Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в мире «Ван Писа»! (гет)

Веками философы задавались самыми разными вопросами. В чём смысл жизни? Что такое реальность? Существует ли Бог? Что есть мир? Каково предназначение человека? Сегодня и я в этот бесконечный список внесла свою лепту. Мой вопрос таков: что есть тупость? И тут же предоставила ответ на него: тупость — это Портгас Д Эйс.

Фанаты Эйса, услышав эти слова, явно взбунтуются, но позвольте объяснить! Имаджинируйте ситуацию: ваш кент почти убивает другого вашего кента ради супер силы (почти — потому что такая прекрасная я отправила Сабо на Моби Дик встречать Эйса и попросила передать Марко одно очень интересное письмецо. Мой мужчина не подкачал, сделал всё как надо, и в итоге Татча удалось спасти, пусть он и сильно пострадал). Вы очень злитесь на этого кента и оббегаете за ним полмира, чтобы отомстить. И вот вы наконец-то стоите напротив него, можете свершить ваше грязное дельце. Это момент вашего триумфа! И что вы делаете?

Нормальный человек (по меркам мира «Ван Писа») тут же нападёт на уродца и убьёт его, не разглагольствуя и не занимаясь хернёй. Что сделал Эйс? Ну смотрите. Вместо того, чтобы воспользоваться преимуществом неожиданной атаки, он решил пафосно, сидя на кортанах, позвать бывшего кента. Это, конечно, гениально: в открытую в соло нападать на целую команду врага. Но Эйсу было этого мало! Он тупо сидел и ждал, пока один из подчинённых Тича не напал на него, выстрелив из ружья. И как же этому долбоёбу повезло, что чувак не воспользовался Волей Вооружения, из-за чего пуля просто прошла мимо!

В тот момент, когда Эйс напала на команду Тича, тупо хренакнув в них огнём, мы с Соммерсом, наблюдавшие за битвой в стороне, даже чутка приободрились. Чуваки откинулись от первого же удара, Тич принялся кататься по земле, дико крича. Я уже начала потирать лапки, ожидая, что огненный пацан накинется на врага и захерачит его одной атакой, но…

Но мы возвращаемся к философскому вопросу «Что такое тупость». Вместо того, чтобы на спидах убить чела, который чуть не заебенил его кента, Эйс принялся просто… смотреть! Да, вы не ослышались и не ослепли! Он тупо посмотрел на Тича. Потом ещё посмотрел. А после вообще ультанул и КАК посмотрел. Мощнейшее комбо, мужики.

Тут строчка ответов на мой извечный философский вопрос пополнилась именем Маршалла Д Тича. Спросите, почему? Да потому, что чувак оказался таким же безмозглым, как и его бывший командир. Этот пень трёхметровый избавился от огня Эйса, встал на ноги и вместо того, чтобы атаковать в ответ, юзая логию тьмы, принялся пиздеть, рассказывая про способности своего фрукта!

Меня пробило на нервный хихик.

— Они… тупые? — почесал голову Соммерс.

— Они очень, очень тупые. Крэш и Эдди на их фоне равны Энштейну, не меньше, — кивнула я. Сабо, любовь моя, вот как у тебя мог родиться настолько тупой брат? Сколько раз Гарп его в детстве ронял?

Мы с Соммерсом продолжали наблюдать за тем, как Эйс и Тич понтовались друг перед другом и поясняли способности и слабости собственных фруктов. А потом наблюдали за тем, как вся пизделовка превратилась в то, что Тич притягивал Эйса с помощью тьмы, а потом откидывал в сторону порушенных домов и гор. И так и из раза в раз, из раза в раз. Эйса шманали туда-сюда как шлюшку, а Эйс даже не удосужился захуярить Тича огнём в рожу, а не в грудь. Более того, Эйс даже не додумался использовать не то, что Королевскую Волю, но и Волю Вооружения!

— Это позор, — пробормотала я.

— Ты всё ещё уверена, что хочешь этих двоих? — с сомнением в голосе спросил Соммерс.

— Да, — вздохнула я.

— И зачем тебе такие лохи?

Я промолчала. Рассказывать Соммерсу о Маринфорде, тайне рождения Эйса, связи Тича с Долиной Богов и прочем я не собиралась — слишком долго и муторно. Да и вообще, старик тогда может мне помешать.

— Ладно, не отвечай, — махнул рукой старпёр. — Но ты уверена, что это те, кто тебе нужен? Что-то пацан слишком тупой для человека, которому предлагали звание Шичибукая и который является командиром Второй дивизии Белоуса.

— Ну… Возможно, логия тьмы кастует отрицательный айкью всем своим противникам? Ну, знаешь, как в выражении «учение — свет, а неучение — тьма»?

— Думаешь, у него пробуждённая логия и он до битвы поглощает мозг своего врага, тем самым отупляя его? — задумался Соммерс.

