Джедай почти не виден (джен)

От вахтенной смены выходящего на орбиту Барра «Исполнителя» перло злостью, удивлением и сочувствием. И если злость к врагам государства, коими нынче оказались власти Барра, предписана им уставом, то адресованные мне удивление и сочувствие ощущать было странно. Первое еще объяснимо. Как должен вести себя ситх, у которого только что не то украли, не то убили дочь и внука, люди представляли. А я до сих пор никого не убил. Только остатки раздавленного в лепешку мелкого уборочного дроида под ногой хрустнули. И все. Вынужденные находиться рядом со мной офицеры сильно подозревают, что это только пока. Но мою выдержку оценили и уважают. А за то, что сочувствия моему горю у большинства как минимум не меньше, чем страха попасть под раздачу, спасибо, мужики. Не ожидал.

— Место предполагаемой катастрофы, мой лорд, — тихо доложил связист, выводя на экран изображение свежей воронки с поверхности планеты. — Следов реакторного блока не обнаружено.

Вокруг облегченно выдохнули. Баррские власти превзошли все самые смелые ожидания. Три часа назад сообщили о том, что корабль госпожи посла Соло с представителями делегации на борту потерпел катастрофу из-за технической неисправности, свалившись прямехонько на цеха «Имперских биотехнологий». Воронка прилагается. Только это не та воронка. Точнее, моя «буханка» тут ни при чём. На ней нештатный реактор под работу гипердрайва стоит. И если бы он рванул, воронка раз в десять больше получилась. Либо уцелевший блок реактора на дне бы валялся.

Значит, похищение. Хотя, я это и так чувствую. Нет, не Лею или Вон-Хо. Их силу похитители блокируют. Как и свою собственную. Впрочем, я и так печенью чую руку мастера-джедая. А вот они мою связь с внуком не видят. Потому что тут не столько Сила, сколько Кровь. Сейчас я чувствую, что он спит на чьих-то ручках. Чужих, не маминых. И это его тревожит, как и подгузник, который давно пора сменить. Ребенок недовольно изворачивается, приоткрывает глаз, видит маму рядом и вновь засыпает. Его местоположение я могу определить с точностью до метра. Интересно, почему я Люка и Лею так не чувствовал?

И внук — не единственный канал информации. Еще я при некоторых усилиях могу установить ментальную связь с Дусей. С компьютером в базовой комплектации такое невозможно. Но я переусердствовал с прошивкой и личностными качествами. Мало того, сам начал воспринимать ее как живое существо. С вытекающими отсюда последствиями.

Штурмовой десант ушел на поверхность час назад и уже взял под контроль Барр. Собственно, чего там брать. Единственный город от силы сто тысяч населения. Пора и мне выдвигаться. Выходя с мостика, чувствую вздох облегчения дежурной смены. Мое присутствие давило.

Нос СИД-а едва не касается стеклянных дверей терминала. Фотоэлементы срабатывают, раскрывая прозрачные створки. Это приглашение? Почему нет. Складываю плоскости и заруливаю внутрь. Я пешком ходить не нанимался. Благо, свой штаб штурмовики расположили прямо в зале прилетов.

Штурмовики скоренько изобразили почетный караул для встречи меня. Лишнее. Мои люди делом заняты, а судя по насыщенно-зеленым мордам местных, про то, кому приходится родней посол Соло, их просветили. Как размножаются киборги, ребята не поняли, но серьезностью ситуации вполне прониклись. Причем, как те с виду явные гопники, что уже в наручниках, так и публика почище, что пока без них.

Доложившего о штатной высадке десанта капрала Рика сменяет старший из двух не отправившихся в злополучный полет членов делегации.

— Итоги предварительного расследования, мой лорд, проведенного местными, — разведчик протягивает чип.

Титанические интеллектуальные усилия Баррской службы безопасности уместились на двух страницах с полторашным пробелом. Содержание? Парни не в курсе, что существуют гораздо менее болезненные способы самоубийства?

— Губернатор?

— Некто Ктор. Бывший командир базы повстанцев на Барре. Они тут по-тихому организовали производство взрывчатки для Альянса на мощностях «Биосистем». После крушения Империи стал губернатором Барра, благо иной, кроме заводоуправления, администрации на планете не было. Но пообщаться с ним не получится. Улетел на одном борту с госпожой послом. Да и реальная власть здесь по-прежнему у управляющего заводами концерна. Сей достойный джентльмен сразу после взрыва шмыгнул в кому, сославшись на инсульт, и выходить из нее пока не торопится.

— Кто в наличии?

— Начальник охраны концерна Рроус. Под докладом его подпись.

Мне указывают на застывшего, как ледяной столб человека. Но с ним чуть позже. Пока поворачиваюсь к гопникам.

— Это что за отребье?

— Задержанные в рамках официального расследования.

