Просто Гарри? (гет)

Среда началась с того, что Гарри едва успел продрать глаза, а в гостиной его уже ждала Гермиона с развёрнутым пергаментом в руках. Выглядела она так, будто не спала всю ночь, а составляла стратегические планы для вторжения во Францию.

— Доброе утро! — бодро сказала она, едва Гарри спустился с лестницы. — Я тут подумала: нам нужно систематизировать подготовку к урокам. Сегодня травология со Слизерином, потом полёты на метлах для всех первокурсников, затем Защита от тёмных искусств, а ночью астрономия. Если мы не распланируем время, то просто сойдём с ума.

— Доброе утро, — зевнул Гарри, пытаясь понять, как можно так бодро выглядеть в такую рань. — Ты что, совсем не спала?

— Спала, конечно, — отмахнулась Гермиона. — Четыре с половиной часа. Этого вполне достаточно, если правильно распределить ресурсы организма. Я читала об этом в книге «Оптимизация сна для занятых ведьм».

— А я читал, что спать нужно не меньше восьми часов, — возразил Гарри.

— Это для магглов, — отрезала Гермиона. — Ладно, слушай план. После завтрака мы идём на травологию со слизеринцами. Там надо записывать всё, что говорит Спраут, особенно про свойства дьявольских силков — это пригодится на зельеварении. После травологии у нас есть час до полётов. За этот час мы должны повторить теорию полётов, чтобы не опозориться перед всей школой. Я уже нашла в библиотеке книгу «Метла от А до Я» и сделала выжимку на трёх страницах.

Гарри только моргнул. Борос внутри хмыкнул:

«Ого, маленький носитель, у вас появился генерал. Скоро она будет раздавать приказы налево и направо. Слушайся, не то отправит на гауптвахту. Или, что ещё страшнее, заставит читать лекции».

— А после полётов? — спросил Гарри, стараясь не улыбаться.

— После полётов — обед. Потом Защита от тёмных искусств. Профессор Квиррелл, говорят, очень странный, но мы должны быть готовы. Я уже прочитала первую главу учебника. Там про оборотней, вампиров и прочую нечисть. Кстати, интересный факт: оборотни теряют контроль на полнолуние, а вампиры боятся чеснока, но профессор Квиррелл, кажется, использует чеснок как одеколон. Это наводит на размышления.

— Может, он просто боится вампиров? — предположил Гарри.

— Может, — задумчиво сказала Гермиона. — Но ладно. Перед ужином у нас есть час на подготовку к астрономии. Нужно выучить названия основных созвездий, иначе на ночном уроке мы ничего не поймём. Я составила список и даже нарисовала схемы.

Она протянула Гарри аккуратно исписанный пергамент. Там было расписано буквально всё, вплоть до того, сколько минут отводится на завтрак и сколько раз можно моргнуть.

— Ты гений, — искренне сказал Гарри.

— Я знаю, — кивнула Гермиона. — Пошли завтракать, надо ещё Рона и Драко предупредить, что после травологии мы встретимся в библиотеке. Надеюсь, они не будут упираться.

«Они будут, — авторитетно заявил Борос. — Но она их сломает. У неё талант».

В Большом зале они застали Рона и Драко за гриффиндорским столом. Рон, как обычно, уплетал сосиски с таким энтузиазмом, будто не ел неделю, а Драко с брезгливым видом ковырял вилкой омлет, словно подозревал, что тот может укусить.

— Привет, — сказал Гарри, подсаживаясь. — У нас сегодня насыщенный день. У вас что сейчас?

— Трансфигурация с Макгонагалл, — проворчал Рон, прожевывая сосиску. — Опять эти спички мучить. Я уже вижу их в кошмарах. Они мне снятся каждую ночь и превращаются в иголки, которые гоняются за мной.

— Кошмары от недостатка знаний, — фыркнул Драко. — Если бы ты учил теорию, спички бы тебя боялись.

— А у вас травология со слизеринцами? — Рон сочувственно посмотрел на Гарри. — Ну, удачи. Эти гады будут вас подкалывать весь урок. Панси Паркинсон, наверное, уже точит свой язычок.

— Не обращайте внимания, — отмахнулся Драко. — Я-то знаю, кто там главный задира. Панси, конечно, умеет язвить, но её ядовитость не идёт ни в какое сравнение с моей. Если что, я научу вас паре приёмов.

— Ты? Научишь? — удивился Рон.

