Настойка полыни (гет)

Джейн и Драко застыли друг напротив друга в хаосе Выручай-комнаты. Парень прижался спиной к дверце старого шкафа, его красные от злости глаза впивались в бледную Джейн. Секундное замешательство. Выдох. Ее ладонь рассекла воздух.

Взволнованные шумом пикси взлетели к потолку.

* * *

Январь для Джейн пролетел незаметно: посвятила все свободное время на изучение анимагии и довела превращение до совершенства. Она пролетела под потолком очередной круг и превратилась обратно в человека, встав перед профессором МакГонагал без необходимости одеваться. Вся одежда осталась на ней — магия работала идеально.

— Что ж, поздравляю, — профессор улыбнулась, очень тепло. — Теперь вы знаете все, что нужно. И после школы обязательно зарегистрируйтесь в соответствующем департаменте, очень вас прошу.

Джейн пообещала, что сделает все по закону, но не уточняла когда. Для нее эта способность была почти «козырем», если придется спасаться бегством или прятаться. Но вслух она ничего не сказала. Профессор села за стол, в кабинете горела всего одна лампа. Они снова проводили занятия тайно, поздними вечерами.

— Занятий больше не будет? — уточнила Джейн с легкой грустью.

— Да, в них больше нет необходимости.

— Даже немного жаль, — Джейн замялась, но профессор продолжала заниматься своими делами. — Спасибо, — и развернулась к выходу.

— Удачи вам, Джейн.

В феврале, когда объявили об уроках по трансгрессии, Джейн без всяких проблем сдала экзамен самой первой. Это было не сложнее, чем перевоплощаться.

В своем плотном графике девушка старалась находить время, чтобы наблюдать за Малфоем. Они оба делали вид, что никогда не знали друг друга. Но она все равно видела, как тот бродит по библиотеке — у него появилась дурная привычка разговаривать с самим собой. Гарри жаловался, что слизеринец постоянно пропадает с карты Мародеров в Выручай-комнате. И девушка старалась понять, зачем?

В один из вечеров ей повезло: Драко забыл поставить книги на место. Он прошел мимо в нескольких шагах от нее и бормотал себе под нос: «Черт, все не то. Не подходит», а когда Джейн выглянула из своего укрытия и оглядела его стол — нашла там несколько работ по принципам магического перемещения в пространстве. Она листала книги и не могла понять, зачем ему это знать?

В моменты бессонницы прикидывала, чем он может заниматься на восьмом этаже. Но любая идея казалась глупой тратой времени. Разве что Драко ищет способ обойти древнюю защиту замка на запрет трансгрессии? Но эту мысль Джейн тоже отвергла.

А в день рождения Рона Уизли случилось то, чего девушка боялась все эти месяцы.

Уизли с самого утра получал поздравления и подарки. Полный надежды, он бросал выразительные взгляды в сторону Гермионы, которая по-прежнему игнорировала его. Но Джейн знала, что подруга давно приготовила ему подарок, просто боялась сделать первый шаг.

Все пошло изначально не так. Драко Малфоя весь день не было видно нигде: ни в Большом зале, ни на уроках зельеварения, ни в библиотеке. Девушка с каждым часом чувствовала беспокойство: затишье было неспроста. И тем же вечером Гарри сообщил ей, что Рон едва не погиб от отравления сильнейшим ядом.

— Расскажи подробнее, что произошло? — Гермиона и Джейн впились взглядом в потерянного парня.

— Рон случайно наелся любовного зелья, которое послала мне Ромильда. Ошибся коробками. Я отвел его к Слизнорту за противоядием, — Гарри снял очки и прикрыл глаза, сжав их пальцами. — Мы решили выпить медовухи за его выздоровление, и вдруг он упал, забился в конвульсиях, пена изо рта, а конечности сразу же одеревенели. Снейп сказал, что это был очень сильный яд, повезло, что безоар лежал под рукой. Иначе…

Гарри замолк, украдкой стирая несколько слезинок. Смерть пролетела над Роном Уизли, слегка задев его косой. Гермиона закрыла лицо руками, и по дрожащим плечам было видно, что она борется со слезами. Но Джейн хотела знать наверняка.

— А медовуха не была подарком кому-нибудь? — с тихой дрожью в голосе уточнила она.

— Ты что-то знаешь, да? — Гарри вдруг схватил Джейн за руку. — Что?

По его реакции она сразу поняла ответ: очередное покушение на Альбуса Дамблдора было провалено. Она с ужасом пробормотала что-то в духе «просто догадалась» и на дрожащих ногах поспешила в спальню — хорошенько обдумать произошедшее.

Яд, что чуть не убил друга, был приготовлен ее рукой. И чтобы узнать правду, Джейн решила лично выяснить все у Малфоя.

Когда гриффиндорцы отправились навещать Рона, который все еще не пришел в сознание, Джейн осталась у дверей Большого зала. Она терпеливо ждала.

