Поттер на Слизерине (гет)

Хотя меры, как я считаю, были правильными, но, к сожалению, оказались недостаточными: на следующий день после окончания занятий на завтрак не явилась Джинни Уизли. Врио директора заявила, что, если ученицу не найдут, школа будет закрыта.

Я задал вопрос:

Заместитель директора! Полвека назад кто-нибудь погибал на территории школы?

— Да. Елизвета Уоррен Миртл.

— Тогда у меня есть мысль, что делать, но есть одно условие, прежде, чем её озвучу.

— Какое?

— Зайти в больничное крыло к оцепеневшей Гермионе Грейнджер.

— Но зачем?

— Кто знает, может быть, ученица вашего факультета успела в библиотеке найти ответы на вопросы об оцепенениях, но не успела никому сообщить? Во-вторых, после двух оцепенений, а именно кошки сквиба и маглорожденного первокурсника я дал совет смотреться в зеркальце, ведь вода на полу или фотоаппарат с собой ведь есть далеко не всегда?

— Я согласна на условие.

В одной руке у потерпевшей было зеркальце, а вот другая зажата. Я раскрыл пальцы. Вывод из записей был неприятный: в замке уже тысячу лет находится способный передвигаться по трубам и убивать прямым взглядом василиск. В принципе о существе со змеином языком, способным убивать взглядом, я и так догадался, правда, доказательств не хватало, разве что название василиск мне было неизвестно. Вернвушись из больничного крыла, я заявил: Мои предположения, о которых я молчал, подтвердились. По замку ползает способный убивать прямым взглядом змей, правда, название вида василиск, являясь магловоспитанным, я не знал. Так что будет нужна помощь преподавателя защиты от сил зла. И ещё, скорее всего, Джинни Уизли причастна к тому, что спустя полвека оцепенения возобновились, хотя, может быть, она была одержимой и не осознавала своих действий, — на самом деле, на помощь Златопуста Локонса я не рассчитывал, но надеялся, что таким образом реализую проклятие на должность.

Подойдя к туалету плаксы Миртл вместе с ним, я обратился с просьбой: Елизавета Уоррен Миртл! Прошу прощения, но спустя полвека руководству школы захотелось узнать, как ты умерла.

— Тринадцатого июня 1943 года Оливия Хорбни обозвала меня очкастой дурой, я ушла в этот туалет, но вскоре услышала два голоса — один какого-то мальчишки, другой просто шипение. Выйдя, я увидела жёлтый глаз на фоне рукомойнка и умерла.

— Надеюсь, что тут сложного пароля нет. Откройся! Откройся! Откройся! — С третьего раза фраза вышла на змеином языке.