Нисхождение (гет)

Антея вышла из святилища на паперть и посмотрела на цитадель. Крепость, служившая всем напоминанием о могуществе царской власти, могла похвастаться широкими десятиметровыми стенами, сложенных из гигантских камней. Гордые стяги некогда реяли на зубцах стен. Главные ворота имели четырёх метровый пролёт и свод высотой в шесть метров. Мосты ведущие со всех окружающих холмов сходились на предусмотрительно построенном бастионе. В случае мятежа ворота закрывались не пропуская посягнувших на священную царсткую власть от беспрепятственного вторжения. Во всех смыслах цитадель могла служить памятником, но никак не оборонительным сооружением. За прошедшие века замки и крепости Лации украсились башнями, бастионами, барбаканами, а само строительство стен усложнилось добавив брустверы, амбразуры, капониры. Дворец примыкал к восточной стене, напрямую сообщаясь с Великим Архивом. Пройдя по мосту и подойдя вплотную Антея увидела открытую настежь калитку. Войдя в неё палатина оказалась в ещё одном библиотеке, занимавшей целое дворцовое крыло. Обстановка в крыле была куда богаче, нежели той что Антея видела в Архиве. Золотая и серебряная посуда, расписные стены, декорированная мебель. Библиотека содержала информацию о управлении, способах ведения сельского хозяйства, торговли, дипломатии, военных, магических и медицинских науках. Большая часть комнат напоминала университетские аудитории. Как и в Архиве девушку никто не останавливал. Недоумевая какие ещё опасности её поджидают, Антея вышла из преподавательского крыла и очутилась в самом дворце. На неё тут же надавила аура небывалой силы, отпугивающая слабых и предупреждающий сильных о могуществе и потустороннем происхождении. Аура давила, словно на разум и душу опустился невидимый полог. Антея встряхнула головой и невольно прижалась к стене. Палатина прислушалась и принюхалась изучая обстановку, но аура подтупила чувства, заглушив все звуки и запахи если они были. Антея собралась с духом и передёрнула плечами, постаравшись согнать с себя оцепенение, покралась по коридорам дворца. Обстановка во дворце свидетельствовала о полном разорении. Разломанная мебель, разбитые кувшины, погнутые чаши и блюда, изодранная рваная одежда, следы когтей на стенах и полу. Нечистая сила захватила людей врасплох, там где они находились, преобразовала в фоморов и последние скорее всего поддавшись безумию и отчаянию, гонимые демонической аурой, вырвались в город, распространяя заразу и чиня кровопролитие. Палатина покачала головой видя насколько бесславным было начало конца царства.

Палатина вошла в аванзал , так никого и не встретив по пути. Удивительно, но в комнате для ожидания приглашения в зал собраний сохранись росписи утверждающие славу царя Алланта. Антея нашла это ироничным, ведь он и погубил царство.

— «А где бессменный страж?» — задалась вопросом палатина. Оглядев обстановку аванзала. Мебели здесь не было, поскольку в аванзале вряд ли заставляли надолго ожидать посетителей. Наверняка знатных особ держали столько времени, насколько царь был благосклонен к просителю. Несколько лишённых признаков жизни боковых переходов для слуг. Двери зала собраний закрыты. Позади тоже никого. Антея подняла голову и увидела его. Падший палатин Ворд висел на стене и смотрел на вошедшую. В его глазах читалась холодная ненависть к палатине, своему бремю, к самому себе. Тело Ворда представляло странную смесь паука, кошки и человека. Он терпеливо ожидал жертву сидя на потолке, чтобы спрыгнуть сверху едва та ступит в середину зала. Однако Антея держалась на стороже и не торопилась переступить порог. Ворд понял что его ухищрение прошло даром и спрыгнул вниз, мягко приземлившись на шесть лап. Антея замерла, стараясь не шевелиться и изучая противника. Тело Ворда делилось на головогрудь и брюшко, державшиеся вместе на узкой шее. Челюсти украшали жвал, некогда бывшие клыками, теперь приобретших форму клешней, с которых стекал яд. Кошачьи лапы стучали выдвинувшимися из подушечек цепкими когтями и одинаково подходили и для захвата добычи, и для рубящих ударов. На брюшке Антея заметила бородавки покрытые вязким белым веществом. Всё тело покрывал редкий шерстяной покров. Волоски подёргивались ловя колебания воздуха. Зрачки четырёх глаз менялись перетекая из вытянутой вертикальной формы до полного круга. Черепогрудь ещё смутно сохраняли человеческую форму. Кожа имела бледно-синюшный оттенок с трупными пятнами по всему телу. Большего уродства в Орадуре Антея ещё не видела. Не мешкая более девушка оставила вещевой мешок где только что стояла и вошла зал, склонилась в дуэльном поклоне и выпрямившись указала остриём посоха на Столпа. Ворд завыл и принял вызов. В одном прыжке он преодолел расстояние и обрушил когтистые лапы на Антею. Её уже там не было. Перекатившись, она ушла в сторону и сколдовала огненные стрелы. Они впились в тело стража. Вязкая жидкость брыснула и в мгновение погасила их. Ворд развернулся и постарался ухватить палатину. Антея побежала вдоль стены не забывая посылать стихийные заклятия. Лёд, молния, огонь срывались посоха. Топая на месте, Антея оставляла стихийные руны на поверхности пола, благо отточенный драконом разум девушки мог создавать заклятия без произнесение слов. Нанесённые татуировки укрепили тело Антеи обратив в эффективное оружие, а мутация плоти придало нечеловеческую сноровку. Ворд бросался вслед за убийцей побратимов попадая в ловушки рун, но не понеся ни единой раны. Всякий раз магическая энергия рассеивалась вязким веществом, вырабатываемым телом Столпа. Он орудовал лапами, как кошка ловившая мышку. То пытаясь схватить, то расцарапать когтями. Антея отпрыгивала, уворачивалась, перекатывалась и бежала. Не даром мудрецы говорили что движение это жизнь. Остановиться хотя бы на секунду означало умереть. Остриё посоха резало лапы в те моменты когда девушка не успевала уйти из под удара, клинок оставлял колотые раны из которых капала чёрная кровь. Тем не менее Ворд шипел от боли, инстинктивно убирал конечности и атаковал вновь. Обладая ускоренной регенерацией тело в мгновение ока заживляло раны, а крепкие кости невозможно было разрубить.

