Бермудский треугольник. (гет)

В субботу, уже ближе к обеду, поняв, что они с Кэтрин перепутали эссе, Гермиона спустилась в Слизеринскую гостиную и застала там весьма впечатляющую сцену — Седрелла Блэк воспитывала кузенов.

— Орион и Алфрад! Если вы полагаете, что ваши оценки останутся без внимания, то вы глубоко заблуждаетесь! Вы должны незамедлительно исправить ситуацию!

Вид у парней был страдальческий. На их счастье в гостиной никого не было, иначе позорный слух о том, как им устроили разнос, был бы обеспечен. У Блэков на двоих было шесть отработок, четыре провальных эссе и куча замечаний от профессоров. Почти столько же, сколько и у их гриффиндорских соратников по шпионским играм. Насколько знала Гермиона, Орион в них не участвовал, но, возможно, она ошибалась — откуда тогда такие завалы в учёбе?

— Добрый день, — осторожно поздоровалась Гермиона.

— Здравствуй, Гермиона, — тут же мило улыбнулась Седрелла, мгновенно превращаясь из разъярённой гарпии в леди.

— Привет, — заунывно протянул Орион.

— Вам следует брать пример с Мионы — у неё нет никаких проблем с учёбой! — назидательно изрекла Седрелла.

— Так это — Гермиона! — пожала плечами Алфрад. — Ты ещё Тома в пример поставь.

— И поставлю! Вы, оба — чтобы сидели здесь и готовились к занятиям! И никаких прогулок!

— Ну, Сед!

— Сед, ты чего?! — хором застонали кузены.

— Кто-то чем-то недоволен? — усмехнулась Седрелла. — Если я увижу, что вы отлучались куда-то кроме обеда, то я сообщу профессору Слизнорту, что ваши родители отзывают разрешение на посещение Хогсмида до лучших времён.

— Ты не сможешь этого сделать!

— Нет, только не это!

— А ещё, вы пропустите квиддич.

— Это террор!

— Произвол!

Не обращая внимание на возмущение кузенов, Седрелла царственно уселась в кресло, указав Гермионе место напротив:

— По чашечке чаю?

— Не откажусь, — кивнула Гермиона.

На столике уже стояли чайник и чашки, и знакомая шкатулка со слоном.

— Ты что-то хотела? — спросила Седрелла, разливая чай.

— Мы с Кэтрин перепутали эссе.

— Она скоро будет. А пока посиди со мной. Эти двое меня утомили, — метнув грозный взгляд на парней, Седрелла картинно вздохнула.

Кивнув, Гермиона спрятала улыбку за чашкой — Седрелла ни коим образом не походила на утомлённую разборками представительницу благородного семейства Блэк. Скорее, наоборот — она была в своей стихии. Перед мысленным взором Гермионы предстала картина — Седрелла и куча детей разных возрастов, с которыми та лихо управляется.

Дверь в гостиную открылась, впустив Лекса Найтли с шестого курса — того самого, назвавшего Пенелопу грязнокровкой.

— Сед.., — осторожно начала Гермиона, отставив чашку. — Как ты относишься к маглорождённым?

— ...К чему этот вопрос, Миона? — не сразу ответила Блэк.

— Пенелопу назвали грязнокровкой. И всячески третируют.

Нахмурившись, Седрелла задумчиво помешивала чай изящной серебряной ложечкой.

— Понимаешь.., — осторожно начала она. — Те, кто родились вне магического мира, всегда будут пришлыми. Чужаками. Не такими, как все. А когда кто-то отличается от других, это даёт повод для нелицеприятных поступков и слов.

— Но это низко!

— Соглашусь. Но такова натура человека. Заметь, не мага — человека. Разве среди простецов одинаково равно относятся к людям с разного цвета кожей?

— Нет.., — вынуждена была согласиться Гермиона. Благодаря письмам Ханны она представляла, каково это быть темнокожим в Америке. — Ты слышала, как слизеринцы обошлись с пуффендуйцем, не уступившим им дорогу? — спросила она.

— Слышала. И я это не одобряю.

— Если мы хотим жить в прогрессивном мире, подобное не допустимо!

— В прогрессивном мире? — несколько удивлённо изогнула бровь Седрелла. — Какое магловское слово.

— Ты против маглов? — живо откликнулась Гермиона.

