Winx club x Hannah montana : Магия сцены (гет)

### Часть 1: Пепел на губах

Тишина, воцарившаяся на побережье Малибу после того, как в предыдущей главе Винкс вошли в портал, была не благословенным миром, а лишь затишьем перед настоящим катастрофическим штормом. Майли, Лилли и Джексон стояли на самом краю пирса, их фигуры казались крошечными на фоне бескрайнего, багрового неба, которое постепенно затягивалось тяжелыми, маслянистыми тучами, похожими на разлившуюся нефть. Майли всё еще сжимала в руке медиатор, её пальцы онемели от ледяного ветра, дующего со стороны океана, но она не смела пошевелиться. Она ждала знака — вспышки, звука, чего угодно, что подтвердило бы: девчонки дома, они в безопасности.

Прошло ровно семь минут. Майли считала каждый удар своего сердца. На четыреста двадцатом ударе мир вокруг них буквально треснул.

Воздух над океаном внезапно пошел рваными складками, словно кто-то невидимый скомкал пространство, как лист старой бумаги. Раздался оглушительный, первобытный хруст — звук ломающейся реальности, который отозвался болью в зубах. Секунду спустя из невидимой воронки вырвался ослепительный, мертвенно-белый вихрь искр, и на мокрый, серый песок, прямо в холодную полосу прибоя, рухнули шесть фигур. Они не приземлились как воины или грациозные феи. Они упали как тяжелые мешки, набитые камнями, поднимая тучи соленой пыли, перемешанной с гнилыми водорослями и каким-то потусторонним мусором.

Майли! Отойдите от края! — закричала Сиена, срывая голос. — Резонанс частот зашкаливает! Если портал схлопнется внутрь, вас просто расщепит на субатомном уровне!

Но Майли не слушала. И в этот момент мир треснул. Грохот был таким, будто столкнулись два тектонических пласта. Из невидимой воронки на песок вылетели шесть фигур. Сиена первой бросилась к ним с медицинским сканером, который она переделала для замера магических полей.

— О боже... — Сиена замерла, глядя на экран. — У них отрицательный заряд. Майли, у них нет магического пульса. Они... они пустые.

Она видела, как обгоревшие крылья Блум превращаются в пепел. Сиена, будучи ученым, понимала: это не просто ранение. Это полная аннигиляция внутреннего источника энергии. Она быстро начала вкалывать феям стабилизаторы, которые Текна помогала ей разработать «на всякий случай» еще в Стэнфорде.

— Девчонки! — закричала Майли, срываясь с места так резко, что едва не кувыркнулась с лестницы пирса. Она бежала по песку, её ноги утопали в вязкой жиже, а сердце колотилось где-то в горле.

Когда она добежала до них, её парализовал чистый, ледяной ужас. Винкс не были похожи на тех блистательных героинь, которыми они уходили. Блум лежала на спине, её знаменитые огненно-рыжие волосы были спутаны в один сплошной колтун, покрытый слоем серой, липкой гари, пахнущей озоном и жженой плотью. Но страшнее всего были крылья. У всех шести фей они представляли собой жалкое зрелище: обгоревшие, полупрозрачные ошметки, которые на глазах у Майли начали медленно осыпаться пеплом, превращаясь в ничто под ударами морской пены. Это было не просто ранение — это было магическое кастрирование.

— Блум, эй, посмотри на меня! Блум, открой глаза! — Майли упала на колени, пачкая свои белые концертные брюки в мокром, соленом песке, и приподняла голову подруги.

Блум открыла глаза, но в них не было привычного согревающего тепла Огня Дракона. Зрачки были неестественно расширены, а в радужке вместо золотых искр плавала мутная серая пелена. Она попыталась что-то сказать, но из её рта вырвалось лишь облачко мелкой магической копоти, которая тут же растаяла в холодном воздухе.

— Портал… — прохрипела она, и её голос звучал так, будто она долго кричала в пустоте. — Он предал нас, Майли. Он стал слишком нестабильным из-за того, что Земля больше не хочет верить… Мы почти дошли до границ Магикса… мы видели башни Алфеи на горизонте… но Разлом выплюнул нас обратно с такой силой, что мы едва не рассыпались на атомы. Там, внутри… там нет времени, там только бесконечное «нигде». Чтобы просто пробить барьер и вернуться к вам в физических телах, нам пришлось отдать всё. Каждую каплю магической пыльцы. Каждую искру сознания. Мы… мы теперь пустые. Мы просто люди, Майли. Обычные, беспомощные люди.

