Восставшая из пепла (гет)

Ризанд нарочито медленно приближался к своим друзьям. Я взяла Фейру за руку, и она с радостью сжала её в ответ.

— Я смогу вытащить тебя откуда угодно, — по-русски произнесла я. — Никто мне не помешает.

Девушка кивнула и обратила свой взор на иллирианцев. Кассиан и Азриель. Вот мы и встретились. Оба обладали действительно внушительным телосложением, однако именно против таких воинов Мирион учил меня использовать их же силу. Дойди дело до драки, мне есть чем их удивить.

Их крылья сейчас были сложены и прижаты к спинам. В одежде оба были неприхотливы. Никто из них даже не подумал о том, чтобы избавиться от доспехов, чем-то напоминающих змеиную кожу. Хотя нет. Кожу дракона. Я не сумела сдержать улыбки, заметив клубящиеся вокруг Азриеля тени. Сейчас, глядя на него, я могла с уверенностью сказать: «Он действительно наследник дракона». Его лицо было практически непроницаемым, а оттого пугающим. Фейра рядом слегка поёжилась. Этого не заметил никто, кроме меня. Азриеля стоило опасаться, но только если он считает тебя своим врагом. Я же видела, как и тогда, несколько лет назад, его глаза — они отражали всё, что творилось в его душе. И сейчас они были направлены далеко не на Фейру. Интерес проявляли и его тени. Уж кто-кто, а они-то наверняка узнали во мне дочь Леса. А может, могли чувствовать след, оставленный другой Певицей теней, кто знает.

Кассиан был полной его противоположностью. И дело было не в том, что он несколько выше, а волосы у него длиннее. «Горяч, ох горяч», — невольно вспомнились мне слова прабабушки. Так она описывала прадедушку, и сейчас они как нельзя кстати подходили для описания этого кареглазого иллирианца.

Лёд и огонь — вот что символизировали эти мужчины. Даже их сифоны были под стать хозяевам. Синие у Азриеля, красные у Кассиана.

— Не бойся, Фейра, — сказал тем временем последний. — Мы не кусаемся, — губы его расползались в улыбке. — По крайней мере, до тех пор, пока нас об этом не попросят.

Ну, не ответить на это я не могла. Это выше моих сил.

Не выпуская руки своей подопечной, шагнула вперёд, выставив перед собой свободную руку.

— Кусай.

— Кх… — было мне ответом.

— Ну я же просила, — шепнула Фейра.

— Ну как хочешь, — ответила я Кассиану, проходя мимо и ведя за собой Фейру. — Моё дело предложить.

Пока выведенный из строя главнокомандующий ошарашено смотрел мне вслед, слово взял Азриель.

— Боюсь, вы не были нам представлены.

Я обернулась и, наметив поклон, ответила:

— Виринея Блэк. А вы, я полагаю, Азриель.

Он кивнул. В глазах плясали смешинки. Ага, значит, мой выпад засчитан, а признать этого шпионская профессия не позволяет. Ну-ну, пускай присматривается.

Кассиан в это время обернулся к Ризанду.

— А знаешь, что-то в ней есть, — протянул он, сощурившись в мою сторону. — Хотя и ты, братец, сегодня хорош. Нарядился-то как. Хорошо хоть Фейру не тронул.

— Не его заслуга, — отрапортовала я.

Верховный правитель получил сразу два вопросительных взгляда.

— Что ж, раз уж одна наша гостья наслышана о моём внутреннем круге, я возьмусь пояснить кое-что для Фейры, — произнес Ризанд, игнорируя их. — Позволите?

— А вот если я отвечу «нет»? — поинтересовалась я. — Что за вопросы?

— Ну, Нея! — взмолилась Фейра.

— Да что Нея-то? Сорок лет, как Нея. И сорок лет, как не выношу риторических вопросов.

Кассиан присмотрелся ко мне внимательнее. Затем перевёл взгляд на Азриеля.

— Несомненно, что-то есть. Дамы, позвольте представиться, — он сделал шаг вперёд. — Кассиан, верховный главнокомандующий армии Двора ночи.

