлин… Гарри, ты пять дней жил с этим знанием и не спятил? Почему ты сразу не сказал мне?!

— Во-первых, последнее я перевёл сегодня утром, во-вторых, малодушно надеялся услышать от тебя что-то вроде: «Жизнь Джинни и Алекса была полна невзгод и утрат, в итоге они потеряли рассудок и несли околесицу двадцать четыре часа в сутки», — Гарри продолжал говорить спокойно, но голос начинал предательски дрожать.

— Может быть, ты и прав! Джинни на её веку хватило душевных потрясений, возможно, она спятила, и нам стоило сдать её в Мунго! Но! Совершенно ничего подобного я не могу сказать об Александре. В детстве он не был лишён внимания и любви близких, хорошо учился в школе, играл в квиддич, у него были друзья, он женился на любимой женщине и стал совершенно счастливым отцом. В какой момент времени он решил, что можно пропустить через магла заряд чистой магии и не уничтожить его, я не знаю. Не знаю!!!

Повисла тишина. Гермиона рвано дышала. Ей было страшно. Сама идея обращения магла в волшебника ужасала её. Неужели такие безумные идеи родились в голове их с Роном племянника, её крёстного сына?

— Тридцать первое октября этого года будет полнолуние,⁽¹⁾ — нарушил тишину Гарри, — времени сильнее, чем пятнадцатые лунные сутки, пришедшиеся на Самайн, не найти. Знаешь, когда ещё полнолуние выпало на один из дней круга года? Двадцать второе декабря две тысячи тридцать седьмого, на Йоль.⁽²⁾

— День смерти Алекса и Мари, — всхлипнула Гермиона, — но почему именно этот год? Почему сейчас?

— Пока не могу тебе сказать, не потому что не хочу, а потому что сам не до конца разобрался, — Гарри опустился на стул, снял очки, упёр руки локтями в колени и спрятал лицо в ладонях.

Гермиона была в шаге от того, чтобы рассмеяться или разрыдаться, она дрожала, сердце бешено билось, будто хотело вырваться из груди.

— Может быть, это не Джинни и Алекс, а мы с тобой сошли с ума, — спросил Гарри, не отнимая рук от лица, — оба разом рехнулись, надышались дыма, когда проводили ритуал.

— Может быть! — почти взвизгнула она, — а может быть, вы с Джинни душевнобольны, и это передалось по наследству несчастному мальчику. А может быть, спятила я и утром проснусь, а это всё жуткий кошмар!!!

Гарри хмыкнул.

— И в какой же момент начался твой кошмар? Когда ты хочешь проснуться? В десять лет, пока не получила письмо из Хогвартса? Проще говоря, пока не познакомилась со мной, — он говорил ровно и тихо, — если бы Шляпа распределила тебя на Когтевран? Рон бы тебя не обидел, и ты не застряла бы в туалете с тем троллем? Твоя жизнь была бы проще, без моего в ней участия.

Гермиона замерла. Гнев и раздражение постепенно сходили на нет, уступая место пустоте. По сути, конечно, Гарри был прав. Все злоключения её юности были связаны с её решением дружить с ним. Это был её выбор. Жалела ли она о нём?

— Нет, Гарри, — неожиданно твёрдо и спокойно сказала она, от истерики не осталось и следа, — проще не была бы. И я ни разу в жизни не пожалела о том, что произошло. С одиннадцати лет вы с Роном — мои самые близкие люди, и ты не переставал быть моим другом ни на секунду с тех самых пор, как вы спасли меня от того тролля. Мы опять влипли в неприятную и тёмную историю, это правда, но вряд ли это хуже того, через что мы уже прошли. Вряд ли хуже войны.

Гарри молчал. Конечно, ему были приятны её слова, но они не отменяли того факта, что он был прав. Он принёс несчастье всем, начиная со своих родителей и заканчивая Джинни. Его жизнь была совершенно бессмысленной чередой ошибок и трагичных совпадений. У него не получилось создать семью, которую он всегда так хотел, результаты его многолетних трудов рассыпались в прах. Единственным полезным его достижением было свержение Волан-де-Морта, но сколько действительно именно его заслуги в этом? Его чествовали как героя, не думая, что он не заслужил эти лавры единолично, что ему помогали, его направляли, его, в конце концов, просто использовали, отправляя на верную смерть. Может быть, оказавшись тогда на Кингс-Кросс после смертельного заклятия в Запретном лесу, он зря выбрал возвращение к жизни? Что если такая жизнь, отобранная у Смерти, априори не могла быть счастливой? Но теперь он нужен был Артуру, который оказался в опасности из-за их с Джинни ошибки. Ошибки ли? Вечный океан вины, в котором он обречён тонуть до последнего вздоха, накрыл Гарри с головой. Но пока он ещё дышит, надо продолжать сражаться. Это единственное, что он умел.