Текна попыталась опереться на локоть, но её рука подломилась от слабости, и она снова рухнула лицом в холодный песок. Её наручный девайс, символ технологического совершенства, теперь был покрыт сеткой глубоких трещин, из-под которых вырывались мелкие искры и шел едкий дым паленой проводки.

— Мы на Земле, — прошептала Текна, глядя на свои дрожащие, почти прозрачные пальцы. — Но связь с Великим Источником разорвана. Мы — магические беженцы. И самое страшное… Разлом не закрылся. Он стал только злее. Он почувствовал нашу слабость.

### Часть 2: Дорога в изгнание (Девять часов до Стэнфорда)

Джексон, проявив несвойственную ему собранность, быстро подогнал старый семейный фургон прямо к кромке воды, рискуя завязнуть в мокром песке. Колеса буксовали, выбрасывая фонтаны грязи.

— Грузите их в кузов! Живо! — командовал он, постоянно оглядываясь на дорогу. — Я вижу огни патрульных вертолетов над Санта-Моникой. Весь город на ушах. Если нас прижмут копы или эти типы из Агентства Национальной Безопасности, я не смогу объяснить, почему у моих пассажирок на спинах обгоревшие останки крыльев!

Они затаскивали фей в фургон как раненых солдат с поля боя. Лилли судорожно пыталась найти в аптечке хоть что-то, что могло бы помочь, но какая аптечка поможет при магическом истощении? Майли сидела на полу между Лейлой и Музой, пытаясь укрыть их старыми куртками и одеялами. Лейлу трясло в лихорадке: её тело, привыкшее к постоянному потоку энергии Морфикса, теперь бунтовало против внезапной пустоты. Каждая её мышца сокращалась в судороге, а на губах выступила горькая пена.

Путь обратно в Стэнфорд превратился в девятичасовой кошмар. По шоссе тянулись бесконечные колонны военной техники, связь постоянно прерывалась, а по радио передавали сообщения о введении комендантского часа по всему штату. Люди в панике бросали свои машины прямо на трассе, пытаясь пешком уйти подальше от океана. На заправках вспыхивали драки за последние литры бензина. Калифорния, золотой штат, на глазах превращалась в зону отчуждения.

В самом Стэнфорде ситуация была не лучше. Университет напоминал крепость под осадой: повсюду патрули, студентов в спешке эвакуировали вглубь страны, а территория факультета естественных наук, где раньше работал Рико, была полностью оцеплена людьми в скафандрах биозащиты.

Майли знала университет как свои пять пальцев. Она провела фургон через служебный въезд и направила Джексона к старому подвалу музыкального корпуса — заброшенному хранилищу, которое не использовалось уже лет двадцать. Там, среди сломанных виолончелей, покрытых толстым слоем пыли роялей и стопок пожелтевших партитур, они нашли свое временное убежище. В подвале пахло плесенью и старой бумагой, но здесь была мощная звукоизоляция и независимый генератор, который Джексону пришлось запускать вручную, обливаясь потом и проклиная старую технику.

Путь в девять часов до Стэнфорда стал для Сиены настоящим испытанием. Пока Майли и Лилли пытались согреть девчонок одеялами, Сиена превратила заднюю часть фургона в полевой госпиталь.

— Текна, посмотри на меня, — шептала Сиена, приподнимая голову подруги. — Твой девайс... он выдает ошибку 404 на уровне ДНК. Что там произошло? Текна едва шевелила губами: — Разлом... он питается информацией, Сиена. Он стер наш код. Мы теперь — системная ошибка в этом мире

Сиена понимала, что патрульные вертолеты Агентства Национальной Безопасности уже рыщут по побережью. Она подключилась к сети дорожного управления штата и начала подменять данные на камерах слежения, создавая «цифровой призрак» их фургона, который якобы уезжал в сторону Мексики, пока они пробирались к университету.

— Если бы не Сиена, нас бы прижали еще на выезде из округа Вентура, — прошептал Джексон, крепче сжимая руль.

### Часть 3: Технологический приговор Текны

Текна, шатаясь от невыносимой слабости и опираясь на плечо Джексона, подошла к единственному работающему терминалу в углу подвала. Её движения были медленными, заторможенными, словно она двигалась под водой. Она подключила кабель к своему поврежденному устройству, и экран монитора тут же заполнился хаотичным каскадом красных символов и графиков, которые стремительно уходили вверх.