Антея резко остановилась, прервав бег и присела. Там где она должна была быть секундой позже, появился Ворд. Он недовольно заворчал, чуть замешкавшись и получил удар кристаллического клинка прямо в брюхо. Болезненный вопль обрадовал Антею. Она сделала выпад проникая глубже в тело врага, разорвала связь посоха с кристаллизовавшейся маной и подпрыгнула высоко вверх, разворачиваясь по кругу, сотворяя новый клинок и опуская его на шею Столпа. Ворд стиснул жвалы и вместо того чтобы отпрянуть, бросился на стену, повиснув на ней как паук. Удар пришёлся на верхнюю часть брюшка и рассыпался в сонме осколков. Столп отпрыгнул со стены, поймав жертву в полёте и оба приземлились на пол. Антея больно приложилась спиной о каменную твердь. От удара выпустила посох из рук. Ворд задней лапой отбросил его дальше в сторону и захватил Антею в плен своего тела. Когти передних лап впились в бока и ляшки противницы, не давая ускользнуть и врезаясь ещё глубже. Теперь уже кровь Антеи окропила пол зала. Жгучая боль пронзила тело палатины. Лицо Стопа устремилась к шее девушки, норовя перекусить её шею клешнями. Антея схватила руками клешни и с непомерным трудом удержала в опасной близости от себя. Ядовитая слюна стекала изо рта по жвалам переходя на руки палатины. Яд обжигал кожу, слизывая кожу с рук. Антея воочию увидела по три ряда острых мелких зубов, росших из нижней и верхних челюстей. Девушка ощутила смрадное дыхание на своём лице. Ворд давил что было силы, наваливаясь всем весом и когтями рвал мышцы Антеи, причиняя большую боль и «ломая» её сопротивление. Антея в отчаянии забилась, как муха угодившая в паутину, ещё сильнее «запутываясь» в цепкие объятия врага. Глядя в холодные пустые глаза Столпа, Антея видела лишь тьму и поняв, но до конца не смерившись с неминуемым поражением, зажмурила собственные, не желая видеть столь отвратительный облик смерти. Перед мысленным взором Антеи пронеслась вся жизнь, от самого первого воспоминания и до того как переступила порог проклятого зала. Вспомнила голос матери, певшего колыбельные, мечты о том как она снимет проклятье и соберётся вся семья. Антея ухватилась за эти мечты и постаралась удержать, уйдя вместе с ними в небытие. Внезапно осязание сообщила мозгу о липкой жидкости залившей тело. Давление исчезло, а когти Столпа застыли, перестав рвать тело. В полнейшей растерянности, Антея открыла один глаз, за ним второй. На согнутых руках она продолжала удерживать тяжёлую головогрудь. Глаза Стопа прикрылись, словно он задремал, а в воздухе «растекались» духовные и жизненные силы Ворда. Антея из последних сил отбросила голову вбок. Голова рухнула на пол и перекатилась. Тело-брюшко лежало не шевелясь у ног Антеи. Волоски перестали подёргиваться и сложились в шёлковый шерстяной покров. Пробежав недоуменным взглядом по залу, девушка увидела размахивающий из стороны в сторону костяной зазубренный наконечник. Обескураженная Антея проследила за наконечником, заметила что он держался на гладкой кожаной верёвке и пробежалась по всей длине, запоздало догадавшись что он рос из нижней части тела. Пока разум прощался с жизнью, тело само взялось за выживание. Призвав все инстинкты самосохранения, тело перебрало варианты и воспользовалось тем единственным что ему оставалось. Совершенно забытый мозгом хвост, чудесным образом вывернулся из под Антеи и устремился к незащищённой шее хищника. Наконечник сперва перерубил мышцы, уткнулся в шейные позвонки, порыскав и попутно перерезав артерии, нашёл гибкие хрящи и что было сил принялся бить по ним, пока не отделил две половины Ворда друг от друга. Девушка с небывалым облегчением произнесла благодарственную молитву сама не зная кому и вытянула руку призывая и впитывая угасающую энергию мертвеца. Антея выдрала кривые когти из своего тела вместе с мясом и тут же принялась заживлять раны. Голова кружилась от боли и потери крови, но ничего другого не оставалось. Потратив изрядно количества времени на исцеление, Антея встала с пола и вернулась к вещевому мешку. Решив немного повременить встречи с царём, палатина достала заготовленную в лесу пищу и флягу с водой, хотя её телу еда не нужна была совершенно. Поглощённая энергия полностью восстановила ману и сняла усталость. Но душу кольнул страх и поэтому Антея не торопилась открыть двери тронного зала. Схватка с Вордом вымотала её морально. Сидя в коридоре, с жадностью жуя мясо и глотая воду, Антея набиралась сил.

