Огонёк для мотылька, или кошачьи ушки на высоте (гет)

Встав в центре крыши башни Монпарнас, Бражник коснулся серёжек на лацканах и кольца на пальце, радуясь, что всё это так и осталось при нём, несмотря на сцену с раздеванием его Натали и последующее вторжение супергероев. Всё обошлось! И теперь наконец-то настал момент обрести абсолютную силу!

— Тикки, Плагг, Нууру, слияние!! — воскликнул он. В тот же момент его костюм начал преображаться. Маска открыла часть головы, и из волос выросли кожаные кошачьи ушки. Чёрные перчатки на руках также превратились в перчатки Кота Нуара, только с огромными и острыми когтями. Сапоги, хвост-ремень — всё это тоже стало как у Кота. За спиной появился шест, а на бедре — йо-йо, как у ЛедиБаг. А на талии, ногах и рукавах фиолетового костюма появились красные в чёрный горошек участки с переходами в виде узоров-бабочек. Габриэль не видел себя в зеркале, но осмотрел себя как мог — и остался доволен своим видом.

— Ну, что ж... — задумчиво произнёс он, чувствуя, как обжигающая магия разливается по всему телу, заканчиваясь беспокойным покалыванием в кончиках пальцев. — Бражника больше нет. Отныне моё имя — Чудотворец!! — мощный голос огласил весь Париж, люди внизу испуганно вздрогнули, зажимая уши, а у автомобилей заработала сигнализация. — Я тот, кто подденет ткань мироздания, изменит реальность и совершит невозможное! И никто на этот раз не остановит меня!!

Эхо от крика Чудотворца понемногу утихло, а сам он посерьёзнел, решительно сжимая кулаки:

— Я найду тебя, Эмили, где бы ты ни была, я обязательно найду тебя, — тихо и взволнованно пообещал он. — Если будет нужно, я даже спущу тебя на землю с Небес, или вытащу наверх из Преисподней! Я верну тебя домой из любого из существующих миров, где бы ты ни оказалась, и тогда... мы снова будем вместе, любимая. Чудеса случаются, и я верю, что счастье ещё возможно. Так пусть же прямо сейчас мне откроются пути во все иные миры!!

Чудотворец поднял руки к небу. Когти его заискрились, готовясь прорезать ночную тьму. Резкими движениями он принялся раздирать пространство, оставляя в небе сверкающие следы от когтей. Оглушительный треск и грохот раздавался всё сильнее с каждым новым разрывом. От неба вниз к земле поползло множество трещин, сквозь которые проглядывала иная реальность, в каждой трещине — своя. Где-то виднелось голубое небо, а где-то — алое пламя, в иных трещинах зеленели луга и леса, или, напротив, бушевали океаны и бурлили водопады, в некоторых же, наконец, пестрели и шумели города и деревни — ночные и дневные, утренние и вечерние, летние и зимние, современные и из прошлых эпох... Что угодно можно было найти, заглянув в эти трещины. Оставалось лишь найти среди них единственно верную.

Чудотворец опустил руки, но пальцы его продолжали гореть от избытка переполнявшей их силы. Необходимо было сделать что-то ещё, чтобы сбросить это мучительное напряжение. Он ненадолго задумался, а затем оживился:

— А теперь я создам что-то, что поможет мне отыскать Эмили в одном из этих миров!