Он протянул руку сначала Фейре, аккуратно сжимая её ладошку, затем мне. Рукопожатие у него было крепким. Хорошо.

— Ого, — приподнял он бровь. — А леди-то не так проста.

Он развернул мою ладонь, видимо желая убедиться в наличии мозолей на ладони, однако через мгновение пораженно глядел на свою пустую руку. Из хватки я высвободилась молниеносно.

— Скромнее надо быть, — просто ответила я.

Ризанд усмехнулся. Ситуация его явно забавляла. Однако он повернулся в сторону своего второго спутника.

— Азриель — наш лучший шпион.

— Добро пожаловать, — произнес он тихо, почти без эмоций, а сам так и считывал информацию. Угрозы, похоже, он во мне не видел. По крайней мере прямой точно. Всё хлеб.

Обмен рукопожатиями прошел без эксцессов. Ладонь его была холодной и шершавой, однако я чувствовала, насколько горяча его сила. Одна из его теней вдруг внезапно спустилась. Мне пришлось перенастроить слух.

— Сможешь?

— Возможно, — ответила я, для остальных это было похоже на дуновение ветра. Лишь Азриель всё понял. Между бровей у него пролегла морщинка. Я улыбнулась, высвобождая руку. Чую, впереди у нас будет серьёзный разговор. Впрочем, я успела просканировать его ожоги. И, возможно, у меня и получится избавить его от них. Остальное меня мало волновало.

— Выходит, вы — братья? — задала первый вопрос Фейра.

— Полагаю, в какой-то степени все придурки — братья, — ответил Ризанд.

— Золотые слова, — вновь улыбнулась я.

— А ты, стало быть, командуешь армией Риза? — спросила Фейра у Кассиана.

Он пожал плечами.

— Именно.

Кассиан внимательно наблюдал за Фейрой своими светло-карими глазами. Девушка переменилась с ноги на ногу под его взглядом. Я кожей ощущала, что он готовится отпустить какую-нибудь шуточку насчет её смущения, а потому сощурилась и ласково произнесла:

— Вы б окружающий мир посозерцали.

Он обернулся ко мне.

— Так это ты, значит, нашу защиту пробила?

— Ну, во-первых, мы с вами на брудершафт не пили, чтобы вы мне тыкали, — в моём голосе засквозил лёд, недаром Мирион со мной маялся. — Во-вторых, ещё один косой взгляд в сторону Фейры, и пробитой может оказаться не только ваша защита.

Губы искривились в ухмылке, он явно собирался ответить, но его опередил Азриель:

— Кассиан не только мастерски командует армией, но и обладает талантом вызывать раздражение у окружающих. Особенно это касается наших друзей. Теперь, когда Фейра тоже стала одной из них, ей предстоит столкнуться с этим. Удачи, — пожелал он ей.

Я отметила про себя эту оговорку, лишь широко улыбнувшись, прищурившись, как завещал дедушка Ленин, а вот Фейра вспыхнула.

— Не помню, чтобы я называла вас своими друзьями.

Я хрюкнула, прикрыв рот ладонью.

— Моя девочка!

Кассиан слегка толкнул Азриеля, тот чуть не потерял равновесие, взмахнув крыльями. Первый же задал новый каверзный вопрос.

— Как тебе удалось возвести лестницу из костей в логове Мидденгардского червя, когда твои кости, кажется, сами переломятся, стоит лишь слегка надавить?

На этот раз я погодила вмешиваться, и не зря. Фейра влет ответила:

— Когда тебе удалось прожить так долго, когда у каждого второго ты вызываешь желание тебя угрохать?

Кассиан расхохотался. Азриель одобрительно поглядывал в сторону Фейры, а я обернулась к Ризанду, стерев с лица всякую насмешливость.

— Проверка на прочность закончена? А то, признаюсь, становится скучновато. К тому же ваш главнокомандующий, как погляжу, не уяснил, что пробитой может оказаться его голова, — я обернулась к виновнику. — Вас удовлетворил ответ Фейры? Или вы намерены и дальше кусаться? Если ваш запал не иссяк и вам по-прежнему хочется попробовать нас на зуб, без проблем. Выйдем, поговорим! — я указала рукой в сторону открытых дверей. — Мне давно пора косточки размять.