Разведчик, словно экскурсовод в музее, проходит мимо кривоватого строя арестованных. Как дисциплинированный экскурсант внимательно слушаю его пояснения.

Первый экспонат — мордатый ботан. Местный криминальный авторитет средней руки. У которого пару дней назад поломался спидер. Недолго думая, браток послал человечка за нужной железкой в порт. Сейчас борзо пялится на меня, корча из себя крутого. Сдаст всех и с потрохами, стоит остаться наедине со следователем. Мне неинтересен.

Следующий. Прыщавый и сильно замызганный шкет на вид лет шестнадцати. Исполнитель заказа. Пришел на стоянку в порт и, недолго думая, открутил искомую деталь с посольского шатла. Из-за чего тот впоследствии и разбился.

— Корабль, на котором мародерствовал, опознать сможешь?

— Серый. На дверке хрень какая-то нарисована. Типа шестеренки… — затравленно щерится малолетка.

Хрень типа шестеренки — это имперский герб, что ли?

— Надписи на борту были?

— Я, чё, на них заморачивался?! — все больше скатывался к истерике балбес.

— Неграмотный он, — все с той же невозмутимой бесстрастностью экскурсовода сообщает разведчик.

Это что ж за беспредел на Барре творился? Причем, не только последние три года….

— Так как же он по своей неграмотности нужную деталь определил? — продолжаю играть по предложенным правилам.

Вообще-то, шатл Дарта Вейдера — это не только ценные комментарии стервы-компьютера, но и воплощённая мечта параноика. От него чего открутить…. Он сам от кого хочешь, что хочешь открутит.

— Есть мнение, что местные механики помогли. За бутылку.

Широкий жест в сторону сразу трех работяг в замызганных спецовках.

— Не, не, не, гражданин темный лорд! — истово мотает головой старший. — Выпили вчера крепко. Было. Утром башка трещала так, что предстартовый осмотр сил не было проводить. Признаем. Но чтоб открутить чего. Не было такого!

Мужик свирепо косится на шкета, которого искренне считает главным виновником свалившейся на него беды. Тот злобно шипит и шмыгает носом в ответ. Ребята по причине умственной отсталости не понимают, что, по замыслу авторов этого балагана, я должен убить всех, хоть как-то причастных к инциденту? Или я чего-то не догоняю…

— Проверяли?

— Да, мой лорд. Результаты видеонаблюдения.

Мне протягивают очередной чип. Только это не видео. Отчет о сканировании памяти крысенка. Просто о моем умении тихо и незаметно для владельца головы считать мысли местные не в курсе. Так и не стоит их просвещать. Даром что ли столько лет распространяли байку о том, что ментальное вмешательство обязательно сопровождается дикими мучениями жертвы? Видео — значит видео. На котором наш злоумышленник вот в этом самом вестибюле получает увесистый пакет из рук лично гражданина Рроуса. Впрочем, тут явные следы корректировки памяти. Начинаю тихонько восстанавливать искаженное, развлекая хозяина головы разговором.

— Значит, железку тебе мужик дал?

— Ну, дал! И чё!

— Описать можешь?

— Мужик… Такой… — парень делает неопределенный жест руками, из которого следует, что мужик был круглым и… с бюстом пятого размера, что ли? Для более внятного описания у недоумка нет ни слов, ни жестов.

— Не этот? — тычу пальцем в Рроуса.

Шкет озадачено мычит, не в силах определиться. Изображение в его памяти наконец теряет четкость, превращаясь из шефа заводской охраны в магистра Кенноби. Только и это еще не последний слой. Кто-то ушлый и старину-Бена подставил. Лезу дальше. Но там зачищено гораздо тщательнее. Получилось увидеть только размытую тень. Кто-то невысокий и очень подвижный.

— Снятую железку нашли?

— Да, мой лорд. Но заводской номер не совпадает.

— Другие версии есть?

— Да, мой лорд.

На сей раз суть версии не озвучивается, а на мой планшет сбрасываются результаты аудита. Из-за которых, собственно, местное начальство и развило бешеную активность по собственному спасению. Три года назад, когда стало очевидно, что новых заказов ждать нечего, большая часть руководства завода с планеты слиняла, эвакуацией рабочих, естественно, не озаботившись. Но несколько специалистов во главе с управляющим остались. Заводик начал выполнять невесть чей заказ. Оплаченный столь щедро, что о странности работ подрядчики предпочитали не думать. А вот не думать о том, как к этой незаконной предпринимательской деятельности, да еще с использованием практически рабского труда (зарплату работникам три года не платили) отнесется новая власть, не получилось. Вот и заметались.

— Это что за народ? — киваю в сторону нескольких прилично одетых граждан без наручников.

— Диспетчер. Локатор у них, правда, толком не работает, но вроде бы видел падение челнока. Дальше бухгалтер и инженеры с «Биосистем».

