Повелитель Тайн (джен)

Эйлин плотно сжала губы и со смесью злости и ужаса уставилась на худое улыбающееся лицо посла.

Бейкерленд вытянул правую руку, окутанную бесшумно пляшущим оранжевым пламенем.

Он сделал два шага вперёд, словно собираясь прижать ладонь к коже Эйлин.

От этого Эйлин вспомнила сцены из многих романов, где жестокие дознаватели клеймили жертв раскалённым железом, причиняя невыносимую боль.

— Нет, я не могу быть настолько жестоким с такой прекрасной леди, — Бейкерленд внезапно остановил ладонь и тихо усмехнулся.

Он резко встряхнул рукой, и оранжевое пламя превратилось в длинный красный хлыст.

Этот хлыст обжигал воздух вокруг, и по всей его длине прорастали загнутые шипы.

Бах!

Бейкерленд полоснул пламенным хлыстом по Эйлин так, что её одежда обуглилась и разошлась, а на коже остался глубокий чёрный след ожога. Лицо девушки исказилось, и она закричала.

— Кто тебя послал? — мягко спросил Бейкерленд снова.

Губы Эйлин задрожали ещё несколько раз, прежде чем она наконец открыла рот:

— Это был…

Когда Бейкерленд машинально вслушивался в ответ, в его глазах вдруг отразилось багровое марево.

«О нет!»

Бейкерленд рванулся назад и перекатился по полу.

На том месте, где он только что стоял, взметнулась стена пламени.

Шлёп!

На огненную стену, шипя, брызнули похожие на дождь кровь и плоть.

Часть брызг прошла сквозь пламя, оставив на полу тонкий кровавый след.

В конце этого следа уже стоял на ногах посол Интиса Бейкерленд.

Он увидел, что живот Эйлин разорван, а изнутри наружу тянутся две руки, облепленные вязкой жидкостью.

Одним резким толчком эти две руки вытолкнули наружу человекообразное существо, пробурившееся через живот прекрасной Эйлин. «Оно» было покрыто густой, шевелящейся кроваво-красной жижей, непрерывно стекавшей вниз, и по размеру напоминало взрослого мужчину.

Трудно было вообразить, как в теле обычной женщины, да ещё при совершенно плоском животе, могло скрываться нечто подобное!

«Как оно вообще там поместилось?!»

Бум!

Всё тело Эйлин ниже головы полностью взорвалось, обратившись в чистую плоть и кровь, которые хлынули на это человекообразное существо, смешиваясь с капающей жижей и превращаясь в странное алое одеяние.

Фигура явила истинное лицо — прекрасное и причудливое, почти женское. Кроваво-красная мантия на ней в свете пламени походила на распустившийся цветок.

— Епископ Розы! — будучи опытным разведчиком, Бейкерленд мгновенно узнал соответствующую последовательность.

Последовательность 6 Пути Просителя секретов — Епископ Розы.

Каждый Епископ Розы был мастером магии плоти и крови.

Потусторонние этой последовательности могли скрываться внутри чужих тел, уходя от всевозможных проверок.

Но в миг своего появления они убивали носителя.

— Во имя Господа! — тихо выкрикнула оставшаяся голова Эйлин и навсегда закрыла глаза.

Епископ Розы протянул правую руку и четыре раза коснулся груди в порядке: снизу, сверху, справа, слева.

С глазами, отражавшими и кровь, и пламя, он взглянул на Бейкерленда и шагнул вперёд правой ногой, проходя сквозь огненную стену. Огонь не причинил ему никакого вреда; вниз продолжала стекать лишь тёмно-красная жидкость.

Бейкерленд вновь отступил и сорвавшимся голосом крикнул:

— Кто-нибудь! На помощь!

Хотя его лучший помощник Росаго и несколько разведчиков были на задании, в посольстве по-прежнему хватало Потусторонних. Это были военные атташе, получившие разрешение от Королевства Лоэн. Именно они и составляли местные силы обороны.

Один относился к Последовательности 5, один — к Последовательности 6, трое — к Последовательности 7 и ещё почти десяток — к Последовательностям 8 и 9.

Голос Бейкерленда раскатился по комнате, но так и не вышел за её пределы. Снаружи музыка не смолкла, бал продолжался.

Словно сама комната превратилась в полностью изолированный мир!

— Это… — Бейкерленд осёкся, прищурился и огляделся.

Епископ Розы не спешил атаковать и с тихим смешком произнёс:

— Всё это произошло по твоей собственной воле, по правилам, которые ты сам же и установил. Ты приказал стражникам не беспокоить тебя, не подходить и никого не подпускать. Да… Я лишь усилил твою волю и правила, слегка их исказив. Если хочешь выбраться из этой изоляции, тебе придётся победить самого себя.

Выражение лица Бейкерленда слегка изменилось. То, что выглядело как послушание правилам, на самом деле было их искажением. Способность черпать силу порядка и обращать её себе на службу напомнила ему о другой последовательности.

— Барон Развращения! — прорычал Бейкерленд.

Это была Последовательность 6 Пути Адвоката, то есть Пути Чёрного Императора.

Не успев договорить, Бейкерленд резко помрачнел и выпалил:

— Пастырь! Ты Пастырь! Кто ты из Ордена Авроры? Мистер А? Почему ты пытаешься меня убить?

Епископ Розы, нет — Пастырь, усмехнулся.

— Тебе незачем знать, кто я.

— Прими благословение Господа…

Не закончив фразу, он вдруг застыл. Словно суставы покрылись ржавчиной, а сам он превратился в марионетку.

Бейкерленд восторженно рассмеялся. Мрачность мгновенно исчезла с его лица. Он вынул из левого нагрудного кармана белый платок и вытер уголок рта.