Погрузившись в свои терзающие размышления, разъедающие его изнутри последние пятьдесят лет, Гарри не заметил, как Гермиона подвинула свой стул к нему и крепко его обняла. Она была готова разделить с ним и эту непомерную ношу, его самый лучший друг Гермиона. Ему определённо было за кого сражаться. Снова. Он ответил на её объятие и прошептал:

— Мы можем остановить что-то ужасное, каким бы безумным оно нам ни казалось. Мы должны это сделать, чтобы наши внуки жили свою долгую и счастливую жизнь.

— Ты снова готов жертвовать собой ради других, — грустно усмехнулась Гермиона.

Гарри отстранился и посмотрел Гермионе в глаза.

— Для меня уже всё кончено, а вы нужны своим детям.

— Ты нужен Артуру, — твёрдо ответила она.

— Возможно, только вот сам Артур об этом не знает, — он на мгновение закрыл глаза и снова стал серьёзен и сосредоточен, — наша драматическая пауза затянулась и ничем не помогла продвинуться в поисках решения возникшей задачи. У меня последний вопрос к тебе на сегодня. Кто стоял во главе Отдела Тайн в две тысячи тридцать седьмом году?

Гермиона широко распахнула глаза и дрогнувшим голосом ответила:

— Эмералд Гренн.

* * *

Ровно в девять утра Лиза стояла с чемоданом и огромной вазой со своими орхидеями. Гарри вышел к ней одетый как при их походе в Гринготтс, с той лишь разницей, что вместо кофейного цвета мантии был шерстяной пиджак в крупную клетку — воплощение элегантности.

— Есть подозрение, мисс Стейт, что путешествовать с таким габаритным багажом не совсем удобно, — произнес он, внимательно оглядывая девушку.

— Эта композиция, — кряхтя, сказала она, пытаясь перехватить свой аквариум, — не поддаётся чарам уменьшения, я всё перепробовала!

— Вы пробовали достать цветы из вазы? — спросил Гарри.

— Нет, как же они без воды? — ответила Лиза.

— Ваза, которую для Вас наколдовал вчера мистер Уизли, создана магически, другими словами, трансфигурирована из воздуха. Цветы же настоящие, живые, вдобавок обладающие собственной магией. Вы же пытаетесь наложить на всю композицию разом одно заклинание, хотя природа её компонентов разная. Достаньте цветы из воды и попробуйте ещё раз, — спокойно объяснил ей Гарри.

Лиза достала букет из вазы, и та исчезла.

— Редуцио, — произнесла она, направив на букет палочку. Мгновение — и цветы приняли размер обычного букета, который она могла обхватить одной рукой.

— Ещё раз, — сказал Гарри.

— Редуцио, — повторила Лиза, и букет стал размером с её ладонь.

— Вы будете дома примерно часа через два, за это время с ними ничего не случится, — кивнул Поттер, — готовы?

— Готова! — ответила Лиза, прикрепив букетик к мантии как бутоньерку.

Гарри повёл палочкой перед лицом и поменял внешность. Он снова выглядел как в день похода в Гринготтс.

Они вышли на крыльцо, Лиза взяла Гарри за руку, хотела оглянуться на дом на прощание, но не успела, Гарри трансгрессировал и увлёк её за собой в темноту.

Гарри и Лиза возникли в небольшом переулке недалеко от Трафальгарской площади — лучший ориентир для американского аврора, который прибыл порталом к Министерству магии. Туда Гарри решил не ходить и предложил встретиться здесь.

К ним шёл мужчина в строгом чёрном костюме, Гарри узнал в нём аврора Гэллуэя, с которым пару дней назад общался по сквозному зеркалу.

— Доброе утро, мистер Блэквуд! — поздоровался Гэллуэй, — мисс Стейт.

Гэллуэй пожал Гарри руку и продолжил.

— Мисс Стейт, у меня с собой два портала, активировав которые мы с Вами переместимся в здание Конгресса в Вашингтоне, в отдел магического транспорта, — произнёс он.

У Гарри внутри шевельнулось сомнение, голос был похож на тот, который он слышал в зеркале, но что-то отличалось. Гэллуэй уже взял в руки чемодан Лизы и протягивал ей наручные часы, когда Поттер незаметно дотронулся до своих заколдованных на невидимость очков.

— Мисс Стейт, нет! — ледяным голосом произнес он, — Ревелио! — он направил палочку на Гэллуэя, чары иллюзии развеялись, и перед ними оказался совсем другой человек.

Он не был готов к тому, что его могут раскрыть, мгновенно достал палочку и послал в Гарри невербальное заклинание. Сиреневый луч ударился о мощные щитовые чары Поттера, отскочил и попал в стену за подставным аврором. Гарри разозлился, из его горла вырвался звериный рык, он отбил ещё несколько заклинаний, прикрывая и Лизу. Она сначала растерялась, но через мгновение тоже достала палочку и отправила несколько оглушающих заклинаний в нападавшего.

Воспользовавшись тем, что лже-аврор отвлёкся на девушку, Гарри повёл палочкой над головой, накладывая антитрансгрессионный купол.