Аккуратно раскидываю силовую сеть и тихо ухмыляюсь. Соседние помещения буквально кишат от любопытствующих. Тысячи полторы, не меньше. Хорошо. Уловка со злым и добрым следователем стара как мир. Но работает, хатт побери. Значит, перед тем как безопасники начнут предельно корректно опрашивать местное население, на предмет странного, (а опрашивать придётся всех подряд, потому что участникам кукловод память затер, но всегда остается кто-то незамеченный, кто видел лишнее) будет мой выход. Так, чтобы вежливость офицеров превратно не восприняли как слабость, в начале опрос основного на данный момент подозреваемого проведу лично и публично.

Правда, слушать блеяние до смерти перепуганного Рроуса нет ни малейшего желания. Силовой захват отрывает охранника от пола. Он зависает в нелепой позе в метре от земли, судорожно дергая ногами. Держу не за горло, невидимая петля сдавила корпус. При этом стараюсь ребра не ломать и периодически позволяю поизвиваться, чтоб зрители прониклись. А чтоб халтуры с моей стороны не заподозрили, организую кровотечение из носа и мокрое пятно на штанах. А гаденыш оказывается из одаренных. Совсем слегка. Уровень, на котором, даже если он и пытался поставить блок моему ментальному вторжению, то я его не заметил.

Из действительно интересного — состоявшейся позавчера разговор с управляющим и губернатором. Интересный уже тем, что все трое оказались одаренными. И всех троих охватила паника. Ощущение разверзшейся под ногами бездны. То самое, которое заставляло меня самого творить глупости. Содержание же, вообще вне всяких комментариев:

— …Надеюсь, никому не надо объяснять, что никакая информация о контракте до его завершения уйти с планеты не должна? — седой породистый старец сложил пальцы домиком и задумчиво обозрел сидящих вокруг пустого рабочего стола мужчин.

— Десять дней… Проблематично, — уныло процедил Рроус.

— А потом что? Драпать, причем рассчитывая только на себя? — губернатор Ктор, напротив, выглядел излишне возбужденным.

— Следующие десять дней мы думаем только об исполнении контракта, хотя бы потому, что, если мы этого не сделаем, бежать станет просто бессмысленно, — одернул его управляющий.

— Это-то понятно, — опять заворчал начальник охраны, — Только роют посольские почище имперских безопасников. Я сегодня их старшему взятку предложил.

— Не взял? — хмыкнул губернатор.

— Почему? Взял. Только нам это не поможет. Он из джедаев. Этих так просто не купишь.

— Тогда зачем брал? — озадаченно потер нос Ктор.

— Чтоб мы раньше времени не заволновались.

— Точно джедай? — поднял бровь старец-управляющий.

— Да. Я эту сволочь чувствовать обучен.

— Значит, меры требуются неординарные. Завтра отгрузим последнюю порцию супербакты, после чего следует уничтожить цех со всем оборудованием. И со всеми, кто на нем работал. Стопроцентную явку я обеспечу, А вы, Ктор, проведайте орбитальную артиллерийскую платформу. Что-то она давно в законсервированном виде без дела висит. Надеюсь, герой Сопротивления не промахнется?

— Не промахнусь, — зло огрызнулся вдруг охрипший губернатор. — Шахту тоже, того? …

— Нет. туда уже прибыли заказчики. Наша задача просто не привлекать к ней внимание. А вот не в меру пронырливых и принципиальных ревизоров ждет несчастный случай. Рроус?

— Там джедай. Да и остальные, особенно баба-посол — одаренные.

— Бабу, я думаю, можно не трогать. Она — фигура явно протокольная. Насколько я понял, жена известного генерала Альянса. К тому же с ней ребенок, а это к излишним подвигам не располагает. С остальными справитесь?

Рроуc мрачно, но невнятно ворчит.

— Один мой знакомый сильно интересуется как раз этой Соло. Думаю, в обмен на возможность пообщаться с ней поближе, он поможет решить проблему и с остальными, — задумчиво отозвался губернатор.

— Это который в пещерах трется? — чуть брезгливо морщится Рроус. — Хотя…. этот справится. Только упаси нас Сила после этого попасть на глаза новым властям галактики.

— Можно подумать, нам сейчас ордена выдать собираются. Господин бывший имперский офицер помнит, как в Империи поступали с сепаратистами? А Союз этот, я так понял, мало чем отличается от Империи, — нервно, на грани истерики захохотал Ктор.

— Прекратили истерить оба! — рявкнул старец. — План представляется разумным, но требует всеобщего согласия. Итак?

— Другого варианта не вижу. Согласен. — не стал тянуть банту за хобот Рроус.