Драко пошел прямиком вверх по главной лестнице, а не в родные подземелья. Парень смотрел себе под ноги, глубоко погруженный в мысли. Девушка шла за ним буквально по пятам, став его тенью. На восьмом этаже она старалась идти тихим шагом, как вдруг за поворотом к двери Выручай-комнаты она увидела маленьких девочек. Они сидели на скамейке с чашками в руках и пристально следили за ней.

Треск разбитого фарфора заставил Джейн замереть от страха. Малфой обернулся и, едва заметив ее, побежал к волшебной двери. Девушка рванулась следом, боясь упустить свой шанс — только не сегодня. В последний момент она успела схватить его за мантию и кубарем влететь в комнату вместе с Драко.

Она упала на него сверху, прижав его к полу бедрами. Они смотрели друг на друга несколько секунд, не решаясь что-либо предпринять. Но шок быстро прошел. Драко осклабился:

— Я, конечно, мечтал об этом, но в такой обстановке, — его тон был надменен до скрипа зубов.

— Идиот, — Джейн вскочила и выхватила волшебную палочку, которая чудом не сломалась при падении. Она подняла ее дрожащей рукой и направила на Драко. — Мне нужно поговорить.

— Весь внимание, — Драко поднялся с пола и встал в расслабленную позу, заложив руку в карман мантии. — Только ты думаешь, что я боюсь твоих угроз?

— Я не угрожаю, — Джейн пыталась успокоиться, — но не уверена, что ты не нападешь первым.

— Ты права. Экспеллиармус!

— Протего.

Заклинание отскочило куда-то в груды старого хлама, который Джейн заметила не сразу. Сейчас весь мир был сосредоточен в холодных серых глазах неумелого убийцы. Драко опустил палочку.

— Ладно. Давай поговорим, пока ты тут не расплакалась. У меня есть дела, знаешь ли.

— Боюсь представить, какие.

— Тебя это точно не касается.

Джейн проглотила его слова, стараясь успокоиться и мыслить трезво. И вот этого человека она всю жизнь поддерживала и старалась понять? От себя ей становилось противно. Они кружили в узком коридоре между горами мусора, не давая себе упустить собеседника из виду.

— Рон отравился парализующим ядом в медовухе.

— Да, да. Это снова сделал я? Что-то новенькое будет? — отмахнулся Драко.

— Медовуха была подарком директору. И ее должен был подарить Слизнорт. И чертовски подозрительно, что это был парализующий яд. Не ты ли просил оставить одну маленькую пробирку ради моей хорошей оценки?

Драко вскинул брови и хмыкнул.

— Я же говорил, что ты моя соучастница. Как тебе чувство вины? Все еще не в Азкабане, спасибо твоему благородству, — и Драко вдруг в два счета оказался рядом с девушкой и прижал ее к дверце одного из шкафов, зажав ей челюсть и не давая вырваться. Она почувствовала его горячее дыхание над ухом. — Это уже перестало быть игрой. Все серьезно. Не переходи ему дорогу. Остановись сейчас.

Джейн схватила его руку и попыталась вырваться, но он сам отпустил ее. Они тяжело дышали и смотрели друг на друга: девушка никак не могла понять, зачем он просит ее остановиться — хочет спасти свою жизнь или все же ее? Но она не собиралась отступать. Не в этот раз.

— Я знаю, кому перехожу дорогу. Мы его жертвы, которые будут бороться до конца, — Джейн смахнула кровь с порвавшейся от напряжения губы. — Ты облажался уже дважды, так себе Пожиратель. Носи своему хозяину тапочки, и то больше толку будет.

— Ах ты, паршивая грязнокровка! — Драко от злости уже замахнулся, но замер, когда девушка начала вдруг хохотать ему в лицо, как одержимая.

— Вот ты и сказал то, что думал все эти годы! Долго ж до тебя доходило.

И вдруг Джейн посерьезнела и с силой схватила парня за грудки, потянув на себя. С разворота она смогла ударить его затылком о дверцу шкафа, внутри которого уже беспокойно скреблись паразиты-пикси.

— Прими свою вину, Малфой, — девушка впервые произнесла его фамилию с презрением. — Просто скажи уже, что ты подонок.

Драко побагровел, но молчал. Джейн ударила его по щеке. И от этого удара, пикси окончательно ошалели и вырвались из шкафчика стайкой в потолок, подальше от источника шума.

— Это тебе за грязнокровку. И за моих друзей.

Девушка была готова, что парень выкинет очередную гнусность. Но он лишь сполз вниз, на пол. Она сделала несколько шагов и рухнула на колени от бессилия.

Они отвернулись друг от друга. Джейн порылась в сумке и достала пачку сигарет. Две последних. Она закурила дрожащими пальцами, истерично затягиваясь. Без лишних слов протянула оставшуюся Драко, тот принял ее без раздумий.

— Это конец? — сиплым голосом спросил Драко после затянувшегося молчания.

Джейн кивнула, все еще глядя широко распахнутыми глазами в пол.

