Приключения в Либерти-сити (джен)

Дело миссис Пэм Мик и Макс обрабатывали, как могли, но явно ходили по кругу.

Родственники убитой в один голос утверждали, что покойная была девушкой скромной, парней не водила, наркоту не потребляла, алкоголь не пила, но жутко стеснялась своей большой груди, бывший муж со смаком вспоминал ночи, полные огня, и совместные загулы с обилием наркоты и алкоголя. На рабочем месте говорили о исключительной расторопности и трудолюбии.

Все это сводило с ума, и полицейские никак не могли взять в толк — кого собственно убили?

У остальных дела шли попеременно. Людей не хватало, поэтому часть дел пылилось в папках, но был и плюс — Фонд начал расширять здание, чтобы вместить всех желающих, которые пожелали работать в полиции после умело проведенной рекламной кампании.

* * *

Пекарня Кошкино лукошко, после ремонта, стала популярным местом притяжения.

Главной там была миссис Эмма Джиген, а в помощниках у неё ходили Аллегра, Иоланта и Снежана. Также был набран штат официанток, поваров, уборщиков. Фонд протащил туда двух ушлых бухгалтеров.

Открытие прошло с пафосом, с шариками и обилием еды. Макс затащил Мика на открытие, но тот затихарился в толпе и своего присутствия не выдал, чтобы не провоцировать очередной скандал.

Губернатор толканул речь:

— Уважаемые жители города Либерти-сити и гости! Мы пережили разгул преступности, когда никто не мог ходить по вечерам дальше своего дома, да в стенах дома ты был незащищён от нападения. Но теперь это все позади! И мы можем теперь гулять по вечерам, покупать в магазинах даже вечером, а теперь у нас есть новый центр притяжения — кафе-пекарня Кошкино лукошко! Поприветствуем же нашу новую жительницу — Эмму Джиген!

Под аплодисменты смущенная Эмма вышла к микрофону, поблагодарила губернатора, сказала спасибо своему мужу и сыну за то, что они подарили ей возможность заняться любимым делом и пригласила всех на дегустацию.

Макс набрал целый мешок пирожков, булочек, тортиков и пирогов; Мику пришлось ему дверь открывать, потому что он влезть не смог сам.

— Я тебе тоже взял, — Макс дал напарнику булку с черешней, — полагаю, что дела по поставкам — твоих рук дело?

— Правильно, — согласился Меллоун, — я подключил Фонд. Денег хватит. А поскольку мы тут все задержимся на неопределенное время, то лучше все это устроить так, чтобы всем было хорошо.

— Ты извини, что я тебя без согласия потащил за собой в тот раз, — виновато потупился Макс, — кто же знал, что мама, за такое количество времени, свою обиду не забыла…

— Все нормально, — успокоил его напарник, — ты не виноват. Поехали, угостим ребят, пока они с пылу-жару.

По календарю выходило, что в Либерти-сити во всю царит осень, но материк лежал близко к местному экватору, то осенние мотивы никак не проявлялись, разве только урожай стал больше.

Все, желающие работать в полиции, проходили обучение в Полицейской академии. Фонд модернизировал и перестраивал участки, а полиция работала.

И где-то в середине местного аналога октября, после день рождения Мика, которое отпраздновали в самой маленькой компании, случилась беда.

* * *

Эмма Джиген встала утром с теплой постели, приготовила себе завтрак и начала собираться на работу. Любимый муж уже отбыл, поэтому ничего не нарушало тихое спокойное утро. Эмма оделась, вывела машину из гаража и только начала сворачивать с подъездной дорожки на основную дорогу, как вдруг её заблокировали два черных длинных флаера. Из них выскочили несколько человек в черных балаклавах, выбили дверь и вытащили брыкающуюся Эмму наружу. Она пустила в ход зубы и когти, но один из них ударил её по лицу, а второй прижал к её носу тряпку. От удара в голове Эммы зазвенело, а от тряпки попало в нос зловоние, которое её окончательно вырубило.

В это время Мик и Макс допрашивали одну девушку, которая клялась и божилась, что покойная Лоли на самом деле была проституткой экстра-класса, но потом она просто ушла из профессии. Посередине словоизвержения свидетельницы, а допрос происходил в неформальной обстановке на углу Вейв-стрит и Зея-авеню, Мик вдруг вытянулся, раскрыл глаза… Макс недоуменно посмотрел на него.

