Гарри Грейнджер (гет)

Пришёл октябрь, холод и сырость затопили окрестности, пробрались в замок. Мадам Помфри была теперь постоянно занята — вся школа кашляла и чихала. Её «Бодроперцовое зелье» действовало моментально, и всё было бы хорошо, если бы не побочное действие: у тех, кто принял настойку, часа три из ушей валил дым надо изучить это зелье оно может пригодиться им можно пополнить медицинский арсенал клана Грейнджер. Джинни Уизли ходила вялая, осунувшаяся. Перси отвёл её в больничный отсек и заставил выпить это снадобье. Теперь, когда он глядел на дым, струящийся сквозь копну её огненно-рыжих волос, ему казалось, что бедняжка Джинни горит.

Тяжёлые капли дождя стучали по окнам замка неделю без перерыва. Озеро вышло из берегов, клумбы превратились в грязное месиво, а тыквы Хагрида раздулись до размеров кареты.

Гарри решил посмотреть игру команды по квиддичу.

Но тут начался сильный дождь, и Гарри отправился в Хогвартс.

Зайдя в замок, он промок до нитки.

Едя по пустынному коридору, Гарри заметил, что не только он погружён в невесёлые размышления. Почти Безголовый Ник, призрак башни Гриффиндора, смотрел в окно отсутствующим взглядом и тихо бормотал:

— Не удовлетворяю их требованиям... Всего лишь сантиметров пять, если уж на то пошло...

— Привет, Ник, — поздоровался Гарри.

— Привет-привет. — Ник вздрогнул и отвёл взгляд от окна. На нём была старинная шляпа с пером, из-под которой свисали густые локоны, и кафтан с широким кружевным воротником. Из-за этого воротника казалось, будто голова его едва держалась на плечах. Призрак выглядел полупрозрачно, словно дымка. Через него Гарри ясно различал дождливое небо за окном и струящиеся по стеклу капли воды.

— Ты выглядишь обеспокоенным, молодой Поттер, — заметил Ник, складывая прозрачную бумагу и пряча её в карман.

— А ты сам-то как? — спросил Гарри.

— Ах, ерунда, — махнул рукой Ник. — Я и не стремился вступить в клуб... Просто хотел подать заявку. Оказалось, я «не удовлетворяю их требованиям»...

Ник пытался выглядеть равнодушным, однако раздражение в его голосе выдавало обиду.

— Сорок пять ударов тупым топором по шее! — возмущённо добавил он, доставая письмо. — Разве этого недостаточно, чтобы принять меня в Клуб обезглавленных охотников?

— Э-э, пожалуй, — неуверенно отозвался Гарри, понимая, что Ник ждёт сочувствия.

— Суть вот в чём, — пояснил Ник. — Мне хотелось, чтобы всё прошло гладко и моя голова легко откатилась прочь. Было бы куда легче пережить казнь. Вместо этого я теперь в таком странном состоянии... Впрочем...

Почти Безголовый Ник развернул бумажку и прочитал дрожащим от возмущения голосом:

— «Принимаем в клуб только тех призраков, чья голова полностью отсечена от туловища. Это условие обязательно для участия в играх вроде конных скачек с подбрасыванием головы или игры в поло с отрубленной головой. Мы вынуждены признать, что ваше положение не соответствует нашим стандартам. Искренне сожалеем, сэр Патрик Делэйни-Подмор».

Вздохнув, Ник спрятал письмо обратно в карман.

— Моей голове, Гарри, хватает тонкого кусочка кожи и пары жил, чтобы удерживаться на плечах! — возмутился он. — Любой скажет, что она отрезана, но для сэра Патрика, казнённого безупречно, этого недостаточно. — Сделав глубокий вдох, Ник немного успокоился и мягко поинтересовался: — А что случилось у тебя, дружище? Может, смогу помочь?

— Нет, спасибо, — отказался Гарри. —

Посмотрев вниз, Гарри столкнулся взглядом с парой ярко-жёлтых глаз, похожих на светящиеся лампочки. Они принадлежали миссис Норрис, худой серой кошке — доверенному лицу школьного смотрителя Аргуса Филча, неустанно борющегося с учениками.

— Тебе лучше уйти отсюда, Гарри, — предупредил Ник. — Сегодня Филч особенно раздражителен. Простуда сделала его сварливым, а ещё кто-то из третьеклассников случайно облил всю потолочную поверхность пятёрочного подвала лягушачьими мозгами. Теперь он провёл целый день, отмывая грязь. Представляю, что случится, если он заметит лужу, оставленную тобой...