— А что такого? Я же теперь гриффиндорец. Мы должны держаться вместе. Ну, и когтевранцы тоже.

Гермиона, дождавшись паузы, развернула свой пергамент и торжественно объявила:

— Я составила план на сегодня. Слушайте внимательно. После травологии у нас есть час до полётов. Мы встречаемся в библиотеке — все четверо — чтобы повторить теорию.

Рон поперхнулся соком так, что чуть не залил весь стол.

— План? В библиотеке? Мы же только что из библиотеки вчера вылезли! Я там чуть не уснул над книгой!

— И что? — Гермиона сверкнула глазами. — Хочешь опозориться на метле перед всей школой? Будешь падать с метлы, а слизеринцы будут смеяться и показывать пальцами?

— Я летал на метле братьев, — обиженно сказал Рон. — Не раз. Но это было во дворе, а тут целый стадион! И мадам Трюк! И все смотрят!

— Тем более, — отрезала Гермиона. — Если ты летал, но неуверенно, теория тебе всё равно нужна. Драко нам поможет. Он, кажется, умеет летать?

— Умею, — кивнул Драко с плохо скрываемой гордостью. — Мой отец учил меня с пяти лет. У нас в поместье есть собственное поле для квиддича. Я мог летать раньше, чем научился читать.

— Ну, читать ты, судя по всему, тоже неплохо научился, — буркнул Рон.

— Это комплимент? — уточнил Драко.

— Не знаю, сам решай.

— Отлично. Значит, ты будешь нашим консультантом, — подвела итог Гермиона. — После полётов — обед. Потом Защита от тёмных искусств. Там мы просто слушаем и запоминаем. А перед ужином — повторение созвездий для астрономии. Я всё расписала.

Она протянула каждому по пергаменту. Драко взял с интересом, как редкий манускрипт, Рон — с ужасом, как приговор к казни.

— Ты серьёзно? — спросил Рон, глядя на бумажку так, будто она могла взорваться. — Мы будем учиться даже в свободное время?

— А ты думал, в Хогвартсе только едят и спят? — парировала Гермиона.

— Ну... да, — честно признался Рон. — Судя по тому, как близнецы рассказывали...

— Тогда ты ошибался. Выполняй план, Уизли. Иначе на следующем занятии по зельям Снейп тебя съест.

— Снейп не ест студентов, — попытался возражать Драко, но под взглядом Гермионы сдался. — Хотя... он может сделать исключение. Ладно, ладно. Библиотека так библиотека.

«У неё талант командовать, — заметил Борос. — Из неё бы вышел отличный генерал. Или диктатор. Но пока она на нашей стороне, так что пользуйся. Хотя я бы не хотел оказаться в её чёрном списке. Она бы меня, наверное, заставила переписывать энциклопедию от руки».

Травология со Слизерином оказалась... интересной. Теплица номер два, куда их привела профессор Спраут, была больше и темнее первой. Здесь росли какие-то подозрительные растения с длинными стеблями, которые шевелились без ветра, словно принюхивались.

— Сегодня мы познакомимся с дьявольскими силками, — объявила Спраут, поправляя растрёпанные волосы, в которых запутался какой-то листик. — Очень опасное растение, если не знать, как с ним обращаться. Оно любит темноту и сырость, а при малейшем прикосновении начинает душить жертву. Но есть один секрет: оно боится света. Так что, если вас начнут душить — просто зажгите свет. Всё гениальное просто.

Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. Рядом с ним стояли слизеринцы — Панси Паркинсон, Блейз Забини и Теодор Нотт. Панси то и дело бросала на Гарри презрительные взгляды, но пока помалкивала, видимо, приберегая ядовитые комментарии на потом.

Гермиона, как всегда, записывала каждое слово профессора, даже те, которые та говорила про себя. Когтевранцы держались вместе, стараясь не пересекаться со слизеринцами, словно между ними была невидимая граница.

Когда началась практическая часть, Гарри и Гермиона работали в паре. Им достался небольшой горшок с дьявольским силком, который мирно дремал, свернувшись клубком.

— Надо его пересадить, — прочитала инструкцию Гермиона. — Но очень осторожно. Если он проснётся, начнёт душить. В прямом смысле.

— Звучит обнадёживающе, — пробормотал Гарри, разглядывая растение. — Оно похоже на зелёную верёвку с плохим характером.

Он взял лопатку и начал подкапывать корни. Силки дёрнулся и лениво потянулся к его руке, словно проверяя, что за еда. Гермиона тут же направила на него палочку, готовая зажечь свет.