— Хуй знает, — честно ответила я, глядя на развернувшуюся картину. Огненный пацан был весь побитым и даже стоять не мог. Тичу же было полностью насрать: на мужике не осталось ни единой царапины. А вот что действительно пострадало — так это остров. Хорошо, что мы с Соммерсом заранее подсуетились и эвакуировали местных, иначе трупов была бы тьма.

Тич приказал своим подсосам, которые уже очнулись, заковать Эйса в наручники из кайросеки. Чуваки послушались и принялись вслух обсуждать то, как сдадут пацана дозорным и получат за это звание Шичибукая.

Я поднялась на ноги. Гоняться за Тичем на корабле у меня было ровно ноль желания, а вот заебенить его как можно быстрее — дохрена и больше.

— Соммерс, разберёшься с остальными? — спросила я, не глядя на товарища. — Эйс должен выжить и желательно остаться невредимым. На остальных плевать.

— Как прикажете, мини-командир, — подмигнул мужик.

Мы сорвались с места, выпрыгивая из развалин. Соммерс тут же напал на чувака с ружьём, перерубая его напополам, а я атаковала охуевшего Тича. Чел от Годрика увернуться не смог, и лезвие сабли, укреплённое Волей Вооружение, распороло ему спину. На землю хлынула кровь.

— Ты кто такая? — заорал Тич, пытаясь отскочить в сторону и вытягивая вперёд левую руку, чтобы атаковать, но я тут же настигла его, отхерачивая её. Чувак заверещал резаной свиньёй, падая на колени и хватаясь за культю.

Тут земля подо мной обратилась в тьму. Что-то схватило за ногу, и я упала. Меня поволокли по земле, и в следующий момент я оказалась прямо под истекающим кровью мужиком. Ну он и громадина, скажу я вам! К тому же ещё и отвратительная!

Здоровой рукой он накрыл мою шею, пытаясь то ли задушить, то ли провернуть тот же трюк, что он с Эйсом из раза в раз юзал. Но знаешь, что я тебе скажу?

— Если ты взял девушку за горло и она улыбается, то ситуацию контролируешь не ты. — Вот именно это.

Годрик в моей хватке извернулся, вытаскивая покрытый ядом хвост из лезвия, опутывая им Тича и откидывая его с меня. Мужик вновь заверещал, а я тут же поднялась на ноги. Василиск пропал, возвращаясь в меч — сказывалась способность логии тьмы. Ну да ладно, главное, что я в порядке.

В три широких шага я преодолела расстояние, разделяющее нас, а затем занесла клинок над сердцем урода.

— Ты должен был сдохнуть ещё в Долине Бога, — прошипела я, ловя поражённый взгляд, а затем воткнула пропитанный Волей клинок прямиком в сердце мужика. Тот, захрипев, дёрнулся, а после уже не двигался.

Достав оружие с неприятным чавкающим звуком, я поморщилась и вытерла кровь о цветастую штанину Тича. Потом достала Ден Ден Муши и отдала короткий приказ тащить сюда холодильник.

— Мини-командир, всё готово, — пропел Соммерс. Я обернулась. Вся команда Чёрной Бороды была мертва, а мой товарищ тащил ко мне ослабленного и охуевшего Эйса.

— Супер, — улыбнулась я. — Эйс, верно? — Я схватила пацана за подбородок, поднимая его голову и изучая лицо.

— Кто ты такая? — прошипел он, гневно глядя на меня. Я вздохнула. Ну вот опять у меня вылезла эта бабская темка, когда мозгами я понимала, что Эйс уёбище, но сердце… Сердце твердило, что он уёбище, но очень крутое. Эх, всё же люблю Эйса капелькой своей чёрствой душонки, пусть он и долбоёб.

— Лианора, — представилась я. — И теперь ты мой.

Пацан охуел и побледнел. Я мерзко захихикала и отступила назад.

К нам подбежали мои верные слуги, тащащие огромную морозильную камеру. Я тут же принялась раздавать приказы:

— Вот этого пацана пакуйте ко мне домой. Пусть его подлечат. Что касается трупов пиратов, то свяжитесь со Зрано и отдайте их ему. — Да-да, теперь у меня был личный дозорный на побегушках. Привязался ко мне во время переворота в Венере и теперь в рот заглядывал. — Местных верните по домам и выделите средства на постройку новых. А вот этого, — я ткнула мечом в Тича, — в морозилку. Но перед этим…

Я задумалась. Тич был гнидой. Я собиралась отдать его Горосеям и Иму в качестве подарка, чтобы доказать свою видимую преданность Мировому Правительству и заработать очки в карму, но при этом хотелось бы порадовать и Шанкса. Так сказать, выебнуться перед названным батей, который периодически помогал мне организовать встречи с Сабо, да и вообще оказался крутым чуваком и подсказал пару способов борьбы с Печатью Завета.

Достав Годрика, я перерезала Тичу горло, отделяя голову от туловища — так, на всякий случай. Затем отрубила правую руку и склонилась над чужим лицом. Ощущая себя Итачи Учихой, вырвала тремя пальцами левый глаз.