— Что случилось?

— Девушку допросишь сам, — Меллоун сгорбился, — а мне нужно ненадолго отъехать. Организовалось одно неотложное дело, которое нужно немедленно решить. Я возьму машину.

— Ладно, — Макс ничего не понял, но по глазам друга было видно, что что-то приключилось… не очень хорошее.

Мик подъехал к дому в Apple Cake и первое, что увидел, брошенный автомобиль Эммы с выдранной дверцей, но вокруг никого и ничего не было. Мик не унывал; браслет, который он подарил Эмме кучу времени назад, исправно работал, посылая сигнал. Мик повернул машину влево и погнал за пропавшей миссис Джиген.

Эмма очнулась в каком-то доме. Вокруг неё стояли большие мужики в масках, а она сама сидела, привязанная к стулу.

— Звони своему хахалю, сука! — прохрипел один из них, суя ей массивный телефон.

— Я не знаю его номера! — закричала она, — правда, не знаю!

— Лжешь! — второй дядька мощным, но коротким тычком, разбил её губы, — звони, а то мы тебя на куски порежем.

— Не знаю я!!! — заверещала Эмма, у которой болели губы и до сих пор звенело в голове, — кто вы такие? Мой муж вас сам на куски порежет!!!

— Заткись, — пощечина оборвала вопль, — твой муж занимается делом Лоли Пэм. Пока он своих ищеек не отзовет, ты будешь сидеть здесь, — пояснил ударивший хриплым голосом, — а ты — бабенка сдобная, так мы с тобой еще и позабавимся, чтобы твой муженек побыстрей шевелился, — и пребольно ущипнул Эмму за грудь.

Отдернул руку под аккомпанемент лязгнувших зубов и смех своих же товарищей.

— Кусайся, пока сможешь, — проворчал негодяй и, обернувшись к товарищам, заявил, — давайте её разложим на шестерых, может после этого она вспомнит номер своего муженька…

Остальные сально загоготали и двинулись к женщине, а этот, рядом стоявший, протянул свою мерзкую ручищу и дернул на Эмме блузку, но…

Тут раздалась стрельба, Эмма вместе со стулом рухнула на бок, больно приложившись головой об пол. В цветном тумане она видела, как падают бандиты на пол, застывая неопрятными кучами в лужах красной крови, потом её кто-то развязал, поднял на руки и понес, после чего Эмма отключилась окончательно.

Мик нашел здание, где держали Эмму далеко за городом. Там было маленькое поселение, называющееся Syringe, состоящее из пары домов, трех сараев, одной силосной башни и трех километров, засеянных гибридом пшеницы и ржи. И вот в одном из домов находилась теперь миссис Джиген. Мик объехал дом по периметру и осмотрел на предмет выходов-входов, охраны и удобных мест для бегства. Припарковался недалеко от веранды, скрыв машину за живой изгородью. Включил режим невидимка, переключил свои револьверы в режим гаусса и отправился во внутрь.

Здание было старым, но со следами недавнего ремонта; пройдя весь коридор и уткнувшись в полуоткрытую дверь, лейтенант увидел Эмму на стуле и шестерых амбалов в масках. Снял режим невидимку и принялся стрелять.

При стрельбе в режиме гаусса от человека мало что остается, особенно при стрельбе из короткоствольного. Да-да, на этот режим нужен постоянный источник энергии, и по своим характеристикам пушка Гаусса — неэффективное и мало использующееся оружие в условиях военных действий, но Меллоун черпал энергию непосредственно из звезд, а Сапфировая Звезда могла преобразовывать даже самые фантастические и бредовые идеи в нечто стоящее.

Переубивав всех негодяев, Меллоун убедился, что Эмма жива, но в отключке, отвязал её, поднял на руки, выбрался из дома, уложил на заднее сидение флаера, сам сел за руль и двинул обратно в город.

Эмма очнулась от звона бьющегося стекла. Повертела головой, установила, что лежит ничком на сидении автомобиля, перевернулась на живот и встала на колени.

— Лягте! — крикнул водитель знакомым голосом, — вы на линии огня.