— «Вот мы поели и напились» — сказала палатина, чувствуя приятное тепло внутри себя, с любовью глядя на играющий хвост: «Сейчас бы ещё вздремнуть, но боюсь такого нам не простят. Монарх обидится, сам выйдет к нам и отрубит спящую голову. Знаю, знаю, перед боем нельзя кушать. Прости, такая уж я родилась».

Двери распахнулись, с громким стуком столкнувшись со стенами. На троне восседал человек без следа изменений на теле. Закинув ногу на ногу и подперев подбородок рукой, царь отстранённо смотрел куда-то вдаль.

— «Недоброго дня ваше величество» — громко поприветствовала Антея монарха. Человеческая внешность царя ей понравилась. Благородные черты лица, широкие плечи. Седые аккуратно расчёсанные волосы на голове и короткая седая борода идеально гармонировали с белыми одеждами, создавая облик умудрённого жизнью и временем архимага или верховного клирика. Аллант встал с трона и вышел в зал, навстречу палатине.

— «Не рад приветствовать вашу персону в своих покоях» — в тон ответил он Антее.

— «Что же такое? Неужели расстроились из-за гибели ближайших советников»- наигранным сочувствующим голосом поинтересовалась девушка.

— «Да нет. Умерли и умерли. Такова судьба. Время течёт всё меняется. На старое приходит новое» — безразлично пожал плечами Аллант: «Раз уж ты пришла, не хочешь занять место подле меня?».

— «Нет. Спасибо» — отмахнулась Антея: «Мне тут надо бы переговорить кое с кем и добиться кое чего».

— «Переродиться, вернуться во времени и снять проклятье» — показал осведомлённость царь.

— «Вопрос. Кто-нибудь не знает о моих чаяниях?».

— «Только глухие и слепые» — ответил Аллант, имея ввиду практически всё население Орадура и прочего мира: «В нынешние времена редко у кого проявляется дар слышать шёпот ветра».

— «Помню, мне рассказывал один шаман о такой редчайшей способности устанавливать связь с Великой Матерью».

Антея и Аллант остановились, не дойдя до середины и начали кружить на почтительном расстоянии друг от друга. Намерения палатины были ясны, намерения царя предугадать было не сложно. Оба противника вели не спешную светскую беседу, не торопясь скрестить клинки.

— «Ты стала сильнее. Как в новом теле?» — спросил царь.

— «О, великолепно! Чувствую себя как заново рождённой» — похвасталась девушка.

Тронный зал, как и положено его статусу, украшали знамёна поверженных врагов, по сторонам стояли столы с серебряной посудой, полной яств и вин, золотые канделябры освещали центр зала, а огонь в жаровнях его дальние уголки. Барльеф на стенах и мраморный пол вызывали восхищение от художественных изображений охоты или сражений. Всё было чинно, благородно, по-царски и фальшиво. Намётанный глаз Антеи распознал чары иллюзий.

— «В проницательности тебе не откажешь» — заметил Аллант и щёлкнул пальцами.

Морок развеялся, открыв заляпанный кровью и нечистотами зал. Барельеф сменил картину на облик Нижнего мира. Пустынные горы, огненные реки, пирующие орды демонических существ. На полу кровью принесённых в жертву людей нарисовали магический круг в два кольца. Внутренние органы, сердце, печень, лёгкие, почки, послужили точками привязки демона. Из костей выложили сакральные символы сковывания. Остальное бросили у стен за ненадобностью. Столы с яствами и винами превратились в разделочные. Антея окинула взором изменившийся вид, прикинула примерное количество жертв и спросила:

— «И стоило того?».

Аллант хищно улыбнулся:

— «Конечно! Преобразившись царство стало сильным как никогда! От подступи моих армий Лация дрожит в страхе, а прочие народы молят Богов о защите!»

Царь внезапно умолк, словно его мысли ушли куда-то далеко, и через мгновение вновь обратился к Антее:

— «Так не подскажешь мне: где увидеть Истока?»

— «Он здесь. Он слышит нас» — ответил Аллант.

Антея в наигранном изумлении осмотрела зал. Царь был явно не в своём уме, но куда хуже было то что из центра магического круга, подобно тончайшим нитям паутины, тянулась духовная перевязь, опутавшая душу Алланта. Антея изучающе посмотрела на магический круг. Какой бы ритуал призыва не проводили, он провалился. Демон явился лишь частично, всем своим существом оставаясь в астральном плане бытия. «Возможно демон и впрямь явился, выполнил миссию и вернулся. Круг ещё функционирует, а значит его просто надо активировать» — размышляла Антея.

— «Тебе потребуется свежая кровь» — подсказал Аллант: «Вот только повторная активация может разорвать мой контроль над демоном, а этого я допустить не могу».

— «Контроль?» — изумилась Антея: «Ты себя то давно видел? Пустые глаза, без капли разума. Душа скованная неизвестно чем. Ты не более чем игрушка! А потому не трать моё время попусту».

Аллант хотел возразить, открыл рот и не сказал ни слова. Его глаза засветились, будто кто-то иной занял тело.

— «Время идёт, эпоха сменяет эпоху, но какие бы изменения не происходили — это всего лишь очередная смена времён. В целом всё остаётся так как есть» — сказал новый собеседник.