— Руку и глаз тащите отдельно, это будет подарок, — приказала я.

Все тут же засуетились. Диерро принялся бегать туда-сюда, организовывая и обратную эвакуацию, и перенос пиратов, и всё на свете. Соммерс, закинув Эйса на плечо, потопал за мной к припаркованному на другом берегу кораблю. Стоило пацану увидеть флаг Мирового Правительства, как он тут же забился в хватке старика.

— Успокойся, не сдадим тебя дозору, — закатил глаза мой товарищ. — Ты теперь принадлежишь мини-капитану, так что считай, что выиграл эту жизнь.

— Никому я не принадлежу! — пуще прежнего негодовал Эйс. Он настолько разбуянился, что у него пробудилась Королевская Воля и принялась херачить направо и налево. Соммерс побледнел и споткнулся, чуть не падая, и мне пришлось подавлять выпад пацана.

— А хули ты не воспользовался ею, когда Тич тебе жопу надирал, а? — проворчала я, пришибая пацана давлением и заставляя его хрипеть от потери кислорода. Соммерс тут же немного пришёл в себя и попросту вырубил пацана.

— Да уж, специфичные у тебя вкусы. Сперва конюх, теперь пират, — посмеялся старик, но я видела, что ему было туго. Ну да, Королевская Воля и Печать Завета — крайне хуёво совместимые вещи.

— Грязная извращенка, получается, — согласилась я.

Мы погрузились на корабль. Я переоделась в чистое, а Эйса заперли в трюме, нарядив в дополнительные кандалы из кайросеки. Потом его под моим внимательным взглядом подлечил не очень-то довольный таким раскладом вещей врач. И пока наш пацан пребывал без сознания, я успела позвонить домой и сообщить, что скоро вернусь с презентом для Горосеев и новым временным слугой.

Спустя часа два мы наконец-то были готовы к отправке. Диерро отчитался передо мной и передал примерные суммы, которые уйдут на восстановление города. Я закивала. По меркам обычного человека цифра была огромной, но по меркам Тенрьюбито — мизерной.

Конечно, я могла плюнуть и не заниматься такой бадягой, как восстановление Банаро. В конце концов, какое мне дело до обычных людей? Да по меркам дядюшки и дедушки они вообще людьми не являлись! Но тут уже ядовитый шёпот метки перекрывал вопрос репутации и моих планов на будущее.

Дело вот в чём: я знала, что через пару-тройку лет Мировое Правительство падёт, потому что это закон жанра и «Ван Писа» в частности. Когда полетят головы, щадить будут только адекватных правителей. Например, семью Нефертари, которые, так-то, тоже Тенрьюбито. Соответственно, моя цель заключалась в том, чтобы люди воспринимали Фигарлендов с той же любовью и благодарностью, как и Нефертари. Для этого я весь прошлый год занималась изменением жизни и режима в отошедшем мне Королевстве Олимпия (раньше оно называлось Нибуя, но я, как новый правитель, переименовала его, потому что почему нет, когда да), которое по договору получила от Джалмака. Давалось это тяжело: за политику я шарила только на словах (спасибо Ютубу и давнешним лекциям в универе), но Шэмрок выделил мне с десяток толковых людей, которые воплощали мои предложения в жизнь, немного адаптируя их под текущее положение вещей. Параллельно то, что срабатывало в Олимпии, внедрялось дядюшкой и дедушкой в Королевство Немезия — тоже с некоторыми изменениями, естественно.

Пока план срабатывал. Довольные подданные — это благодарные подданные. А благодарные подданные — это надежда на выживание.

Также, с другой стороны, и Королевство Олимпия, и прилегающие к нему острова, и Банаро благодаря моим усилиям и засланным шпионам становились местами для безопасной дислокации Революционной Армии, которой в современных реалиях приходилось туговато. Знали ли Гарлинг и Шэмрок о происходящем, я хз, но они меня не останавливали.

И так, сидя в трюме недалеко от дрыхнущего на кушетке Эйса, я занималась насущными вопросами.

Первый — вопрос Банаро. Остров никому не принадлежал: ни дозорным, ни пиратам, ни Мировой Знати. А это значило, что я могла присвоить его себе. Если не официально, то хотя бы формально. А учитывая его близость к Ватер-7 и Эниес Лобби, у меня в руках был лакомый кусочек. С каждой минутой я всё больше понимала карикатурных злодеев из мультиков, которые мечтали захватить мир. Это же так весело! Да, муторно и заёбисто, но весело!

Второй — вопрос канона. Конечно, канон пошёл в топку ещё в тот момент, когда я заняла тело оригинальной Лианоры, а Сабо припёрся в Мариджоа, втюрился в меня и передал моё прекрасное письмецо Марко, благодаря чему Татч остался жив, а Тич позорно откинулся от Годрика. Однако для реализации моих планов мне нужны были два человека: Иванков и Багги. Первый мощно усилял Революционную Армию и выступал довольно смышлённым тактиком, а второй должен был создать свою сеть доставки, которая в будущем могла бы послужить основным способом перевозки оружия и революционеров по миру в тайне от Мирового Правительства и Дозора.