— Нет, Ник, спасибо, я останусь, — сказал Гарри и остановил свою инвалидную коляску.

Гарри понимал, что грязь принёс сюда не только он, хотя и его вина очевидна: коляска действительно была грязной.

Тут появился мистер Филч и закричал:

— Грязь!

Филч взглянул на Гарри и заметил, что тот склонил голову и никуда не собирается бежать.

— Простите, мистер Филч, я сознаюсь, что часть этой грязи оставил именно я. Прошу прощения, просто я не могу самостоятельно почистить свою инвалидную коляску. Приму любое наказание.

— Пойдемте со мной, мистер Поттер, — сказал Филч и взял его коляску, повез в Зал Славы.

Он оставил Гарри там, а сам ушел.

Через несколько минут он вернулся.

— Значит так, мистер Поттер, вы будете отрабатывать со мной наказание, ясно? — спросил Филч.

— Да, сэр, — ответил Гарри. — Что я должен делать?

Филч улыбнулся, подошел ближе, поднял Гарри на руки и посадил на стул. Затем достал некоторые инструменты и начал внимательно осматривать инвалидное кресло.

Тут вошла Блум.

— Мисс Блум, вы тоже наказаны? — спросил Филч, продолжая осмотр коляски.

— Нет, сэр, я пришла помочь Гарри с его наказанием. Вы же понимаете, что некоторые вещи он сделать не сможет, — ответила Блум.

— Можете идти, мисс Грейнджер, — сказал завхоз.

— Но, сэр… — начала было Блум.

— Блум, иди, я справлюсь, — вмешался Гарри.

Блум тяжело вздохнула и вышла.

— У вас хорошая подруга, мистер Поттер, — заметил Филч.

— Согласен, сэр, — кивнул Гарри и наблюдал, как Филч аккуратно чистит грязь из-под колес его инвалидного кресла.

Вот исправленный вариант текста с проверенной орфографией, грамматикой и пунктуацией:

— Знаете, мистер, вы храбрый человек. Другой бы от меня убежал, как было не раз, но вы нет. Почему? — спросил Филч, закручивая на инвалидном кресле болты.

— Мой отец учил меня, что человек должен отвечать за свои поступки и понести любое наказание, — сказал Гарри.

— Ваш отец военный, я смотрю, вы дисциплинированный человек, похоже на солдата, — сказал Филч.

— Мой отец и моя мать — военные медики, — сказал Гарри.

— Да, хоть они и приемные, да, мистер Поттер, — сказал Филч.

— Пусть приемные, но своих настоящих родителей я не видел, — сказал Гарри.

— Извините, мистер Поттер, я не подумал, — сказал Филч.

— Ничего страшного, сэр, — сказал Гарри.

— А вы сами служили, мистер Филч? — спросил Гарри.

— Да, я служил в 1-м воздушно-десантном корпусе во время Второй мировой войны, — сказал Филч.

— А почему вы не остались в обычном мире? Мне кажется, там бы вы нашли работу, — задумчиво произнес Гарри.

— Немог, мистер Поттер. Меня тянуло в волшебный мир, хоть я и сквиб, — объяснил Филч.

— Тут меня взял на работу Дамблдор. Зарплата небольшая, ну хоть что-то. Ведь права сквибов в волшебном мире Британии ограничены сильно. По сути, наши права стоят наравне с правами гоблинов, — добавил он.

— Ого, — удивился Гарри. — Это несправедливо.

— А почему вас не приняла ваша семья? Они же волшебники, — спросил Гарри.

— Да, мой род чистокровный. Я происхожу из рода Берк. Моя семья отказалась от меня, поскольку они придерживаются идеи чистоты крови. Поэтому в восемь лет меня отдали в Лондонский детский дом, оставив без денег и без всяких прав и привилегий. Мне запретили даже близко подходить к поместью рода Берк, — сказал Филч.

— С восьми лет я рос в детском доме, но в двенадцать лет меня взяла семья Филчей. Это были сквибы, такие же, как и я. До шестнадцати лет я учился в обычной школе, а потом началась Вторая мировая война. Однажды, возвращаясь домой из школы, я увидел свой дом разрушенным из-за попавшей туда бомбы. Моя семья погибла. Тогда я решил уйти в армию, так и не окончив школу. Отправился в ближайший призывной пункт, — сказал Филч.

— Там меня проверили: изучили мои физические данные, провели медицинское обследование и направили в учебку, где я проучился полгода. Потом меня отправили служить в 1-й воздушно-десантный корпус. Я участвовал во многих сражениях, получил немало наград. К концу войны я уже носил звание капитана и оставался в армии вплоть до шестидесяти лет, но позже был вынужден выйти на пенсию без сохранения пенсионного содержания, — сказал Филч.