— Можно подумать, у нас есть выбор. Согласен. — как-то вдруг успокоился и, словно стал меньше ростом Клор…

Вот, значит, как… Варианта другого у тебя не было? Усиливаю захват так, что жертва начинает хрипеть и корчится. Поняв, что у задержанного ломаются ребра, отпускаю захват и швыряю бессознательное тело в руки штурмовиков.

— Продолжу на «Исполнителе».

Действительно, в памяти засранца стоит покопаться основательнее. На информации о координатах шахты, контракте и его заказчиках стоит очень серьезный блок. На воспоминаниях о компании в пещерах — тоже, но послабее. Или мне просто дали увидеть тень Оби-Вана Кеноби. Надо разбираться. Благо, до часа Х еще целая неделя.

Задумчиво поворачиваюсь к прочим арестованным и задержанным. От меня в ужасе шарахаются. Едва не за спины штурмовикам прячутся. Реакция правильная: не хочешь общаться со мной, веди себя конструктивно со следователем-безопасником. Только для реализации пока не сильно разошедшихся с реальностью планов мне еще пара человечков из местных понадобится. Желательно со способностями одаренного.

Первый — мальчишка. Просто потому что нечего ему здесь делать. Силы в нем особо нет, но коли выжил в этой клоаке, значит удача и интуиция при нем. Только против захвативших делегацию я постараюсь его не использовать. Потому что все роли там будут с заведомо летальным исходом.

Для этого у меня гражданин Рроус имеется. Только, чует мое сердце, один он не справится — помрет гад раньше времени. Дублер требуется. Мое чувство справедливости вопит о том, что им должен стать губернатор. Но это если он до сих пор на орбитальной платформе сидит. А это едва ли.

Бандюка-ботана прихватить, что ли? Тот улавливает мой плотоядный интерес и впадает в форменную истерику на тему: «Не виноватая я, он сам пришел». Понятливый. Только зеваки ему сочувствуют. Когда я над начальником заводской охраны глумился, злорадствовали. А сейчас…. Ботан наш, по всему видать, бандит правильный: порядок на квартале держит и понятия чтит. Сам живет и другим жить дает. В городе, где даже криминальный заработок еще найти надо, того, кто дает работу, люди уважают. Переть против общественного мнения я пока не готов. Да и судя по воплям перепуганного ботана, он просто высказал пожелание купить железку, а конкретно мародерствовать никого не посылал. Вроде, не врет. Так что пусть живет.

Даю знак увести малолетнего злоумышленника, а остальным — три минуты, чтоб очистили помещение. Второе исполнено с энтузиазмом. Штурмовики через весь немаленький зал прилетов за ботаном гнались, чтоб казенные наручники снять.

С первым же возникло осложнение. Понявший, что его ведут к челноку, парень начал орать и выдираться с просто запредельным отчаянием. Можно подумать, в его теперешней жизни есть хоть что-то, о потере чего следует сожалеть. Ну, разве что за исключением самой жизни. Стоп. Вижу. Рабский чип — вживленная в тело на неизвлекаемость: дрянь, убивающая раба, стоит тому слишком удалиться от предписанного места пребывания. Сам с такой до десяти лет ходил, знаю. Вот только, как всякая электроника, встречи с Молнией Силы чип не переживет. Молнии у меня так себе получаются. Но спалить «жучка» хватило. Парень коротко взвизгивает и отключается. Волокущие его штурмовики неодобрительно косятся в мою сторону, потом — на дымящиеся штаны своего обмякшего в их руках подопечного. Но решают, что учить темного лорда гуманизму глупо, а огнетушитель не нужен, и продолжают погрузку наконец притихшего тела.

* * *

— Итак, господа, теперь обсудим ситуацию без свидетелей.

В зале для совещаний на борту «Исполнителя» собрались старшие офицеры службы безопасности. Работавший в составе посольства капитан поднимается первым.

— В целом картина вырисовывается следующая. Три года назад в начале смуты руководству завода сделали некое предложение. Заказ на большую партию биологически активной субстанции органического происхождения. Точную формулу на Барре выяснить едва ли удастся: все люди и материалы погибли во время взрыва. Но судя по всему, нечто близкое к веществу для мишеней суперлазера «Звезды Смерти» Есть смысл поискать тех, кто улетел вначале кризиса. По некоторым данным интересное предложение было сделано еще до массового отъезда специалистов. Возможно, эти люди смогут прояснить ситуацию. Далее, готовый продукт вывозился в автоматических цистернах на некую шахту. Координаты неизвестны, но по времени перелета где-то на соседнем полушарии. Вещество здорово разъедает тару. Рабочие вспомогательных цехов после каждого рейса меняли внутреннее покрытие.

— Сами цистерны не захватили?

— Нет. В последний рейс ушли все борта. Обнаружить саму шахту с орбиты пока не удалось. Дело времени, найдем. Но через семь дней произойдет нечто, что является целью всех работ.