Почему я была так уверена в том, что Багги будет помогать мне и революционерам? О, всё просто! Я собиралась вложиться в его дело, а потом, когда отменят систему Шичибукаев, как-то было в каноне, закосплеить малыша Кроки с Михоком и прийти выбивать свои обещанные проценты. У клоуна попросту не останется выбора.

И вот я вновь упиралась в проблему того, что Багги и Иванков были в Импел Дауне, и вытаскивать их надо было жесть как срочно. Сама я бы не смогла этого сделать: палевно слишком. А потому спустя месяц размышлений и взвешиваний всех «за» и «против» решила канонично отправить Луффи пиздиться с местными зеками ради спасения жопы родного человека. Ему не в первой, тем более, что он главный герой и точно справится. Однако назревала новая трудность: жопа Эйса уже была спасена мной, а потому надо бы выбрать новую жертву. Она должна была быть достаточно знаменитой с солидной наградой, чтобы её засадили желательно на шестой уровень, и достаточно важна для Луффи, чтобы он не раздумывая бросился на помощь.

Именно по таким критериям был отобран Зоро. А чтоб он точно добрался до тюрячки, я попросила Шанкса об одолжении, чтобы он попросил о помощи Михока, а затем отправила своего миньона на Зрано на Курайгану. Передачу убитых пешек из команды Тича я решила переложить на плечи Гарпа — чтоб не расслаблялся.

Вся эта работа заняла весь день. Я даже не заметила, как прошло не менее десяти часов. Очнулась лишь когда живот заурчал. Причём не мой, а Эйса: пацан, оказывается, уже проснулся и пялился на меня очень злым взглядом. Пришлось звонить в колокольчик и приказывать принести нам еду.

— Ну что, как дела? Что болит, помимо уязвлённого эго? — спросила я, откусывая свою порцию котлеты.

— Нормально всё, — пробурчал парень. Сперва он к тарелке не прикасался, но вскоре голод оказался сильнее здравого смысла, и чувак принялся пожирать еду как не в себя. Да уж, аппетит у него будь здоров. Такой же, как у Сабо. — Зачем ты мне помогла?

— Жалко стало. Увидела, как тебя там чуть по стенке не размазали, и подумала, что грех такому личику в тюрячке пропадать. Тебя ж опущенным сделают, — притворно вздохнула я. Пацан явно не понял, о чём шла речь. Пришлось пояснять, знакомя чувака с жизнью подневольной, таким понятием, как «небо в клеточку» и его незавидным будущем в рои опущенного. Под конец он аж охуел.

— Ты ебанутая! — выдохнул он, отходя от шока.

— Ну хотя бы не такая шлюшка, какой бы мог стать ты, — подмигнула в ответ я. Пацан тут же разозлился, попытался взбрыкнуться, но хуй там плавал: на нём оковы из кайросеки! В итоге чувак просто повалился на пол, выпятив задницу. — О, уже тренируешь позу для анала? — подъебнула я. — Только не говори, что ты так хуёво сражался потому, что попасть в тюрячку и стать местной давалкой было твоей золотой мечтой.

— Я тебя придушу! Как только выберусь из этой клетки — тебе конец! — закричал он, забавно злясь. Я рассмеялась.

— Ой, mi amigo, я не особая фанатка БДСМа, знаешь ли. Все эти плётки и наручники — это удел дозорных и, возможно, пиратов Белоуса. Я больше предпочитаю нежный секс. Желательно по обоюдному согласию.

Эйс издал какой-то странный звук, а я с наслаждением любовалась его злобной мордашкой. Он мне сейчас напоминал ту самую чихуахуа, которая на слона лаяла.

Вскоре заглянул Диерро и сообщил, что до Мариджоа плыть несколько дней. Я поблагодарила его за инфу и поднялась с места, потягиваясь всем телом. День был просто отличным. Я и Тича заебенила, и Эйса прикарманила, и на Банаро посягнула, и шаг к каноничному освобождению Багги и Иванкова с их подсосами сделала.

— Отлично. Свяжись с дядей и передай, чтоб к моему возвращению собрали совет Горосеев. Я везу им очень ценный дар.

Эйс сбледнул и сглотнул, но тут же выпятил обнажённую грудь, делая вид, что ему не стрёмно. Диерро окинул чувака удивлённым взглядом, но кивнул и покинул комнату.

— Горосеям не нужен какой-то пират, — процедил сквозь зубы чувак.

— Какой-то — нет. Сын их давнего кровного врага — да.

Со стороны пацана послышался удивлённый вздох, но я его проигнорировала и вышла из трюма, оставляя стражу и внутри, и снаружи. Пусть Эйс посидит и подумает о своём поведении, успеет попрощаться с братьями и белоусовцами, а потом… А потом я ему наглядно покажу, что весь мир не вертится вокруг него. Разобью его эго в клочья. Мерзопакостное «хе-хе».