— ...Не против. Но они должны знать своё место.

— Знать своё место?!

— Я не так выразилась, — нахмурилась Блэк. — Я имею в виду, у них свой мир, у нас — свой. И эти миры не должны смешиваться.

— Но что в этом плохого?

— А что хорошего?

— У маглов удивительное искусство, культура, и они достигли невроятного прогресса в технике и медицине!

— А что нам мешает знакомиться с их культурой и пользоваться прогрессом, оставаясь в тени? — в словах Седреллы звучало откровенное непонимание.

— Это паразитирование в чистом виде! — возмутилась Гермиона.

— И что? Ты же ездишь на Хогвартс-экспрессе, и тебя это нисколько не смущает.

— При чём тут Хогвартс-экспресс?

— Ну паровоз не мы же изобрели! — фыркнула Блэк. — Слушай музыку, читай книги. Я вот люблю Толстого и ничего, ни один магл не возражает!

— Просто он об этом не знает! — съязвила Гермиона.

— А ты хотела, чтобы знал? — на полном серьёзе спросила Седрелла. — Если они не переносят, когда кто-то рядом с ними с кожей темнее, чем у него, то что будет, если они узнают, что человек за соседним столиком может проклясть одной силой мысли? Если у нас ведьма, рождённая в немагической семье, рискует быть оскорблённой, то что услышит простец, зайдя в купе к волшебнику?

Закусив губу, Гермиона молчала.

— К чему всё это? — продолжила Блэк, так и не дождавшись ответа. — Опасаться всего непонятного, другого — в природе человека, так зачем провоцировать людей на конфликт, когда так легко его избежать? Что даст простецам знание о нас? И что даст нам знания о них?

— Лишними знания никогда не бывают, — упрямо покачала головой Гермиона.

— И здесь я с тобой согласна. Но знания и тесное сближение ради них — разные вещи. Чтобы в Хогвартсе появился свой паровоз не понадобилось печатать об этом в магловских газетах, а для того, чтобы послушать «Травиату» вовсе не обязательно явиться в оперу с табличкой на лбу — «Я — ведьма». Всё это можно сделать тихо. Просто ничего не надо менять. Есть статут о секретности, есть люди в обоих правительствах, которым поручено взаимодействие в случае необходимости. И этого достаточно.

Продолжая молчать, Гермиона размышляла над словами Седреллы — всё, что она сказала, было верным. Но некая неудовлетворённость от беседы осталась.

Появление Кэтрин их отвлекло.

— О, ты принесла моё эссе! — воскликнула Макмиллан. — А у меня твоё.

Посмеявшись, они с Гермионой обменялись свитками.

— Они что-то рано, — заметила Седрелла, комментируя появление группы шестикурсников.

— Погода не для прогулок, — пожала плечами Кэт, протягивая руки к огню. — Потому мы и не пошли. А что, Ал тоже не захотел в Хогсмид?

— У них с Орионом нашлись дела поважнее, — небрежно ответила Сед.

Начавшие заполнять гостиную ученики, тихо переговаривались между собой.

— Привет, Гермиона! — лучезарно улыбнулась ей Лиз Паули. — Как твои дела?

— Всё хорошо, спасибо, — вежливо ответила Гермиона.

— Почему ты не пошла в Хогсмид?

— Погода плохая.

— И то верно, — кивнула Ирэн Добкинс. — Надеюсь, в следующие выходные нам всем повезёт, и на Хэллоуин не будет такой грязи.

Паули и Добкинс скрылись за дверью, ведущей в спальню.

— Не знала, что ты с ними дружишь, — несколько обиженно протянула Кэт. Лиз и Ирэн были загонщицами Слизерина — красивые, светловолосые, по ним вздыхала половина сокурсников и добрая треть Хогвартса.

— Это не Миона с ними дружит, это они хотят дружить с Томом! — усмехнулась Седрелла.

— Какая глупость! — фыркнула Кэт. — Подкатывать к нему через сестру!

— Ага, — мрачно согласилась Гермиона. «Гарем» Тома её порядком раздражал, и с каждым днём он становился всё больше и больше.

— А он с кем-нибудь встречается? — полюбопытствовала Кэтрин.

— Что, тоже хочешь попросить протекцию? — не удержалась Гермиона.

— Нет! — округлила глаза Макмиллан. — Он мне вовсе не нравится! Ну, нет, Том мне нравится, конечно, но не в том смысле!

