Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

Гарольд, Гермиона и Драко с сожалением разделились по факультетским столам. И если у Драко были Блэйз и Дафна, а у Гарольда — Лайза и Терри, то вот у Гермионы других друзей или хотя бы знакомых не было.

— Кстати, где этот Уизли?

Шёпотом поинтересовалась Лайза.

Гарольд оглядел гриффиндорский стол.

— Действительно. Странно, уже все сидят.

— Ага. Ладно, как у тебя каникулы прошли?

— Да нормально. А у тебя?

— Да у меня тоже. Слышал, Министерство из-за Блэка хотело дементоров вокруг школы расставить?

— Да, слышал. Слава Великим, они одумались.

— Да нет. — Покачал головой Энтони. — Об этом вроде до сих пор ведутся переговоры. Интересно, с чего они решили, что Блэк пойдёт именно в одно из самых защищённых зданий?

Падма хмуро посмотрела на них.

— Да без понятия, но не знаю, как ваши родители, а наши заберут нас из школы, если Дамблдор уступит.

— Да, я тоже не представляю, как мы будем учиться с дементорами.

В итоге все сошлись во мнении, что чёрт с ним, пускай Сириус Блэк будет в Хогвартсе, но дементоры — это уже слишком.

Рон Уизли, что интересно, за столом своего факультета так и не появился. Зато его младшая сестра оказалась на Рейвенкло и аккуратно села рядом с Гарольдом.

— Привет, я Джинни Уизли. — Она робко ему улыбнулась.

— Привет. Я Гарольд Поттер.

— Мгм. Я знаю.

После того как староста-пятикурсница увела первокурсников, к второкурсникам и третьекурсникам Рейвенкло обратилась староста-шестикурсница.

— Вы, пожалуйста, присмотритесь к первокурсникам. Мы, конечно, тоже будем следить за ними, но у нас не так много времени. Я не прошу дружить с ними, просто если заметите, что кому-то одиноко, он чувствует себя не в своей тарелке или у него возникли какие-то сложности с предметами, то подойдите, может быть, пообщайтесь, помогите, поинтересуйтесь, что случилось, или хотя бы просто скажите нам.

Все кивнули.

— Вот и отлично. Ну, пойдёмте тогда в гостиную.

Пока они шли за старостой, Гарольд размышлял о том, найдёт ли он новых друзей в этом году. Учитывая, что Джинни весь пир расспрашивала его о чём-нибудь, он полагал, что мог бы дружить с ней. Правда, с её братом Роном он не дружил, а даже наоборот, но с остальными Уизли у него вражды не было. С близнецами Фредом и Джорджем, как и с Перси, он не пересекался, а с другими попросту не был знаком. А так как сама Джинни не вызывала у него неприязни, значит, они вполне могли бы дружить.

На следующий день все узнали причину отсутствия Рона Уизли. Он решил не ехать на поезде, а прилететь на машине своего отца. Это вызвало недоумение гриффиндорцев и смех остальных факультетов.

Кстати, Джинни действительно хотела стать его подругой. Она всюду следовала за ним, участвовала в разговорах Гарольда с друзьями, спрашивала его обо всём. Но при этом не была навязчивой. Если Гарольд говорил не идти за ним, она не ходила, если говорил, что не в настроении общаться, она кивала и шла заниматься своими делами. Так что Гарольд по-прежнему не видел препятствий в их дружбе. Гермиона тоже, она с удовольствием помогала ей с уроками и объясняла непонятные темы. Драко Джинни, правда, не очень нравилась, но у Малфоев с Уизли давние тёрки. Гарольд полагал, что когда они узнают её получше, Драко переменит своё мнение.

Ещё он, помня о просьбе старосты смотреть за первокурсниками, смотрел за ними. Он заметил, что одной девочке, Луне, трудно общаться с ровесниками. Если говорить мягко, она была немного "не от мира сего".

Джинни пыталась с ней общаться, но получала весьма странные ответы.

