Повелитель Тайн (джен)

Отражение в зеркале было ясным, но казалось, будто женщины в чёрном придворном платье там никогда и не появлялось.

Клейн тайком активировал Духовное Зрение, но ничего не обнаружил.

«Неужели я нанял женщину-призрака в качестве телохранителя? Она даже страннее призрака… По крайней мере призраков можно увидеть Духовным Зрением…» Клейн задумчиво коснулся медного свистка Азика в кармане и почувствовал лишь его холод. Как и прежде, никаких дополнительных изменений не было.

«Медный свисток на неё не действует… Похоже, она не нежить… Хотя я не могу быть уверен. Тогда медный свисток был похоронен вместе со мной, но окружавшие меня трупы не вели себя необычно… Это потому, что похороненные на кладбище прошли отпевание у священников и епископов? Когда он работает, а когда нет… Когда дело с послом закончится, если я ещё буду жив, схожу на кладбище и попробую выяснить область его действия и ограничения. Я не могу постоянно носить с собой такую бомбу замедленного действия…» Клейн умылся и вышел из ванной.

Он только взял газету в гостиной и собирался почитать её там или в спальне, как услышал звонок в дверь.

От звона у Клейна напряглись нервы. Он надел пальто, набитое всевозможными материалами, и осторожно пошёл к двери.

Он отчётливо знал, что опасность приближается в ближайшие несколько дней!

Постояв за дверью и выждав мгновение, Клейн увидел, как в сознании сама собой возникла картина того, что было снаружи.

В небе едва виднелась багровая луна. Изящные газовые фонари по обеим сторонам улицы освещали мокрую дорогу. Там стоял мальчик в старом пальто. В глубине его ярко-красных глаз читалась лёгкая растерянность.

«Ян Райт? Почему он появился? Разве это не то, что я видел в гадании во сне? Это прелюдия к опасности?» Клейн открыл дверь и осторожно отступил на два шага.

— Детектив Мориарти, — Ян снял коричневый котелок, поклонился и тихо сказал: — Я пришёл извиниться. Простите, что втянул вас в такое опасное дело.

Клейн слегка нахмурился и сказал:

— Тебе следовало отправиться в полицейский участок.

Ян огляделся и опустил голову.

— Я только что вышел из МИ-9.

«А? Так называется особый военный отдел?» Клейн отступил в сторону, указал на гостиную и сказал:

— Тогда, может быть, нам стоит поговорить.

«Нужно хотя бы понять, что поставило меня в такое положение…» — внутренне вздохнул он.

Ян не стал церемониться, вошёл за Клейном в гостиную и сел на то же место, что и в прошлый раз.

Он уже собирался заговорить, когда Клейн внезапно добавил:

— Если то, что ты собираешься сказать, подвергнет меня ещё большей опасности, можешь не рассказывать.

— Нет, всё скоро закончится. — В Яне была спокойная выдержка, не соответствующая его возрасту.

Клейн расслабился и с любопытством спросил:

— Так что именно произошло?

Прежде чем он договорил, из стёкол эркерного окна на другой стороне комнаты выступила фигура: чёрное придворное платье, светло-золотистые волосы, собранные в пучок, голубые глаза, тонкие черты и бледное лицо. Это была женщина, которая прежде поприветствовала Клейна в зеркале.

Казалось, эта женщина нашла иллюзорное кресло с высокой спинкой и села. Левой ладонью она поддерживала правый локоть, правой рукой подпирала лицо и приняла бесстрастную позу слушательницы.

На мгновение Клейн растерялся.

Ян, который молчал несколько секунд, тихо сказал:

— На самом деле детектив Зреал — шпион Империи Фейсак. Он приютил нескольких беспризорных детей и научил их собирать разведданные. Я один из них.

«Вот оно что… Я оказался втянут в крупное шпионское дело…» Клейн внезапно почувствовал, что всё прояснилось.

Ян посмотрел на кофейный столик и продолжил:

— У нашего возраста есть преимущество: другие часто нас не замечают, и мы можем собрать много полезной информации. Две недели назад я случайно наткнулся на следы рукописи Хельмсуина.

— Хельмсуина?

Клейну показалось это имя знакомым.

Ян поднял на него взгляд и объяснил:

— Турани фон Хельмсуин, величайший учёный после императора Розеля: математик, механик и отец второго поколения разностных машин.

«Так это он!» Клейн внезапно вспомнил соответствующие сведения.

Он был не только великим учёным, но и безумным учёным. Он считал, что человеческому существованию присущ коренной изъян и что окончательную истину можно постичь только с помощью машин. Он любил сахар так, будто это был его собственный источник энергии. Он таинственно исчез, когда изучал разностную машину третьего поколения, и был важной фигурой, которую пыталась найти каждая страна.

— Его рукопись? Она касается разностных машин третьего поколения? — прощупывающе спросил Клейн.