Кто-то может сказать, что я поступаю отвратительно. Соглашусь. Но справедливости ради, Эйс знатно потрепал мне нервы: сперва в арке Маринфорда, потом в многочисленных фанфиках о его спасении, а затем ещё и лично, когда оказалось, что он так по-тупому слил бой. Да и вообще, если бы не я, он бы опять сдох, а Сабо с Луффи плакали бы! А я не хочу, чтобы мой любимый плакал!

Я вернулась к себе в каюту, переоделась в пижаму и завалилась спать, а следующее утро начала не в «проснулись-потянулись-улыбнулись», а с посещения трюма. Там я оглядела Эйса, спросила врача про его состояние, понаблюдала за тем, как доктор опять мазал пацана какой-то хернёй, а затем ушла завтракать. После завтрака меня ждала гора работы, которая разбавлялась только обедом, редкими докладами Диерро о нашем пленнике и созвоном с Шанксом с просьбой к Михоку и забивом на встречу через неделю. Перед ужином я чутка помахалась на палубе с Соммерсом, а после вновь навестила Портгаса и ушла спать.

Так проходил день за днём, пока мы, наконец, не достигли Мариджоа. Нас подняли в Ред Порте, а затем пересадили в кареты. Соммерс уехал к себе в поместье, а я — к себе. Компанию мне составляли Эйс и Диерро в моей карете и остальные слуги — в их собственных.

Родное поместье встретило меня небольшой толпой слуг, дядюшкой с дедушкой, одетых в униформу, и до одури счастливым Цербером, который опять вырвался из меча и подставил пузо под почесушки. Я выскочила из кареты и бросилась к ним в объятия.

— Больно ты счастливая, — заметил Гарлинг, гладя меня по спине. — Это связано с тем, кого ты привезла?

— Ага! — закивала я, оборачиваясь. Диерро вывел Эйса, всё ещё закованного в кайросеке. Пацан тут же ощетинился, но когда увидел Шэмрока, охуел.

— Шанкс? — удивился он.

— Не упоминай о нём, — приказал дядюшка, морщась. Я засмеялась:

— Нет-нет! Отец сейчас где-то в Новом Мире по твою душеньку с Белоусом перетирает, а это мой любимый дядюшка Шэмрок, не менее любимый дедушка Гарлинг и прекрасный малыш Цербер, да, мой хороший? — последняя фраза предназначалась виляющему хвостом трёхголовому псу с острыми клыками вместо зубов. — А это Портгас Д Эйс, он туповатый.

Пацан хотел было возмутиться, но Диерро заткнул его, силой заставив склонить голову.

— Решила променять своего конюха на пирата? — хмыкнул дедушка. — Конюх хотя бы приличия соблюдал, а этот какой-то невоспитанный.

Я посмеялась. Как будто я могла променять своего Сабо на какого-то там Эйса! И кому, как не дедушке, об этом знать!

— Шеппард навсегда в моём сердечке, — заверила я, а потом обернулась к слугам. — Приведите Эйса в порядок, помойте и переоденьте, но кандалы не снимайте. К моему возвращению он должен быть чистым и благоухать как цветочная поляна.

— Есть, госпожа! — склонились слуги. В их выражениях лиц я прочла какую-то надежду и… Благоговение? Радость? Чего?

— Отлично. А мы пока поедем к Горосеям. У меня большой подарок! — хлопнула я в ладоши. — Совет уже созван?

— Да. Святой Марс сказал, что очень надеется, что твой подарок будет стоить его времени.

— О, ещё как будет, — заверила я. Эйс сглотнул, но его все проигнорировали, чем заставили пацана в который раз прихуеть. Ну да, он-то считал себя главным героем мелодрамы, а оказалось, что он нахуй никому не сдался. Ха-ха!

Мы прошли обратно к карете, на которой приехали, и погрузились внутрь. Кучер тут же ударил вожжами, и карета тронулась с места. За нами последовала ещё одна, гружёная трупом Тича.

Дорога заняла всего минут пятнадцать, и всё это время я рассказывала о том, как прошла моя вылазка, стараясь не раскрывать личность Тича, а после завела шарманку о том, что подумываю забрать остров Банаро себе изнутри, подкупив жителей сперва спасением их жизней, а потом и помощью в восстановлении города.

Дедушка и дядюшка были очень довольны моим не самым хитроумным, но зато достаточно эффективным планом. Они вообще довольно быстро приняли и смирились с тем, что в нашей семье я как-то слишком резко стала лидером по приобретению новых земель. Кажется, прошлым Фигарлендом, отвоевавшим так много территории, был только пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-дедушка из Пустого Столетия.