— Всё намного хуже, чем я могла рассчитать, находясь там, в портале, — голос Текны был сухим и безэмоциональным, что пугало Майли больше всего. — Разлом в небе над Малибу не просто остался открытым. Он перешел в фазу активного накопления энтропии. Понимаете? Он ведет себя как разумный паразит. Знаете, чем он питается? Коллективными эманациями страха. Люди паникуют, они ждут конца света, они ненавидят друг друга от бессилия — и каждая такая черная эмоция становится топливом для аномалии.

Текна вывела на экран модель Земли. Прямо над Калифорнией пульсировало черное пятно, от которого во все стороны расходились трещины.

— Если уровень общественного стресса достигнет критической отметки — а это случится примерно через 40 часов — Разлом просто «схлопнется». На месте Малибу образуется сингулярность. Черная дыра, которая поглотит материю в радиусе тысячи миль за считанные секунды. Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Вегас — всё это просто перестанет существовать. И мы вместе с ними.

Флора, сидевшая на полу и прижимавшая к груди пустой цветочный горшок, тихо всхлипнула.

— Я не чувствую жизни, Текна. Я пыталась достучаться до корней старого дуба во дворе, но там только холод. Земля умирает от ужаса. Она закрылась от нас. Как мы можем бороться, если мы сами — лишь тени тех, кем были раньше?

В пыльном подвале музыкального корпуса Сиена и Текна работали в паре. Сиена принесла из своей лаборатории экспериментальные датчики захвата движения и акустические ловушки.

— Майли, послушай Сиену, — сказала Текна, опираясь на плечо подруги-ученого. Сиена вывела на стену подвала проекцию. — Смотрите. Это не просто дыра в небе. Рико использовал установку «Атлас», чтобы пробить барьер, но он не учел одного: наша реальность обладает инерцией. Теперь Земля пытается «закрыть рану», используя энергию паники. Чем больше люди боятся, тем сильнее сжимается петля вокруг Малибу

Сиена поправила очки, её руки дрожали от кофеина и стресса. — Если мы не создадим противовес — когерентный сигнал веры, о котором говорит Майли, — то через 40 часов Лос-Анджелес станет эпицентром сингулярности. И я боюсь, что мои приборы просто испарятся первыми.

### Часть 4: Рождение безумного плана

Майли слушала этот приговор, и внутри неё, в самой глубине души, где всегда жила маленькая девочка из Теннесси, начала закипать ярость. Она не могла смириться с тем, что их история закончится вот так — в пыльном подвале под звук капающей из трубы воды. Она подошла к старому, расстроенному роялю «Стейнвей» и со всей силы ударила по клавишам. Гулкий, болезненный диссонанс эхом разнесся по бетонным стенам.

— Хватит! — закричала Майли, и её голос сорвался на фальцет. — Я не позволю вам просто сидеть здесь и ждать конца! Вы спасали мой мир десятки раз, когда я об этом даже не знала! Вы бились с монстрами, пока я капризничала из-за цвета помады для съемок! Теперь мой черед спасать вас! И этот чертов мир заодно!

Стелла подняла на неё усталые, покрасневшие от слез глаза.

— И как ты это сделаешь, Майли? У тебя есть армия? Или, может, ты за ночь построишь космический корабль, чтобы вывезти нас отсюда?

— Нет, Стелла. У меня есть то, что Рико и его правительство никогда не принимали в расчет. У меня есть голос. И у меня есть люди, которые слушали меня годами.

Майли схватила кусок мела и начала лихорадочно чертить схему на стене подвала, прямо поверх старых афиш.

— Слушайте внимательно. Текна сказала, что Разлом питается страхом. Значит, его можно «отравить» противоположной энергией. Верой, надеждой и радостью. Если мы заставим сотни тысяч людей петь одновременно, если мы создадим такой акустический резонанс, который перекроет частоту их ужаса — это создаст обратный поток. Мы не будем закрывать Разлом силой. Мы выкачаем из него энергию страха и заменим её частотой Беливикса.

Текна на мгновение замерла. Её аналитический ум начал просчитывать варианты.

— Эффект когерентного резонанса… — пробормотала она. — Если частота звука будет модулирована через наши магические сигнатуры… даже если наши резервуары пусты, мы сможем использовать энергию толпы как внешний аккумулятор. Мы не будем использовать свою магию — мы будем использовать их веру, чтобы перезапустить наши внутренние реакторы. Майли, это… это может сработать. Но нам нужна огромная мощность. И нам нужно, чтобы люди пришли добровольно.