— Я никогда не считал тебя грязнокровкой, — вдруг сказал Малфой, и девушка подняла на него взгляд. — Это правда. Просто вырвалось.

— Рано или поздно, но сказал бы, — она пожала плечами. — И что, теперь будет сезон охоты на таких, как я?

Драко медленно закивал, затягиваясь дымом.

— Я могу тебя кое о чем попросить? Напоследок, — Джейн сощурилась от дыма, летящего в глаза.

— Да.

— Не убей кого-нибудь случайно, — она затушила сигарету об пол и выбросила окурок в гору хлама. — Всю жизнь терпела твои странности. Играла по твоим правилам. Я тебя даже уважала, — Драко дрогнул. — Поэтому, хоть раз в жизни, сыграй по моим.

Она поднялась с пола: ноги затекли и едва слушались, но девушка упорно стремилась к двери. За спиной она услышала:

— Я не хотел, чтобы так получилось. У меня не было выбора!

— Ты мог быть честным, — Джейн обернулась. — И это был бы твой выбор.

Джейн пришла в Больничное крыло и села рядом с Роном. Он все еще находился без сознания, борясь с тяжелым отравлением. Кожа его была бледна и сотни веснушек яркими пятнышками украшали лицо. Брови сдвигались, ресницы дрожали. Кажется, даже во сне ему было больно.

Она смотрела на него и осознавала свою ошибку: никакие чувства не должны были мешать ей добиваться справедливого наказания. В жизни нельзя быть хорошей для всех — нужно выбирать. Для этого нужна не просто смелость, а недюжинная храбрость пойти против тех, кого когда-то любил.

Тогда и Рона не пришлось бы сейчас спасать от смерти. Ведь ее яд был действительно хорош.

* * *

Джейн стояла перед кабинетом директора. Боль в виске пульсировала, разрасталась, заставляла картинку перед глазами мутнеть. Но девушка постучала и открыла дверь.

Внутри кабинет директора казался астрономической станцией — сотни приборов тикали, пищали и крутились одновременно. Это был приятный, успокаивающий шум. На столе стояло несколько чашек с разными карамельками, которые совершенно не вписывались в образ рабочего места мудрого старца. За спиной директора, на высокой жерди спал феникс — его алые перья были такими яркими, будто горели изнутри.

Профессор Дамблдор не торопил Джейн, дав ей время осмотреться. Он наблюдал за ней поверх очков, сложив руки перед собой.

— Добрый день, сэр, — Джейн присела на краешек стула перед директором и вдруг замялась, не решаясь сказать вслух то, ради чего пришла сюда.

— Вы что-то хотели, мисс Барлоу?

— Да, сейчас, — Джейн набрала в грудь побольше воздуха и выпалила. — Яд, которым был отравлен Рон Уизли, моих рук дело.

Дамблдор удивленно приподнял брови, жестом попросив девушку говорить дальше.

— Мы готовили яды на занятиях по зельеварению, я выбрала самый сложный — парализующий, — Джейн боролась с комом в горле, который мешал ей говорить. — Драко обманом передал пробирку с ядом профессору Слизнорту. Я не стала настаивать на ее уничтожении, хотя знала, чем он занимается, какая у него цель. Но это моя вина, нельзя было молчать, — Джейн сжимала бедра пальцами и видела, как на юбку капают крупные слезы. — Из-за моей слабости едва не погиб друг. Из семьи, которую я так люблю.

Сказав это вслух, Джейн дала волю чувствам, но при этом ощутила облегчение. Даже если за признанием последует наказание, она готова принять его в полной мере. Потому что это будет справедливо. Профессор подошел к ней, протягивая бумажный платок.

— Успокойтесь, мисс Барлоу, — профессор мягко положил свою руку на ее плечо. — Вы сделали все, что могли.

— Но я ничего не сделала, — сдавленно отозвалась Джейн, смахивая слезы

— Вы пришли и признались. И в том, что вы талантливый зельевар — нет вашей вины. Просто доверились не тому человеку, — Джейн подняла на него красные глаза: профессор сочувственно улыбался. — Вы любили Драко и не хотели ему зла, даже когда он сам начал творить его.

Джейн была не согласна, но не стала спорить. Директор отпустил ее с горстью кусачих лакриц, которые щипали ее пальцы, когда она положила их в карман мантии.

* * *

С того момента жизнь Джейн начала собираться в единую картинку, где для Драко уже не было места. Эта зияющая пустота внутри не могла затянуться в одночасье — и девушка дала себе время, чтобы оплакать эту утрату.

Будущее рисовалось трагичным: где-то на горизонте маячила война, и девушка не могла быть уверена, что она не начнется прямо здесь и сейчас. Ей хотелось поговорить об этом хоть с кем-то, но было страшно поднимать эту тему. Ее вина была очевидна, так что Джейн просто писала письма Джорджу — большие, искренние, а потом сжигала их, наблюдая, как бумага корчится и тает в огне.

А вокруг нее шла жизнь — неспешная и страстная, с горьковатым привкусом первой любви, первой крови и первых ужасов войны.