Опять эта школа.... (гет)

POV: Елена Исаева

Мы с Ириной вышли из машины и направились к участку. В груди теплилась надежда на справедливость, и мы шагали быстро, будто скорость могла приблизить нас к правде. Уже через пять минут я яростно строчила огромную объяснительную — выкладывала на бумагу всё, что случилось, не упуская ни одной детали, ни одной горькой мелочи.

Наконец, я передала листок полицейскому. Он взял его, пробежал глазами по строчкам… и усмехнулся. Мне показалось? Нет. Я точно видела это выражение лица — лёгкую, почти издевательскую усмешку, скользнувшую по его губам. От неё по коже пробежал ледяной холодок.

— Дамочка, ну что вы тут такое написали? — протянул он, и каждое слово звучало как плевок. В его интонации сквозили презрение, ненависть и эта самая мерзкая усмешка. Он тянул гласные, словно смаковал их, как дорогой мёд. Только для меня эти слова были отвратительны на вкус — горькие, вязкие, ядовитые.

— Ну это же дети… — продолжал он, будто оправдывая весь этот кошмар одной фразой. — Это гормоны, сами понимаете. Да и ваша дочь, скорее всего, сама ноги между ним раздвинула. Что ещё тут сказать? А вам соврала, чтобы…

— Закрой свой рот! — я не выдержала. Плевать, что он полицейский. Плевать, какие будут последствия. Никто не смеет так говорить о моей дочери.

— Что?! — его глаза распахнулись от изумления. В эту секунду мне хотелось не просто кричать — хотелось вырвать эти глаза, заставить его замолчать навсегда.

— Дамочка, что вы себе позволяете?! — лицо его исказилось гневом, и он уже открывал рот, чтобы обрушить на меня новую волну унижения…

— Позовите сюда своего начальника! — голос Ирины ворвался в этот хаос спокойно, но твёрдо. Она говорила по‑прежнему мягко, но теперь в её голосе звенела сталь. — Немедленно!

Полицейский что‑то буркнул себе под нос, сверкнул на нас взглядом и начал кому‑то звонить.

* * *

— Ну‑ну, мамаша, лучше бы пошли домой борщи варить! — снова раздался его голос, издевательский, липкий, как патока. Казалось, сами боги решили испытать моё терпение, проверить, сколько ещё я смогу выдержать. — Что за бред! Это же де…

— Молчать! — я перебила его, заранее зная, что он хочет сказать. Ирина тихо пробурчала что‑то себе под нос, но я не расслышала.

— Простите… — она вдруг встала из‑за стола и направилась к двери. — Мне нужно сделать очень важный звонок.

«Куда это она?» — я посмотрела на неё с растерянностью, но тут же, отмахнувшись от этой мысли, снова повернулась к полицейскому, готовая сражаться дальше.

— Вы проклятые и зажравшиеся свиньи! — слова срывались с языка, обжигая горло. — Вы ублюдки! Как можно так равнодушно относиться к чужим судьбам? Вам бы только денег побольше заработать, да?

— Закрой свой рот, шлюха! — его голос ударил, как пощёчина. Я застыла, будто время на секунду остановилось. — Нагуляла себе ребёнка, а теперь нам тут с её выродком разбираться?! А немного ли ты хочешь?

Дальше всё слилось в один мутный, тёмный поток. Я уже не помнила, что кричала в ответ — оскорбления лились из меня, как кипяток, обжигая и меня саму. В ушах шумела кровь, перед глазами всё плыло.

Спустя двадцать минут Ирина вернулась в кабинет. На её лице играла спокойная, почти милая улыбка, которая сейчас казалась совершенно неуместной на фоне этого кошмара. Она подошла ко мне, взяла за руку и мягко потянула к выходу.

— Мы скоро вернёмся, — бросила она, и дверь за нами захлопнулась, отрезая этот ядовитый воздух.

— Что? Ирина, что ты делаешь?! — я смотрела на неё, ничего не понимая. В голове крутились тысячи вопросов, мысли сталкивались друг с другом, не давая собраться. — Почему мы уходим? Что случилось?

— Едем в другой участок, — она продолжала мягко улыбаться и поглаживала меня по плечу, словно пыталась передать мне хоть немного своего спокойствия. — Я позвонила своему мужу. Он там всех на уши поставил. Нам помогут в более порядочном месте.

— Ирина… — я резко шагнула к ней и крепко обняла, вцепившись в неё, как в спасательный круг. — Спасибо… — прошептала я, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает, уступая место усталости и благодарности.

Я отступила на пару шагов, стараясь взять себя в руки.

— Едем? — спросила я, глядя на неё.

— Едем, — кивнула она.

* * *

POV: Дороти

— Да я этому Гоголю яйца на лоб натяну! — Лия кричала, размахивая руками, а я могла лишь тихо усмехнуться, глядя на её пылающее гневом лицо.

— Ну попробуй, сестрица, — я покачала головой, сдерживая смех. — Посмотрим, как он тебе ответит.