Разностная машина была механическим устройством для вычислений. Она могла заметно повысить эффективность научных исследований и различных проектов. С точки зрения Клейна, это был альтернативный компьютер Эпохи Пара. Конечно, пока он умел только считать.

Ян покачал головой.

— Я не уверен. Я не видел её своими глазами. Возможно, там были какие-то связанные идеи.

Он помолчал мгновение, а затем продолжил рассказывать, что произошло:

— Когда я сообщил об этом детективу Зреалу, он очень обрадовался и велел мне дальше идти по этой зацепке, а сам сразу доложил начальству.

— Мне потребовалось время, чтобы определить, где находится рукопись, но я боялся опасности и не стал красть её напрямую. Я решил вернуться к детективу Зреалу, а дальше всё было так, как я вам уже рассказывал: в дом детектива Зреала проникли, многие маленькие ловушки не восстановили, сам он не ответил на мой запрос о связи, а банда Змангер попыталась меня схватить…

— С вашей помощью я подтвердил смерть детектива Зреала. С его трупа я взял фальшивый зуб. О, это случилось уже после того, как мы расстались.

— Детектив Зреал говорил мне, что на внутренней стороне фальшивого зуба выгравирован способ срочно связаться с его начальством. Способа не знал даже он сам; зуб следовало вынимать только в случае несчастья.

Клейн слегка кивнул и сказал:

— Значит, ты отправил телеграмму?

На лице Яна мелькнуло редкое удивление.

— Это вам сказали люди из МИ-9?

— Нет, мой друг случайно увидел тебя на Бакарди-стрит, — Клейн небрежно придумал объяснение.

— Понятно. — Ян удручённо кивнул. — По телеграфу я связался с начальником детектива Зреала в Баклунде и договорился о времени, месте и способе встречи, но вскоре меня нашла банда Змангер. Нет, точнее, это был разведчик Республики Интис. Так мне сказали люди из МИ-9.

— К счастью, МИ-9 подоспели вовремя, и обе стороны сцепились в хаотичной схватке. Я воспользовался возможностью и сбежал.

— Однако, когда сегодня днём я встретился с начальником детектива Зреала, на меня снова напали интисские разведчики. К несчастью, меня схватили. Я очень боялся умереть, поэтому рассказал им всё, что знал. Но они не сдержали обещание и всё равно хотели меня убить. В тот момент МИ-9 наконец нашла меня.

«Только в такие моменты ты и выглядишь как пятнадцати-шестнадцатилетний подросток…» Как раз когда Клейн думал об этом, он внезапно заметил проблему в только что сказанном Яном.

Тогда, обнаружив, что на трупе Зреала осталось что-то важное и что Ян успешно это забрал, он списал всё на недостаток навыков у того Потустороннего и решил, что медиумизм дал слишком мало полезной информации, поэтому тот что-то упустил.

Однако теперь, когда подтвердилось, что у посла есть Потусторонний средней Последовательности Пути Провидца, ситуация стала крайне странной. При мощном медиумизме фальшивый зуб невозможно было не обнаружить.

При этом тело, оставленное в таком удалённом и труднодоступном месте, не походило на ловушку.

В сочетании с рассказом Яна ответ был очевиден.

Клейн кивнул и сказал:

— Ты не думал о возможности, что рядом с начальником Зреала есть предатель? Предатель, перебежавший к интисской разведке?

— Именно поэтому Зреала раскрыли и убили, когда он получил зацепку по рукописи. И именно поэтому ты попал в засаду.

«Сторона посла Интиса владела сведениями о начальнике Зреала, поэтому и не придавала большого значения срочному способу связи, выгравированному на внутренней стороне зуба!

Доклад Зреала начальству напрямую привёл его к смерти!»

Услышав это, Ян оцепенел. Прошло довольно много времени, прежде чем он сжал кулаки от гнева и, стараясь взять себя в руки, сказал:

— Я об этом не подумал. Вы действительно отличный детектив…

Он тихо выдохнул и сменил тему:

— Я рассказал МИ-9, где находится рукопись, и всё остальное. Они ещё вскользь упомянули ваше положение. Хех, они не заподозрили, что я лгу, и не стали никого за мной посылать. Все отправились бороться за рукопись. Впрочем, под таким давлением никто не сможет солгать.

Сказав это, Ян встал и глубоко поклонился.

— Пожалуйста, позвольте мне ещё раз извиниться.

— Простите, что втянул вас в это. На самом деле вам не нужно ничего скрывать ради меня.

Поняв всю ситуацию, Клейн улыбнулся и сказал:

— Нет, главная проблема в этом деле возникла из-за моей ошибки, и именно она поставила меня в нынешнее положение.

Пока он слушал, рассказ Яна и собственные размышления последних дней помогли ему подтвердить, что он совершил две ошибки.