В комнате повисла тишина, пока её вдруг не прорезал звонкий голос:

— Надо же, Ризанд наконец привел в дом того, кому хватило смелости посоветовать Кассиану заткнуться.

Все мгновенно повернулись к ней. На ней было свободное красное платье из шифона. Её золотистые волосы были аккуратно уложены с помощью изящных гребней, а её живые карие глаза смотрели с явным одобрением. Теперь я, похоже, понимаю, почему Эрис за всё это время так и не обратил внимания ни на кого другого.

Я наметила поклон.

— Леди Морригана.

— Зови меня Мор, — улыбнулась женщина, протягивая мне руку.

— Нея, — пожала я протянутую руку.

— Здравствуй, Фейра.

Девушка кивнула, пожимая руку Морриганы. Я же обернулась к Кассиану.

— Ну так что?

— Не думаю, что стоит принимать слова моего главнокомандующего близко к сердцу, — вмешался Ризанд.

— А с чего вы взяли, что я расстроена? Я зла. И злость моя распространяется только на сказанное в сторону Фейры. Что до меня, не имею привычки обижаться на дураков.

— Нея, — Фейра перешла на русский. — Не надо заступаться.

— Вот когда ты будешь способна втоптать его в снег, тогда подумаю. Пойми, я старше, и ты мне дорога. Я за тебя отвечаю. И не позволю каким-то мордоворотам, — я кинула взгляд в сторону иллирианца, — тебя оскорблять. Ясно-понятно?

— Но ты вызвала его на поединок!

— И что с того?

— Кхм, дамы, может, вы перейдёте на язык, понятный для всех? — вмешался Ризанд.

— Я все ещё не получила ответа.

Кассиан смотрел на меня с нечитаемой эмоцией на лице, а затем улыбнулся:

— Возможно, завтра, человеческая воительница. Я приношу свои извинения, если мои слова вас сколько-нибудь задели, вас обеих. И в мыслях не было.

— Извинения приняты, — быстро, но сердито заверила Фейра.

Я смягчила взгляд.

— Пожалел.

— И очень даже зря, — раздался ещё один голос.

— Леди Амрена, — на этот раз я поклонилась глубже, уважение к древним существам в меня вбивалось с детства.

Эта женщина была очень маленького роста. Кожу покрывал ровный бронзовый загар. На лице застыло выражение скуки, а вот серебристые глаза…

Амрена смотрела на меня, будто пытаясь что-то вычислить. Затем как-то хищно улыбнулась и спросила:

— Мирионовская, что ли?

Я опешила. Лишь воспитание не позволило мне открыть рот и выпучить глаза.

— Прошу прощения, но вы-то откуда его знаете?

— Как не знать? — пожала она плечиком. — Все древние существа на свете так или иначе знакомы друг с другом. Жив ещё, поди?

Я кивнула, приходя в себя. Ну деда!

— Так и знала. Ничто подлеца не берёт. А ты ему кем будешь?

— Внучка.

— О, удивил. Что ж, чуть позже я украду тебя на парочку часов, а пока… — она обернулась к Фейре. — Итак, теперь нас двое. Обе мы появились на свет другими, а затем оказались в новых, непривычных телах.

Амрена жестом указала ей на стул рядом с Мор. Сама она расположилась напротив, меня усадила рядом. Азриель сел слева от нее, а Кассиан — справа от меня. Риз примостился рядом с Фейрой, что вызвало у меня ехидную усмешку.

Амрена посмотрела на Ризанда и продолжила:

— Впрочем, есть и третья. Кажется, ты уже несколько веков не получал вестей от Мирьямы. Было бы интересно узнать, что с ней случилось.

— Амрена, умоляю, переходи к сути. Я буквально умираю с голоду, — сказал Кассиан, округлив глаза.

Я подперла голову рукой, глядя на Фейру. Есть я сегодня не собиралась. Тоже достаточно прозрачный намёк. Сами виноваты.

— Что, Кассиан? — Амрена вдруг скосила глаза в мою сторону, но продолжила. — Видно, ты решил, что если смог отказаться от поединка с целительницей, что весьма благоразумно, ты сможешь улизнуть и от меня?