— Не надо, — прошептал Гарри. — Кажется, он просто проверяет. Может, я ему понравился?

— Ты ему понравился как обед, — фыркнула Гермиона.

Силки коснулся его пальца, пощупал и, видимо, решив, что Гарри невкусный или слишком костлявый, снова свернулся. Гермиона облегчённо выдохнула.

Рядом с ними слизеринцы работали своей парой. Панси Паркинсон что-то шептала Забини, и они хихикали, поглядывая на Гарри. Но когда их силки, разбуженный неумелым обращением, попытался укусить Забини за палец, смех прекратился.

— Осторожнее, мистер Забини! — крикнула Спраут, подбегая к ним. — Силки не терпят неуважения! И вообще, может, хватит хихикать и займитесь делом?

Гарри усмехнулся про себя и продолжил работу. Его силки, словно оценив спокойное обращение, даже не думал бунтовать.

— Молодцы, когтевранцы, — похвалила Спраут, заметив, как аккуратно Гарри и Гермиона справились. — Десять баллов Когтеврану за осторожность и умение договариваться с растениями. Это редкий талант.

— Договариваться? — переспросил Гарри.

— Ну да. Силки чувствуют, кто их боится, а кто нет. Вы не боялись, и они это оценили.

— Или просто поняли, что я невкусный, — предположил Гарри.

«Или я помог, — вмешался Борос. — Я слегка притушил твой страх. Но это наш маленький секрет».

После урока, когда они выходили из теплицы, Гермиона тут же включила режим командира:

— Быстро в библиотеку! У нас меньше часа до полётов. Надо успеть повторить теорию. Бегом!

— А может, мы уже и так всё знаем? — попытался увильнуть Гарри.

— Ты хочешь выглядеть глупо перед всей школой? — прищурилась Гермиона.

— Нет...

— Тогда бегом.

Они ворвались в библиотеку и нашли свободный стол, где уже сидели Рон и Драко. Рон с тоской листал книгу «Метла от А до Я», а Драко с важным видом объяснял ему основы, размахивая руками как заправский лектор.

— О, явились, — буркнул Рон. — Мы тут уже полчаса сидим. Драко меня достал своими лекциями. Я уже знаю, что метлу нужно держать правильно, а не как швабру. И что не надо бояться. Легко сказать — не бойся! Я летал на метле братьев, но это было во дворе, низко и медленно. А тут — стадион, высота и куча народу!

— Не лекциями, а инструктажем, — поправил Драко. — Ты должен знать теорию, иначе упадёшь и расшибешься. А мне потом объясняй Макгонагалл, почему гриффиндорец разбился. И вообще, летал ты, может, и летал, но по-дилетантски. Я видел, как твои братья носятся на поле — это уровень. А ты пока — уровень «не упади».

— Итак, — начала Гермиона, разворачивая свои записи, — основные правила полётов: метла должна быть чистой, садиться нужно правильно, взлетать — плавно, без рывков. Драко, ты умеешь летать, подтверди.

— Всё верно, — кивнул Драко. — И ещё: никогда не теряй контроль над метлой. Если она начинает вилять — значит, ты боишься. Метлы чувствуют страх. Они как собаки, только летают.

— Отлично, — Гермиона записала это в свой блокнот. — Рон, ты запомнил?

— Ага, — буркнул Рон. — Метлы чувствуют страх. Значит, я пропал. Я боюсь высоты, боюсь упасть, боюсь, что слизеринцы будут смеяться. Эта метла, наверное, будет вилять так, что я сразу улечу в Запретный лес.

— Не ной, — отрезала Гермиона. — Просто представь, что ты уверен в себе. Даже если внутри всё дрожит, снаружи будь спокоен. Как Драко.

— Драко не боится, потому что он вообще ничего не боится, — возразил Рон. — У него вместо сердца кусок льда.

— Это клевета, — обиделся Драко. — У меня нормальное сердце. Просто оно умеет контролировать эмоции.

— Ладно, — вздохнул Рон. — Попробую.

— Я помогу, — неожиданно предложил Драко. — Если что, подстрахую. У нас в поместье есть поле, я учил летать кузенов. Они тоже боялись, но потом ничего, освоились. Правда, один чуть не влетел в озеро, но это уже детали.

Рон посмотрел на Драко с подозрением, но потом кивнул:

— Ладно. Спасибо. Но если я упаду, ты будешь виноват.