Когда Рико начал свою трансляцию, объявляя Винкс террористками, Сиена совершила настоящий подвиг. Она знала коды доступа к серверной университета.

— Я не могу выключить его эфир полностью, — злилась Сиена, быстро печатая код. — Но я могу вставить в его сигнал «белый шум». Каждый раз, когда он будет говорить ложь о Винкс, люди будут слышать помехи или... или песни Майли на подсознательном уровне

Она создала вирус, который Текна назвала «Беливикс-червь». Он должен был подготовить почву для финального концерта, настраивая радиоприемники по всей стране на нужную частоту

— Ты рискуешь карьерой, Сиена, — тихо сказала Флора, касаясь её руки. — Какая карьера в мире, который может схлопнуться в точку? — Сиена горько усмехнулась. — К тому же, я всегда хотела быть частью чего-то, что нельзя объяснить учебником физики

### Часть 5: Информационный яд Рико

.Пока в подвале рождался план спасения, Рико, обосновавшись в защищенном военном бункере под кодовым названием «Объект-9», развернул против Винкс самую масштабную в истории дезинформационную кампанию. Его вера в чистую науку была глубоко уязвлена тем фактом, что «сказочные существа» оказались реальнее его теорий. Он чувствовал себя униженным и теперь жаждал не просто победы, а тотального стирания Винкс из памяти человечества

Граждане! — гремел его голос, прошедший через цифровые фильтры для придания ему «божественного» авторитета. — Майли Стюарт, которую вы считали своим кумиром, окончательно потеряла связь с реальностью! Она объединилась с биологическими аномалиями, которые принесли в наш мир смерть! Посмотрите на эти «небесные трещины» — это не чудо, это радиация чужого мира,пожирающая наш кислород! Концерт, который она планирует в Малибу — это не праздник. Это ритуал массового жертвоприношения! Она хочет собрать вас всех в одном месте, чтобы напитать своих монстров вашей жизненной силой и окончательно захватить планету! Не выходите из домов! Любой, кто приблизится к зоне Малибу, будет считаться пособником межпространственных террористов! Армия получила приказ стрелять на поражение при попытке прорыва кордона!

Слова Рико, подкрепленные фальшивыми графиками «магического заражения» и «экспертными» заключениями купленных ученых, падали на благодатную почву всеобщего ужаса. Люди в соцсетях, которые еще работали через резервные каналы, захлебывались ненавистью. Текна с ужасом фиксировала: после каждой речи Рико кривая роста Разлома становилась почти вертикальной. Паника превращалась в физическую силу, разрушающую планету. Разлом теперь не просто висел в небе —

он начал издавать низкочастотный рокот, от которого у жителей Лос-Анджелеса начинались спонтанные кровотечения из носа.

Рико использовал все государственные каналы связи, взломав даже частные спутниковые частоты. Его лицо, искаженное фанатичным гневом, транслировалось на каждый работающий экран в стране: от рекламных щитов на Таймс-сквер до маленьких телевизоров в придорожных закусочных Невады.

### Часть 6: Борьба Лилли за «Сцену-Кристалл»

Весь следующий день Сиена работала на износ. Она координировала студентов-волонтеров, объясняя им, под каким углом нужно ставить отражатели. — Нет, придурки! — кричала она на парней из футбольной команды. — Если зеркало будет отклонено на полградуса, звук Майли уйдет в океан, а не в портал! Мы строим квантовую линзу, а не диско-шар

Именно Сиена придумала использовать зеркальный октаэдр. Она рассчитала, что такая форма позволит максимально сконцентрировать магическую пыльцу, если она вдруг появится.

Майли понимала, что им нужно пространство. Не просто стадион, а та самая площадка на берегу Малибу, где когда-то начиналась её карьера. Это место имело особую энергетику, оно было символом её честности перед фанатами.

— Лилли, мне плевать, как ты это сделаешь, — Майли схватила подругу за плечи. — Подкупай, угрожай, используй всё влияние моего отца, но завтра вечером эта площадка должна быть нашей. Нам нужен доступ к высоковольтным линиям и полная свобода действий.

Лилли Трасскот в эту ночь совершила невозможное. Она ворвалась в кабинет мэра Малибу, который уже паковал антиквариат для побега в Швейцарию. Когда охрана попыталась вывести её, Лилли просто выложила на стол папку с компроматом на его оффшорные счета, которую Текна «выудила» из сети за пять минут.