Кареты остановились у замка. Мы спустились на святую землю. Я наблюдала за тем, как слуги достали холодильник с трупом Тича, а затем приказала поставить его на каталку, чтоб тащить не приходилось. Слуги тут же послушались, и мы пошли в замок, поднимаясь на несколько этажей и добираясь до уже знакомого мне коридора.

Горосеи дали разрешение войти, и мы всей нашей дружной компашкой последовали ему. Я, шагнув к столу Важных Шишек (не еловых), уже привычно села на одно колено и склонила голову. Дядюшка и дедушка поступили так же, а потом отошли в сторону. Слуг прогнали.

— И что же вы хотели нам показать, Святая Лианора? — спросил меня Шоколадный Батончик.

— Я хочу отдать вам то, что должно было быть вашим ещё тридцать семь лет назад.

Горосеи, явно заинтересованные, переглянулись.

Я, поднявшись на ноги, подошла к тележке и распахнула холодильник, а затем достала оттуда отрубленную голову Тича, кладя её прямиком на круглый стол.

— И как это понимать? — нахмурился Ю Питер. Чувак, ну ты вроде самая большая планета в Солнечной системе, а не самая тупая. Глаза разуй и подумай, кого тебе эта бошка напоминает.

— Это Маршалл Д Тич, — тем не менее миролюбиво ответила я. — Бывший пират команды Белоуса.

— И? — поднял бровь Сатурн, которому явно не улыбалось вступить в рамсы с Белоусом.

— Его отец — Рокс Д Шебек, который был убит тридцать семь лет назад в Долине Богов. Он — один из туземцев и последний представитель проклятого клана Дейви, который спасся в тот день и сбежал с острова.

Воцарилась тишина. Звенящая, всепоглощающая. С Горосеев тут же слетела всякая спесь, а сами они выглядели потрясёнными.

Я собой гордилась.

И тут засмеялся дедушка. Мне на плечо упала его рука.

— Ай да наша Лиа! — воскликнул он. — И вправду, они с отцом одно лицо! Просто поразительно! И как ты узнала? О нём же все эти годы ни слуху, ни духу! Мы даже не знали о его существовании!

— Женские секретики, — улыбнулась я. Ну не могла же я сказать, что знаю всё это, потому что спойлеры из манги прочла! — Мне понадобилось много времени, чтобы связать все ниточки воедино, и результат вы видите на столе.

Горосеи вновь замолчали, переглядываясь. Между ними шёл какой-то мысленный диалог, а потом ко мне обратился Сатурн:

— Пошли.

Он поднялся из-за стола, и я, чутка сбитая с толку, последовала за ним. Остальные Важные Шишки (и даже не сосновые) не отставали, Марс даже взял тележку с холодильником в руки и лично покатил её прочь.

Мы вышли из кабинета и направились вдоль по коридору, пока не добрались до тронного зала, куда простым смертным вход был воспрещён. Я мгновенно поняла, что сейчас будет.

Мы зашли внутрь и встали перед лестницей, ведущей к пустому трону, который, однако, не так уж и пустовал. Я тут же села на одно колено, склоняя голову. Наверное, мне стоило бы высказать удивление, но удивлена я не была. Ну что ж, Иму, приятно познакомиться. Я, наверное, первая попаданка, которая встретилась с тобой в живую. Скажи, а все те слухи о том, что ты мать Луффи — это правда? Драгон реально заделал тебе ребёнка, а вся революция — это ваша одна большая семейная драма похлеще, чем у Скайуокеров?

— Му наблюдал за тобой, — заговорило это… я даже не знала, как его обозвать. Существо? Человек? Хер бы знал. Во всяком случае, голос у него был мега горячим.

Я подняла глаза, чтобы разглядеть собеседника. И охуела. Эй, Ода, а какого хера главный злодей оказался такой секс, я что-то не поняла? Где та странная хуета, одетая во всё чёрное, будто Королева Виктория, и смотрящая на подчинённых красными глазами кровосиси? Схуя ли передо мной какой-то секси мужик с рогами и волосами лучшего качества и вида, чем у меня? Это что за подстава подстав?

Я не могла ни слова выдавить. Кажется, я не только первая попаданка, которая лично познакомилась с Иму, но и раньше всех главных героев «Ван Писа» увидела его истинную рожу.

А тайный правитель продолжил:

— Ты принесла голову последнего Дейви. — Я вновь обомлела, хотя казалось бы, куда дальше? Чувак что, даже не будет проверять, реально ли это сын Шебека? Или он это каким-то иным способом ощутил? То есть ему даже ДНК-тест от Вегапанка не нужен? Удобно.

— Рада служить вам, — сдавленно ответила я, понимая, что надо бы что-нибудь высрать. На самом деле не очень-то и рада я была, но да похуй,

Иму довольно хмыкнул, и в тот же момент мою руку пронзила адская боль. Я бы закричала, но из горла вырвался только сиплый звук. На глазах выступили слёзы. Твою мать! Даже прошлая версия метки была не такой больнючей! Мне будто кожу заживо срезали, что за чёрт?