Антея инстинктивно отпрянула. В глазах царя она увидела древнее и могучее существо, которое могло претендовать на то чтобы его называли Богом. Двери зала собраний захлопнулись. Магический круг преисполнился силой. Давно высохшая кровь окрасилась, а воздухе ощущался металлический запах.

— «Аллант утратил осознание того что творится в мире и пребывает в грёзах. Он бы ещё долго тебе зубы заговаривал бы. Поэтому я и явился. Итак, ты хочешь разорвать магический круг и отправится вслед за мной в надежде стать демоном. Давай посмотрим получится ли у тебя» — произнёс Исток, сотворяя из огня длинный клинок.

— «Ну давай» — кивнула Антея и первой пошла в атаку.

Цепная молния, ледяной шип, Антея посылала заклинания одно за другим, при этом приближаясь к одержимому. Одержимый отбил все посланные в него заклинания и резко сблизился с девушкой, пройдя сквозь поток разрушительных заклинаний. Антея моментально отреагировала. Посох развернулся остриём к противнику и устремился к горлу одержимого. Исток избежал удара отпрыгнув в сторону, сразу же атаковав. Антея увернулась, ощущая иссушающий жар от клинка одержимого. Девушка не долго думая взяла тело противника в плен «дробящей темницы» и, пока внимание одержимого было обращено на то чтобы вырваться из плена, разожгла неистовое белое пламя, устремившееся в демонической душе. Исток развеял «Темницу» и ощутил прелесть пожирающего душу огня. Пламя погасло, заставив демона лишь поморщиться.

— «Неплохо. Мало кто из людей способен творить подобный огонь. Хвалю» — восхитился демон, отбивая атаки Антеи.

— «Теперь позволь мне» — произнёс он и пошёл в наступление.

Выпад перешёл в три вертикальных удара снизу вверх и наоборот. Шаг назад и косой рубящий удар. Ложный выпад. Разворот на триста шестьдесят градусов и мощный горизонтальный удар в корпус противницы. Заблокировав удар, Антея ощутила колосальную мощь Истока и пожалела что не попыталась ускользнуть. Сила огненного клинка столкнулась с наполненным маной девушки древком посоха. Антею буквально пронизал холод, когда она внезапно ощутила звенящую пустоту в древке. Огненный клинок не повредил посох, но выжег ману из него. Что будет если он заденет тело, девушка побоялась даже представить. Да и времени у неё не было. Одержимый провёл комбинацию из четырёх косых ударов и двух горизонтальных. Антея часть заблокировала, а от части увернулась, то и дело совершая контрвыпады, метя в лицо, шею и руки. Наконечник посоха несколько раз добрался до лица Алланта, оставив кровоточащие шрамы. Демон даже не думал их исцелить, абсолютно не обращая на них внимание. Густая чёрная кровь стекала вниз пачкая одежды, от чего царь становился похожим на изуродованного мертвеца. Кожа бледнела по мере того как всё больше крови утекало из ран. Лицо осунулось, высохло потеряв красивый вид. Демон усмехнулся когда Антея в очередной раз ткнула остриём в лицо. Человек его забавлял. Разинув рот, он позволил войти лезвию насквозь и сжал челюсти, словно тиски, поймав клинок посоха. Антея что были силы потянула посох назад, одновременно посылая через древко поток маны. Мана должна была выйти острым лезвием, описать круг и перевоплотиться в ледяные иглы, пронзив голову Алланта. Но этого не произошло. Девушка ощутила всплеск демонической ауры и заклинание погасло так и не родившись. Антея чувствовала магическую энергию переполнявший посох, но по неизвестной причине энергия оставалась запертой. Исток улыбнулся ей изуродованным лицом и, неожиданно для самой Антеи, пнул её между ног.

— «Ой» — вырвалось у девушки. Ноги автоматически сжались, а тело присело никак не ожидавшее столь подлого поступка. Тем не менее как бы больно не было, посох из рук Антея так и не выпустила. Исток удовлетворенно кивнул. В новой форме человек оказался более стойким, как он и предполагал. Огненный клинок взметнулся и легко разрубил древко. Шокированная случившиемся, Антея забыла про боль и обиду, с криком «Скотина!!!» выпустила когти и бросилась на одержимого. Исток ждал что Антея применит магию и поэтому оказался совсем не готов к яростному натиску девушки. Вторая половина посоха развернулась навершием вверх став палицей. Когти левой руки резали плоть Алланта. Магический кристал окутала ледяная дымка и всякий раз когда он касался одержимого того пронизывал жуткий леденящий холод. Ударом импровизированной палицы, девушка выбила руку державшую огненный клинок из плечевого сустава. Когти добили руку, отрубив кисть и обезоружив демона. Затем наотмашь ударила в челюсть, сломав её. Ткнула кристалом прямо в лицо. Раздался хруст ломаемой переносицы. Когти вонзились вбок и распороли живот. Кишки вывалились нарушу. Неистовство Антеи погасила демоническая аура, тяжким грузом упавшая на душу и разум девушки. Антея стремительно отпрыгнула и кувырком ушла в сторону, вновь оказавшись на ногах и готовая к продолжению боя. Однако его не последовало. Одержимый посмотрел на отрубленную руку, целой потрогал челюсть и произнёс:

— «Думаю это можно засчитать поражением. Ты не забыла? Для активации магического круга нужна свежая кровь. Поторопись бытие затянет прореху, отделив реальности друг от друга. Тогда тебе придётся воссоздать ритуал».