— Либо вы подписываете разрешение на проведение «благотворительного марафона», либо эти данные улетают в Налоговое Управление через пять минут, — холодно сказала Лилли. — И не забудьте распорядиться, чтобы полиция не блокировала подъезды.

К утру разрешение было на руках. Но это была лишь половина дела. Джексон мобилизовал остатки своей футбольной команды и тех студентов-музыкантов, которые видели магию Винкс своими глазами в кампусе Стэнфорда и не поверили лжи Рико. Под покровом густого соленого тумана они начали перевозить тонны оборудования на побережье. Это была изнурительная, грязная работа. Парни таскали тяжеленные балки и звуковые массивы, обливаясь холодным потом под пронизывающим ветром.

### Часть 7: Строительство акустического резонатора

.Весь следующий день берег Малибу напоминал муравейник в центре ада. Под руководством Текны, которую Джексон носил с места на место на руках, рабочие монтировали сцену. По чертежам Текны, это был огромный октаэдр, обшитый зеркальными панелями из поликарбоната с вкраплениями измельченного кварца — единственного материала на Земле, способного хоть немного резонировать с магическими частотами.

— Поймите, это не декорации для Грэмми! — кричала Текна, её голос срывался от кашля, вызванного пылью. — Угол наклона каждой панели должен быть выверен до миллиметра! Каждая звуковая волна от гитары Майли должна уходить не в сторону толпы, а вверх, в фокальную точку Разлома! Мы строим не сцену, мы строим квантовую пушку, где снарядом будет человеческая вера!

Винкс тоже не сидели сложа руки. Стелла, чьи изящные руки теперь были покрыты глубокими порезами и слоем технической смазки, вручную полировала каждое из тысячи зеркал. Она использовала остатки своей шелковой одежды вместо тряпок, не жалея ничего. В её глазах горело упрямство. Флора пыталась высадить вокруг сцены магические семена из Алфеи. Она буквально вгрызалась пальцами в мертвый, пропитанный солью песок, вливая в него последние капли своей жизненной энергии.

— Ну же, сестрички, просыпайтесь... — шептала она, и её слезы падали в лунки.

К вечеру, вопреки законам биологии, из песка пробились крошечные, светящиеся нежно-голубым светом ростки. Они образовали защитный круг вокруг сцены, источая тонкий аромат озона и полевых цветов Домино

### Часть 8: Ночь перед концом (Диалог с Робби Рэем)

За несколько часов до объявленного концерта Майли сидела на ступенях своей старой веранды в Малибу. Дом выглядел призраком самого себя: окна заколочены, сад зарос, а в небе над головой пульсировала гигантская фиолетовая рана, от которой исходил низкий, давящий на психику гул. К ней подошел отец, Робби Рэй. Он молча протянул ей старую гитару — ту самую, на которой она училась играть свои первые аккорды в Теннесси.

— Ты ведь понимаешь, Майлз, что если Рико нажмет на кнопку, или если Текна ошиблась в расчетах… мы можем не дожить до рассвета? — тихо спросил он, глядя на океан, который стал черным как деготь.

— Пап, я всю жизнь прожила под фальшивым именем. Я была Ханной, потому что боялась, что Майли Стюарт недостаточно хороша для этого мира. Но сейчас… ложь закончилась. Если я не выйду на эту сцену и не скажу им правду, я буду мертва внутри еще до того, как этот Разлом поглотит город. Винкс отдали свою магию и свои жизни, чтобы спасти нас. Теперь мой черед отдать свой голос. Даже если это будет последнее, что я сделаю.

Робби Рэй посмотрел на дочь с такой бесконечной гордостью, что у Майли перехватило дыхание.

— Твоя мама всегда говорила, что в твоем голосе живет сила, способная двигать горы. Кажется, пришло время проверить, может ли он заживить саму реальность. Я буду там, за пультом. Я не дам никому выключить твой микрофон.

### Часть 9: Гул Пустоты и начало Концерта

Вечер концерта. Набережная была забита людьми — их пришло более пятисот тысяч. Огромное человеческое море растянулось на километры вдоль берега. Но это не была восторженная толпа фанатов, пришедших за автографами. Это была темная, гудящая масса напуганных, злых и потерянных людей. Многие держали плакаты с оскорблениями, кто-то выкрикивал проклятия. В воздухе стояло такое напряжение, что казалось, достаточно одной искры, чтобы всё взорвалось кровавым бунтом.

Рико стоял в своей передвижной лаборатории, окруженный вооруженной охраной. Его рука замерла над рычагом активации мощного электромагнитного подавителя.