— Придет транспорт за товаром?

— Едва ли. Мимо эскадры на орбите не проскочишь. Пробиваться с боем? Без комментариев. Да и ситуация на орбите никого особо не волнует.

— Все должно произойти на планете, — вступил в разговор прибывший с эскадрой эксперт. — Большая масса биоактивного органического вещества. Около него некоторое время находятся заказчики и, возможно, как-то на него воздействуют. Испытание нового оружия: биологического или бактериологического.

— Информация о заказчиках?

— Толком никакой. Расплатились с руководством планеты они драгоценными камнями, добытыми едва ли не по всей галактике. Дома у всех троих найдены от полутора до двух с половиной килограмм. Очень хорошего качества камешки. Можно попробовать отследить, кто и когда их покупал.

— Долго, — покачал головой эксперт.

— Согласен, — отозвался разведчик. — Еще один след имеется. В горах, километрах в двухстах от завода вроде бы возникло некое поселение с джедаем во главе.

Смотрю на точку на карте и киваю. Угнанный шатл там. И в воспоминаниях Рроуса видно, что в ночь перед исчезновением он летал куда-то в тот район за группой захвата, которую отвез в порт.

— Пользуясь способностями одаренных, злоумышленники проникли на челнок и захватили его экипаж и пассажиров. Долетев до завода, дождались, пока губернатор Клор нанесет с орбиты удар по цехам, и, резко снизившись, вышли из зоны видимости местного полудохлого радара и сели в горах. Только непонятно, является ли эта группа теми самыми заказчиками супербакты или это случайное пересечение двух отдельных процессов.

— Полагаю — два, — потер переносицу эксперт. — Джедай — второй слой после местных, отвлекшись на который мы потеряем время. Есть ощущение, что информацию о джедае нам аккуратно подкидывают. Местных подставили грубо и незатейливо. Надеялись, что вы, милорд, в порыве гнева их просто придушите, убрав хоть что-то видевших свидетелей. Мимо истории с адептом светлой стороны Силы точно не пройдете.

Психологи, блин. Только о моем поведении они судят по страшным байкам о кровожадном ситхе, которыми сепаратисты фермеров пугали. Убить, не допросив, я мог первых три года после Мустафара. Потом Дарт Сидиус отучил. Ситхская педагогика — штука эффективная. Правда, походит больше на дрессировку, где много-много кнута и сушеные пряники исключительно на День Империи.

Кстати о педагогике. Упертый Бен украл моего внука ради третьей попытки воспитания Скайуокера?

Аккуратно касаюсь нити, связывающей меня с ребенком. Малыш капризничает на руках у пытающейся его укачать Леи. Поддавшись порыву, (ситх я, в конце концов, или кто?) посылаю волну тепла и уверенности в ответ. Помогает не очень: дедову любовь опознали и обрадовались, но чистый подгузник не заменит и она. Мою активность уловила и Лея, перестала просто успокаивающе мурлыкать сыну и запела.

— Баю-бай, баю- бай,

Тут в горах живет джедай.

Скоро дедушка придет,

И разгонит этот цирк

Баю-бай, баю-бай,

Поскорее засыпай,

Йода спит, Кеноби спит.

Мой малыш один кричит.

С сожалением разрываю связь. На редкость содержательная колыбельная у дочи получилась. Значит, не только Оби-Ван, но и Йода пожаловал? Ну-ну….

— Наши дальнейшие действия, мой лорд? — голос разведчика возвращает меня на борт «Исполнителя».

— Вокруг горских джедаев разворачиваем явную активность. Но, если ситуация сохранит стабильность, заложников освобождаем не раньше, чем через три дня. Координаты шахты я из башки Рроуса сегодня выковырну. После чего, наблюдать очень осторожно. Параллельно массовый сбор информации с населения. Людей готовить к срочной эвакуации. Если успеем вывести всех до часа Хы, есть смысл дать противнику активировать свою поделку. Вдруг что интересное получится. В конце концов, силами группы «Исполнителя» мы любую органику с поверхности выжжем. Спасибо, господа, о любых изменениях обстановки докладывать немедленно.

В камеру к Рроусу я не тороплюсь. Война — войной, а обед по расписанию. Если серьезно, даю следователю время зафиксировать показания в протоколе. Больше, чем я прочел, он едва ли вспомнит. Да и, чует мое сердце, судебной перспективы у дела нет. Но официальный протокол пусть будет. Кроме того, несколько часов допроса, пусть без мордобоя, но со специалистом, умеющим задавать правильные вопросы, настроит клиента на нужный лад.