— Да, тяжело быть сестрой красивого брата! — хмыкнула Седрелла. — Что, часто тебя так достают?

— Хотелось бы, чтобы реже, — хмуро процедила Гермиона.

— Ну, тогда остаётся надеяться, что Том быстро определится с выбором, и когда у него появиться девушка, от тебя все отстанут, — пожелала Кэт.

На это Гермиона даже не нашлась, что ответить...

Неделя пролетела незаметно. Гермиона хотела было сказать, что она была полностью сосредоточена на учёбе, но это было не так. Взгляд её помимо воли выцеплял Тома беседовавшего то с Эммой со Слизерина, то с Николь — старостой Когтеврана, то с Эвелиной Грант. Эвелина раздрожала её больше всего, хотя ничего плохого слизеринка ей не сделала. Даже наоборот — была вежлива и не приставала с глупыми вопросами на счёт Реддла, как другие. Хотя, может, она знала о Томе больше самой Гермионы.

— Далтон! Тебя не дозовёшься! — Илон Пакстер, запустив в её сторону бумажный самолётик, сотворил на лице крайнюю степень негодования.

Скривившись, Гермиона беспалочково развеяла послание:

— За обедом полагается есть, а не болтать, Илон, если ты не знал.

— Вообще-то, я хотел узнать твои планы на Хэллоуин, — обиделся Пакстер.

— Выпить тыквенный сок, съесть пирог и пойти спать, — пожала плечами Гермиона.

— Фу, как скучно!

— А ты собираешься совершить подвиг? — хмыкнула Энн.

— А что? Это возбраняется? — оживился Пакстер. — Я всегда готов!

— Нет, в этом году наша очередь! — категорично заявил Поттер.

Пожав плечами, Гермиона уткнулась в тарелку. Напоминание о прошлых Хогвартских хеллоуинах не доставляло ей удовольствия.

— Ты ему явно нравишься, — прошептала Юфимия на ухо Гермионе.

— Пакстеру?!

— Я согласна с Юфи, — поддакнула Мэри, накладывая себе пастуший пирог. — Он дня не может прожить, чтобы не обратить на себя твоё внимание.

— Вот репей! — фыркнула Гермиона. И все рассмеялись.

— Слушайте, а вечеринка на Хэллоуин будет? — вдруг спросила Энн.

— Ты про старшие курсы? — уточнила Юфимия. То, что в Хогвартсе есть своя традиция подобных вечеринок знали все ещё с первого курса и мечтали о ней. А сейчас, из-за драконовских мер безопасности она оказалась под угрозой.

— Я слышала, что будет, — поделилась Мэри. — Догсби и Коулби идут, Пруэтт тоже собирался.

— И что это будет? — лениво спросила Гермиона.

— Ну, приходят парами. Ты лучше спроси у брата — он, как староста должен знать.

— У Тома?

— Ну, у тебя же один брат. Он идёт вместе с Грант.

Судорожно сглотнув, Гермиона уставилась в тарелку. Том... идёт... на вечеринку... с Грант...

— Эй, Миона, с тобой всё в порядке?

— Миона?

— Д-да.., — аппетит внезапно испортился, а каша показалось горькой и склизкой, словно её готовили не эльфы, а приютская повариха.

Не доев, Гермиона встала из-за стола и первой покинула Большой зал.

Ворвавшись в гостиную Гриффиндора, она пулей взлетела по лестнице и захлопнула за собой дверь.

Бросив сумку на пол, Гермиона подошла к тумбочке и взяла зеркало. Из зеркальной глади на неё смотрела угловатая девчонка-подросток, с тонкими губами, с самыми обычными карими глазами под густоватыми, невыразительными бровями. И с самым обычным носом. Венцом всего этого были волосы, к концу дня растрепавшиеся и утратившие большую часть лоска, который она с таким трудом научилась наводить.

Отшвырнув зеркало, Гермиона бросилась на кровать, зарывшись лицом в подушку.

Так её и застала Юфимия, вернувшаяся с ужина.

— Миона? Что-то случилось?

Заставив себя сесть, Гермиона уставилась на подругу. Та, подняв сумку Гермионы с пола, положила её на стул.

— Руны, — буркнула Гермиона.

— А-а.., руны.