— Достаточно, — прошипел он. Чары иллюзии спали. Гарри с силой резко разрезал палочкой воздух, от удара Лизу и нападавшего откинуло в разные стороны. Ещё три коротких движения — и потерявший концентрацию мужчина, изображавший Гэллуэя, сидел у стены, связанный по рукам и ногам тонкой серебристой верёвкой. Его палочка скрылась в недрах кармана плаща Гарри.

— Кто это? — воскликнула Лиза, убирая с вспотевшего лба прилипшие пряди волос. Её магия почти восстановилась, но такой бой дался ей нелегко.

— Понятия не имею, — сквозь сжатые зубы ледяным голосом произнес Гарри, — кто-то, кто не желает Вам добра.

Он достал сквозное зеркало и чётко произнёс:

— Чарльз Мэллоун!

На стекле возникло изображение заспанного директора Академии Аврората.

— Эван, чёрт тебя дери, ты вообще знаешь, сколько времени?!

— Около пяти утра, полагаю, — плохо скрывая ярость, ответил Гарри.

Услышав его тон, Мэллоун окончательно проснулся.

— Ну, что там ещё у тебя! — недовольно пробурчал он, — ты хотел, чтобы забрали Стейт, я отправил к вам…

— Кого?! — зарычал Поттер, — кого ты к нам отправил, Чарли?! Посмотри! — Гарри перевёл зеркало на нападавшего, яростно взирающего на них исподлобья.

— Кто это? — спросил Мэллоун.

— Ты мне скажи! Он явился к нам под иллюзией, изображая Гэллуэя, при этом он знал наши имена, место, время и цель встречи. Скажи мне, Чарльз, ты давно проводил дезинсекцию в своём офисе?! Кто ещё мог знать о нашем разговоре? Кому Гэллуэй мог рассказать?

Мэллоун в зеркале побледнел.

— Твою же мать, Эван! Ты думаешь, что он слил кому-то информацию? Ничерта подобного, Гэллуэй не сделал бы такого, я знал, кого отправлял к тебе!

— Чарльз! Тебе известно, где сейчас находится аврор Гэллуэй? — строго и холодно спросил его Гарри голосом руководителя Аврората.

— Предполагалось, что он в Лондоне! — Мэллоун тоже разозлился, — хочешь сказать, из-за этой твоей выходки с порталом мы потеряли одного из лучших сотрудников?

— Из-за моей выходки? — прошипел Гарри, — у тебя в офисе завелись паразиты, Чарли!

— Так, — ни разу не уступающим Гарри голосом сказал Мэллоун, — отправляй мисс Стейт с этим чучелом в Вашингтон, я сейчас прибуду и разберусь с обоими!

— Эти порталы не приведут в Вашингтон, — уже более спокойно сказал Гарри, — понятия не имею, куда они зачарованы, но это можно узнать. Отрывай свой старый зад от кровати и ищи Гэллуэя! И проверь каждый долбаный дюйм своего кабинета! Сколько уже информации могло быть слито, Гриндилоу знает куда?!

Мэллоун одарил Гарри испепеляющим взглядом и отключился.

Лиза стояла ни жива ни мертва. В ярости Гарри пугал её.

— Сейчас, мисс Стейт, мы с Вами совершим преступление, — тихо произнёс Гарри, убирая зеркало в карман, — Вы, конечно, можете сдать меня миссис Грейнджер-Уизли, но от того, что я окажусь в Азкабане, толку никому не будет.

Девушка испугалась, неужели он убьёт нападавшего прямо в этом переулке.

— Я не скажу, конечно, — прошептала она.

Гарри хмыкнул, хороша стража закона и порядка, готова покрывать преступника. Он сел на корточки напротив нападавшего, который не мог ничего, кроме как прожигать его взглядом.

— Ну, давайте побеседуем, юноша.

Юноше на вид было лет сорок, длинные грязные каштановые волосы падали на лицо, касаясь неопрятной щетины.

— Диалог у нас с Вами будет простой. Я буду задавать вопросы, а Вы вспоминать ответы. И чем лучше будете вспоминать, тем меньше потом будет болеть голова, — Гарри говорил ровно и спокойно, всем своим видом показывая угрозу.

Человек на земле замотал немытой головой и зажмурился.

— Ну, это Вам ничем не поможет, — тихо произнес Поттер, — Легилименс! — он закрыл глаза и сосредоточился на воспоминаниях лже-аврора. Сначала ничего не происходило, наконец, поток образов из памяти незнакомца поплыл перед внутренним взором Гарри. Вдруг все воспоминания перегородил образ Ильверморни, Гарри мог видеть только замок и ничего больше.

— Да, господин сведущ в окклюменции, — зловеще ухмыльнулся Поттер, — проверим, насколько искусно. Как Вас зовут?

Ильверморни исчез и появилась седовласая женщина, кричащая через парк мальчишке на качелях: «Дэвид! Дэвид, пора обедать!»

Взрослый Дэвид замотал головой ещё сильнее.