Начнем с вороватого малолетки. Особых проблем с ним не возникнет. Он, как бездомная дворняжка, побежит за всяким, кто накормит и обогреет. Нужно только немного терпения, чтобы растопить лед недоверия. Парень может и не гигант мысли, но простую житейскую мудрость о том, где хранится бесплатный сыр, он усвоил. Как и то, что сильным мира сего такие, как он, нужны исключительно как одноразовый расходный материал. Нет, слов он таких просто не знает. Но от тех, кто сильнее, предпочитает держаться подальше.

Некоторое время наблюдаю за парнем на мониторе видеонаблюдения. Тот помылся и переоделся в чистое. Правда. ограничился одними штанами, демонстрируя миру тощий торс с признаками сколиоза, незамысловатую воровскую татуировку на плече и свежие следы от ударов палкой на спине. Остальную одежду небрежно бросил на стул.

Я начал смотреть, когда тот заканчивал обедать. Не особо заморачиваясь столовыми приборами лопает через край. С сожалением отставляет опустевшую посуду в сторону, вытирает рот руками, а руки об штаны и, не убрав одноразовую тару со стола, заваливается на кровать. При этом пребывает в состоянии полного довольства. Еще бы, коли байка про то, что имперская тюрьма — это место, где тебя держат в теплом помещении, а иногда еще и кормят, оказалось правдой. Он-то в эти рассказни не особо верил. Особенно когда зимой, попавшись на краже, плелся из участка с исполосованной в кровь спиной в поисках норы, где можно отлежаться и не замерзнуть. А тут — красота. С этой немудрящей мыслью наш счастливчик начал погружаться в сон.

Стоило мне только появиться в дверях, как его с кровати будто ветром сдуло. Метнулся в дальний угол, словно зверек в клетке. Хотя, почему словно? Напуганный и агрессивный зверек и есть.

— Свинарник за собой убрал. Живо.

— А чё? Тебе какое дело?

— Мне никакого. Но адмирал узнает — прибьёт. Ему проще тебя за борт выкинуть, чем тараканов на звездолёте травить.

Пацан язык прикусил и объедки со стола в утилизатор выбросил. Даже одежду на стуле более аккуратно развесить попытался. Правда, потом на этот же стул и уселся. Кособоко уселся на краешек, стараясь не прислоняться к спинке спиной.

— Как зовут?

— Фоня.

— Имя или кликуха?

Фоня невразумительно мычит. Особой разницы между первым и вторым он не видит. Ну. пусть пока будет Фоней.

— Расскажи-ка мне, Фоня, за что тебя так отоварили?

— Спалился я третьего дня… — парень слезливо засопел, давя на жалость.

Но меня интересовали подробности.

— На чем?

— Да, считай, ни на чем! На спидере. Я, может, просто покататься хотел….

— Дальше?

— А чё дальше! Он заглох. Тут заводская охранка налетела. Ввалили как за кражу. А чего я украл-то? Просто проехал!

— Это закон здесь такой что ли? — уточняю очевидное.

— Ага! Чуть что не по их, сразу за палки. Хорошо, если нормальный охранник. Отлупит, но переночевать в обезьяннике оставит. Особенно зимой. А весной попадаться вообще нельзя. Фермерам продадут запросто.

— Почему весной?

— Так зачем фермеру на зиму глядя батраки? Они тех, кого весной купили, осенью на все четыре стороны выгоняют, чтоб зря не кормить.

— Куда же они деваются?

— Кто на корм зверям по дороге не попадет, в город возвращается. Куда ж еще. На заводе-то местов свободных на нас не припасено.

— Значит, фермеры рабами обзавелись, а власти что?

— Так я ж говорю! Они сами людей фермерам и продают. Для них все, кто не на заводе ишачит, и не люди вроде. Ладно, когда за дело взяли, а то просто людей на улице хватают и везут куда-то. Болтают, звездолет строить. Чтоб начальство на нем убёгло. Только может и врут, потому как оттуда никто назад не возвращался.

— А на заводе хорошо, значит?

— Ага! Живут отдельно в казарме, жрут два раза в день. Только там строго, жуть. На первый раз, если повезет, отлупят, а то и с первого раза за ворота выгонят

— И чем это лучше, чем батрачить на фермера? По-моему — ничем.

— Ну, ты, дядь, сказал! — растерянно фыркнул Фоня, в чей незатуманенный мыслями мозг подобные идеи не забредали.

Что-то у меня к гражданам Клору и Рроусу все больше вопросов общефилософского порядка образуется. Это чего же они тут вытворяли, если труд за миску баланды и место в бараке с побоями в качестве основного стимула считается престижным?! И как глумятся над рабами новоявленные латифундисты, если на их фоне завод — это край обетованный.

Мои размышления прервал заскучавший шкет.

— Дядь, закурить есть?

Он, что совсем не соображает, с кем разговаривает? И вообще, как себе представляет курящего Дарта Вейдера? Или благодаря пропаганде Альянса, по мнению местных детей, я — сосредоточение вообще всех пороков, включая и курение….