«Когда я понял, что дело Яна глубже, чем кажется, я всё равно принял заказ. Само по себе это не было проблемой: тогда я считал, что оно связано с бандами и в худшем случае с одним-двумя Потусторонними, которые не посмеют показываться. Но гаданию не хватало информации, и оно провалилось… Это было в пределах того, с чем я мог справиться самостоятельно, и обычно не должно было создать больших неприятностей. Я даже мог воспользоваться случаем и познакомиться с Потусторонними Баклунда.

После того как я нашёл труп Зреала и убедился, что дело действительно серьёзное, мне следовало учесть чувствительность собственной личности и решительно выйти из этого дела. Нужно было позволить Яну самому разбираться с дальнейшими событиями. Это не создало бы проблем и было бы довольно осторожным выбором.

Одна из моих ошибок в том, что я не отступил и ничего не выдал о Яне, когда ко мне пришёл Мерсо. Я думал только, что он из банды, за которой стоят какие-то Потусторонние. Кто бы мог догадаться, что дело связано с такой фигурой, как посол Интиса? И уж тем более я не ожидал, что Мерсо окажется настолько безрассуден. Провалив задание, он не стал угрожать, запугивать меня или пробовать другие варианты. Вместо этого он сразу пришёл убить меня, чтобы провести медиумизм. Он даже не дал мне возможности пожалеть о решении. В результате моё положение ухудшилось.

Так что эта ошибка была не слишком субъективной и не слишком серьёзной.

Ошибка, из-за которой я действительно оказался в таком пассивном положении, была крошечной ошибкой в самом начале. Я снял дом и принял заказ как Шерлок Мориарти, не надев маскировку!

Из-за этого я не могу сбежать после того, как посол узнал, что я Потусторонний. Даже если я изображал ужас и панику, заставляя МИ-9 и полицию поверить, что мой побег был бы нормальной реакцией, я всё равно не осмелился бежать. Я боялся, что, не найдя цели для мести, посол сообщит обо мне официальным структурам. А по моему опыту Ночного Стража, большинство официальных „исполнителей закона“ враждебно относятся к неконтролируемым Потусторонним. Они точно не проигнорируют меня только потому, что я Потусторонний низкой Последовательности, и начнут расследование.

Со временем моя внешность станет явным доказательством. Тогда за мной начнут охоту Потусторонние высокой Последовательности Церкви Богини, потому что я воскрес, хотя был связан с Запечатанным Артефактом класса 0.

Нельзя рассчитывать, что подобное вдруг забудут или сочтут неважным. Мне нужно было заранее готовиться к худшему варианту. Если реагировать только после того, как посол начнёт действовать, будет уже слишком поздно. Убийство, поиск телохранителя, покупка предметов — всё это требует времени.

Только если посол и его помощник умрут или внимание переключится на расследование его смерти, я смогу устранить эту скрытую угрозу. У его помощника нет официального статуса, так что он не может взаимодействовать с официальными структурами. Ради какого-то человека Последовательности 9, самое большее Последовательности 8, чьё местонахождение неизвестно, нет смысла тратить силы, чтобы сообщать обо мне.

Конечно, лучший исход — если помощник тоже умрёт. Тогда скрытой угрозы не останется.

По сравнению с тем, чтобы обращаться за помощью к мистеру Азику, снова привлекать внимание 0-08, а затем ещё и быть преследуемым Потусторонними высокой Последовательности, убийство посла — относительно более простой выбор… Даже если оно провалится, мне останется выдержать лишь один из двух исходов…

Эх, всё началось с маленького недосмотра в самом начале. Я думал только, что в мегаполисе с более чем пятью миллионами жителей, где меня мало кто знает и где я сознательно избегаю Ночных Стражей, нет необходимости каждый день носить маскировку: так окружающие скорее заметили бы неладное. И вот за такую маленькую ошибку мне придётся заплатить больше 10 000 золотых фунтов, без всякой гарантии, что это решит проблему…

Я и правда похож на Клоуна: одна ошибка запускает цепную реакцию, а потом остаётся только отчаянно удерживать равновесие, чтобы порадовать зрителей…

Всё это от недостатка опыта. За две жизни вместе взятые я впервые оказался в роли беглого преступника.

Когда это дело будет полностью решено, разоблачение моей личности Потустороннего уже не будет настолько опасным. Они лишь решат, что я получил зелье, пока искал телохранителя, и не заподозрят моё происхождение. Конечно, в будущем придётся привыкнуть к очкам и растительности на лице, чтобы окружающие постепенно привыкли к моему новому образу. Когда потом меня будут вспоминать, они будут думать именно об этом образе.»

Разобравшись со всем, Клейн улыбался всё заметнее, и Ян почувствовал себя странно.

— Мне пора. Нужно на какое-то время исчезнуть, иначе меня могут бросить в тюрьму. — Ян надел шляпу, попрощался и ушёл.

Клейн не стал его останавливать. Он смотрел, как Ян исчезает в багровом лунном свете, а женщина у эркерного окна уже исчезла, и он не заметил когда.