— Я всегда виноват, — философски заметил Драко.

«Смотри-ка, — удивился Борос. — Аристократ становится альтруистом. Прогресс. Или просто хочет показать, что он лучший. Но результат один — Рону помощь. Хотя, если Рон упадёт, Драко, наверное, будет долго язвить. Но это уже мелочи».

Полёты на метлах проходили на школьном стадионе. Тренер мадам Трюк, низенькая женщина с короткими седыми волосами и острым взглядом, встретила первокурсников свистком, от которого заложило уши.

— Быстро построились! — крикнула она. — Сейчас я покажу, как правильно держать метлу. Если кто-то вздумает хулиганить — выгоню с урока и сниму баллы. Понятно?

— Да, мадам Трюк, — хором ответили ученики, стараясь не смотреть ей в глаза.

Все четыре факультета собрались вместе. Гриффиндорцы, когтевранцы, пуффендуйцы и слизеринцы — все первокурсники нервно переминались с ноги на ногу. Слизеринцы держались отдельной кучкой и явно что-то обсуждали, поглядывая на остальных.

Мадам Трюк показала, как призывать метлу командой «Вверх!». У всех метлы послушно прыгнули в руки, кроме Рона — его метла просто подкатилась к ногам и замерла, словно издеваясь.

— Уизли, ты что, спишь? — рявкнула Трюк. — Громче командуй! Представь, что ты командуешь армией!

Рон покраснел до корней волос и крикнул так, что метла подпрыгнула и со всей силы ударила его по лбу. Слизеринцы захихикали, но Драко бросил на них такой взгляд, полный ледяного презрения, что они мгновенно притихли.

— Молодец, — усмехнулся Драко, помогая Рону подняться. — Ты её победил. Она теперь знает, кто здесь главный.

— Она чуть не проломила мне череп, — простонал Рон, потирая лоб.

— Зато теперь она тебя уважает.

Потом начались полёты. Гермиона, несмотря на всю теорию, взлетела неуверенно и сразу начала вилять, чуть не врезавшись в дерево. Гарри, под руководством Драко, помог ей спланировать вниз.

— Я думала, будет легче, — призналась она, тяжело дыша.

— Теория теорией, а практика — другое, — заметил Гарри. — Но ты держалась молодцом. Дерево не пострадало.

— Спасибо, утешил.

Драко летал как профессиональный игрок в квиддич — уверенно, быстро, красиво, делая виражи и пике, от которых у всех захватывало дух. Рон, несмотря на первоначальную робость, быстро освоился и тоже показывал неплохие результаты. В какой-то момент они, подзадоривая друг друга, устроили нечто вроде соревнования: Драко пытался уйти вперёд, а Рон, забыв о страхе, гнался за ним, лавируя между другими учениками.

— Догоняй, Уизли! — крикнул Драко, проносясь над трибунами.

— Сам догоняй! — азартно ответил Рон, прижимаясь к метле и пытаясь сократить расстояние.

Мадам Трюк даже не стала их останавливать — наоборот, с интересом наблюдала за этой импровизированной гонкой. А на верхней трибуне, скрытая от глаз учеников, стояла профессор Макгонагалл. Она пришла посмотреть на первый урок полётов первокурсников и теперь не могла отвести взгляда от двух мётел, мелькающих над полем.

— Малфой и Уизли, — прошептала она, и в её строгих глазах мелькнул интерес. — Малфой — прирождённый ловец, такое чувство скорости и манёвра не купишь ни за какие деньги. А Уизли... он, кажется, неплохо держится в роли вратаря. Чутьё на позицию, хорошая реакция, да и напор есть...

Она ещё несколько минут понаблюдала, а потом решительно направилась к выходу со стадиона.

— Надо поговорить с Вудом, — пробормотала она. — Капитану гриффиндорской команды не помешает знать, что у него появляются перспективные игроки.

А на поле тем временем гонка продолжалась. Драко, увлёкшись, сделал крутой вираж, едва не задев верхушку дерева, а Рон, пользуясь своей более манёвренной, хоть и старой метлой, попытался его перехватить. В итоге они приземлились почти одновременно, тяжело дыша, но счастливые.

— Неплохо, Уизли, — признал Драко, спрыгивая с метлы. — Для того, кто летал только во дворе, ты держался молодцом.

— А ты не так уж и быстр, Малфой, — усмехнулся Рон, хотя сам едва переводил дух.