Странно, в каноне намек шёл на то, что он уже долго не встречался с женщинами. Это если мягко выразиться. С чего бы вдруг такая перемена?

— Я к твоим услугам.

Улыбка Амрены сделалась змеиной, но на этом конфликт был исчерпан. Обед прошёл на удивление спокойно. Фейра узнала о Мирьяме — первом человеке, которого превратили в бессмертное существо. Понаблюдала за переругиванием Кассиана и Азриеля, вызванного тем, что первый бесцеремонно стащил у меня тарелку из-под носа, заметив, что есть я не собираюсь.

— Я постоянно напоминаю ему, что нужно спрашивать разрешения, — произнёс Азриель, отодвигая пустую тарелку.

— Если за столько веков ты не смог его воспитать, то и сейчас это вряд ли удастся, — сказала Амрена и щёлкнула пальцами.

Передо мной появилась новая порция.

— Ешь, не отравлено.

Я обернулась в её сторону.

— Эти придурки могут считать тебя врагом, и я больше чем уверена, еще попытаются затащить тебя ко Двору кошмаров, но вот я затевать войну с твоим дедом совершенно не желаю. Ешь.

Я невольно улыбнулась, но послушалась. Обижать Амрену не хотелось, и отнюдь не из страха. Подумав немного, я на время отложила столовые приборы и вытащила сумку. Через несколько мгновений перед Амреной стоял бокал, наполненный кровью.

Теперь настала ее очередь удивленно приподнимать бровь.

— Уважила, благодарю.

— Это что, кровь? — мысленно спросила Фейра.

— Ну, кровь, и что?

Девушка покачала головой, но лицо сохранила.

— Поразительная женщина, — усмехнулся Кассиан. — И, наверное, единственная, кто поверит словам Амрены больше, чем нашим.

Я аккуратно сложила столовые приборы и обернулась к нему.

— Сливку хотите? — с улыбочкой крысы Шушеры поинтересовалась я.

Стоило ему слегка недоуменно кивнуть, как я указательным и средним пальцами вцепилась ему в нос, слегка выкрутив. Он охнул скорее от неожиданности, чем от боли, хотя и хватка у меня была приличной.

Демонстративно вытерла пальцы о салфеточку (пусть скажет спасибо, что не о его плечо) я вернулась к трапезе.

Зажимая переносицу, Кассиан почти восхищенно выдохнул:

— Похоже, Амрена была права, зря я тебя пожалел. Это не пальцы, а тиски.

Азриель и Ризанд синхронно покачали головами, Фейра спрятала лицо в ладони, зато Мор ухахатывалась.

— Ты определенно мне нравишься.

— Польщена. Прости, Фейра.

Она лишь махнула рукой.

— Правильно, девонька, — сказала мне Амрена. — Не давай ему спуску.

— Мор, напоминай мне почаще устраивать семейные обеды, — с улыбкой сказал Риз.

Остаток обеда прошел гладко. Фейре объяснили, что за камни вшиты в доспехи иллирианцев. Сифоны были призваны собирать магическую силу, а затем выпускать её наружу, получая тем самым разные способности, так как сила иллирианских воинов обычно подчиняется правилу: «Вначале сжечь дотла, а потом задавать вопросы». Типичные богатыри, сначала бьют, потом спрашивают.

Узнала она и о том, что никого из внутреннего круга в Подгорье не было, поскольку Риз спрятал их в Веларисе, а защиту закрепил на них же самих, так что никто не мог явиться ему на помощь, не раскрыв тайну города. Я воздержалась от комментариев. Сама знала, что на этой грани сложно рассуждать мудро.

После этого Фейра сменила тему, начав расспрашивать о том, как они все познакомились. Узнала о том, каким варварским народом являлись иллирианцы, особенно по отношению к женщинам. Это её поразило. «Они калечат своих женщин, чтобы те рожали побольше безупречных воинов», — так сказала Амрена. Я же как целительница поражалась силе этих женщин. Потому что не может забитая мать выносить здорового и крепкого ребенка. А у этих женщин получалось.