— Только начни, Майли, — прошептал он, и на его губах играла безумная улыбка. — Как только ты откроешь рот, я превращу твою «магию» в белый шум.

За кулисами Винкс сидели в кругу. На них была простая одежда: джинсы, худи, кроссовки. Никаких блесток, никаких пышных причесок. Просто шесть изможденных девушек с бледными лицами и решительными глазами.

— Пора, — сказала Майли.

Свет на всем побережье погас в одну секунду. Наступила абсолютная, гробовая тишина, которую внезапно прорезал «Гул Пустоты» — жуткий, низкочастотный звук из Разлома, от которого задрожали не только стекла, но и сами кости в телах людей. Это был голос самой энтропии, зовущий всё живое в небытие. Толпа вскрикнула от ужаса, началась давка.

Майли вышла на сцену под один-единственный, тусклый луч прожектора. Она не начала петь сразу. Она подошла к самому краю сцены, глядя в глаза тем, кто еще секунду назад хотел её проклясть.

— Меня зовут Майли Стюарт! — закричала она без микрофона, и её голос эхом разнесся над затихшей толпой. — И я здесь не для того, чтобы развлекать вас! Я здесь, потому что мне страшно точно так же, как и вам! Мы все привыкли прятаться за масками, за экранами телефонов, за своей ненавистью! Но сегодня прятаться больше негде! Эти шесть девушек за моей спиной — они не монстры! Они — те, кто отдал свои миры и свою силу, чтобы вы могли стоять здесь и ненавидеть их! Магия — это не фокусы из цирка! Магия — это когда ты стоишь рядом с другом, когда весь мир рушится в бездну!

### Часть 10: Резонанс и Пробуждение Огня

Толпа замерла. Те, кто стоял в первых рядах, опустили плакаты. Майли взяла гитару и ударила по струнам. Первые аккорды «The Climb» прозвучали не как поп-песня, а как боевой гимн. Благодаря резонаторам Текны, каждый звук гитары визуализировался в воздухе золотистыми нитями, которые устремлялись ввысь.

Майли начала петь. Сначала её голос дрожал от напряжения, но к первому припеву он набрал такую мощь, которую не выдавала ни одна акустическая система в мире. Это был голос самой жизни. Джексон и Лилли в первом ряду первыми подхватили слова. Через минуту пели уже десятки тысяч. Через пять минут всё побережье Малибу превратилось в единый, гигантский хор.

Рико в ярости дернул рычаг подавителя, но прибор в его руках просто рассыпался в пыль, а все компьютеры в лаборатории разом выдали сообщение: «ОШИБКА: ОБНАРУЖЕН ПРЕДЕЛ ВЕРЫ».

— Это невозможно! — кричал Рико, глядя, как золотой свет со сцены начинает вытеснять фиолетовую мглу Разлома.

Когда Майли дошла до финальной кульминации, Сцена-Кристалл вспыхнула таким ярким светом, что на мгновение стало светло как в полдень. Энергия пятисот тысяч человеческих сердец, сфокусированная линзами Текны, хлынула в тела Винкс. Это был не мягкий поток, это был сокрушительный удар.

Блум вскрикнула, и из её груди вырвался столб чистого, первородного золотого пламени. Кадр замедляется: мы видим, как её старые, обгоревшие крылья осыпаются пеплом, а на их месте с оглушительным шелестом разворачиваются новые — гигантские, ослепительные, пульсирующие живым Огнем Дракона. Она больше не была просто феей. Она стала воплощением надежды двух миров.

— МЫ — ВИНКС! И МЫ ВЕРНУЛИСЬ! — выкрикнула Блум, и её голос прозвучал как раскат грома, заставив Разлом в небе содрогнуться и начать стремительно закрываться.

Когда Майли взяла ту самую финальную ноту, и Блум вспыхнула золотым пламенем, мир на мгновение замер. Но резонанс не ограничился только пляжем Малибу. Благодаря тому, что Рико сам открыл все каналы связи для своей пропаганды, магический сигнал, модулированный голосом Майли, хлынул обратно по проводам и спутникам.

В Нью-Йорке люди, застрявшие в бесконечных пробках, вдруг услышали, как из их радиоприемников вместо белого шума льется чистая, кристальная мелодия. Гнев начал уступать место странному спокойствию.

В Лондоне, где небо было затянуто такими же фиолетовыми тучами, люди вышли на крыши домов. Они не видели Майли, но они чувствовали вибрацию земли под ногами — ритм, который задавала Муза своими акустическими фильтрами.