— Молодец, Уизли! — крикнула Трюк, подходя к ним. — Ещё пара тренировок — и будешь как настоящий ловец! Только постарайся не сшибить никого по дороге. И поменьше виляй!

Рон аж засветился от гордости и чуть не свалился с метлы, заглядевшись на облака. Драко рядом усмехнулся, но в его глазах читалось уважение: Уизли оказался достойным соперником.

После урока, когда они шли на обед, Гермиона уже строчила в своём блокноте, не обращая внимания на усталость.

— До следующего урока полётов целая неделя, — сказала она. — Драко, ты мог бы рассказать нам побольше теории — как правильно сидеть на метле, как делать повороты, как тормозить. Чтобы к следующему разу мы были подкованы.

— Могу, — согласился Драко. — Мой отец заставлял меня учить всё это по книгам, прежде чем дал метлу в руки. У меня даже конспекты сохранились.

— Вот видишь! — обрадовалась Гермиона. — Значит, в пятницу вечером встречаемся в библиотеке, и ты нам всё объясняешь. Можно даже с иллюстрациями.

Рон, который до этого довольно улыбался, вспомнив похвалу мадам Трюк, вдруг нахмурился:

— А зачем мне теория? Я же сегодня летал, и ничего! Даже мадам Трюк сказала, что у меня получается. Я, может, прирождённый ловец.

— Летал ты, конечно, но чуть в дерево не врезался, — напомнила Гермиона. — И вилял как... как...

— Как хвост у дракона, который пытается отогнать мух, — подсказал Драко с лёгкой усмешкой.

— Вот именно. Теория поможет тебе летать увереннее и безопаснее.

— Да я и так уверен! — Рон даже приосанился. — Летал во дворе, летал тут — везде неплохо получается! Это талант!

— Прирождённые ловцы тоже учатся, — парировала Гермиона. — Или ты думаешь, что Чарли Уизли сразу в квиддич заиграл без тренировок? Он, наверное, тоже падал и вилял, пока не научился. И вообще, твои братья, наверное, не просто так на поле гоняют — они тренируются.

Рон задумался. Пример старшего брата, который играл за сборную школы, и вечные полёты Фреда с Джорджем были весомым аргументом.

— Ну ладно, — сдался он. — Но, если будет скучно, я уйду.

— Не уйдёшь, — твёрдо сказала Гермиона. — Я прослежу. И дверь запру.

— Ты не имеешь права запирать дверь! — возмутился Рон.

— Имею, если это ради твоего блага, — отрезала Гермиона.

Драко фыркнул:

— У неё это хорошо получается. Моя мать точно так же говорит.

«Командир Гермиона в действии, — хмыкнул Борос. — Теперь у неё есть адъютант Драко и рядовой Уизли. Скоро они захватят Хогвартс. А Рон пусть не зазнаётся — первый блин комом, даже если его похвалили. Но вообще, летал он неплохо для первого раза на стадионе. Может, и правда талант».

За обедом Рон и Драко всё ещё находились под впечатлением от своей импровизированной гонки и теперь на перебой обсуждали, кто из них быстрее и кто кого чуть не обогнал.

— Я тебя на вираже сделал, — горячился Рон, размахивая вилкой. — Ты думал, что уйдёшь, а я тебя как — рраз! И уже рядом!

— Ты чуть не врезался в дерево, — парировал Драко с лёгкой усмешкой. — Если бы я не притормозил, ты бы сейчас обедал в больничном крыле.

— Не притормозил он, — проворчал Рон, но беззлобно. — Просто испугался, что я тебя обгоню.

— Испугался? Я? — Драко возмущённо выпрямился. — Уизли, ты вообще знаешь, что Малфои никогда ничего не боятся?

— Ну да, ну да, — усмехнулся Рон. — Расскажи это своей метле.

Гермиона, поглощая суп, строчила в блокноте, не обращая внимания на их перепалку. Гарри просто наслаждался едой и тем, что его друзья, кажется, наконец-то находят общий язык — пусть и через постоянные подколки.

— Кстати, — сказала Гермиона, отрываясь от записей. — У нас после обеда Защита от тёмных искусств. А у вас что?

— Свободное время, — ответил Драко. — Мы с Уизли планировали пойти в гостиную и.… ну, отдохнуть.

— Отдохнуть он планировал, — фыркнул Рон. — А сам уже десять раз сказал, что хочет найти книгу по тактике квиддича в библиотеке.