— Что ж, Дэвид, приятно познакомиться, — тихо произнес Гарри, — меня зовут Гарри Поттер, но Вы, вероятно, знаете меня как Эвана Блэквуда, бывшего начальника Аврората США. И мне очень интересно, почему Вы решили, что справитесь со мной и, конечно же, мисс Стейт, в одиночку.

Дэвид в ужасе распахнул свои карие глаза.

— Вам не сказали, к кому именно отправили, — понимающе кивнул Гарри, — следующий вопрос, Дэвид, где аврор Гэллуэй? — Гарри увидел здание Магического Конгресса США и отдел транспорта.

— Благодарю, теперь мы будем знать, где его искать, — снова кивнул Гарри, — кто Вас послал, Дэвид? — Появился образ письма на жёлтом пергаменте с информацией о месте и обстоятельствах похищения мисс Лизы Стейт, письмо было набрано на печатной машинке и не было подписано.

— И Вы, конечно, не знаете, от кого оно, — вздохнул Гарри, — Вы просто инструмент. Вас отправили одного или с напарником? — ещё образ, Дэвид один идёт по коридору отдела транспорта, за окном в конце коридора виден закат.

— Гэллуэй получил порталы вечером, там Вы напали на него и забрали порталы, — глаза Дэвида просто не способны были открыться шире, в них читался неподдельный ужас.

— Но порталы изменили? — продолжил Гарри и увидел образ: Дэвид держит в руках не наручные часы, которые только что хотел предложить Лизе, но напёрсток и миниатюрные маникюрные ножницы, — их не перечаровали, их подменили… где Вы взяли новые порталы? — образ цветочного горшка у окна всё в том же отделе транспорта.

— Цветочный горшок? Фу, как банально и топорно, — Гарри покачал головой, — Вам сообщили, где искать, но Вы не знаете кто. Куда ведут порталы? — снова только образ письма.

— Понятно. Дэвид, Вас использовали как салфетку, кто бы Вас ни отправил ко мне, он знал, что я смогу узнать всё, что Вам известно, поэтому и не сообщил Вам ничего. В том числе, с кем Вам придётся иметь дело. То есть допускал мысль, что Вы будете разоблачены и не сможете оказать сопротивления. Что же Вам обещали за это небольшое приключение? — Гарри увидел зал суда Конгресса и судей, которых было видно с места заключённого.

— Вам обещали свободу в обмен на мисс Стейт, — Гарри не спрашивал, он утверждал, — но зачем она нужна, Вы, конечно, не знаете. Мисс Стейт, — вдруг обратился он к девушке, — как думаете, что ещё мы можем узнать у этого несчастного, чьи жизнь и судьба не стоят и ломаного кната?

Лиза встрепенулась, услышав своё имя.

— Не знаю, Вы сказали, что ему обещали свободу? То есть он преступник? — задумчиво произнесла она.

— Подсудимый, которого некто выпустил из-под стражи, пообещав свободу за Вас. Кто же выпустил Вас, Дэвид? — Гарри увидел не кого-нибудь, а Мэллоуна, который открывает дверь камеры предварительного заключения, — интересно.

Он повернулся к Лизе.

— Выпустивший Дэвида из камеры был в образе директора Мэллоуна. Не могу понять, иллюзия это была или Оборотное зелье, так как вижу только его воспоминания, а он их не отличает. Откуда же Вы знаете чары иллюзии, что смогли так талантливо их наложить? — множество образов разных людей, впускавших Дэвида в свои дома.

— Мисс Стейт, перед нами мошенник. И, судя по всему, именно с помощью иллюзии он обманывал своих жертв. Ну, это не наш профиль, его поймали представители оперативного подразделения ОМП и отправили под суд. Дэвид, — Гарри снова посмотрел на мужчину, тот перестал мотать головой и пытаться закрыть глаза, он был бледнее мела и до чёртиков испуган, — Дэвид, Вы знаете, кто такой Чарльз Мэллоун?

Дэвид помотал головой, и Гарри поверил ему без Легилименции.

— Мисс Стейт, как считаете, что нам с ним делать?

Дэвид зажмурился и снова изо всех сил замотал головой.

— Передать Министерству? — спросила Лиза.

— И это плохая идея, потому что…

— Потому что Вы только что применили к нему Легилименцию без согласия, — поняла свою ошибку девушка, — но если его так оставить, его всё равно обнаружит или магловская полиция, или ОМП.

— И он с радостью расскажет, что на него напали и истязали старик и девчонка, — усмехнулся Гарри, — разорвали на Юнион-Джек, и его, несчастного, конечно, надо отправить домой. В США. Только вот не ясно, каким образом он попал в Британию, верно? В любом случае, нас с Вами он раскроет, этого не хотелось бы. Что нам делать с тобой, Дэвид? Можно превратить тебя в камушек и бросить на дно Темзы.

На глазах Дэвида выступили слёзы.

— Что Вы, не надо! — испуганно воскликнула Лиза.

— Леди заступается за Вас, как мило с её стороны, — оскалился Гарри, — ещё можно обратить Вас в стеклянную бутылку, разбить об асфальт на мелкие кусочки и выкинуть в мусорный бак, и когда чары спадут, всё то кровавое месиво, которое останется от Вас, на обед съедят крысы.