Слова долетали до слуха Антеи, но захваченный яростью разум не сразу донёс смысл слов. Свет в глазах Алланта погас. Духовные нити бережно вытащили душу царя из тела и утащили его сначала в центр круга, а потом в истинное царство демона. Вместе с душой, тело покинула и жизнь. Оно рухнуло на пол и стало стремительно разлагаться, точно время спешило убрать свидетельство своего бессилия прервать в положенный срок жизнь смертного. От тела отслоились мышцы, выпали органы, показались кости. Они размякли, превратились в кашицу и вовсе исчезли. Скелет высох, а затем и распался, превратившись в пыль.

Антея стояла в полнейшем шоке от произошедшего. Она ожидала более яростной схватки, более жёсткой, напряжённой, эпической. А тут демон просто сдался, едва ему надавали слабых тумаков. Антея не сомневалась что демон мог сражаться намного дольше и продемонстрировал лишь толику своих способностей. Однако вслед за рассуждениями к девушки пришли и слова сказанные им напоследок. Он звал её за собой и как бы Антее не хотелось повторять ошибку сделанной ею в битве с Данталионом, выбирать было особо не из чего. Отринув зов, она могла годами блуждать по Орадуру в поисках фолиантов описывающих ритуал. Возможно, скорее всего, Антея нашла бы его подробнейшее описание здесь, в Гирсе. Тем не менее оставалось «Но». Ритуал требовал кровавых жертв и потому девушке претило им пользоваться. Сейчас, спустя столько времени, Антея не могла принести чью-то жизнь в жертву. Она помнила о содеянном в прошлом грехе, казалось можно его и повторить, но жители Касселя, палатины, люди Орадура и фоморы. Все они жили, боролись и верили в лучшее будущее. Путешествие преобразило её, открыло мир, изменило. Антея усмехнулась поймав себя на слове «изменение».

— «Похоже проклятые земли не такие уж и проклятые. В конце концов перемены это часть природы» — прошптала самой себе Антея.

Она вышла в центр магического круга. Подпитывавшая его сила исчезла. На полу остались лишь пустой рисунок и следы тяжкого преступления. Демон и в самом деле ушёл. Царь Аллант и его окружения оказались полнейшими глупцами. Ритуал был демонической ловушкой. Способом открыть прореху и влиять на мир и вот, когда он добился своей непостижимой цели, он ушёл. Антея покачала головой, опустилась на колени и собственными когтями перерезала себе горло.

Боль, невозможность вздохнуть, слабость в ногах и могильный холод. Кровь струёй хлынула в магический круг, заполняя его жизненной энергией. Капли крови подобно тараканам разбегались по сторонам, занимая места на рисунке, как зрители занимают места в зале театра. В глазах потемнело. Антея легла на пол и умерла.

Тёмный дух покинул тело и недовольно осмотрелся. Он оказалась в клетке из которой вёл длинный тоннель. Расправив крылья огненно-кровавые крылья дух направился по тоннелю прочь из клетки. Тоннель вёл глубоко вниз. На самом дне дух увидел проход и нырнул в него. Огромные запасы энергий пронизывали каждую клетку астрального мира и затронули суть духа. Энергии разбегались в разные стороны обратившись ветер. Временами они начинали кружиться в хороводе и тогда небу и землю соединял смерч. Словно испугавшись содеянного энергии тут же разбегались прочь, развеивая шторм. Медленно плывущие тучи имели разные оттенки: чёрные, свинцовые, тёмно-серые, сизые, багровые, лиловые, фиолетовые, сумрачные, пепельные. Игра ветреных энергий на них никак не отражалась. В них самих зарождались чудовищные бури. Всполохи ветвистых молний, рождённых неистовством стихий, мелькали среди туч, раскидываясь на огромный расстояния. Внизу по поверхности мира текли магматические реки. Перед духом раскинулись затянутые пылевой бурью огненные поля. Из земли вырывались огненные столбы и, излив ярость, исчезали, чтобы появиться вновь. Посмотрев на право, дух увидел скалистые горы, длинной горной грядой уходивших вдаль и поднимавшихся до небес. Устремив взор на лево, дух узрел безжизненные равнины. Оглянувшись дух заметил вдалеке густые леса на парящих островах, а за ними Круговорот Душ. Мир в который попал дух большей частью пребывал во тьме. Лишь время от времени молнии освещали его. Дух понял. Его привели в Нижний мир. Дух не стал более терять время и полетел к Круговороту. Мир сотрясся. Энергии сгустились, магматические реки вышли из берегов и слились, образовав море. Море поднялось, обретя твёрдость. Перед духом вырос исполин, преградивший путь.

— «Ты пришла, но всё ещё не достойна чтобы войти в горнило» — от голоса Исполина содрогнулось всё сущее, бывшее поблизости.