— Тактику можно совместить с отдыхом, — важно заметил Драко. — Мой отец говорит, что настоящий волшебник должен развиваться даже в свободное время.

— Твой отец, наверное, и спит с книгой в руках, — проворчал Рон.

— Не с книгой, а с «Ежедневным пророком», — поправил Драко. — Чтобы быть в курсе последних новостей.

Гарри хихикнул, представив Люциуса Малфоя спящим с газетой на лице.

— Ладно, — сказал он, доедая десерт. — Мы с Гермионой пойдём на Защиту. Встретимся за ужином?

— Договорились, — кивнул Рон. — Только вы там поосторожнее с этим Квирреллом. Говорят, он очень странный. Фред рассказывал, что на его уроках можно уснуть и проснуться уже на пенсии.

— Не преувеличивай, — отмахнулась Гермиона. — Хотя запах чеснока от него действительно сильный. Я ещё на пиру заметила.

— Может, он так от вампиров защищается? — предположил Драко. — Мой отец говорит, что некоторые маги так боятся тёмных существ, что носят с собой защитные амулеты. А Квиррелл, видимо, выбрал чеснок.

— Или просто любит чесночный суп, — усмехнулся Рон.

— Посмотрим, — сказал Гарри, поднимаясь. — До вечера.

Класс Защиты от тёмных искусств находился на третьем этаже, в конце длинного коридора, увешанного портретами суровых волшебников, которые провожали учеников неодобрительными взглядами. Гарри и Гермиона вошли внутрь и сразу почувствовали знакомый запах — чеснок витал в воздухе так густо, что, казалось, его можно было резать ножом.

— О Мерлин, — прошептала Гермиона, зажимая нос. — Как тут можно заниматься?

— Наверное, привыкнуть, — предположил Гарри, но сам тоже поморщился.

В классе уже сидели несколько когтевранцев — Терри Бут, Энтони Голдстейн и Лиза Тёрпин. Пуффендуйцев, с которыми у них обычно была совместная история, здесь не было — Защиту, видимо, преподавали отдельно по факультетам. Слизеринцев тоже не наблюдалось, что Гарри даже обрадовало — меньше шансов на конфликты.

— Привет, — кивнул Терри, когда они сели рядом. — Ну и запах, да? Я думал, у нас в теплицах иногда странно пахнет, но это...

— Перебор, — закончил Энтони. — Я уже жалею, что не взял с собой противогаз.

— А что такое противогаз? — спросила Лиза.

— Маггловское изобретение, — объяснила Гермиона. — Защищает от вредных запахов. Но здесь, боюсь, и он бы не помог.

Дверь распахнулась, и в класс влетел профессор Квиррелл. Точнее, вбежал, споткнулся о порог, чуть не упал, удержался за парту и наконец добрался до кафедры. Его фиолетовый тюрбан сидел на голове криво, словно профессор надевал его в спешке, а глаза под ним нервно бегали по сторонам.

— Д-д-добрый д-день, — начал он, обводя класс тревожным взглядом. Его голос дрожал так сильно, что Гарри испугался, не случится ли с профессором припадок. — С-с-сегодня мы п-п-поговорим о в-в-вампирах.

Он сделал паузу, словно ожидая, что вампиры сейчас выпрыгнут из-под парт. Потом продолжил:

— В-вампиры... они... они... очень опасны. Очень. Я.… я однажды встр-ретил одного в Ч-ч-чёрном лесу...

Он замолчал, и по классу прокатилась волна напряжения. Квиррелл схватился за тюрбан, словно проверяя, на месте ли он, и продолжил:

— Он... он пытался меня с-с-съесть. Но я.… я был готов! У меня был ч-ч-чеснок! Много чеснока! Видите?

Он вытащил из кармана мантии большую головку чеснока и потряс ею в воздухе. Запах усилился настолько, что Лиза Тёрпин жалобно пискнула и прикрыла рот рукой. Терри Бут закашлялся, а Энтони Голдстейн просто закрыл глаза, словно молясь о быстром конце.

— Чесно-о-ок, — протянула Гермиона шёпотом, зажимая нос. — Он что, живёт в этом?

— Похоже на то, — прошептал Гарри, стараясь дышать ртом.

Квиррелл между тем продолжал лекцию, но его голос то поднимался до визга, то падал до шёпота, и уследить за нитью повествования было практически невозможно. Он рассказывал о вампирах, об их привычках, о том, что они боятся чеснока и солнечного света, но постоянно сбивался на истории о своих собственных страхах.

