Noctis Oblivionis: Зов Сердца (джен)

Белая пустота затрещала — будто реальность готовилась разорваться по швам. Перед Никсом, его сестрой Лирой и Инком раскинулась арена последней битвы: пространство, где время теряло смысл, а законы физики подчинялись лишь воле сражающихся.

Вдали, на вершине чёрной пирамиды, стояли XГастер и Найтмер. Их силуэты окутывала тёмная энергия, пульсирующая в такт незримому барабану.

— Вы опоздали, — прозвучал голос XГастера, разносясь эхом по пустоте. — Сердце уже в нашей власти.

Никс сжал кулаки. Его тень зашевелилась, но теперь он контролировал её — она стала частью его силы, а не угрозой.

— Мы не позволим вам разрушить всё, — сказал он.

Найтмер взмахнул рукой — пространство искривилось, создавая вихри антиматерии. Лира подняла ладони — её пальцы засветились хронометрическими символами, формируя защитный барьер.

Инк достал кисть. Чернила вспыхнули, превращаясь в оружие из чистой творческой энергии.

— Вперёд! — крикнул Никс.

Они бросились в атаку.

Никс использовал теневые клинки, рассекая вихри тьмы;

Лира замедляла время вокруг врагов, создавая окна возможностей;

Инк рисовал символы, которые взрывались, ослепляя противников.

Но XГастер лишь усмехнулся.

Он поднял руку — из его пальцев вырвался луч тёмной энергии, ударивший прямо в Лиру.

Она вскрикнула, но успела поставить щит. Однако сила удара сломала её защиту.

— Сестра! — Никс рванулся к ней, но Найтмер преградил путь, обрушив на него волну хаоса.

Инк попытался помочь, но XГастер замедлил время вокруг него, превратив его движения в вязкую агонию.

Лира упала на колени. Её тело начало растворяться, словно песок, уносимый ветром.

— Я… не могу… удержать… — прошептала она.

— Нет! — Никс бросился к ней. — Я спасу тебя!

— Уже поздно, — она улыбнулась, и её глаза засияли последним светом. — Но ты… ты должен жить.

Она подняла руку — её пальцы распылились, но из них вырвалась золотая нить. Она впилась в грудь Никса, передавая ему всю свою силу.

— Запомни… — её голос затихал. — Ты — не один.

Её тело рассыпалось, оставив лишь эхо смеха — того самого, что он слышал в детстве.

— ЛИРА! — его крик разрезал пустоту.

Гнев захлестнул его. Тень вырвалась наружу, но теперь она была не его альтер‑эго, а оружием возмездия.

— Вы заплатите, — прошептал он.

Его глаза загорелись руническим огнём, а тело покрылось тенями, превратившись в живой клинок тьмы.

XГастер нахмурился.

— Ты не сможешь победить нас.

— Смогу.

Никс рванулся вперёд.

Пространство содрогалось от ударов:

Никс атаковал тенями, разрывая реальность;

XГастер отражал атаки, создавая чёрные дыры;

Найтмер искажал пространство, пытаясь затянуть Никса в бездну.

Инк, наконец, освободился. Он взмахнул кистью — символы вспыхнули, образуя временной якорь.

— Никс! Держись!

Но Никс уже не слышал. Его разум поглощала ярость.

Инк понял: только он может остановить это.

Он поднял кисть — чернила засияли ярче, чем когда‑либо.

— Прости, друг. Но это единственный путь.

Он вонзил кисть в собственное сердце.

Тело его начало светиться, а затем растворяться в потоке чистой творческой энергии.

— Запомни: мы — одно целое. Даже если меня не будет…

Энергия Инка взорвалась, окутав Никса огненным вихрем.

Часть 8. Триумф и падение

Сила Инка усилила Никса — он прорвался сквозь защиту XГастера и ударил его в грудь.

XГастер закричал — его тело начало распадаться, а Найтмер исчез в вихре хаоса.

Сердце мультивселенной пульсировало, восстанавливая баланс.

Но Никс…

Он упал на колени. Его тело дрожало, а глаза тускнели.

— Инк… Лира… — прошептал он, но голоса уже не было.

Когда он поднялся, ничего не помнил.

Не знал, кто он. Не знал, где он. Не знал, почему его руки покрыты тенями.

Перед ним была белая пустота — бесконечная, безмолвная.

— Кто я? — спросил он, но ответа не было.

* * *

Он шёл.

Не зная куда. Не зная зачем.

Только тень следовала за ним, словно напоминание о том, что когда‑то было.

Вдалеке мелькнул свет — возможно, новая надежда. Но он не видел его.

Он был один.

Совсем один.

Где‑то в глубине его сознания звучали голоса:

смех Лиры;

слова Инка;

шёпот Хранителя Времени.

Но они были слишком тихими, чтобы их услышать.

Он протянул руку — перед ним вспыхнуло отражение.

Юный мальчик с глазами, полными звёзд.

— Это… я? — прошептал он.

Но отражение рассыпалось.

* * *

Он продолжал идти.

Возможно, однажды он вспомнит.

Возможно, его найдут.

А пока…

Он — просто тень.

Тень, которая идёт сквозь пустоту.