— Я рад, что мы успели так долго поболтать. Времени мне хватило.

Когда платок опустился, из левого нагрудного кармана показалась крошечная, размером с большой палец, головка марионетки с абсолютно чёрными глазами.

Пастырь уже открыл рот, собираясь что-то сказать, как услышал полый, будто доносящийся издалека голос.

— Ты…

После короткой паузы его тело резко раздулось, кожа потемнела, из головы выросли два изогнутых козлиных рога со странными зловещими узорами, а за спиной распахнулись крылья, веявшие серой.

Пастырь мгновенно вырос почти до трёх метров, превратившись в подобие дьявола.

Но даже так его суставы будто были скованы наглухо. Движения оставались тяжёлыми и медленными, мысли начинали плыть.

— У тебя ещё и способности Дьявола? Вполне достойно Пастыря. Позволь же мне отправить тебя к твоему Господу.

Не мешкая, в центре правой ладони Бейкерленда возникло длинное огненное копьё с ослепительно-белым наконечником.

Он согнул спину, готовясь метнуть копьё, пригвоздить Пастыря к стене и сжечь дотла.

Последовательность 7 Пути Охотника, Пироманьяк, в древности называлась Огненным Магом.

Кхе! Кхе! Кхе! Кхе!

В этот миг Бейкерленда скрутил жестокий кашель — такой сильный, что ему почудилось, будто он вот-вот выплюнет сердце и лёгкие. Огненное копьё в руке потеряло форму и начало понемногу рассеиваться. Лицо посла залилось краснотой, а лоб пылал жаром.

Влияние, которым его наделял мистический предмет, спало. Пастырь освободился от сковывающей вялости и вернулся в нормальное состояние.

— Как думаешь, я так долго с тобой болтал из-за приятной компании? Каково это — тяжёлая пневмония и кашель, который невозможно остановить? — с кривой улыбкой спросил дьявольский лик.

Услышав это, Бейкерленд вдруг вспомнил, каким прекрасным и чарующим враг предстал перед ним в самом начале, и с сожалением прохрипел:

— Кхе… Кхе… Болезнь!

— Ты… Кхе! Кхе!… убил… Кхе! Кхе! Кхе!… Демонессу Недугов!

Пастырь развеял дьявольский облик, и его фигура распалась на несколько наложенных друг на друга остаточных образов.

— Нет, я всего лишь получил дар от Угодника Мрака, — усмехнулся он. — Я знаю, что у Заговорщиков всегда найдутся запасные средства, поэтому сейчас пущу в ход сильнейшую свою способность, чтобы у тебя не осталось лишней надежды.

Перед ним возникла полупрозрачная, размытая книга.

Древний фолиант быстро перелистнулся, и тихий голос произнёс:

«Я пришёл, я увидел, я записал».

— Всё, что я записал, я могу использовать один раз. Эту способность Угодник Мрака нарочно продемонстрировал мне. Пусть у меня лишь половина её изначальной силы, этого всё равно достаточно.

Голос Пастыря стал неземным, а тело его окутала тьма, хлынувшая из книги.

Очень быстро он превратился в небольшого гиганта ростом примерно 2,3-2,4 метра. Всё тело покрыли холодные чёрные доспехи, а на месте глаз сияли два багровых огонька.

Тёмный рыцарь поднял обеими руками палаш, шагнул вперёд и нанёс беспощадный рубящий удар.

— Нет! Почему?!

Отчаянно вскрикнув, Бейкерленд увидел, как пласты пламени, рвавшиеся из его тела, рассекаются надвое. Всевозможные огни взрывались и распадались, а его собственное тело разошлось на две половины.

Бух!

Бейкерленд рухнул на пол. Из чудовищной раны не вытекло ни капли крови. Казалось, даже душу его разъел и уничтожил тот чёрный меч, словно и не существовавший в реальности.

Бум! Бум! Бум!

Потерявшие контроль языки пламени, вырвавшиеся из тела Бейкерленда, обрушили часть комнаты и заставили задребезжать стекло. В тот же миг созданная его собственной волей изоляция исчезла вместе с его смертью.

Пастырь не стал ни задерживаться, ни ждать, пока выпадет Потусторонняя характеристика. Вернув себе прежний расплывчатый, многослойный облик, он воспользовался коротким промежутком до появления военных атташе посольства, пронёсся сквозь стены и растворился во тьме снаружи.

* * *

На Минск-стрит, 15, Клейн замер, положив правую руку на ручку двери.

Прежде чем открыть дверь, он решил подбросить монетку.

Раз Ян уже приходил, значит, картина-откровение, которую Клейн увидел в гадании по снам, уже сбылась. Следовательно, опасность могла прийти в любую секунду!

Бормоча: «Гость за дверью принесёт опасность», Клейн подбросил четверть пенни и проследил, как монета упала ему в ладонь цифрой вверх.

«Отрицательно…» — пробормотал Клейн и взялся за ручку.

И всё же он не ослабил бдительности. Он знал, что на стороне посла есть Потусторонний средней Последовательности того же пути, что и он сам, а значит, тот мог вмешаться в гадание.

«Если это именно он, ошибочный результат вполне естественен!

Жаль, у меня нет времени или возможности проверить всё это над Серым Туманом…» Клейн на мгновение взглянул сквозь дверь Духовным Зрением. Не заметив ничего подозрительного, он открыл дверь и отступил на два шага.

Одетый в чёрно-белую клетчатую форму, сержант Фэксин снял шляпу и с серьёзным видом сказал:

— Меня прислало начальство предупредить вас: сегодня и завтра вам нужно быть особенно осторожным. Берегитесь незнакомцев.