— Я.… я всегда ношу с собой чеснок, — признался он, похлопывая себя по карманам. — Много чеснока. В карманах, в тюрбане... везде. На всякий случай. Вдруг вампир... или оборотень... или...

Он замолчал, и в классе повисла тишина. Кто-то из студентов нервно хихикнул, но тут же умолк.

— А п-п-помимо вампиров, — продолжил Квиррелл, явно пытаясь взять себя в руки, — есть и другие тёмные существа. Например, о-о-оборотни. Они... они опасны в полнолуние. Очень опасны. Н-но их можно узнать по... по...

Он задумался, покусывая губу, и вдруг выпалил:

— По хвосту! У них есть хвост! Или нет? Я.… я забыл.

Гермиона, которая старательно записывала каждое слово, замерла с пером в руке.

— У оборотней нет хвоста, — прошептала она растерянно. — Это же элементарно... Как профессор может этого не знать?

— Тихо, — шикнул на неё Гарри. — Не сбивай его. А то он ещё больше запутается.

Квиррелл тем временем перешёл к теме защиты от тёмных существ. Он рассказал о заклинаниях, но так нервно и сбивчиво, что никто ничего не понял. Он упомянул какое-то «заклинание отвлечения», но тут же забыл его название, потом начал рассказывать о серебряных пулях, но сбился на историю о том, как однажды видел оборотня в магазине и очень испугался.

— Я.… я тогда купил сразу три головки чеснока, — закончил он свою историю. — И с тех пор всегда ношу с собой.

— Он что, серьёзно думает, что чеснок помогает от оборотней? — прошептал Терри Бут, обращаясь к соседям. — Оборотни вообще не реагируют на чеснок. Это только вампиры.

— Может, он просто боится всего подряд, — предположил Энтони. — И чеснок — его универсальный защитный амулет.

— Или он сам не знает, чего боится больше, — добавила Лиза.

Квиррелл, словно услышав их шёпот, вдруг резко повернулся и уставился на задние ряды. Его глаза расширились, он схватился за тюрбан и прошептал:

— Вы... вы что-то сказали?

— Н-нет, профессор, — ответил Терри, стараясь говорить как можно спокойнее. — Мы просто слушаем.

— А, хорошо, хорошо, — Квиррелл выдохнул и снова повернулся к доске. — Т-тогда продолжим. Итак, самое главное в защите от тёмных искусств — это... это... — он замолчал, пытаясь вспомнить, — это быть готовым. Всегда. И носить с собой чеснок.

— И серебро, — тихо добавила Гермиона. — И знать заклинания. И не паниковать. Но он, кажется, об этом забыл.

— Он вообще много чего забыл, — заметил Гарри. — Мне кажется, он сам не понимает, что говорит.

Лекция продолжалась ещё около часа, но Гарри с трудом мог бы пересказать, о чём она была. Квиррелл метался от темы к теме, рассказывал истории из своей жизни (в которых всегда фигурировал чеснок), заикался, нервничал и постоянно проверял свой тюрбан, словно боялся, что он упадёт. К концу урока у всех разболелась голова от запаха чеснока и от бессвязных речей профессора.

Наконец, когда стрелка часов приблизилась к концу урока, Квиррелл объявил:

— Н-на сегодня всё. Ч-читайте главу пятую в учебнике. И.… и носите с собой чеснок! На всякий случай!

Он выскочил из класса так быстро, что его тюрбан едва не слетел на пол. Дверь с грохотом захлопнулась, и в классе повисла тишина, которую нарушил общий вздох облегчения.

— Это что сейчас было? — спросил Терри Бут, ошарашенно глядя на дверь. — Он серьёзно? Чеснок?

— Похоже, он действительно верит, что чеснок — панацея от всех тёмных существ, — сказала Гермиона, закрывая пергамент. — Хотя это абсолютно ненаучно. Чесночный запах может отпугнуть вампиров, но против оборотней, например, он бесполезен. И тем более против тёмных магов.

— Может, он просто не в себе, — предположил Энтони. — Я слышал, что Квиррелл в прошлом году ездил в какой-то опасный лес и оттуда вернулся... ну, не совсем таким, как был.

— В Чёрный лес, — вспомнила Лиза. — Он сам сказал. Там он встретил вампира.

— Или ему показалось, — фыркнул Терри. — Может, это был просто местный житель с бледной кожей.