Эмма посмотрела в зеркало и увидела… что за рулем сидит самый ненавидимый ею человек, из-за которого она потеряла дочь — Мик Меллоун.

— Выпусти меня сейчас же!!! — завопила она со злобой, — я не хочу находиться с тобой в одно машине!!!

Но тут опять послышался звон и что-то обожгло миссис Джиген кончик левого уха; машина вильнула, но быстро выпрямила курс. И тут химера поняла, что кто-то обстреливает машину сзади, она на линии огня и, если сейчас же не ляжет, в ней может попасть пуля и ранить. Поэтому миссис Джиген резво нырнула на сидение, распластавшись на нем.

— Зачем ты это делаешь? — яростно проворчала она, — я ненавижу тебя, я хочу растерзать тебя в клочки…

— Я делаю это, — невозмутимо ответил полицейский, — потому что ваш муж — мой друг, а он вас очень любит, и я не хочу его расстраивать. А растерзать вы меня всегда успеете…

Тут машина вновь вильнула и понеслась уже не по дороге, а по каким-то ухабам, но в какой-то момент резко затормозила и остановилась. Открылась дверь и Эмму выдернули наружу.

— Лезьте на дерево, — велел Мик, — там дупло, посидите пока там, а я отведу преступников подальше.

— Еще чего! — взъерепенилась Эмма, но, глянув на полицейского, осознала, что личная месть может и подождать. На Меллоуне была светлая рубашка, которая на правом плече и правом боку уже была залита кровью.

— Забирайтесь, — подвел её к массивному стволу неизвестного дерева и подсадил на ближайшую ветку, — тут вы в безопасности.

Эмма пролезла на три ветки выше и внезапно упала в мягкое, пахнущее свежими опилками и листвой, дупло. Приземлилась на опилки, внезапно осознав, что на ней куртка Меллоуна, и почему-то в ней так тепло и уютно, и краем уха она слышала стрельбу, взрывы, запоздало удивилась… и уснула.

* * *

Проснулась она от мягкого голоса, который её о чем-то спрашивал.

— Ась?

— …снаружи человек… — прошелестел голос, — он ищет Эмму. Вы знаете этого человека? — перед носом Эммы возникло отверстие, в котором она увидела взволнованного и перепуганного Дайсуке.

— Это мой муж.

— Хорошо, — отверстие расширилось, и она выкатилась под ноги Джигена.

— Дорогая!!! — капитан Джиген поднял супругу и внимательно осмотрел, — ничего не болит? Ты в порядке?

— Ага, — Эмма поджала губы, чтобы высказаться по поводу мерзкого поведения Меллоуна, но внезапно обнаружила, что ненависть к нему куда-то пропала, — а с М… Миком… всё в порядке? — непослушными губами выдавила она.

Дайсуке бросил на ней странный взгляд и после некоторой заминки сказал:

— Макс пошел его искать.

Эмма огляделась — на поле в двух местах догорали две непонятные кучи, на дороге было столпотворение машин и флаеров, вдали слышались завывания — на место происшествия мчались соответствующие службы. Черный затылок сына мелькал между высоких стеблей пшерож; тут он вдруг остановился и присел.

— Макс!!! — крикнул Дайсуке, — ты его нашел?

— Да, — Макс вынырнул из зарослей, — только боюсь, что мы его на флаере не довезем.

— Скорая уже едет.

На дороге приземлился флаер скорой помощи, оттуда выскочили два врача и, придерживая за края антигравитационные носилки, побежали к Максу. Заросли расступались перед ними, формируя дорогу. Добежали, переложили тело на носилки, закрепили капельницы, кислородную маску и отправились обратно.

Мимо супругов Джиген проплыли носилки с недвижимым окровавленным телом. Эмма вскрикнула и, разрыдавшись, уткнулась в грудь мужа.

— Я с другом поеду, — скороговоркой проговорил Макс, бледный до синевы.

— Хорошо, сын, — ответил на это Дайсуке, — мы позже подъедем. Твою маму тоже нужно осмотреть.

Дайсуке с женой прибыли на два часа позже скорой помощи в Центральную больницу Либерти-Сити.