Слушать то, что я и так знала, было вовсе не так утомительно. К тому же с каждым произнесенным словом мой взгляд теплел.

Я сочувствовала мальчику Кассиану, которого выкинули в сугроб, стоило матери отлучить его от груди. Сочувствовала тому, кому приходилось вырывать свою жизнь зубами, отвоёвывая еду и одежду в драках, ночуя в хибарах, не защищающих даже от холода, вплоть до того момента, пока его не приютили Риз с матерью. Конечно, перед этим мальчишки подрались. Но хорошая дружба, как известно, начинается с хорошей драки.

Я сочувствовала юному Певцу теней, мать которого оказалась обманута кем-то из более состоятельных женатых иллирианцев. Сочувствовала мальчишке, которому пришлось провести одиннадцать лет своей жизни в доме своей мачехи в камере, где даже окна не было, имея возможность видеться с матерью лишь раз в неделю и не дольше часа. Сочувствовала тому, кому пришлось пробудить дар настолько древний, что и словами не описать, потому как больше защитить его было некому. Шрамы, оставленные ему старшими братьями, которые решили проверить, насколько сильна иллирианская регенерация, и подожгли его руки, остались не только на его коже, но и глубоко в душе. И это было самым страшным.

Я сочувствовала полукровке Ризу, которому приходилось доказывать свою значимость обоим народам, жертвуя иногда слишком многим. Сочувствовала мальчишке, для которого меньшим злом оказался иллирианский лагерь, а не родной дом. Его мать и отец были истинной парой, но назвать их союз истинной любовью было нельзя.

Я сочувствовала им всем, но кое-чего принять и понять не могла. Всё-таки мы с ними слишком разные. Да, наша дружба тоже частенько начинается с драки, но издевательство над слабыми мы всегда считали низостью.

— Ещё один незаконнорожденный отпрыск. Певец теней, который абсолютно ничего не умел. Вот над кем можно было поизмываться всласть. И это я не говорю, что он даже не мог летать...

— Отвлекаешься, — лениво протянула Мор.

Лицо Азриеля вновь стало ледяным. Мор это заметила. Кассиан же не обратил внимания на едва заметное молчание, волнами исходящее от Певца теней.

— Нам было безразлично, кто он. Мы создали его персональный ад на земле, превратили его жизнь в кошмар. Но мать Риза знала мать Аза и поэтому приютила и его.

— Неужто я слышу гордость в этих словах? Вам совсем было нечем заняться? — наконец не выдержала я. Хватит, молчала целый вечер. — Так ли сложна была ваша жизнь, если вы находили время измываться над тем, кто слабее вас? Интересно, как можно считать превосходными войнов, которые с детства стремятся лишь к травле тех, кто уступает им практически во всём?

В моей позе не изменилось ничего, я разве что обернулась, чтобы встретиться глазами с Кассианом. Взгляд мой оставался спокоен. О, держать лицо я умела.

Перемену в моём настроении заметили разве что Азриель и Амрена.

— Ты прямо нарываешься на поединок, — улыбнулся Кассиан.

— Нарываться я ещё и не начинала. Просто я-то в силу возраста понимаю побольше Фейры. И не высказать тебе всё, что я думаю о тебе в целом и твоём отношении к другим в частности, мне мешает только их непосредственное присутствие и чувство такта.

Он открыл было рот, но его перебила Амрена:

— Пойдём-ка, девонька, подышим. О Мироне поговорим.

И, не давая мне возразить, цепко схватила за локоть, вытаскивая на балкон.

— Фейра?

— Всё нормально. Я дослушаю.

Вот и хорошо. Пусть. Пусть дослушает о том, как они подружились, о том, как воевали, разделенные отцом Риза. Пусть узнает, как присоединилась к их компании Мор. О воскрешении Юриана, о надвигающейся войне и о завтрашнем походе в тюрьму. А я, я и так это знала. Армена права, нам не мешает поговорить о Мирионе. Вернее, о том, когда они успели познакомиться.

________________________________

https://biblioteka-online.org/book/korolevstvo-gneva-i-tumana/reader?page=166 — знакомство Фейры с внутренним кругом Риза. Глава 16. Страницы 166-182.