— Они меня бесят. Эта книга... бесит.

— Какая книга?

— Она в сумке.

— А, ну тогда всё ясно... Я умываться и спать. И тебе тоже советую.

Проводив Юфимию тяжёлым взглядом, Гермиона скинула туфли и стянула жилет. Вытащив из-под подушки пижаму, она последовала совету подруги и, вернувшись из ванной, сразу же легла спать...

Хэллоуин, как и полагалось, наступил через три дня. Хогвартс украсили парящие тыквы, летучие мыши, взрывающиеся в самый неподходящий момент чёрными конфетти, и мерцавшая серебром паутина. Привидения, оживившись, планировали собственную вечеринку, а студенты обсуждали предстоящий пир.

Нацепив брошь в виде тыквы со светящимися треугольными глазницами и точно такими же провалами вместо рта и носа — их всем сокурсникам-гриффиндорцам раздал Поттер, Гермиона в мрачном настроении спустилась в гостиную — настала пора выдвигаться на ужин, хотя она лучше осталась бы в спальне.

В углу у камина сидели Ламот и Риверс, что-то возбуждённо обсуждая. В руках у обоих было по стакану тыквенного сока, но судя по их раскрасневшимся лицам и блестящим глазам, там был не только он.

— Ну что, дамы, вы готовы к веселью? — подошедший к ним Игнатус Пруэтт подал Ламот руку.

— Всегда готовы! — игриво рассмеялась Ламот, поправляя съехавшую мантию, из под которой выглядывало непозволительно оголённоё плечо, едва прикрытое чёрным кружевом. Подхватив со столика нечто столь же угольно чёрное, как и кружева, Мэри первой шагнула в сторону двери.

Догнавший их уже на выходе Алан Коулби приобнял Риверс за талию:

— Прошу!

— Благодарю! — искромётно улыбнулась Анна.

— Вот везёт! — завистливо протянула Энн Шафик.

— Ты о чём? — хмуро спросила Гермиона.

— Разве ты не хочешь на вечеринку старшекурсников?

— Нет.

— А я бы пошла.

— Разве это по правилам? — усомнилась Гермиона.

— Ну, не совсем, конечно, — хмыкнула Энн. — Но небольшое нарушение никому не повредит. Тем более, там будут старосты, да и директор с профессорами в курсе, хотя все делают вид, что ничего не знают. Такая уж традиция. Как Клуб Слизней.

Не желая продолжать разговор, Гермиона первой вышла из гостиной.

Большой зал встретил их парящими тыквами, сотнями свечей и миражами пауков, скользящих вверх и вниз по паутине.

— Никак не могу к этому привыкнуть! — восхитилась Мэри Крокс.

— Угу, — промычала Гермиона. С Хэллоуином у неё были особые отношения, и ей не хотелось гадать, что случится в этот раз...

Ничего не случилось. Если не считать того, что взгляд её постоянно цеплялся за оживлённый слизеринский стол и Эвелину, сидевшую подле Тома. Из под её мантии то и дело сверкало нечто серебристо-чёрное, а застывшее на шее алыми пятнами крови замысловатое украшение напоминало впившуюся в шею колючую проволоку, которой маглы оплетали свои тюрьмы.

— Мэрлин и Моргана, какие они сегодня красивые! — не удержалась первокурсница Китти.

— У них под мантиями такие наряды! — вторила ей подружка.

— Видели, какое у Седреллы Блэк платье? — спросила Юфимия, ни к кому не обращаясь. — Красное!

— Представьте, если на нём вышиты львы? — вывернула шею Энн.

— Ага, драконы!

Девочки дружно засмеялись.

Сидевшая чуть поодаль Ламот склонила голову, изображая интерес к тому, о чём вещал её кавалер, сама же не сводила глаз с Реддла, ухаживавшего за своей спутницей.

Отвернувшись, Гермиона яростно вонзила зубы в пирожок с потрошками.

— Ты чего, Миона? — тёплая ладонь Юфимии легла поверх её запястья.

— Ничего, — буркнула Гермиона.

— А давайте тоже устроим вечеринку! — громким шёпотом предложил Поттер.

— Какую такую вечеринку? — нахмурилась Мэри.

— Тайную! У нас в гостиной!

— И о ней тут же будет знать весь Хогвартс! — хмыкнула Энн.