Лиза побледнела. То, о чём говорил Поттер, было ужасно, а он говорил об этом как о прогнозе погоды на завтра. Мужчина на земле, наоборот, покраснел, на белках глаз проступили сосуды, он пытался кричать от ужаса, но заклятие тишины действовало безотказно.

— Мистер Поттер, это… — начала Лиза дрожащим голосом.

— Весьма распространенный способ заметания следов у некоторых преступных элементов, — пожал плечами Гарри, — но надо быть весьма искусным в трансфигурации, иначе дорога оросится кровью раньше, чем кто-либо успеет собрать осколки.

— Но Вы же не хотите так сделать, это чересчур…

— Чересчур вычурно и заметно, — согласился Гарри, — надо выбрать что-то изящнее. Например, обратить его в червя и скормить птицам.

Лизе пришла в голову мысль, что Поттер не будет делать ничего из этого, но хочет вселить в нападавшего ужас. Она решила подыграть.

— Полная трансфигурация — это сложно, можно использовать частичную трансфигурацию и зачаровать его сальные патлы в ядовитых пауков, — голос Лизы звучал уверенно и спокойно.

— Великолепная идея, мисс Стейт! — похвалил её Гарри, — девушка дело говорит, Дэвид. Только леди юна и неопытна, я бы заколдовал другой орган. В какой-нибудь овощ. И скормил бы глизню. Вы знаете, говорят, что чувствительность сохраняется.

Дэвид лишился чувств, упав спиной на стену за ним.

— Думаю, хватит с него, — Гарри встал, его зловещий надсмехающийся тон сменился на привычный спокойный.

— Зачем Вы напугали его до такого состояния? — спросила Лиза.

— Я уже говорил Вам, мисс Стейт, что люди под воздействием сильных эмоций легче поддаются влиянию. Надо иметь железные нервы и сильный рассудок. И уж точно не позволять запугать себя такими глупыми угрозами.

— Я поверила, что Вы хотите скормить его крысам, — тихо сказала она.

— Главное, что поверил он. И, спешу Вас заверить, в Аврорате таким не занимаются. Вот вывести из состояния душевного равновесия — это да, полезный навык. Напугать, разозлить, спровоцировать — значит дезориентировать.

— И что же нам с ним всё-таки делать? — поинтересовалась девушка.

Гарри пожал плечами и хмыкнул.

— Сотрём память и отправим туда, куда ведёт портал. Его там ждут. Причём ждут вместе с Вами, и Вы уже задерживаетесь. И знаете что, — он повернулся к Лизе, — если бы Вы были готовы и достаточно тренированны, нам бы следовало отправить Вас с ним. На разведку. Не знаю, зачем Вы им, но не для того чтобы убить. Иначе этого спектакля не было, был бы зелёный луч и Ваше остывающее тело.

— Но тогда они узнают, что он был раскрыт, — задумчиво произнесла Лиза.

— Но только это. Больше он им ничего не сможет поведать. Главное — стереть только те воспоминания, которые касаются нашей встречи. Он будет помнить, как подошёл к переулку и всё, — серьёзно ответил ей Поттер.

Дэвид пришёл в сознание и оглядел себя в поисках следов трансфигурации и выдохнул, ничего не обнаружив.

— Дэвид, — обратился к нему Гарри, и мужчине пришлось поднять глаза наверх, чтобы посмотреть на Поттера, — сейчас я сниму с Вас заклинание немоты и Вы спокойно, без глупостей, ответите на мои вопросы, согласны?

Дэвид кивнул. Гарри повёл палочкой, и изо рта мужчины вырвался стон.

— Полное имя и дата рождения, — холодно потребовал Гарри.

— Дэвид Митчелл Тодд, тридцатое сентября две тысячи девятого года.

— Откуда Вы?

— Куинси, Иллинойс, — простонал Дэвид.

— Я могу Вам верить, мистер Тодд? — тем же холодным требовательным тоном спросил Гарри.

— Да, — выдохнул тот.

— Хорошо, — согласился Гарри, — теперь, мистер Тодд, слушайте меня внимательно, — он достал палочку и навёл в лицо Дэвиду, тот в испуге застонал, — Вы пришли на место встречи и никого здесь не обнаружили, ждали полчаса, не справились с чарами иллюзии и активировали портал. Повторите.

— Я пришёл на место, никого не было, я подождал и активировал портал, — ничего не выражающим голосом на одной ноте медленно произнёс Дэвид, его взгляд расфокусировался, зрачки скосились на кончик носа.

Гарри вернул ему палочку, положив в карман пиджака. Внимательно осмотрел, отчистил испачканный измятый костюм и убрал следы слёз на щеках Дэвида.

— Что ж, мисс Стейт, здесь нам с Вами больше делать нечего. Забирайте свой чемодан, возвращаемся домой.

Лиза подхватила чемодан, ухватила Гарри за руку, и они трансгрессировали обратно на площадь Гриммо.