— Вот она вроде нормальная, но иногда говорит что-то... Мягко говоря, странное. — Пожаловалась Джинни в конце октября Гермионе.

— Это, скорее всего, следствие того, что она не развивала какой-то дар. — Заметил Драко.

Гермиона удивлённо посмотрела на него.

— То есть... Я тоже могу через пару лет стать такой?

— Если не будешь развивать менталистику, то обязательно станешь. — "Успокоил" её Драко.

— У тебя есть дар менталистики? — с восторгом поинтересовалась Джинни.

— Есть. У Гарольда, кстати, тоже.

— Да? — Она оглянулась на него.

— Да. А у тебя есть какие-то дары?

— Не знаю... — Джинни вздохнула. — Мама сказала, что денег на проверку... Что я и без проверки могу прожить.

— Это неправильно. — Нахмурился Драко. — А если у тебя дар, который нельзя не развивать?

Гарольд улыбнулся. «Ну, вот, Драко уже о ней переживает. Прогресс».

— Ну... Маглорождённые ведь не делают и нормально живут.

— Да, но какой процент даров у маглорождённых? Гермиона у нас ого-го какое исключение. — Улыбнулся Гарольд. — А ты всё-таки чистокровная.

— Ну, многие считают, что это не так. — Джинни горько усмехнулась. — Что мы все тоже предатели крови.

— Тоже? А что, кто-то из ваших родственников стал им? — Удивился Гарольд.

— Мгм. Двоюродный дедушка мамы. Уж не знаю, что он сделал, но это связано с родом Малфоев. — Она посмотрела на Драко.

Драко кивнул.

— Он убил своего крестника, Драконда. Он был младшим братом моего деда, Абраксаса.

— Понятно...

Гермиона посмотрела на всех и, убедившись, что тайна раскрыта, больше никто ничего говорить не собирается, поинтересовалась: — А что значит "предатель крови"?

— Ну... Это значит, что человек предал кровь. — Драко непонимающе посмотрел на неё.

— Драко, я маглорождённая, так что можно поконкретнее? Определение у этого термина какое?

— Нет определения. — Заметил Гарольд. — Вернее, может и есть, но мы его не знаем...

— А, понятно.

— Нет, я не это имею в виду. Мы — это не конкретно мы, — он обвёл рукой присутствующих, — это маги.

— Это как? Маги придумали термин и не дали ему никакого определения?

— Дело в том... — Гарольд вздохнул, он понимал, что факт существования Великих Гермионе дался нелегко. — Что это придумали не маги. Предатель крови — это наказание самой магии.

— В смысле? Маги верят, что магия живая?

— Нет. Маги верят, что магия — это проявление одной из трёх Великих — Нэрсит.

— Хорошо... Так что с предателями крови?

Гарольд вздохнул. Для Гермионы это был просто факт; у магов есть такие-то боги, в которых они верят, так же как маглы верят в разных богов. Но чистокровные верят в Великих, как верят в то, что есть дементор, вампир, фестрал. Они просто знают об их существовании. Гарольд просто знал, что Геллерта оправдала магия, и это явно было не так, что маги просто решили: «Ну, пусть его оправдает магия».

Гарольд решил пока не переубеждать Гермиону, слишком тяжёлая тема.

— Ну, это люди, которые совершили преступление против родственников. Убийство крестника входит в эту категорию.

— Ну, понятно. А почему, если это совершил её, — она указала на Джинни, — прадед, предателями считают всех?

— Это наказание может распространяться на членов рода. Конечно, учитывая, что у Уизли семеро здоровых детей, почти все понимают, что в данном случае это не так, но дураки, как говорится, везде найдутся.

— При чём здесь дети?

— Один из пунктов наказания — дети максимум слабые маги, а скорее сквибы.

— Сквибы?

— Это между магом и маглом. Они видят дементоров, фестралов и других волшебных созданий, но при этом не могут использовать магию.

— Ну, ясно.