— Тогда, может, в нашей спальне? — предложил Долгопупс.

— Это неприлично! — возмутилась Шаффик.

— Ну так идём к вам! — воодушевился Поттер.

— Ещё лучше! — фыркнула Юфимия. — Нас всех тогда точно исключат.

— Нет, так, нет, — обиделся Флимонт. — Наше дело предложить.

— Вы как хотите, а я спать! — не выдержала Гермиона и первой встала из-за стола.

— Уже? — удивился Илон Пакстер. — А как же десерт?

— От него бывает кариес! — огрызнулась Гермиона.

— Кто бывает?

— Ночной гость, забирающий твои зубы!

— Э-э-э... Зубной фей?

— Типа того, — фыркнула Гермиона и, бросив быстрый взгляд на Тома с Эвелиной, покинула Большой зал.

— Куда это мы идём, мисс Далтон? — крутанувшийся вокруг неё Почтибезголовый Ник, завис в метре над полом. — Ужин вам не по вкусу? Может, желаете присоединиться к нам? Могу вам предложить жаркое пятисотлетней выдержки!

— Э-э-э, вынуждена отказаться, сэр Николас, — обогнув приведение, Гермиона устремилась в сторону лестницы.

Праздничная кутерьма раздражала. Едва не врезавшаяся в Гермиону летучая мышь, была мгновенно развеяна, а зависшая на уровне головы тыква отправлена в долгосрочный полёт под потолок. Её постоянно кто-то останавливал, обычно занятые собой портреты, пытались завести разговор. Как назло, словно сошедшие с ума лестницы, постоянно меняли направления. В итоге до гостиной Гермиона добралась в отвратительном настроении.

Полная Дама, открывая проход, заметила:

— Неприлично возвращаться так рано с праздника. Вы подаёте дурной пример.

— Кому это? — усмехнулась Гермиона.

— Мисс Фоули, которая идёт за вами следом.

Обернувшись, Гермиона увидела Юфимию.

— А где Флим с Элджи? — спросила та, поравнявшись.

— Не знаю. А что?

— Они ушли сразу после тебя.

— Вот чёрт, — нахмурившись, Гермиона не знала что сказать. Неужели они направились прочёсывать подземелья? — А Алфрад Блэк тоже ушёл?

— Нет. Он с Орионом ещё на пиру, и они никуда вроде пока не собираются, — пришла очередь хмуриться Юфимии. — А при чём тут они?

— Не при чём, — солгала Гермиона.

Юфимия ей не поверила:

— Я давно подозревала, что у вас какие-то секреты, а сейчас я в этом уверена.

— Да нет у нас никаких секретов!

Копившеесе все последние дни раздражение, готово было выплеснуться на голову ни в чём не повинной Юфимии. Предпочтя замолчать, Гермиона толкнула дверь, по пути снимая простые охранные чары. Комната встретила её привычными запахами и уютом. Дом, милый дом... Забравшись на кровать, она мысленно перебирала книги, решая что можно было бы почитать, лишь бы не думать о.., ни о чём не думать.

Обидевшаяся на неё Юфимия, возилась с одеждой, размещая ту на плечиках.

— А, вот вы где! — появившиеся на пороге Энн и Мэри леветировали перед собой корзинку.

— Мы решили, что в предложении Поттера есть смысл — мы устроим свою вечеринку! — сообщила Шаффик водружая корзину на стол и извлекая из неё кексы в виде черепов, сырные булочки-кости и маффинов-паучков.

— Девочки, какие вы молодцы! — повеселевшая Юфимия тут же из табурета трансфигурировала низенький круглый столик и кинула рядом подушки.

Гермиона с начала нехотя, а потом, поддавшись всеобщему настрою, присоединилась к украшению комнаты.

Вскоре спальня преобразилась, превратившись в восточно-хэллоуинскую сказку. Шторы, как и полог кроватей, ниспадая складками, тонули в полумраке. На полу замысловатым узором манил старинный ковёр, расшитый розами Тюдоров и тюльпанами Османов. На ковре стоял столик с угощением, лежали подушки. В воздухе мерцали волшебные огни.

— Пещера Алладина! — восхитилась Мэри, оценивая общий труд.

— Али Бабы и сорока разбойников! — усмехнулась Гермиона.

— Кого? — не поняла Энн.

Ответить Гермиона не успела — помешал стук в дверь:

— Девочки, вы не спите?