— Тебе может еще и спайса принести?

— А чё, есть? — глаза парня подозрительно заблестели.

— Употребляешь?

— Дорого, — обиженно вздыхает Фоня. — Я все больше насвай.

— Вот бантиного навоза на борту точно нет. И вообще, не советую. Адмирал не одобряет.

— Совсем? — опасливо уточняет шкет. — А если у меня ломка?

— За борт, чтоб не мучился.

Парень слезливо сопит, а я наслаждаюсь эффектом: Пиетт в глазах юного баррца становится монстром, почище ситхов.

— Ладно сопли пускать-то. На «Исполнителе» народу больше чем на всей вашей планете. И ничего, живут без насвая.

— И чё, никак?...

— Нет. Давай-ка дальше рассказывай, как рабским чипом обзавелся.

— Ну, эта… Подъехал начальник охранки с мужиком. Мужик деньги отслюнявил. Начальник велел своим чип вшить.

При этом в памяти мальчишки в начальнике легко узнавался Рроус, а под мужиком — неужели Бен Кеноби? Или опять многослойный фантом?

На месте гражданина Рроуса я бы застрелился, как только «Исполнитель» из гипера вышел. Вся галактика знает, как нежно Дарт Вейдер «любит» работорговцев. Почти также, как джедаев. И на что он надеется? Образу конченной мрази несколько мешал безупречный послужной список офицера СИБ и история с дочерью погибшего знакомого, которую родня с наследством обжулить пыталась. Значит, пока было государство, держащее жесткие рамки в том числе и моральные, мы — его добропорядочные служащие. А если закона нет — так теперь гуляй, все можно? Все, догулялся. Но с этим чуть позже.

— Чего мужик от тебя хотел?

— Хотел, чтоб сходил к Воге-ботану и сказал, что могу достать то, что ему нужно. Потом покрутиться у порта. Забрать у какого-то хмыря железку и отнести Воге.

— Потом?

— Про потом ничего не сказал. только если я далеко от порта уйду, чип взорвется на фиг.

— Держи. На память. Если хочешь.

Кладу на стол деформированную пластину чипа, извлеченного из-под кожи Фони. Тот аж затрясся, швырнув детальку в утилизатор. Я его понимаю.

— А теперь надевай рубаху и пошли знакомиться с хозяином корабля адмиралом Пиеттом.

— Может, не надо?

Паренек вовсе не горел желанием знакомиться с некурящим и чистоплотным ненавистником тараканов. Но придется. Мне возиться с парнем некогда, а лечить, учить, к делу пристраивать его надо. Для эскадры пока работы нет. Вот пусть Фирмус голову над этой задачкой поломает.

* * *

Теперь черед гражданина Рроуса. Следователи с ним закончили. Уже заждался меня, небось. Опять начиная с видеонаблюдения. Жестко зафиксированный по рукам и ногам человек внешне спокоен. Лицо застыло, словно маска равнодушного и злого туземного божка. Показательно то, что злится главным образом на себя. Не раскаивается, а клянет себя за глупость и жадность. Которые, по его мнению, заключаются вовсе не в том, что три года назад он, в отличие от многих, согласился участвовать в сомнительном деле. Гонорар того стоил. Особенно в условиях, когда государство рухнуло, и податься бывшему офицеру службы безопасности оказалось просто некуда. Сожалеет он сейчас о том, что вовремя не свалил. Уходить с планеты надо было недели две назад, пока все тихо было. Нет, понадеялся на авось и последнюю часть гонорара. Теперь его жизнь и смерть всецело в руках киборга. Так что о чем-то вроде правосудия и думать глупо. Одна надежда — ситх психанет и убьет пусть мучительно, но быстро…

Угу, щаз. Блажен, кто верует. И вообще, настроение неправильное: меня надо бояться, желательно панически, а злиться следует на втравивших его в это дело, но остающихся на воле подельников. Ну, это-то мы сейчас обеспечим.

Только настрой у меня сегодня нерабочий. Что-то я не сильно психую по поводу похищения дочери и внука? Или выжег все излишки Силы, сломав пару ребер и подпалив одни штаны? А я ведь уже три года толком ни на ком не вызверивался. Только сообразил. И сейчас куража особо нет. А ведь передо мной стоит человек, фактически продавший джедаям моих близких. Работорговец. Бывший офицер Империи, изменивший присяге. Я ничего не забыл? Без толку, не разбирает. А убивать человека без ненависти, равнодушно, как-то слишком по-джедайски. Неправильно.

Обхожу вокруг массивной металлической рамы посреди камеры, к которой прикован арестованный. От него идут волны страха и обреченности. Все, что знал, он рассказал следователю. Резона молчать или выгораживать гниду-Клора нет. Значит, теперь просто объект садистских развлечений ситха. Коли угораздило перейти дорогу лично Вейдеру, глупо надеяться на то, что сотрудничество со следствием тебе хоть как-то поможет. Разумно рассуждает, гад. От вида молча нарезающего круги, словно акула вокруг добычи, черного гиганта жертву все больше охватывает паника. Вот только у меня рабочего куража как не было, так и нет.