Через пару дней, когда они общались с Луной, к ним подлетела Серая Дама. Она, кстати, в этом году, в отличие от прошлого, не следовала за первокурсниками.

— Николас приглашает вас на юбилей своей смерти. Он будет проходить в нижних подземельях.

Гарольд не понял, о ком она. «Видимо, это кто-то из приведений».

— Безголовый Ник? — Удивилась Гермиона.

— Да. Именно он.

— И... Много кого из не приведений пригласили? — Спросил Гарольд.

— Только вас.

— И зачем мы понадобились гриффиндорскому приведению? — Драко вздохнул.

Серая Дама несколько секунд смотрела на них, после чего ответила:

— Он попросил пригласить Гарольда. Зачем — не знаю.

— Замечательно. То есть мы ему ещё и не нужны. — Проворчала Джинни.

— Полагаю, — Дама усмехнулась. — Он будет лишь рад дополнительным гостям.

— Ну, спасибо за приглашение.

— Пожалуйста.

Она начала уплывать, но обернулась.

— Если решите прийти, возьмите побольше еды.

— Хорошо. — Гарольд кивнул, после чего посмотрел на друзей. — Пойдём?

— Я не против. — Пожала плечами Гермиона. — Интересно будет посмотреть на праздник приведений.

— Ну мне, в принципе, тоже. — Кивнула Джинни.

— Если нарглы к тому времени вернут мои туфли. — Улыбнулась Луна, глядя куда-то в потолок.

— Ну, раз все не против... — Вздохнул Драко. — А что с твоими туфлями? — Он посмотрел на Луну.

— Нарглы иногда берут мои вещи поиграть. Но не беспокойтесь, они, скорее всего, вернут мою обувь до праздника, и я смогу пойти.

— Ты имеешь в виду, что другой обуви, кроме школьных туфель, у тебя нет? — Нахмурилась Джинни.

— Да, школьные вещи они не трогают. — Луна пожала плечами. — Наверное, их отталкивает запах книг.

— Понятно... — Гарольд мрачно кивнул.

Когда Луна отошла, он попросил Джинни: — Ты посмотри, у неё действительно нет обуви, кроме школьной.

— Хорошо. — Джинни серьёзно на него посмотрела.

— Если это правда, мы должны сообщить профессору Флитвику. — Хмуро заметила Гермиона.

Драко, Гарольд и Джинни кивнули.

На следующий день Джинни зло сообщила: — Туфель нет.

— Значит, идём к Флитвику. — Кивнула Гермиона.

Сказано — сделано. Через полчаса они стучались в кабинет Флитвика.

— Войдите.

— Извините, профессор, мы хотели сообщить, что подозреваем, что вещи Луны Лавгуд кто-то ворует.

— Да? — Профессор нахмурился. — Можно узнать, почему вы так решили?

— Луна вчера сказала, что нар... Кто-то берёт её вещи, я вечером посмотрела, у неё действительно нет обуви, кроме школьной, тёплых мантий, носков, шарфов и, может, чего-то ещё.

— Ну, во-первых, я бы посоветовал вам впредь не рыться в чужих вещах. Или хотя бы не признаваться в этом преподавателю. — Джинни немного покраснела. — А во-вторых, спасибо за информацию, я приду вечером в гостиную и проверю.

— Хорошо. Спасибо, профессор. — Кивнул Гарольд.

— Не за что. Можете идти.

Вечером в гостиную действительно пришёл Флитвик. Он сказал всем прийти сюда. После исполнения данного требования он попросил Луну подойти к нему и несколько секунд постоять спокойно. После чего коснулся её палочкой, конец палочки зажёгся голубым, Флитвик произнёс: — Obiectum deprehendatur.

Одежда на Луне зажглась синевой. Пока она удивлённо рассматривала свою мантию, Флитвик сказал старостам принести все светящиеся вещи из комнат и сказать, у кого они были.

Старосты ушли. Некоторые ученики непонимающе смотрели на всех, другие — с интересом, а кто-то — нервно.