На сцене Блум чувствовала каждого из них. Миллиарды маленьких огней зажигались на её внутренней карте мира. Это был не просто Беливикс — это был Тера-Беливикс, сила целой планеты, которая осознала, что она не одинока во Вселенной.

Разлом в небе над Малибу издал последний, предсмертный всхлип. Черная воронка начала втягиваться сама в себя, выплескивая остатки фиолетовой энергии, которая тут же аннигилировала при соприкосновении с золотым светом Винкс.

Рико смотрел на это из своего бункера, и его лицо стало бледнее мела.

— Нет... это нарушает все законы термодинамики... — прошептал он. — Откуда берется эта энергия? Из ничего? Из звука? Из... надежды?

Он в ярости ударил по консоли, но экран лишь показал лицо Майли Стюарт, крупным планом. На её лице не было торжества — только бесконечная усталость и капля пота, катящаяся по щеке. Она победила его не силой, а искренностью.

Блум, Стелла, Флора, Муза, Текна и Лейла теперь висели в воздухе над сценой, образуя сияющую шестиконечную звезду. Их новые крылья были настолько огромными, что закрывали собой полнеба. Они больше не были «пришельцами» или «биологическими аномалиями». В этот момент они стали богами-хранителями Земли.

Майли закончила песню. Она стояла на коленях, тяжело дыша, её гитара лежала рядом на зеркальном полу. Она посмотрела вверх, на своих подруг, и слабо улыбнулась.

— Мы сделали это, девчонки... — прошептала она, прежде чем сознание окончательно покинуло её от перенапряжения.

Но финал главы не был мирным. В самую последнюю секунду, когда Разлом почти исчез, из его сужающегося центра вылетела черная, как смоль, сфера. Она на огромной скорости пронеслась мимо сияющих Винкс и ударила точно в лабораторию Рико, вызвав мощный взрыв.

Камера медленно отъезжает от берега Малибу. Мы видим сотни тысяч людей, которые стоят в тишине, боясь пошевелиться. Небо чистое. Звезды на нем кажутся ярче, чем когда-либо. Но в отражении одного из разбитых зеркал на сцене на мгновение промелькивает тень... Тень чего-то гораздо более древнего и опасного, чем Рико

### Часть 12: Кровавый закат Рико и зов из Бездны

Когда черная сфера, вылетевшая из сужающегося Разлома, врезалась в бункер «Объект-9», реальность внутри лаборатории перестала подчиняться законам физики. Рико не успел даже закричать. Взрывная волна была не огненной, а вакуумной — она не сжигала, а стирала пространство. Стены из армированного бетона рассыпались в мелкую серую пыль, а дорогущее оборудование стоимостью в миллиарды долларов превратилось в бесполезный лом за доли секунды.

Сам Рико оказался в эпицентре. Черная материя обволокла его тело, проникая в поры кожи. Он чувствовал, как его блестящий интеллект, которым он так гордился, начинает тонуть в ледяном хаосе. Он хотел верить в формулы, но формулы таяли. Последнее, что он увидел перед тем, как лабораторию поглотило окончательно, — это не свет Винкс, а тьму, у которой были глаза. Древние, как сама Вселенная, и полные абсолютной пустоты.

### Часть 13: Пробуждение в тишине

На пляже Малибу воцарилась тишина, которую можно было потрогать руками. Голос Майли затих, и теперь единственным звуком был мягкий шелест волн, которые внезапно стали прозрачными и спокойными, смывая грязь и мазут с берега.

Лилли и Джексон первыми бросились на сцену. Майли лежала без сознания, её пальцы всё еще были согнуты, словно сжимали невидимые струны. Её белое платье было испачкано гарью и солью, но лицо казалось умиротворенным.

— Майли! Майлз, очнись! — Джексон подхватил её на руки. Его голос дрожал от нескрываемого страха. Он, атлет и звезда университета, сейчас выглядел как напуганный ребенок.

Сверху, плавно огибая лучи прожекторов, спускались Винкс. Их трансформация Тера-Беливикс начала медленно угасать, оставляя после себя лишь легкое золотистое мерцание. Блум коснулась ногами зеркального пола сцены. Её новые крылья, всё еще огромные и величественные, медленно сложились за спиной. Она подошла к Майли и приложила ладонь к её лбу. Тепло Огня Дракона, теперь чистое и созидательное, перетекло в тело девушки.

Майли глубоко вздохнула и открыла глаза.