-

Артур проснулся в смятой постели, за окном ярко светило солнце, будильник на тумбочке показывал без десяти двенадцать. Он резко сел и огляделся. Комната была пуста, правая часть кровати аккуратно заправлена. Артур с силой ударил себя ладонями по лицу, ну как он мог проспать?! Как мог её не проводить?! На покрывале лежал сложенный кусочек пергамента, в нём не было ни слова, только отпечаток губ. Артур сунул листок в карман и, как был, босиком и в одних только пижамных штанах, пошёл на кухню в абсолютной уверенности, что он один дома. До этого он не оставался один в этом доме, хоть и жил здесь уже почти месяц. Ему нравился этот странный огромный дом, бо́льшая часть помещений которого была закрыта и притягивала любопытного юношу. Гарри не запрещал ему туда ходить, он вообще ничего ему не запрещал, только предупредил, что там, возможно, сидят парочка другая боггартов или дикси в портьерах, и если Артур желает попытать удачи в этой битве… Артур не желал, но всё равно было очень интересно. Он шёл мимо закрытых дверей парадной столовой и бального зала и ещё каких-то неизвестных ему помещений в самый дальний конец коридора, где были только дверь в кухню и спуск в подвал. В раздумьях о том, найдётся ли что-то перекусить, очень уж не хотелось готовить, Артур зашёл на кухню и остолбенел.

За столом сидела Лиза и задумчиво размешивала сахар в кофе. Она подняла на Артура взгляд.

— Привет, — сказала она.

— Привет, — изумлённо ответил Артур, — я думал, что вы уходите в девять, испугался, что проспал…

— Мы и ушли в девять, — вздохнув, сказала Лиза, — не стала тебя будить, ты выглядел таким… умиротворенным.

Артур растерялся, ушли в девять, сейчас полдень, и выглядит она подавленной. Он сел рядом с Лизой, обнял её за плечи.

— Всё в порядке? Что случилось?

Лиза положила голову ему на плечо и почти шёпотом рассказала Артуру историю их утра.

— Помнишь, когда я спустилась на кухню после ранения, а мистер Поттер заставил тебя нести меня наверх… мы с тобой обсуждали, был ли он сердит? Не был.

— Где он сейчас? — спросил Артур, думая, как бы не попасться Гарри под горячую руку. Ничего плохого, конечно, он не сделает, просто не хотелось лишний раз пугаться.

— Не знаю, мы зашли в дом и он ушёл в сторону библиотеки со сквозным зеркалом, — она горько усмехнулась, — директор Академии Мэллоун — суровый человек, опытный аврор... но сегодня мне было его жалко.

Обсуждаемый ими Гарри появился на кухне, молча посмотрел на молодых людей и двинулся к плите. Он стал заваривать кофе, высыпав в кофейник столько молотых зёрен, что хватило бы на целый курс гаданий на кофейной гуще. Гарри готовил кофе с помощью палочки, но стоило ему взять чашку в руки, как она с треском разлетелась на осколки. Артур вскочил со стула, Лиза ахнула. Кожа руки покрылась порезами и ожогами, кровь закапала на пол.

— Дожили, — на выдохе произнёс Гарри, осматривая руку. Палочкой залечил порез и убрал следы кофе и крови, смешавшиеся на каменном полу в разноцветную лужицу. Целая чашка прыгнула на стол.

— Гарри! — воскликнул Артур, подбегая к нему, — твоя рука! — Порезы исчезли, но ожог…

— Обычный термический ожог, где-то у меня был растопырник, — невозмутимо ответил Гарри, осматривая покрасневшую кисть руки. Ожоги не лечатся заклинаниями.

— Но почему такое случилось…

— Старею. Теряю хватку. Не смог совладать с эмоциями, и магия вышла из-под контроля. Эмоции стали дорогой роскошью, — совершенно спокойно сказал Гарри, — что до утренних событий, — он перевёл взгляд на Лизу, — о Вашем возвращении в Америку пока не может быть речи, мисс Стейт.

Лиза удивлённо смотрела на него и не знала, что сказать, — наш с Вами новый знакомый Дэвид Тодд числился сбежавшим из камеры предварительного содержания после оглашения приговора о двадцати годах тюремного заключения. В настоящий момент его местонахождение известно и передано ОМП Магического Конгресса США. Он на южном побережье острова Кент, туда вели его порталы, — сложив руки на груди, сказал Гарри.

— Но если его найдут и поймают, тогда можно будет… — начала Лиза, но Гарри её перебил.

— Думайте, мисс Стейт. Для чего Вам голова на плечах? Вы ведь слышали всё, что я выяснил у него.

Лиза немного растерялась от таких резких слов, но поняла, что действительно сглупила.

— Он просто инструмент, мелкая сошка, — задумчиво произнесла она, — ему сообщили минимум информации, достаточной только для того чтобы доставить меня на этот остров. Вы бы считали, что я в Америке, в которой в то время была глубокая ночь, и пока все спохватились бы, преступникам хватило бы времени на… на что угодно.