Но вместе с болью пришло и могущество. Я ощутила бурлящую в себе силу, которую захотелось куда-нибудь выплеснуть. Как будто меня наполнили доселе незнакомые силы. Как будто я теперь была способна на то, что раньше мне могло только сниться.

— Отныне ты бессмертный рыцарь, принёсший клятву Му, — закончил своё посвящение наш тайный правитель. Эй, чушпан, я тебе клятву не приносила, не пизди!

Я с трудом вновь склонила голову и процедила слова благодарности. Чёрт. Я стала супер крутой, но почему так больно-то, а? Дядюшка говорил, что будет неприятно, но чтоб настолько?!

На этом аудиенция пока закончилась. Нас отпустили.

Я с трудом вышла из зала, вполуха слушая россказни о том, что всё произошедшее — секрет и бла-бла-бла. Горосеи похвалили меня и распрощались, уходя по своим делам, а в следующий момент дедушка крепко обнял меня, смеясь и приговаривая о том, что ни разу не пожалел, что принял меня в семью. Вслед за ним в стальных тисках меня сжал Шэмрок, заявив, что гордится мной. Я с трудом сдержала слёзы. Чёрт, как же я люблю этих двоих! Даже боль от метки отошла на задний план!

Возвращались домой мы невероятно весёлыми и счастливыми. Дедушка тут же принялся вызнавать, чего бы я хотела в качестве награды, а я вновь завела разговор о Банаро.

— Остров ты и так получишь, — махнул рукой он, — лучше придумай что-нибудь ещё.

Я честно старалась, но не могла. Всё, чего я хотела, у меня уже было: семья, жених и назначение в Божьи Рыцари. Мировую революцию дедушка явно организовать сейчас не сможет, а просить мне больше и нечего.

В итоге к моменту приезда домой сошлись на том, что я подумаю, а потом каждый разошёлся по своим комнатам. Дедушка приказал организовать пир и достать лучшее вино, а я отправилась к себе мыться и переодеваться, клятвенно заверяя, что буду на ужине через пару часов.

Служанки, попадавшиеся по пути, желали мне хорошего вечера и странно стреляли глазками. Я удивилась, расспросила одну поподробнее, и та, заикаясь и смущаясь, высрала что-то про то, что слуги просто очень рады, что я наконец-то позабыла о своей давней любви к конюху и начала смотреть на других мужчин. Прикол я не выкупила.

А потом я зашла к себе в комнату.

Сперва я охуела. Затем зажала как конь, хватаясь за живот и садясь на кортаны. Боль от Печати Завета? Забудьте! Мои слуги подготовили кое-что, что её нахер перебило!

Моя комната была прибрана и красиво, даже интимно украшена. На полу валялись лепестки роз, на столике стояло ведро с бутылкой вина и двумя бокалами, а на кровати, моей прекрасной кровати, застеленной алым шёлковым бельём, лежал прикованный по рукам и ногам Эйс. Он был полностью обнажён и брыкался изо всех сил. Его рот предусмотрительно заткнули кляпом.

— Так ты не шлюшка, а честная давалка! — выдавила я из себя, а потом опять зашлась диким ржачем. Пацан забрыкался сильнее. Судя по его взгляду, он многое хотел мне сказать, но не мог.

С трудом поднявшись на ноги, я заперла дверь и подошла к кровати, окидывая товар взглядом. Эйс был ничо так сложен и одарён, скажу я вам, но Сабо всё ещё лучше.

Пацан напрягся и нахмурился, явно приготовился защищать свою невинность (если она там у него вообще была), а я… Коварно усмехнувшись, я прошла к шкафу, достала оттуда полотенце, сменную одежду, два Ден Ден Муши, одна из которых шифровальная, и ушла в ванную. Пусть чувак ещё немного пострадает.

Ванная была набрана моими горничными заблаговременно и не успела остыть, и я, помывшись под душем, с радостью погрузилась в горячую воду, отдыхая после всех этих дней пути. Руку всё ещё жгло. Блин. Может, сразу как закончу свои дела на Мариджоа, попросту отхреначу её? Жалко её, конечно, но если влияние метки теперь будет в разы сильнее, чем на прошлой ступени, то я попросту сойду с ума: мне и так эта борьба нелегко давалась, а теперь вообще пизда.

Откинув волосы назад, наконец-то обратилась к Ден Ден Муши, лежавшей рядом, и набрала номер, который отпечатался у меня на подкорке сознания. Практически тут же трубка была поднята:

— Слушаю, — раздался родной голос. Руку прострелило уже знакомой болью, но вместе с тем в сердце разлилось тепло. Я тихо выдохнула, позволяя воспоминаниям о том, какие у Сабо тёплые руки и как нежно он лыбался мне в последний раз, бороться с влиянием Иму и мыслями о том, что я по происхождению выше каких-то босяков.

— Любовь моя, ты там как, можешь говорить? Буквально на пять минуток, — прошептала я спустя полминутки.