— Не может быть! — округлила глаза Энн.

— Мэрлин и Моргана! — прошипела Юфимия.

— Чёрт возьми! — выругалась Мэри и пошла открывать дверь.

На лестнице приплясывал Поттер, а за его спиной опасливо озирались Долгопупс и Трэверс.

— Они не спят! — радостным шёпотом сообщил Флимонт и ужом просочившись мимо Мэри, ввалился внутрь. — Сюрприз!

— Ещё какой! — хмуро констатировала Юфимия.

— Теперь, главное, чтобы декан не устроил нам сюрприз, — скрестив руки на груди, Гермиона мрачно созерцала, как Трэверс, заклятием преумножения из её подушки сотворил ещё три, а Поттер достал из-за пазухи бутыль.

— Трах-барабах! — развлекаясь, Флимонт колдонул из бутыли восточного вида кувшин и водрузил его в центр стола. — Тыквенный сок в чистом виде!

— Так уж и сок? — усомнилась Мэри, принюхиваясь. — Чем-то мне он напоминает Кровавую Мэри.

— А что это? — тут же спросил Поттер.

— Магловский коктейль — смесь водки и томатного сока, — пояснила Гермиона, весьма просвещённая в этих делах благодаря тесному общению с моряками.

— Ничего себе, познания! — присвистнул Трэверс. — Это у вас дома такое пьют? И брат тебе позволяет?

— Нет! — отрезала Гермиона. — В смысле, он мне ничего не запрещает. Я просто знаю об этом напитке.

— Ну, здесь тоже сок, правда с коньяком, — признался Поттер. — Совсем чуть-чуть. Для аромата.

— Чувствуется, — повела носом Энн.

— Главное, чтобы его потом никто от нас не учуял, — скептически заявила Мэри.

— Не учуют! — нарочито бодро заверил всех Элджи и принялся разливать «сок» по крохотным серебряным стаканчикам.

— Ну, за нас! — провозгласил Поттер, когда все расселись по кругу.

— За нас, — Юфимия осторожно принюхалась к содержимому стаканчика.

Гермиона, рискнув, первой из девочек попробовала этот... коктейль. Было горьковато-сладко. Терпко. И вполне терпимо. Взяв шоко-паука, она откусила ему голову. Паук, судорожно засучив лапками, попытался сбежать, за что был разломан на двое.

Юфимия, распробовав напиток, выглядела вполне довольной. Как и остальные.

— Ну что, как вам? — горделиво спросил Поттер.

— Вполне... прилично, — оценила его труды Шаффик.

— И это всё? — обиделся Поттер.

— А ты на что рассчитывал? — хмыкнула Энн.

— Как минимум на орден Мерлина! — не постеснялся Поттер.

Ответом ему был дружный хохот.

— Давай, ещё по одной! — предложил Элджи.

Флимонта долго уговаривать не пришлось.

— Девочки, а почему вы так рано ушли? — выпив и вновь наполнив свой стаканчик, спросил Трэверс.

— Ушли и ушли, — пожала плечами Юфимия, вперив неодобрительный взгляд в Энтони.

— Э, так не пойдёт! — несколько развязно заявил Поттер. — У вас были планы?

— Не было у нас никаких планов! — возмутилась Гермиона, чувствуя, что от Поттеровского коктейля у неё немного заплетается язык. — Это у вас вечно какие-то планы!

— Мы делом заняты! — тут же ринулся в атаку Флимонт.

— Это каким это вы делом заняты? — прицепилась к его словам Юфимия.

— Э-э-э.., — растерявшись, Поттер в поисках поддержки посмотрел на Долгопупса.

— Что происходит? — отставив свой стаканчик, Энн вперила жёсткий взгляд в покрывшегося пятнами Элджи. — Эл? Что вы скрываете?

— Э-э, мы — ничего, — проблеял Долгопупс. — Честное слово, ничего! Девочки! Вот, Гермиона подтвердит! — и умоляюще уставился на Гермиону.

«Алкоголик недоделанный!» — если бы могла, Гермиона, наверное, даже авады в этот момент не пожалела так глупо подставившему её сокурснику.

— Ты это о чём? — холодно спросила она.

— Ну, о книгах... О книгах про историю Хогвартса... И про семьи всякие.., — в конец растерялся Долгопупс.