Ладно, попробуем по-другому. Молния Силы у меня сегодня вышла просто на редкость коряво. А все от отсутствия должной тренировки. Как говорил покойный Дарт Сидиус, талант — это на десять процентов дар Силы и на девяносто — тяжелый и упорный труд. Но у меня сроду то времени нет, то терпения, то подходящей живой мишени (хотя. последнее — явная отговорка с моей стороны). И тут вдруг нашелся час-другой для упорного для меня и тяжелого для мишени труда. Никакой ярости, просто расходный материал для тренировки.

В камере воняет озоном и паленым. Все-таки я не понимаю, зачем древние придумали Молнию Силы. Выглядит эффектно, кто ж спорит. Только убить с ее помощью с первого удара не могли даже такие признанные мастера этой техники как владыка Сидиус и мастер Винду. Куда уж некоторым темным лордам. Час пашу как свеча зажигания, у самого на пальцах ожоги, а жертва не только коньки не отбросила, но и сознание толком не потеряла. Не было б маски, сплюнул бы с досады. Но вытирать плевок своей же мордой глупо.

Так что плюю смачно, но мысленно и принимаюсь скручивать силовой жгут. Никаких спецэффектов, (если не смотреть, во что превращается под его ударами тело избиваемого), зато остановка сердца от болевого шока имеет место быть меньше чем через десять минут. Отгоняю выскочившего из угла меддроида. У меня есть полторы — две минуты, пока вымотанный болью и страхом, а теперь еще и оставшийся без кислорода мозг начнет отключать все чужеродное. Прежде всего — блоки на памяти.

О сути проекта — какие-то ошметки, об этом Рроус и правда, ничего толком не знает. Есть координаты шахты. Кстати, это не совсем шахта. Скорее, скважина чуть ли не до ядра планеты, в которую сливалась супербакта. Рожа Оби-Вана Кеноби во всей красе. И еще что-то ускользающее, неуловимое.

Все. Уступаю место меддроиду.

В камере тихо. Только тяжелое, хриплое дыхание безвольно повисшего Рроуса. В сознание он практически пришел. Хотя, взгляд пустой, разве что бесконечно усталый: ни на страх, ни на ненависть сил нет. Да и в голове как у заправского шизофреника реальные воспоминания роятся наравне с наведенными. Он сам не понимает где явь, где бред. Мне и подавно не разобраться.

Был бы под рукой гражданин Клор, сравнительный анализ воспоминаний двух фигурантов мог оказаться весьма продуктивным. Но бывший губернатор мастерки прячется где-то в бескрайней Баррской тайге. Придется его подельнику за двоих отдуваться. Ничего не поделаешь, к несчастью Рроуса, я владею очень скромным набором ментальных техник. Ну не учили меня этому толком. В представлении Совета джедаев равновесие в Силе — это когда Избранный перережет последних ситхов. К этому и готовили. А брать пленных не планировалось.

Делаю шаг в сторону арестованного. Одного этого хватило, чтобы тот задергался, отчаянно пытаясь вжаться в угол потемнее.

— Как думаете, Рроус, когда человек дольше проживет, если кожу с живого содрать или поджарить?

Ответа я, естественно, не получаю. Зато от ступора и следа не осталось. Ужас в чистом виде.

— При наличии стимуляторов часа три в обоих случаях протянет; — мы оба бросаем взгляд на затихшего было дроида: — А сколько интересного можно узнать за это время… Вы даже не представляете.

Поняв, что в пеший сексуальный тур меня не пошлют, коротко бью кулаком под дых. Едва живому человеку этого хватило. Коварно зависший под потолком дроид камнем пикирует на пациента. Я не возражаю: вторая клиническая смерть подряд даже минуты форы мне не оставляет. Пока электронный хитрец занимается реанимацией, продолжаю присматривать за мозгами подопытного. В таком пограничном состоянии оттуда иной раз много чего интересного вылезти может. Вот, накаркал! Блок на памяти не только не исчезает, а восстанавливается гораздо раньше родных систем организма. И что-то мне подсказывает, теперь блок не отключится раньше момента, когда от трупа ощутимо завоняет. Это кто у нас такой рукодельный? Честно говоря, я знаю очень немногих из ныне живущих, кто умеет такое.

Убеждаюсь, что больной скорее жив, чем мертв, и удаляюсь.

Поднимаюсь к безопасникам. Сбрасываю координаты шахты. Кардинально, ничего нового. Накопление данных идет успешно, но ничего, что требовало бы немедленного реагирования или изменения наших планов.