Чудотворец размахнулся и с такой силой хлопнул ладонями друг о друга, что воздух вокруг задрожал. Ладоням тут же стало больно, они начали гореть так, будто вот-вот раскалятся докрасна, и Габриэль подавил ужас внутри, когда понял, что ему это не показалось. Его руки действительно засветились, этот свет понемногу делался всё ослепительнее, а жжение — всё сильнее, и в конце концов два светящихся шара сорвались с его пальцев — ярко-розовый и искрящийся фиолетовый. Шары поднялись в воздухе, зависнув перед глазами Чудотворца, соединились воедино, скрутившись в один, и какое-то время этот фиолетово-розовый шар вращался, искрясь от вспыхивающих в нём молний, как светлых, так и чёрных. Когда световой шар раскрутился до бешеной скорости, он заметно увеличился в размерах и вдруг взорвался, рассыпавшись снопом разноцветных искр. Чудотворец заморгал, приходя в себя после ослепляющего фейерверка, а затем увидел, что перед ним в воздухе парят два маленьких крылатых существа. Одно из них было ярко-розовым с пурпурно-фиолетовыми и чуть озорными глазами, имело крылышки как у мотылька и усики как у Тикки, а другое, тёмно-фиолетовое, отличалось крыльями как у летучей мыши, заострёнными ушками, зловещими жёлто-зелёными глазами и клыкастой пастью. У обоих имелась спираль на лбу, как у Нууру.

— Новые квами! — восхищённо прошептал Чудотворец. — Я создал новых квами! Но где же Камни Чудес, прилагающиеся к ним?

— Попозже появятся, — звонко пискнуло в ответ розовое существо. — Наберись терпения, создатель, мы ведь ещё маленькие! Камни Чудес образуются для того, чтобы сдерживать нашу силу, когда она станет больше.

— Я понял, понял, — примирительно поднял он руки, слегка растерявшись от уверенного тона розовой малютки. — Итак, я — Чудотворец, ваш создатель и ваш хозяин. Какова ваша сила? Должен ли я сам дать вам имена?

Розовая квами покачала головкой:

— Зови меня Посси, хозяин. Моя стихия — возможности, удачные знакомства, поиск родственных душ и просто нужных людей. Я могу помочь тебе оказаться в правильном месте, найти единомышленников, собрать команду для общего дела, завести друзей и даже обрести любовь! — весело подмигнула она.

— То, что мне нужно! — обрадовался Чудотворец. — Ты найдёшь мою Эмили! Эмили Агрест — это моя жена, — пояснил он, поймав вопросительный взгляд Посси. — Она немного моложе меня и очень красивая. У неё тёплые зелёные глаза, золотые волосы и наверняка всё такое же доброе сердце... — он не сдержал грустно-мечтательного вздоха. — Эмили сразу же поймёт, кто ты, потому что уже знает о квами. Обыщи все миры, и если где-то ты встретишь Эмили — сразу же возвращайся и показывай мне дорогу!

Посси кивнула, а парящий рядом тёмно-фиолетовый квами решительно сжал кулачки, отпихнул её и выступил вперёд.

— Хозяин, я Хааду! — протянул он низким голосом, похожим на гул из подземных глубин. — Я создан, чтобы распознавать кругом зло и смерть, чуять боль, ярость, злобу и ненависть в людских сердцах, видеть слабость, колебания, готовность разрушаться и разрушать! Я покажу, где назревает беда, война, голод и чума, если потребуется обойти их стороной или, напротив, использовать в своих целях. Если Эмили вдруг мертва, тяжело больна или озлобилась на весь мир — я смогу показать дорогу к ней!

Чудотворец напрягся от неприятной мысли, что такой исход тоже вероятен, но взял себя в руки.

— Да, покажешь, если это так, — сухо кивнул он. — А ещё лучше, если ты слетаешь в Ад и найдёшь там душу того, кто вытолкнул Эмили за пределы этого мира! Этот человек призывал какую-то злую сущность из другого мира и не дал Эмили отговорить его. Найди эту озлобленную грешную душу — если ты справишься раньше Посси, мне нужно будет узнать, куда он отправил мою жену!

— Я найду его, хозяин! Я спрошу его!

— Отлично. Приступайте к поискам! — приказал Чудотворец. Лишь когда квами разлетелись, он позволил себе обессиленно рухнуть на колени. Руки больше не горели, но изрядно гудели от усталости, голова кружилась, в глазах темнело, а три Камня Чудес уже мигали, готовясь отменить трансформацию. Разноцветная вспышка окутала Габриэля, и рядом с ним шлёпнулись Нууру, Плагг и Тикки. Они тоже были без сил.