Дух ничего не сказал. Тонкий луч лунного света прочертил пространство и вонзился в тело Исполина. Исполин ответил сплошным потоком магматических стрел. Дух ловко проскользнул меж них. Воспарил к тучам. Одна из ветвей молний притянулась к духу, чем он и воспользовался. Ухватив ветвь, он направил её по ветряному потоку вниз. Молния обрадовано разорвала связь с сёстрами и набрав мощи влетела в глаз исполина. Плотная высохшая корка магмы разлетелась, обнажив огненное нутро. Исполин в раздражении поднял огненные столбы с поверхности до самых туч. Сотни рук выросли из тела Исполина и попытались схватить духа. Духу пришлось изрядно постараться петляя и уворачиваясь. Спикировав вниз к раскалённой поверхности земли и запутав врага, дух обратился в обсидиановый клинок. Набрав скорость дух вонзился в грудь Исполина и прошёл сквозь него. Исполин содрогнулся. Дух вырвался из плена магмы и обернулся, с удовлетворением смотря как Исполин вновь и вновь содрогается, распадается и умирает. Магма расплавила корку и хлынула вниз. Дух развернулся, собираясь последовать дальше, но не смог сдвинуться с места. Обернувшись он увидел что Исполин не умер, а всего лишь сменил обличие, приняв облик одноглазого четырёхрукого существа с мощным мускулистым торсом и перепончатыми крыльями. Исполин удерживал духа тонкой цепью. Дух метнулся к нему, раздражённый тем что ему мешают. Оба существа слились воедино, борясь друг с другом, пока в конце концов дух не проиграл. Слишком несоизмеримы оказались силы. Тёмный дух сорвался вниз и стал стремительно падать превратившись в метеор туда где воспоминания разрывали души, измученные бесконечным пылающим огнём. Вместе с ним вылетая из Круговорота вниз стремились грешники, чьи тела в полёте истлевали становясь пеплом. Они падали дождём вопящих в ужасе душ в самое чёрное место, где свет вызывал боль, а мрак приносил облегчение. В место, которое лишало веры и обдирало память от воспоминаний прожитой жизни. В место которое приводило в безумие любое существо и стирало границу между разумом и животными инстинктами. Падая Тёмный дух увидел тысячи и тысячи грешных душ, поражённых ужасом, отчаянием, безысходностью. Каждая находящаяся здесь душа была скована тяжким грузом греха, непозволяющим им вернуться в Круговорот до истечения срока наказания. Тёмный Дух расправил крылья, чтобы замедлить полёт и вернуться к сражению. Но падающие грешные души пытались ухватиться за него, как утопающий хватается за соломинку в тщетной надежде спастись, чем сбили полёт духа. Грешники цеплялись на Тёмного духа и все вместе неслись всё быстрее и быстрее вниз. Внезапно грешные души в страхе выпустили духа из плена. Чёрный ворон не страшась влетел в град грешных душ, прокричал на первородной речи приказ, расправил когти и вцепился ими в Тёмного духа. Ворон вырвался из потока грешников и полетел в сторону одинокого крутого утёса. На самой вершине рос одетый в плотный плащ из листвы тис, а в тени его кронов пряталась зелёная трава. Ворон бросил духа на вершину утёса и приземлился на землю. Едва коснувшись земли птица обернулась в крепко сложенного мужчину с тремя ногами. Ворон выпрямился. Чёрные перья превратились в гриву того же цвета волос, спадавших на плечи. Ворон расправил плечи и посмотрел своими ярко сияющими глазами на духа. Освободившись дух выпрямился и устремил взор к старому знакомому и тому кто ждал их на утёсе. Одноглазый демон стоял у самого края и наслаждался видом своего царства. Дух посмотрел вдаль за горизонт и увидел что Нижний мир был куда как более широк и глубок. Он уходил за горизонт и дальше, распространяясь по всем измерениям. Раскалённая огнём земля соседствовала с тёмными бездонными провалами, не имевших конца и где царствовала тёмная, холодная и мрачная бездна. На пустынных равнинах поднимались песчаные бури. В скалистых горах завывали ледяные ветра. По логике никакая жизнь не должна была здесь существовать. Но она существовала. Тёмный дух узрел причудливые замки построенные на склонах и вершинах гор. У подноший последних и вглубинах пещер нашли пристанища города. В них обитали уродливые и вместе с тем красивые существа. Они свободно управляли энергиями Нижнего мира создавая как бытовые предметы, так и артефакты невиданной мощи. Огромное число святилищ и капищ были разбросаны по всему пространству Нижнего мира. По поверхности мира кочевали племена на веки проклятых и потому нашедших в Нижнем мире дом. С ними соседствовали грешные души имевшие надежду на искупление. И повсюду, невзирая на суровые условия, были разбросаны зелёные оазисы в которых царила Безмятежность. Тёмный дух оценил облик Нижнего мира. Посмотрел на демона, затем на ворона. Алебастровая кожа ворона создавала резкий контраст с металлическим отливом оранжевого цвета кожи демона. Тёмных дух замерцал в крайнем раздражении и прорычал:

— «Не мешайте».

Ворон оскалился в ответ, довольный непокорством духа. Демон оторвался от созерцания Нижнего мира и задал простой вопрос:

— «Как тебя зовут?».

Дух собирался ответить, но озадаченно замолчал.

— «Зачем ты здесь?» — задал очередной вопрос демон.

— «Моя мать умирает. Мне надо войти в Круговорот и спасти её».

— «Ты сгоришь. Попадая в Круговорот души забывают обо всём, очищаются и возрождаются. Ты же несёшь печать наказания. Круговорот не примет тебя и отторгнет. Ты сгоришь».

— «Риск есть» — отмахнулся дух.

Демон пристально посмотрел на него. Дух смутился и словно оправдываясь спросил:

— «Зачем ты мне помогаешь?».

— «Ты забыла о данной клятве? Ты знаешь меня как Истока, но имя мне Бриарей.

Я первородный сын Великой Матери Геи и хранитель Горнила Первого пламени. На мне лежит святая обязанность следить за огнём пылающим в основании мира».