— Почему так случилось? — спросил Гарри.

— Во всём виноваты Пожиратели Смерти. Они напали на одну семью сквибов, которые жили неподалёку от меня. Я увидел нападение и с помощью своего оружия убил всех Пожирателей Смерти. Нашему Министерству Магии это не пришлось по душе, и оно сделало всё возможное, чтобы меня выгнали из армии и лишили всех льгот и пенсии.

— Хорошо, что профессор Дамблдор взял меня на работу в Хогвартс. Я устроился сюда семь лет назад, — пояснил Филч.

— Это грустно и несправедливо, — сочувственно откликнулся Гарри.

Вот исправленный вариант текста с проверенной орфографией, грамматикой и пунктуацией:

— С тех пор я живу в Хогвартсе. Здесь есть жилье и питание, единственное — электричества нет, — сказал Филч с грустью.

— Но вы же можете обменять галеоны на фунты и отправиться в обычный мир, — предложил Гарри.

— У меня зарплата тридцать галеонов в месяц, мистер Поттер, — ответил Филч.

— Это примерно сто пятьдесят фунтов. Это совсем немного, — согласился Гарри.

— Поверь, — тихо произнес Филч.

— Ладно, мистер Поттер, время позднее, пора спать. Ваше инвалидное кресло я почистил, где надо смазал. Вам, конечно, лучше купить инвалидное кресло получше, — сказал Филч.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил Гарри и выехал из кабинета.

Гарри! Гарри услышал знакомый голос и повернул голову. Перед ним стоял Призрак Безголовый Ник.

— Может, прогуляемся? — предложил Ник.

— Пошли, мне всё равно надо в гостиную Гриффиндора, — согласился Гарри.

Вместе они двинулись по коридору. Гарри заметил, что Ник всё ещё держит в руках то самое злополучное письмо.

— Как ты думаешь, я могу чем-нибудь помочь тебе с этим клубом Обезглавленных Охотников? — спросил Гарри, стремясь подбодрить призрака.

На повороте Почти Безголовый Ник остановился, и Гарри прошел сквозь него. Ах! Это было неприятное чувство, будто окатило ледяным душем.

— А ведь ты и правда мог бы кое-что для меня сделать! — взволнованно воскликнул Ник. — Гарри… нет, пожалуй, я прошу слишком многого… ты откажешься…

— Говори прямо! — потребовал Гарри.

— Видишь ли, в этот Хэллоуин я буду отмечать пятисотлетие своей смерти, — торжественно объявил Ник, расправив плечи.

— О-о… — неуверенно протянул Гарри, не зная, радоваться этому событию или печалиться. — Правда?

— Я устраиваю приём в подземельях, в одном из больших подвалов, — продолжил Ник. — Приедут мои друзья со всей Британии. Ты окажешь мне огромную честь, если тоже посетишь праздник. Конечно, я буду рад видеть и твоих друзей — мистера Уизли и мисс Грейнджер. Но, возможно, вы предпочтёте школьный банкет по случаю Хэллоуина?

Ник вопросительно взглянул на Гарри.

— Нет, почему же, — тут же решился Гарри. — Я обязательно приду.

— О, мой дорогой мальчик! — восторженно вскричал Ник. — Гарри Поттер на моем юбилее смерти! — Ник вдруг смутился. — А ты не мог бы невзначай упомянуть сэру Патрику, какой у меня бывает грозный вид?

— Ко… конечно, — растерянно пробормотал Гарри. Почти Безголовый Ник сиял от счастья.

Гарри заехал в гостиную Гриффиндора и увидел Блум, которая сидела возле камина.

— Ты чего не спишь, Блум? — спросил Гарри.

— Я тебя ждала, — ответила Блум.

Гарри обо всём ей рассказал.

— И что теперь собираешься делать? — поинтересовалась Блум.

— Во-первых, я хочу сдержать обещание, данное Безголовому Нику, — ответил Гарри.

— А во-вторых? — продолжала расспрашивать Блум.

— Надо побольше узнать о том, как устроен волшебный мир, — уточнил Гарри.

— У меня есть книга, я завтра смогу спокойно её изучить, — сказала Блум. — Спокойной ночи, Гарри.

— Спокойной ночи, — отозвался Гарри и поднялся в спальню мальчиков благодаря лестнице, которая автоматически становилась ровной, облегчая ему подъем.