— Могу. — На лице улитки расплылась счастливая улыбка. Ах, Сабо! Моё солнце! Как же я соскучилась! Мне аж морально лучше стало! — Я сейчас у себя в кабинете, так что…

— Вот как, — замычала я. — Один? — Мне угукнули. — А я тоже одна. В ванной.

Глаза Ден Ден Муши комично расширились. Жаль, что улитка не передавала все эмоции собеседника: уверена, Сабо там чутка прихуел и не чутка преисполнился всяким разным и развратным. Даже не хотелось ломать его надежды на секс по Ден Ден Муши.

— И ты звонишь, чтобы подразнить меня? — понял он, откровенно заигрывая.

— Определённо, — не стала отрицать я. — И как, успешно?

— Более чем!

Я довольно улыбнулась, а затем начала кокетливым голосом, наматывая прядь мокрых волос на палец:

— А как ты смотришь на то, чтобы встретиться на следующей неделе? У меня для тебя кое-какой очень крутой подарок, мега секретная инфа и новый остров прямо под носом у Дозора! И всё за пару дней!

— Ты… вау, — моргнул мой благоверный. — Ты просто… как?

— Ну, предположим, я просто мега потрясающий человек, — хихикнула я и не соврала. Тенрьюбито по дефолту супер-пупер круты, так что ничего удивительного… Блять. Опять эта хуйня. Сука, Иму, мне всё сложнее контролировать мысли! Ну ты и тварь подзаборная! Твоя секси рожа никак не вяжется с тем, какое ты говно! Так и знай!

— И когда встретимся? — спросил мой мужчина.

— В среду. За тобой заплывёт Шанкс. — Сабо явно удивился, а я захихикала: — Все подробности при встрече! А пока люблю-целую, у меня тут гора работы и кое-что очень забавное в комнате. Цифры мои знаешь, захочешь жениться — звони! — И сбросила трубку. Рука вновь запульсировала, и мне это не нравилось. Я прям ощущала, как нечто чужеродное пыталось пробраться в мою душу — так же, как было с обычной меткой Завета, но теперь раза в три настырнее.

Внезапно раздался звонок Ден Ден Муши. Удивлённая, я подняла трубку.

— Ты сказала позвонить, если захочу жениться на тебе. И вот я позвонил, — сказала улитка голосом Сабо. Я не сдержалась и рассмеялась в полный голос. Ах, как же я люблю этого мужчину!

— Ваш запрос принят. Нашим специалистам понадобится некоторое время, чтобы обработать его. Ожидайте ответ в течении недели, ориентировочно — в следующую среду.

— Вас понял, — кивнул мой любимый. — Спасибо за обратную связь, поставлю вам пять звёзд из пяти.

Мы вновь посмеялись и распрощались.

Вскоре вода в ванной остыла и пришлось вылезать. Вытеревшись насухо, я переоделась в домашний комплект из штанов и рубашки Шэмрока, а грязное полотенце закинула в корзину для стирки.

В комнате меня ждал всё такой же возмущённый и обнажённый Эйс. Я с грацией хищника приблизилась к нему, ехидно улыбаясь. Пацан забился пуще прежнего. Ох, чувак, ты там себя побереги, а то синяки оставишь на запястьях, а мне потом перед Сабо отчитываться!

Я села на кровать рядом с Эйсом, пробежалась пальцами по его накаченной груди вниз, до пупка, пощекотала кончиками ногтей нежную кожу.

В глазах пацана читалась смесь из ненависти и презрения. О, какие прекрасные эмоции! Но их стоит немного разбавить.

Я наклонилась к его уху и томно шепнула:

— Прости, но твой вялый джунджурик меня не интересует. — И накрыла его пах одеялом. Пацан аж охуел. Я заржала и выпрямляясь. О чём, к слову, тут же пожалела: руку прострелило болью, и я схватилась за неё, тяжело дыша. На лбу выступил пот. Бляха, я же только что помылась!

Я поднялась на ноги, подошла к письменному столу и достала уже привычную таблетку обезболивающего, запивая её водой из кувшина, а затем обернулась к своему гостю, вытирая мокрый подбородок.

— Ну и хули мне с тобой делать, а? — Ответом мне было мычание, и я поняла, что надо бы развязать пацану рот. Так я и поступила, за что в ответ получила целую тонну нелестных высказываний. И что-то мне подсказывало, что половина из них была из-за того, что я его отвергла. Ха-ха! Уязвлённое мужское эго! — Хочешь научный факт дня? — перебила я его, даже не думая снимать кандалы из кайросеки или хотя бы отцеплять их от кровати.

— Ну? — спросил пацан злым голосом.

— Раньше ты был спермой, а это значит, что ты конченный.

Клянусь, если бы не кайросеки, то пукан Эйса взорвался бы огнём.

Я люто заржала, глядя на то, как брыкался чувак, поливая меня ушатами мата и ненависти. Забавный малый! Мы точно сойдёмся! Ещё немного — и будем лучшими друзьями, отвечаю!