Дух не слушал. Разглагольствование демона напомнили о чём-то давно забытом и дух попытался вспомнить. Когда Бриарей умолк, дух встрепенулся и спросил:

— «Моё имя Антея. Я помню о данной клятве и о прожитой жизни. Я сдержу слово, но только после того как достигну своей цели. И ты так не ответил зачем ты мне помогаешь?».

— «Чтобы пополнить число проводников душ» — ответил за демона ворон: «Видишь ли ты оказалась здесь не случайно. В прошлую эпоху ты уже была здесь. Отягощённая грузом грехов ты не смогла совершить путешествие и подобно многим» — демон кивнул в сторону падающих душ: «Пробыла здесь какое-то время».

— «Вот как и чем же я вас привлекла?».

— «Тобой двигала бездонная тоска и безмерная зависть, а может и безответная любовь. Попав сюда ты преодолела снедающие тебя чувства и в ущерб себе помогала прочим душам. Это крайне редкое явление в Нижнем мире» — ответил демон вместо ворона.

— «То есть правильно ли я вас понимаю? Проклятье, изгнание и наказание — всё это ваших рук дело?» — с надвигающейся угрозой в голосе спросил дух, начиная понимать как ею воспользовались.

— «Твоих» — поправил демон: «Я создал причину, ты выбрала путь. Тебя постоянно призывали остановиться, но ты продолжала упорствовать».

Тёмный дух от злости покрылся шипами и желал разорвать демона, но его порыв остудил ворон.

— «Мариса Монсоро ничего не теряла. Как мученица, её душа воспарила бы в Верхний мир и там в небесных садах искупалась в живой воде, исцелившись, забыв о страданиях и родившись вновь».

Дух остыл приняв прежний вид. Обдумывая сказанное и не мог согласиться с таким холодным расчётом.

— «И всё же? Разве перенесённые страдания стоят того? У неё была бы целая жизнь прожитая в любви и радости».

Демон помахал крыльями и холодно ответил:

— «Первый враг смертного — он сам. Знала бы ты как смертные разрушают себя, живут за счёт других смертных и наслаждаются их страданиями. Здесь много таких. Страдания Марисы Монсоро? Если ты переродишься в бессмертного, то да. Стоят. Миры развиваются. Срединные миры расцветают и множатся. И привлекают хищников к себе. Сейчас я не имею виду так называемых Падших Богов или тварей Бездны. Смертные сами успешно справляются с уничтожением собственных «домов». Раньше бросить вызов Богам не считалось чем-то из ряда вон выходящим. Любой вознесённый вкладывал много труда, пота и крови, но не затрагивал души, но сейчас. Чем дольше миры существуют, тем больше узнают смертные. Они копят знания и с их накоплением начинают менять мир под себя, зачастую в угоду себе и своим амбициям».

— «Многие души становятся топливом для удовлетворения алчности, тщеславия, гедонизма и уже не могут вернуться в Круговорот» — дополнил ворон, но его объяснения прервал Тёмный дух.

— «Знаю. Дракон показал мне. Но раз уж мы здесь собрались ответьте: почему Боги не вмешиваются?».

— «Вмешиваются» — вновь подал голос Бриарей: «Тем не менее, как и смертные Боги скованы природой рождения. Каждый из трёх миров имеет свои законы и условия, которые мы не можем нарушить не принеся Хаос в Мироздание. Часто случается что какой-нибудь смертный открывает секреты некромантии или начинается поглощать души увеличивая силы и стремясь к божественности, при этом нарушая законы мироздания. Я могу одарить искателя справедливости толикой своей силы, но этим помощь и оканчивается. Для появления в истинном обличии в Срединном мире мне потребуется ритуал и много энергии. Ты видела чем закончился призыв Алланта. Я могу сотрясти нужный мне Срединный мир до основания. Вызвать землетрясения, цунами, и при этом не добиться цели».

Дух кивнула, внимательно слушая.

— «Поэтому нам и нужны кто-то вроде ворона. Существа связанного с Срединным миром и Верхним или Нижним. Проводники» — объяснил демон.

— «А один в поле не воин» — произнес Тёмный дух мудрость смертных.

— «Правильно» — улыбнулся ворон: «Кроме того мне временами одиноко, поэтому я не отказался бы от сестры».

— «Каким будет моё предназначение?» — спросил дух.

— «Согласно клятве. Ты будешь защищать Круговорот Душ и вмешиваться в дела смертных, когда будет необходимо» — поделился ворон.

— «То есть делать то что всё время делал ты» — кивнул дух: «Хорошо. Ты, Бриарей, при моём появлении здесь сказал что я не готов. Что это значит?».

— «Ты забыла кто ты есть и поэтому вступив в Круговорот не смогла бы сохранить собственную суть. Пока мы разговариваем твоя душа пропитывается созидательной силой, а каждое откровение укрепляет разум. Тем не менее тебе предстоит последнее испытание» — продолжил ответ ворон.

— «Созидательной?» — удивилась Тёмный дух и бросая взгляд в сторону Нижнего мира: «Я не вижу тут ничего созидательного».

Демон безобидно рассмеялся и с лёгким прищуром мудреца приоткрыл завесу природных тайн:

— «В центре каждого мира расположено горнило, а в нём горит первое пламя. Оно нагревает земную твердь и заставляет двигаться, тем самым влияя на поверхностный слой мира и формируя небеса. Нижний мир соединён со всеми горнилами, от близости которых здесь такой пейзаж. Горнила являются дверью позволяющие духам и демонам Нижнего мира попадать в Срединный, минуя Круговорот.

