Мальчик-Который-Не-Хотел-Колдовать (джен)

Гарри предпринял ещё одну попытку посетить уроки ЗОТИ, которые были во вторник первой парой. Он снова сел на самую последнюю парту и попытался сосредоточиться на том, что читал профессор Квирелл. Сегодня преподаватель защиты был особенно нервным и дёрганным, постоянно озирался по сторонам, сбивался с хода своих мыслей и, казалось, будто его что-то очень сильно волнует, а он хочет поскорее закончить урок.

У Гарри опять разболелась голова от постоянного мыканья профессора, от невозможности понять лекцию и удушливого, раздражающего запаха чеснока. Дождавшись окончания первого урока, мальчик собрал свои вещи и молча улизнул на перемене, решив что второго подряд занятия он не выдержит. Идти в свою гостиную Гарри не мог — его бы сразу заметили, поэтому ученик попытался найти укромный уголок, но, как и в прошлый раз, нарвался на Аргуса Филча. "И откуда только он так точно узнаёт, где бродят непослушные дети?".

— А, это снова ты, мальчишка Поттер, — Аргус схватил мальчика за шиворот.

— Да, сэр, это снова я. Как видите. Что вы хотите, чтобы я помыл на этот раз? — вежливо спросил пуффендуец-прогульщик.

— Я смотрю, ты сам готов предложить свои услуги? Ладно, так и быть, ты мне кое-где наведёшь порядок, а я не сдам тебя твоему декану, — предложил Филч.

— Хорошо, сэр, — уверенно согласился Гарри.

Завхоз потащил мальчика за руку на другой этаж в какие-то дальние коридоры, которые никак не использовались. Они шли такими путями, что им не попалось ни одной живой души. "И как только он научился так хорошо ориентироваться в замке и избегать людных мест?".

— Я слышал, Поттер, что ты на самом деле вообще не можешь колдовать. Ты мне не соврал в тот раз. А зачем и чему тебя тогда здесь учат? — заинтересованно спросил Филч.

— Понятия не имею, сэр. Может думают, что если долго мучиться, что-нибудь получится? — предположил мальчик.

— Не обольщайся, Поттер, не получится. Я пробовал. Если нет дара к волшебству, то из воздуха он не возьмётся, — продолжал беседу Аргус. — А вот мы и пришли, — сказал завхоз и открыл старую дверь большим ржавым ключом.

Они вошли в какой-то кабинет, заставленный шкафами, комодами и тумбочками, которые покрывал внушительный слой пыли.

— Приберись тут. Надо почистить всю эту мебель. Тряпки, щётки, веники вон там, под раковиной, — он указал рукой на умывальник. — Я буду здесь недалеко, зайду минут через сорок.

Гарри без лишних разговоров принялся очищать мебель. Ему нравился Филч, хоть он и был брюзжащим стариком, но он казался нормальным. Слишком нормальным для этого безумного места. И как понял мальчик, Филч как раз и был тем самым, за кого выдавал себя сам Гарри — сквибом.

Когда почти все шкафы и тумбы были вычищены, пуффендуец открыл один из дальних комодов, и оттуда неожиданно выскочила какая-то бесформенная чёрная субстанция, мальчик отпрыгнул от неожиданности и вдруг с ужасом обнаружил, что эта субстанция приняла форму Дадли, Вернона и Петунии Дурсль — они, по всей видимости, были мертвы и лежали на полу в неестественных позах. Гарри с минуту стоял в ступоре с вытаращенными глазами, пока до него не стало доходить: "Это иллюзия. Просто иллюзия. Голограмма, галлюцинация, наваждение. Это не может быть правдой! Дурсли не могут быть в замке. А тем более они не могут быть в этой комнате. И уж они никак не могли появиться из комода. Три человека не могут поместиться в комоде! Это смешно и нелепо!", — Гарри засмеялся.

Дверь в помещение открылась и мальчик услышал за спиной голос Филча:

— Поттер, чёрт возьми! — выругался завхоз, заметив фигуры. — Опять эта нечисть попалась, уже в который раз! Пойдём отсюда, — и он потянул ребёнка за руку.

Гарри глянул на Филча, потом снова посмотрел на мёртвых Дурслей и увидел, что они превратились в мёртвую кошку. "Что за чёрт?". Аргус тем временем вытащил мальчишку за дверь и закрыл её на ключ.

— Ты в порядке, Поттер? — посмотрел он на мальчика. — Не бойся, это боггарт. Их тут полно бывает в замке.

— Боггарт? — переспросил Гарри.

-Да, это такие привидения, которые принимают форму страха, стоящего перед ним человека. Это может быть существо, объект или предмет. Обычно они обитают в закоулках, в тёмных углах, в ящиках, под кроватью и в шкафах. Любят темноту и боятся смеха. Я потом попрошу кого-нибудь из преподавателей убрать его отсюда. Боггарты только пугают, но не могут причинить реального вреда.

— Эта кошка, это ведь ваша кошка, да? — осмелился спросить Гарри.

— А, кошка... Кыс-кыс-кыс, — позвал Филч, и из-за угла выскочила желтоглазая кошка серо-пепельного окраса с тёмными полосками. — Это миссис Норрис, моя питомица, она мне помогает следить за порядком, — Аргус поднял кошку на руки.

— Привет, миссис Норрис, — сказал Гарри и погладил кошку, та замурлыкала в ответ.

— Ладно, малец, тебе пора идти, — сказал завхоз. — Скоро начнётся следующее занятие. Тебе вон туда, спустись по лестнице и поворот налево.

— Спасибо, мистер Филч, — сказал Гарри. — Пока, миссис Норрис, — и скрылся за поворотом.