— Можете, когда хотите, — кивнул головой Поттер, — какие ещё мысли есть?

— Он, конечно, попробовал нас атаковать, но даже я в своей не самой лучшей форме смогла дать ему отпор, он не очень сильный и искусный волшебник. Как он мог один одолеть аврора, которого действительно отправили за мной? Ведь мистер Мэллоун сказал, что он один из лучших… — Лиза смотрела на стену за правое плечо Поттера и поймала себя на мысли, что он сам так делает, когда о чём-то думает.

— Хороший вопрос, — второй раз кивнул ей Гарри, — что ещё?

— Кто-то должен был сделать те порталы. Самостоятельное создание порталов запрещено, любой нюанс — и человек, в лучшем случае, попадёт не туда, куда хотел.

— В худшем, одна половина путешественника окажется посреди океана, а вторая в жерле вулкана. И это реальный случай. Самостоятельное изготовление порталов без лицензии — преступление. На какую мысль это Вас наводит?

— У преступников должен быть сообщник, умеющий создавать порталы, или даже работающий в отделе магического транспорта, — продолжая сверлить стену взглядом, почти шёпотом ответила Лиза, — и ведь ещё был кто-то, кто под личиной директора Мэллоуна освободил Дэвида Тодда из камеры. Это или три разных человека… или один, но весьма сильный волшебник.

— Аргументация и вывод замечательны, мисс Стейт, но я полагаю, что мы всё же имеем дело с организованной преступной группировкой. Чарльз там рвёт и мечет, на его фоне даже я в самой лютой ярости выгляжу карликовым пушистиком. Он по природе человек несдержанный, и я не завидую тому, кто слил информацию. Мэллоун найдёт его, и даже в червя будет нечего трансфигурировать.

— Нашли аврора, которого отправили за мной? — спросила Лиза.

— Нашли. Он мёртв. Убить специалиста такого уровня подготовки — это надо очень постараться. Вероятно, нападавших было несколько. Судя по тому, что я смог разобрать в гневной тираде Мэллоуна, Гэллуэй погиб в неравном бою.

— Директор Мэллоун злится на Вас? — тихо произнесла девушка.

— Он считает, что это мы с Вами виноваты в том, что Аврорат потерял одного из лучших сотрудников. Он так говорит, но сам понимает, что это неправда. Тридцать лет назад у него тоже был шанс занять должность руководителя Аврората, но президент счёл его слишком импульсивным для принятия ответственных решений. И все, в том числе и сам Чарльз, были с этим согласны. Он возглавил Академию, а курсантам, знаете ли… иногда такое полезно. Так или иначе, пройдет пара дней, и он остынет. Как всегда.

— Но почему Лизе нельзя вернуться домой? — подал голос Артур, всё это время стоящий рядом с Гарри.

— Потому что где-то в самом сердце магического правительства США есть лицо, или, по неустановленным данным, группа лиц, обладающих ресурсами, силами, связями, которые позволили им узнать конфиденциальную информацию, напасть и убить опытного аврора, создать трансконтинентальные порталы, под чарами или зельем освободить преступника из камеры предварительного заключения, — медленно, как несмышленому ребёнку, объяснил Артуру Гарри, — и мы знаем, что эти лица желают похитить мисс Стейт с неясными целями. Предлагаешь нам всё же отправить её туда? Вопрос не в «если», а в «когда» они попробуют снова. И в следующий раз они не отправят одного мошенника-неудачника.

— Нет, — быстро ответил он, — пусть будет здесь, здесь безопасно. Правда?

— Здесь, в доме, да, совершенно безопасно, — согласился Гарри, — будем держать мисс Стейт взаперти?

С одной стороны, Лиза радовалась тому, что останется в Британии ещё на какое-то время, с другой стороны, это означало, что обучение она так и не начнёт. Тот факт, что её жизни грозит опасность, её почему-то волновал в меньшей степени.

— Почему взаперти? — произнес Артур, — мы можем иногда ездить в Нору…

— Через два дня ты уедешь в школу, — сказал Гарри.

— Но ты предлагал, можно ведь…

— Когда предлагал, тогда и надо было соглашаться. Ты. Поедешь. В Хогвартс. С вокзала Кингс-Кросс первого сентября в одиннадцать часов. Там ты будешь жить насыщенной жизнью старшекурсника, играть в квиддич, прогуливать уроки, сидеть ночами где-нибудь вне спальни и тщательно проверять конфеты, полученные от поклонниц на день Святого Валентина.

Артур сначала напрягся от строгого тона Гарри, но потом улыбнулся. Бабушка Джинни, Гермиона и бабушка Ханна, не говоря уже о Невилле, твердили ему — учись хорошо, не хулигань, и это так отличалось от того, что говорил Гарри, что становилось смешно.

— Ты получал конфеты от поклонниц? — улыбнулся Артур.

— Из всего, что я сказал, ты обратил внимание на это? — спросил Гарри.