— Они... они пели? — прошептала она, глядя на Блум.

— Они не просто пели, Майли, — Блум помогла ей сесть. — Они поверили. Ты сделала то, что не под силу ни одной магии. Ты заставила их открыть сердца, когда они были полны ненависти.

### Часть 14: Тень в зеркале

Но триумф длился недолго. Стелла, которая стояла чуть поодаль, случайно взглянула на одну из уцелевших зеркальных панелей резонатора. Она замерла, и её лицо, еще мгновение назад сиявшее от счастья, стало смертельно бледным.

— Девчонки... посмотрите сюда, — её голос был едва слышным.

В отражении зеркала не было ни звездного неба, ни радостных людей на берегу. Там, в глубине серебристой поверхности, клубился густой фиолетовый туман. И из этого тумана медленно проступал силуэт. Это не был человек и не был монстр в обычном понимании. Это была фигура, сотканная из ломаных линий и осколков миров, которые Разлом поглотил за миллионы лет своего существования.

— Это... — Муза сделала шаг назад, прижимая руки к ушам, словно слышала ультразвуковой крик. — Это то, что живет по ту сторону. Рико думал, что он изучает аномалию, но он просто приоткрыл дверь для Того, Кто Спит в Пустоте.

Тень в зеркале подняла руку, и по стеклу пошли трещины. Каждая трещина светилась тем самым мертвенным светом, который Винкс видели в «межмирье».

— Разлом закрыт, — Текна быстро активировала свой восстановившийся браслет. — Но портал... он оставил след. Паразитарная форма жизни успела зацепиться за наше измерение в момент взрыва в лаборатории Рико. Мы не просто закрыли дыру, мы заперли ЭТО здесь, с нами.

### Часть 15: Глас народа

Пока феи осознавали новую угрозу, толпа на берегу начала приходить в движение. Но это не была паника. Люди начали зажигать фонарики на своих телефонах. Один за другим, тысячи, десятки тысяч огней покрыли побережье, как будто звезды спустились на землю.

— Смотрите! — Лилли указала на берег. — Они не уходят. Они ждут.

Один из студентов, который помогал Джексону строить сцену, вышел вперед, к самой кромке света прожекторов.

— Майли! — крикнул он. — Мы видели это! Мы чувствовали! Мы больше не боимся!

Этот крик подхватили остальные. Люди, которые еще час назад были готовы растерзать фей, теперь стояли плечом к плечу. Вера, которую пробудила Майли, создала вокруг Малибу невидимый, но мощный щит. Текна видела это на своих датчиках: уровень энтропии в радиусе десяти миль упал до нуля. Это была территория Света.

### Часть 16: Горький вкус победы

Флора опустилась на колени у края сцены и коснулась тех самых голубых ростков, что пробились сквозь песок. Они светились всё ярче.

— Земля приняла нас, — тихо сказала она. — Но цена была слишком велика. Магикс... наш дом... мы так и не узнали, что с ним.

Блум посмотрела на темный океан, туда, где еще недавно пульсировал Разлом.

— Мы узнаем, Флора. Но сейчас наша задача — защитить тех, кто поверил в нас здесь. Рико был лишь пешкой. То, что пришло за ним, не знает жалости. Оно питается не просто страхом, а самим существованием материи.

Майли поднялась на ноги, опираясь на плечо Джексона. Она посмотрела на свои руки, всё еще дрожащие от напряжения. Парик Ханны Монтаны лежал где-то в пыли под сценой, раздавленный и ненужный. Она больше не была поп-звездой с секретом. Она была Майли Стюарт — человеком, который объединил два мира.

— Если ЭТО заперто здесь, — Майли посмотрела в глаза Блум, — то мы найдем способ его уничтожить. Мы построили эту сцену за день. Мы заставили мир петь за час. Мы не сдадимся сейчас.

### Часть 17: Последний взгляд

В финальном кадре камера поднимается высоко над Калифорнией. Мы видим сияющую точку Малибу — крошечный островок света в погружающейся в сумерки стране. Но на горизонте, там, где находился бункер Рико, в небо поднимается тонкий столб абсолютно черного дыма, который не рассеивается ветром. Он медленно принимает форму гигантской закрученной спирали — точной копии Разлома, но теперь уже здесь, на самой Земле.

Звучит последняя, затихающая нота гитары. Экран медленно гаснет, и в полной темноте раздается тихий, вкрадчивый шепот, от которого по коже пробегает мороз:

— *Спасибо за приглашение... Майли Стюарт.*