Она пока была одна; Межгалактический Медицинский Фонд, который был сделан по подобию Галактического Фонда помощи Полиции, уже собирался строить в каждом районе по больнице. А еще Фонд Любителей Чтения, курирующийся Библиосистемой, вознамерился построить на планете сеть библиотек и книжных магазинов, также были далеко идущие планы насчет трех крупных типографий — по одной на каждый материк. Их агенты копались в архивах планеты в поисках древних сказаний и составляли летопись древних времен. Не за горами было прибытие агентов с Планеты Голливуд с идеями киностудий и кинотеатров, а там можно было ожидать появления газет, журналов, казино и ночных клубов.

Макс поднялся родителям навстречу.

— Ну?

— Увезли на операцию, — застывшими губами пробормотал Макс; на его белом лице жили лишь глаза, но в них была такая боль, что Эмма поежилась.

— Я ведь убила его друга, — вдруг мелькнула у неё мысль, — своими руками. Я — убийца! Нет, он это заслужил… Нет, не заслужил Макс такого и Мик смерти тоже не заслуживал…

— Дорогая, — Дайсуке отвел её к терапевту, — пусть он тебя посмотрит, — и вернулся к сыну.

— Почему он не сказал мне, что мама в опасности? — сокрушался Макс, чуть не плача, — вдвоем мы бы справились быстрее… Почему его ранили?

— Потому, что его сила не восстановилась еще, — пояснил Джиген, — видно, чем больше сила, тем больнее и медленнее происходит восстановление. Но я тебе, сынок, скажу честно, если бы твоя мама на этом поле сказала бы что-нибудь в духе — слава богу, что Мик сдох или там — как хорошо, что я от него избавилась — я бы незамедлительно с ней развелся.

— Ты что? — Макс вытаращил на него глаза, — отец, да ваш брак побил все рекорды, у вашего брака даже названия нет, чтобы отмечать…

— Нет, сынок, и у меня терпение не вечно, — Дайсуке вздохнул, — она все это время его ненавидела за твою сестру, а он, даже зная о том, что она его ненавидит, полез под пули выручать. Что я могу поделать? Дай бог, выкарабкается. Он — парень сильный.

— Только не наказывай его, отец, когда Мик на работу вернется, — принялся умолять Макс, — ты же его знаешь. Он все равно друзей защищает, совершенно не обращая внимание на отношение этих самых друзей к себе.

— Ладно, но обещать ничего не буду, — сказал Джиген, но тут в коридор вбежали Снежана и Иола, а из кабинета показалась Эмма с перебинтованным ухом и с пластырями. Она куталась в куртку Мика и всхлипывала.

— Макс? — Иола бросилась к мужу.

— Я в порядке, — сглотнув, ответил брюнет.

— Я убила твоего мужа, Снежка, — прохрипела Эмма, — я сознательно желала ему смерти и вот… я убийца, — и залилась слезами.

— Девочки, отвезите Эмму домой, — велел Джиген.

— Нет!!! Я боюсь!!! — рыдала миссис Джиген.

— Мы отвезем её к нам, на остров, — сказала Снежана, — а потом вернемся к работе. На острове она будет в безопасности.

Девочки уехали, а спустя минут тридцать погасла надпись Идет операция и вышел доктор из операционной.

— Как он? — оба брюнета прянули на него.

— Ну, — доктор пожал плечами, — год назад его с такими ранениями можно было уже хоронить, но сегодня мы его откачали. У него пробито правое плечо, правый бок, повреждена печень, пробиты почки, пуля в кишках, одна пуля в легком, задето сердце, пуля в позвоночнике, одна пробила бедро, но чудом не задела артерию… из девяти пуль мы вытащили три, остальные были навылет. А специалист… — тут он не договорил, потому что вышел еще один доктор в синем халате и логотипом ММФ, — коллега?

— Мы поместили мистера Меллоуна в Живую Воду, — сообщил второй, — проспит пятьдесят часов не меньше, но потом две недели на восстановление.

— Понятно, — ответил Джиген.

— Могу я его увидеть? — попросил Макс.

— Конечно, — мужчин провели в палату, где они увидели своего друга, лежащего в капсуле с Живой Водой.

— На живого он не похож, — всхлипнул Макс, — вы уверены, что с ним всё будет нормально?

— Стопроцентная гарантия, — заверили его доктора, — выживет и вернется на работу.