Мальчик успел аккурат за минуту до того, как прозвенел колокол на урок Трансфигурации. Сегодня учились превращать суповые тарелки в черепах. Гарри, естественно, ничего не превращал, зато с некоторым интересом наблюдал, как у других черепахи приобретали расцветку тарелки, либо вместо панциря у них была тарелка или у тарелки просто вырастали голова, хвост и лапы, или тарелка приобретала черепаший цвет, но не переставала быть тарелкой. "Бедные животные, Гринписа на них нету! Их бы так самих в кого-нибудь превращали и обратно".

— Мистер Поттер! — МакГонагалл с грацией кошки снова появилась у стола Гарри. — У вас сегодня после ужина со мной индивидуальные занятия по распоряжению директора школы. Прошу не опаздывать.

— Да, мэм, — ответил мальчик, мысленно перекривившись: меньше всего хотелось, чтобы сегодня вечером ему снова промывали мозги.

Последние два урока были Травологией. Занимались подкормкой и поливом тех самых глазастых растений, которые Гарри заметил в первый раз, когда пришёл в теплицы. Это было магическое растение, разновидность магического мака под названием Papaver luscus. Оно не было опасным, но могло очаровать и сбить с толку, если слишком долго смотреть в его глазастую серединку. А так это были довольно милые растения, они даже пытались ластиться и обниматься, хватали своими листочками за руки и за одежду и пытались прильнуть цветочными головками, совсем как человек. Их семена использовались в различных косметических зельях. В общем, Гарри остался доволен уроком Травологии и его настроение могли омрачить только индивидуальные занятия Трансфигурацией сегодня вечером.

* * *

Гарри пришёл в назначенное время в кабинет к профессору МакГонагалл на индивидуальные занятия. Он неловко постучал в дверь и осторожно приоткрыл её, услышав "входите". Класс выглядел не так, как он выглядит во время обычных уроков. Посреди кабинета стоял невысокий журнальный столик и два удобных кресла, свет был приглушённым. На столе располагался фарфоровый сервиз с заварочным чайником и двумя небольшими чашками с блюдцами. В помещении пахло благовониями. Гарри удивлённо посмотрел на МакГонагалл.

— Проходи, Гарри, садись за стол. У нас сегодня будет необычный урок, — пригласила его декан Гриффиндора. — Для того, чтобы раскрыть твой потенциал, запустить спящую магию, мы начнём с подготовительных техник. Я научу тебя познавать себя, обретать внутренний покой и брать под контроль свои мысли, эмоции, действия... — профессор налила ему чай и пододвинула чашку.

Гарри понюхал жидкость — аромат ему был незнаком, но показался приятным. Хотя мальчик и не испытывал желания пить что-то один на один с профессором, но понимал, что ему всё равно придётся это делать. Он отхлебнул из чашки и почувствовал на языке ягодные, фруктовые и цветочные нотки с чем-то... древесным?

— Это китайский чай, улун Шуйсянь, он поможет сконцентрироваться на процессе. А благовония... — профессор указала на подставку с зажжёнными ароматическими палочками в углу кабинета, — аромат эфирного масла жасмина способствует раскрытию и настраивает на восприятие.

Гарри пил чай, молча слушая профессора МакГонагалл. Задача стояла не из простых — не потерять контроль со всеми этими раскрытиями и настройками.

— А теперь... — женщина-ведьма взмахнула палочкой и стол с сервизом исчезли. — Теперь откинься на спинку кресла, закрой глаза и расслабься. Отвлекись от повседневных дел и очисти свой разум, сконцентрируйся на себе внутреннем. Освободи свой ум, ни о чём не думай, отпусти неприятные мысли и эмоции. Ты ощущаешь чувство радости и безмятежности. Оставь гнев и обиды. Только радость и безмятежность. Ты стоишь на солнечной поляне. Ты — дерево. Ветер обдувает и колышет твою листву, птицы гнездятся и поют в твоих ветвях, твои корни высасывают из недр земли живительную влагу. Ты дерево. У тебя мощный шероховатый ствол и широкая раскидистая крона. Ты дуб...

Гарри чувствовал, что пребывает где-то в полёте, вроде бы тут, а вроде и не тут. Слова профессора уносили в блаженную даль, он стал осознавать себя деревом. Большим дубом под огромным голубым небом. Все проблемы ушли.

— На тебе созревают плоды, наступает осень, плоды падают в землю, ты сбрасываешь свою листву и засыпаешь на зиму. Ты спишь под снежной шапкой. Наступает весна. Ты больше не дерево, ты — жёлудь, упавший в питательную почву. Жёлудь трескается, раскрывается и даёт жизнь новому ростку. Ты чувствуешь, как твоя жёсткая грубая оболочка растрескивает и раскрывается, раскрывается, раскрывается...

Гарри так увлёкся, что чуть было не пропустил момент, когда стена, которую он выстроил вокруг своего магического ядра, дала трещину, и сквозь кирпичную кладку стал пробиваться свет. Мальчик едва заметно дёрнулся, вернулся в себя и почувствовал, как всё отматывается обратно, словно киноплёнка, которую запустили задом наперёд: жёлудь закрылся и взлетел обратно на дерево, дерево перестало быть деревом и Гарри почувствовал себя самим собой. Не решаясь открыть глаза, он продолжал размеренно дышать.

Спустя ещё какое-то время профессор МакГонагалл позвала мальчика.

— Мистер Поттер! Гарри! Сеанс на сегодня окончен, продолжайте заниматься медитативными практиками и открывать свой разум.

— Да, мэм, — сказал пуффендуец вслух, а про себя подумал, — "Мне надо активнее заниматься медитативными практиками, только не открывать, а, наоборот, тщательнее закрывать свой разум. Я чуть было не дал слабину".

Остаток вечера Поттер потратил на уроки, написание эссе и пребывание у себя в постели подальше от людских глаз.