Лиза рассмеялась, разговор перешёл от обсуждения её судьбы на Артура, и это радовало.

— Коли на то пошло, те конфеты были пропитаны амортенцией, и съел их Рон. То ещё было зрелище.

Артур и Лиза рассмеялись.

— По их рассказам, они все были паиньками, никогда не прогуливали и не нарушали правил, — веселился Артур, — а тут оказывается…

— Не понял. Кто был паиньками? — изумлённо спросил Гарри.

— Рон и Гермиона, и Невилл, и бабушка Джинни…

— У меня, конечно, старческий маразм и склероз, но я помню совершенно иное о школьных днях. Гермиона убьёт меня, если я расскажу тебе, как она варила Оборотное зелье в туалете Плаксы Миртл из ворованных у профессора зельеварения ингредиентов. Так что, пожалуй, не буду рассказывать, — невозмутимо сказал Гарри.

Артур лежал головой на столе и сотрясался от смеха. Гарри предпринял ещё одну попытку сварить кофе, на этот раз без магии.

— Если серьёзно, — Гарри с чашкой в руках повернулся к Лизе и Артуру, — у вас полтора дня выходных. Если желаете, можете сходить в парк напротив дома, только не дальше трёх километров, и посещать только людные места. Послезавтра, Артур, ты поедешь в школу, а Вы, мисс Стейт, начнёте осваивать программу подготовки аврора.

Пока Лиза сообразила, что именно сказал Гарри, Артур успел спросить.

— Ты пойдёшь провожать меня на вокзал?

— Тебе бы этого хотелось? — удивился Гарри.

— Ну… да, — Артур немного замялся, — а то Гермиона снова будет меня целовать.

— Думаешь, я ей помешаю? — усмехнулся Гарри.

Артур покраснел, он надеялся, что Гермиона и Рон вообще не пойдут на вокзал, если с ним пойдёт Гарри.

— Если ты этого хочешь, думаю, что мы с мисс Стейт могли бы сопроводить тебя. Под иллюзией, разумеется.

— Было бы круто, — улыбнулся Артур.

Гарри пожал плечами.

— Ладно. Если хочешь, можешь взять в школу сову, у тебя ведь нет своей?

— У нас с бабушкой был филин, его купили ещё папе, когда тот учился в школе, чёрный красивый… папа дал ему имя Демон, а бабушка звала Заразой. Он умер в прошлом году, и другую сову мы завести не успели, — грустно сказал Артур.

— Сова, конечно, не чёрный филин, но весьма выносливая и умная птица. Бери, вдруг решишь кому-нибудь писать, — спокойный голос Гарри не изменился ни на йоту, но Лиза и Артур смутились, понимая, кого он имеет в виду.

— Спасибо, — тихо сказал Артур.

— Вы сказали, что я начну освоение программы, но как? — спросила Лиза.

— Просто. У нас есть библиотека, есть спортзал. Придется привести в порядок лабораторию. Книги немного другие, чем в Академии в США, надо бы кое-что докупить. Но, в целом, я пока способен помочь Вам начать обучение, чтобы когда Вы, наконец, вернётесь домой, у Вас не возникло проблем с тем, чтобы спокойно влиться в учёбу и не терять ещё год, просиживая штаны в Атриуме.

От одной мысли, что ей придётся вернуться к работе охранником, Лизе стало не по себе. Зато её совершенно серьёзно будет учить человек, двадцать лет возглавлявший Аврорат. О такой роскоши не мог даже мечтать никто из курсантов Академии. Мысль об уроках под руководством легенды Аврората вызывала восторг, но он тут же гас, натыкаясь на ледяной комок вины в груди. Ее возможность была оплачена жизнью человека, которого она даже не знала.

— Чем мы будем заниматься? — серьёзно спросила Лиза.

— Бой, разведка, ведение расследования, зельеварение, основы тёмной магии. Ещё, конечно, магическое право, но не представляю, где в Британии взять какие-то актуальные материалы по этой теме. Ну и, надеюсь, Вы решите вернуться к менталистике. С чем Вам придётся разбираться самостоятельно, так это с бюрократическими формами, это я никогда не любил и при первой же возможности сваливал на кого-нибудь. Но на первых порах бумагомарательства хватает, и никуда от него не деться.

— Я буду стараться! — решительно заявила девушка.

— Ещё бы, — сказал Гарри, допил свой кофе и добавил, — у вас почти два дня, делайте что хотите, всё тот же конверт с деньгами на камине в гостиной. Еда, какую сами купите и сделаете. По-моему, где-то рядом есть пиццерия. Без палочек из дома не выходить. Я буду в библиотеке и, если моё экстренное вмешательство не требуется, прошу не отвлекать. Вопросы?

Вопросов не было. Гарри кивнул и молча вышел из кухни.

— Куплю ему футболку с надписью «Опекун года»! — довольно улыбаясь, заявил Артур.

1) художественное допущение, полная луна над Лондоном будет видна 30.10.2050

Вернуться к тексту

2) никаких допущений, всё согласно лунному календарю)

Вернуться к тексту