Дух задумчиво поднял глаза к тучам и по человечески замотал головой:

— «Покорнейше благодарю. Я подумаю над ответом, если перерожусь. Думаю дальше тянуть не стоит».

Демон подошёл к Тёмному духу, поднял руку ладонью вверх по направлению к нему и прошептал молитву.

— «Ступай по Дороге Вечности. Великая Мать будет с тобой» — пообещал он.

Тёмный дух не говоря ни слова развернулся, взмахнул крыльями и полетел к горнилу первого пламени.

Пролетая над поверхностью Нижнего мира она увидела его красоту и опасности. Сильные как и в Среднем мире властвовали над слабыми. Грешные души влачили жалкое существование, но при этом старались выживать несмотря ни на что. Нижний мир был разделён на разные царства которыми правили демонические князья. Коренное население обладало гибридными чертами зверей и смертных, отражая разнообразие видов Срединных миров. Тёмный дух приземлился у дорожной арки и неожиданно для себя принял облик нагой девушки, скованной цепями наказания. Дух удивился, ведь не по своему хотению изменил форму. Из любопытства погремев цепями, девушка довольно улыбнулась. Нижний мир или что-то ещё, бывшее частью мироздания учло её последнее тайное желание: проделать последний путь человеком, пусть и тенью самой себя. Дух сделал первый завершающий шаг долгого путешествия. На первородных языках всех смертных душ, угодивших в плен Нижнего мира, выточили предупреждения и запреты. Дорога к Круговороту никем не охранялась, но странные фигуры в ветхих балахонах пристально наблюдали за посмевшей вступить на вымощенную железными плитами дорогу. Дух проигнорировал их взоры. На каждой плите выжгли сигиллы, символизирующие имена хтонических князей. В каждую плиту повелители вложили частичку собственной души и теперь они знали когда кто-то посмел вступить на Дорогу Вечности. Дорога лежала через раскалённый пустырь. Исходящий жар нагревал воздух, создавая плотное марево. Пройдя пустырь девушка вошла в тень огромных корней взобралась на один из них и последовала дальше. Корни брали начало из хтонических глубин, прорастали на поверхности извилистыми и настолько толстыми что по ним могла пройти полноценная фаланга воинов. Корни сходились воедино и уже мировым древом стремились ввысь до самых туч. Девушка выпустила когти и полезла наверх опасаясь использовать печать наказания для создания крыльев. В месте где тучи касались ствола дерева начинался Круговорот Душ. Дерево преображалось в поток чистейшей духовной энергии, а тучи под влиянием Круговорота становились золотистыми облаками. Антея добралась до края и, с надеждой вздохнув, очистила разум от всех мыслей и сомнений, после чего вошла в Круговорот.

Дух считал что познал боль, отчаяние и ужас во всех проявлениях, но то что он познал в Круговороте нельзя было описать словами или облечь в форму мысли. Только прочувствовать. Что по-настоящему боится обычный человек или любой смертный из Срединного мира? Потерять конечность и стать обузой? Быть бессильным перед чужой волей? Потерять любимого или просто близкого? Остаться или умереть в одиночестве? Жить во лжи или нуждаться живя зная правду? Прозябать в неизвестности или ради славы пожертвовать всем? Отправиться в неизвестность? Не найти смысл жизни? Или потерять его? Казалось эти вопросы отражают истинные страхи, тем не менее все они лежали на поверхности. В Круговороте тёмный дух узнал более глубокий страх. Забытье. Потеря себя как личности. Первыми исчезли мимолётные воспоминания. Голос матери, поющий колыбельные. Объятия отца, держащего дитя на руках. Его суровый голос. Нежные руки матери дарящего ласку. Родной родительский запах, обещающий безопасность. Уют родного дома, где всегда ждут и верят что дитя заглянет в отчий дом. Запахи цветов, смех близких людей. Плач от первых испытаний, первая любовь. За ними исчезали более глубокие. Надежды. Стремления. Мечты. Боль телесная и душевная. Терзания и метания. Формирующий личность жизненный опыт. Они улетали искорками, отделяясь от души и растворяясь в радужных энергиях Круговорота. Души отмеченные ранами и шрамами печали и боли, но не скованные грехами взлетали вверх и оттуда преображённые возвращались в Круговорот и покидали его, будучи кристально чистыми. Напротив, грешные души спешили вниз и там уже очистившись возносились. Затем смешиваясь души разлетались по Срединным мирам, питая их первородной силой рождения и самой сутью жизни, обогащая, развивая, возрождая. Тёмный дух чувствовал как теряет самого себя и что есть силы вцепился в собственную суть, удерживая память от очищения. Печать наказания вспыхнула. Поразила суть. Круговорот заметил не очищенную душу и изолировал её от остальных. Энергии замутнели, сплотились, сформировали смерч вокруг Тёмного духа и плотной маной окружили сплошной стеной нарушителя. Это было похоже как мана окружала душу, но если мана давала сил, то сейчас она служила отторжением. Заточив тёмного духа, мана вспыхнула карающим пламенем подпитываясь печатью наказания и суть нарушителя познала истинный очищающий огонь. Огонь пожирал не зная ни жалости, ни пощады. Его нельзя было покинуть или потушить. Тёмный дух познал обратную сторону Равновесия — Изначальное Уничтожение. Силу что стремилась уничтожить всё и вся. Вернуть Вселенную в самое начало начал, когда не было Ничего. Когда царила истинная Пустота. И познав обе стороны Мироздания дух закричал.