— В любом случае, — подвела итог Гермиона, собирая вещи, — этот урок был... познавательным. В том смысле, что мы узнали, как не надо преподавать Защиту от тёмных искусств.

— Согласен, — кивнул Гарри. — Пойдёмте уже отсюда, а то я скоро сам начну пахнуть чесноком.

Они вышли из класса и с наслаждением вдохнули свежий воздух коридора. Запах чеснока всё ещё витал вокруг, но уже не так сильно.

«Интересный тип, — задумчиво произнёс Борос. — Я чувствую от него странную энергию. Не тёмную, но... беспокойную. Словно он постоянно чего-то боится. И этот тюрбан... в нём что-то есть. Что-то, что я не могу разобрать. Будь осторожен, маленький носитель. Держись от него подальше».

— Хорошо, — мысленно ответил Гарри. — А что может быть в тюрбане?

«Не знаю. Но что-то живое. Или не совсем живое. Мне нужно больше времени, чтобы понять. А пока — просто будь начеку».

Гермиона тем временем уже строчила в блокноте, делая какие-то пометки.

— Ты что пишешь? — спросил Гарри.

— Конспект, — ответила она. — Но не его лекции, а то, что нам на самом деле нужно знать по этой теме. Я потом сверюсь с учебником и составлю нормальные материалы. Иначе мы ничего не выучим.

— Ты гений, — искренне сказал Гарри.

— Я знаю, — улыбнулась Гермиона. — Ладно, пошли быстрее. У нас ещё есть час до ужина, а потом астрономия. Надо успеть повторить созвездия.

После ужина, когда они встретились с Роном и Драко, те уже собирались в гостиную Гриффиндора.

— Ну как прошла ваша Защита? — спросил Рон, с интересом глядя на Гарри и Гермиону.

— Странно, — честно ответил Гарри. — Квиррелл весь урок заикался и рассказывал про чеснок.

— И про оборотней с хвостами, — добавила Гермиона.

— С хвостами? — переспросил Драко, поднимая бровь. — Это что-то новое. Видимо, профессор Квиррелл открыл новый вид оборотней.

— Или просто перепутал с акромантулами, — усмехнулся Рон.

— Ладно, — сказала Гермиона, — нам пора на астрономию. А вы?

— А мы в гостиную, — ответил Драко. — Будем изучать тактику квиддича. Без вас.

— Скучайте, — фыркнул Рон, но беззлобно.

— До завтра, — попрощался Гарри. — Увидимся утром.

Ночная астрономия началась в полночь. Профессор Аврора Синистра, строгая женщина с острым взглядом, провела когтевранцев в башню астрономии, самую высокую точку замка. Лестница была такой длинной, что у Гарри заболели ноги, прежде чем они добрались до верха.

— Сегодня мы будем изучать созвездия Северного полушария, — объявила профессор. — Смотрите в телескопы и записывайте.

Они смотрели в телескопы, изучали звёзды и планеты. Гарри так устал, что едва не заснул, глядя в окуляр. Гермиона, как всегда, старательно записывала, но и её глаза слипались.

— Не спи, — шепнул ей Гарри. — Осталось совсем немного.

— Я не сплю, — пробормотала она, но через минуту её голова снова начала клониться.

Через полтора часа, когда урок закончился, они едва доползли до гостиной Когтеврана. Гарри чувствовал, что его ноги отказываются идти дальше.

— Завтра четверг, — напомнила Гермиона, хотя сама еле стояла на ногах. — Трансфигурация и заклинания. Надо выспаться.

— Выспаться? — простонал Гарри. — У нас на это есть три часа!

— Значит, будем спать три часа, — философски заметила Гермиона. — В крайнем случае, выпьем укрепляющее зелье.

— У нас нет укрепляющего зелья, — напомнил Гарри.

— Значит, просто потерпим, — вздохнула она.

«Бедные дети, — вздохнул Борос. — Их замучили учёбой. Но ничего, закалка. Когда-нибудь они будут вспоминать эти дни с ностальгией. Или с ужасом. Но это уже детали».

Гарри, шатаясь, добрался до своей кровати и рухнул на неё, даже не раздеваясь.

— Спокойной ночи, Борос, — прошептал он.

«Спокойной ночи, маленький носитель. Спи. Завтра будет новый день и новые испытания. И помни: я всегда рядом, даже если ты уснёшь на астрономии».

Гарри улыбнулся и провалился в сон.