— Вас ведь... нужно покормить, — вспомнил он, отдышавшись. И тут же похолодел от испуга, осознав, что вообще-то находится на крыше небоскрёба, без трансформации, без сил, без возможности самостоятельно спуститься вниз. Ум Габриэля лихорадочно заработал в поисках решения...

— Боевая Кошка! — вспомнил он. — Надеюсь, не развоплотилась опять... Как бы позвать?

— Да здесь я, здесь, — отозвалась та у Габриэля за спиной. Всё это время она парила сзади, наблюдая за его действиями. — Вас, месье, без присмотра оставлять нельзя, как я успела убедиться. Сидите здесь спокойно, не делайте резких движений, не привлекайте к себе ненужного внимания и ждите. Сейчас я попробую достать еды для квами. Кажется, всё осталось у Адриана, и он ждёт вас внизу.

Спустя пару минут Боевая Кошка вернулась с пакетиком в руках.

— Тикки, Плагг, Нууру! — позвала она. — Это вам! — она разложила перед ними конфеты, печенье и сыр. — Приятного аппетита. Прошу прощения за столь поздний ужин.

— Спасибо тебе! — пропищал Нууру. — Ты такая заботливая. Хотел бы я, чтобы ты была моей хозяйкой...

— А я хочу вернуться к своему пацану! — заявил Плагг. — Когда ты меня ему вернёшь?

— И меня! К моей хозяйке! — напомнила Тикки.

— Наберитесь терпения, маленькие мои, — вздохнула Кошка. — Габриэль сделает то, что хотел, вы ему будете больше не нужны, и тогда, я надеюсь, он вернёт вас вашим хозяевам. Всё будет хорошо.

— Вот только неизвестно, когда, — мрачно добавил Габриэль. Он был бледен и вымотан, как будто создание трещин и новых квами отняло у него все силы. Боевая Кошка обняла его, чуть не плача от сочувствия.

— Я не знаю, что я ещё могу для тебя сделать... Просто пусть у тебя всё получится! Вот увидишь, она найдётся, всё будет хорошо!

Габриэль в ответ отстранился от неё, слегка недобро усмехаясь:

— Тебе не страшно снова размякнуть и потерять силы?

Кошка лишь пожала плечами — мол, будь что будет.

— А вот мне страшно. Не делай так больше! Есть чувства, которые придают сил и позволяют совершить невозможное, а есть те, от которых слабеешь, причём так невовремя! Утратив обретённую мощь, ты просто превращаешься в размазню! Упав с этой высоты, можно разбиться вдребезги.

— Можно, если ни за что не держаться, — ответила она. — Держись! Держись за свою цель, за свою веру в то, что Эмили найдётся и вернётся! Ну, или хотя бы за меня держись, если стоять тяжело. Ух я ж кисаньку холодными руками! — засмеялась Боевая Кошка. — А что? — пожала она плечами, поймав его недоуменный взгляд. — Вы в этом костюме так похожи на кота! Ой, ничего, что я то на "вы", то на "ты"? Вечно с этим путаюсь. Волнуюсь, наверное...

Ответом ей был тихий смех Габриэля. Совсем даже не злой. Будто он находил её забавной.

— Я буду сидеть здесь, пока ко мне не прилетят Посси или Хааду с вестью о местонахождении Эмили, — сказал он. — Можешь посидеть или полетать рядом, если тебе нет места на земле или тебя ищут. Взгляни! — показал он вниз. — Там толпа народу вышла из своих домов, не понимая, что происходит! Как же им, наверное, страшно! Столько трещин вокруг! И в какой-то из них должна найтись моя Эмили!

Габриэль мечтательно улыбался, будучи захвачен надеждой на встречу с женой. А Боевая Кошка с тревогой думала о том, что кому-то предстоит ещё возвращать всё по местам, зашивая ткань мироздания обратно...