— Так, короче, нет смысла скрывать — мы ищем шпиона Гриндевальда! — решительно вскинув голову, объявил Поттер.

Повисшая в спальне тишина была осязаемой. Настолько осязаемой, что её можно было намотать на кулак.

— Кого вы ищите? — несколько отстранённо переспросила Юфимия.

— Того, кто помогает Гриндевальду, — пояснил Поттер. — А Эл с Тони — место их встреч.

— Какое такое место?

— Тайную Комнату.

Последнее для Гермионы было новостью — выходит, Долгопупс с Трэверсом всё-таки рассказали свой секрет Флимонту.

— И как? Преуспели? — холодность Юфимии, похоже, сбила Поттера с толку.

— Н-у-у, кое-какие успехи, конечно, есть.., — расплывчато ответил он.

— И ты тоже с ними? — Фоули вперила разъярённый взгляд в Гермиону.

— Нет, — отрезала Гермиона. — Я узнала обо всё этом случайно.

— Миона обещала молчать, — виновато пояснил Долгопупс. — Она тут не при чём.

— А мне показалось, что вы готовы дать отпор Гриндевальду? Или вы испугались? — распетушился Поттер.

— Боитесь подпортить репутацию правильных студенток? — поддел Трэверс.

— Вашими стараниями наша репутация ничего не будет стоит, узнай кто об... этом! — фыркнула Шаффик, красноречиво обведя рукой их компанию с Поттеровским коктейлем посередине.

— Ну а если серьёзно, девочки, неужели вы готовы остаться в стороне? Просто сидеть и ждать, когда Гриндевальд вторгнется в Англию? — Долгопупс одарил их внимательным взглядом.

— Ничего подобного! — горячо воскликнула Мэри. — Я с вами!

— Добро пожаловать! — тут же воодушевился Поттер и потянулся для рукопожатия.

Юфимия, фыркнув, покачала головой.

— Так что именно вы ищете? — серьёзно спросила Энн. — Что за Тайная Комната, и почему она так важна для Гриндевальда?

— Это секретное помещение Салазара Слизерина, в которое может проникнуть только посвящённый, — начал Трэверс. — В книгах про неё почти ничего нет. Кто-то пишет, что там спрятаны свитки с тайными знаниями, кто-то — что богатства из Индии, а кое-где говорится о немыслимом чудовище.

— Мы думаем, — подхватил Долгопупс: — что это идеальное место для встреч со шпионом и хранения информации. Если мы найдём Комнату, то сможем выследить и сообщника Гриндевальда.

— Про неё должны знать на Слизерине, — задумчиво проговорила Шаффик. — Гермиона, а ты как считаешь?

— Теоретически — да, — вынуждена была согласиться Гермиона. — Но я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь про неё упоминал.

— Ал тоже ничего не слышал, — добавил Поттер.

— А мы ему можем верить? — усомнилась Мэри.

— Он один из нас! — возмутился Флимонт, и остальные парни горячо закивали. — Как и Орион, да и Гермиона. Она ведь почти слизеринка.

Все взгляды обратились к Гермионе.

— А ты у брата не спрашивала? — вопрос Энн был ожидаем.

— Нет, — солгала Гермиона.

— Не думаю, что Том одобрит всё это, — впервые подала голос Юфимия и было видно, что она с Реддлом солидарна.

— Но ведь его можно не посвящать в детали! — воодушевилась Мэри. — Гермиона может сказать, что её заинтересовала история Хогвартса и заговорить про Слизерина и его комнату.

— Ну, как? Спросишь? — Поттер, запустив руку в волосы, взъерошил их — он всегда делал так, когда был в чём-то не уверен.

— Спрошу, — нехотя согласилась Гермиона, с полным осознанием совершаемой ею ошибки.

— Отлично! — засиял белозубой улыбкой Поттер. — Предлагаю выпить за нашу ОПГ!

— За что? — изогнула бровь Юфимия.

— За Организацию Противодействия Гриндевальду!

— Ага! — не удержалась Гермиона. — Организованная Преступная Группировка — вот что это такое! — съязвила она.

— За которую запросто можно вылететь из школы, — мрачно добавила Юфимия.

— Не драматизируйте, девочки! — беззаботно воскликнул Поттер, разливая свой коктейль по стаканчикам. — Будет весело! Вот увидите!