Ян и его драконы. Беспокойный замок (джен)

Ян отхлебывал горячий грог, наблюдая, как местный врач обрабатывает его ногу.

— Как ты с такой раной-то шёл? — бурчал врач и недоуменно сводил брови. — И почему ткани такие светлые? Должна же ещё кровь сочиться?

В кабинете Каранта ярко горел очаг. Две девушки скромно топтались возле огня, попивая из кружек что-то горячее. Ян искренне надеялся, что не грог. Карант внимательно разглядывал всю их компанию. Наконец врач закончил и, поклонившись капитану, вышел.

— Так что случилось? — обратился он к Яну.

Тот неопределённо пожал плечами, осторожно спуская ногу на пол.

— Лес, волки... — Ян поднял глаза. — Всех зайцев перерезали? Чего они злые-то тут такие? Людей не боятся...

— Военное положение, — Карант поморщился. — Мы с крепости почти не выходим. Вот и обнаглели.

Ян встал и прошёлся. Нога болела, но терпеть было можно. Шпиль было дёрнулась к нему, но передумала и осталась на месте. Он одобрительно кивнул.

— А чего ты в моём лесу забыл?

— Девушку спасал, — Ян весело оскалился. — А ты думал?

— Угу, — фыркнул Карант. — Герой. А конь где? Белый?

— Его Ребус съел, — Ян улыбнулся ещё шире.

— Я бы даже не удивился, если бы так оно и было, — капитан тоже улыбнулся. — Так что за девушки с тобой? Та рыжая чуть стража одного не зарезала...

Ян удивлённо посмотрел на драконов. Кензи смущённо опустила глаза.

— Это она не со зла, — пожал плечами Ян.

— Со всей добротой? Быстро и чисто, чтобы не мучился? — съязвил Карант. — Так кто они?

— Хорошие люди, — снова попытался уйти от вопроса Ян.

Карант вздохнул и решил не настаивать.

— Ладно. Я приказал вам комнату приготовить. Одну на всех. Не возражаешь? — Ян покачал головой, а Карант скептически приподнял бровь и едва заметно хмыкнул. — И одежду для девушек. Тебе штаны подыскать?

— Я бы сказал, что сейчас так модно, с дырой, только сезон у вас не тот... Так что да. — Ян улыбнулся и протянул руку Каранту. — Спасибо.

Махнул девушкам и пошёл к выходу. Капитан ещё смотрел какое-то время им вслед, чему-то задумчиво улыбаясь...

* * *

Тень совершенно не спасала от жары. Робин устало прислонился к валуну и, сняв сапог, высыпал оттуда песок. Песок — ещё одна проблема, кроме жары и отсутствия воды. Песок был во всех местах, и все места от этого чесались. Джона, прикрыв глаза, сидела рядом; хриплое дыхание с трудом вырывалось наружу. Робин всё ещё был уверен, что поступил правильно. Но с каждым шагом уверенность таяла.

Он оперся о стену, чтобы встать, и тут же отдёрнул руку.

— Ой! — он зло пнул несчастное растение, так некстати попавшее ему под руку. — Чёртов кактус!

Кусок колючей ветки, оторванный его сапогом, отлетел в сторону, разбрызгивая вокруг капли воды. Робин внимательней осмотрел слом — он был влажный. Обмакнув пальцы, поднёс к губам.

— Стой! — схватив его за руку, остановила Джона. — А если ядовито?

— Думаешь, колючек немногочисленным местным зверюшкам будет мало, чтобы держаться подальше?

Он поднёс руку к носу и понюхал. Влага уже испарилась. Запаха не было. Он снова поковырялся в кактусе и на этот раз лизнул. На вкус немного отличается, но это была вода! Он достал пустую флягу и ножик. Обрезая колючки и выжимая куски, наполнил. Отхлебнул. Вполне... Протянул Джоне.

Та нахмурилась, но тоже сделала глоток, а потом жадно присосалась. Робин усмехнулся.

— Пусть так, — наконец она напилась и протянула почти пустую флягу обратно. — Но ты всё равно дурак!

— Это я уже запомнил, — он снова вернулся к кактусу и пустым флягам. — Теперь хотелось бы узнать подробности.

— Камень отдал! — словно это всё объясняло, снова повторила она.

— И что? — он пожал плечами. — Можно подумать, без него Малис пушистый зайка.

— Нет, — Джона устало потёрла переносицу. — Но он был там один. А теперь может позвать других драконов. Много.

— И что? — снова пожал плечами Робин. — Чтобы много разрушить, хватит и одного... Что вообще Малису тут нужно?

— Драконы Яна.

— Ты же говоришь, у него и так своих полно? — Джона кивнула. — Так зачем столько усилий ещё ради четверых?

— Они особенные, — Джона вздохнула и села. — Теперь уже всё равно, можно и рассказать. Малис очень давно пытался вывести, — на этом слове она поморщилась, — драконов с такими же силами... способностями, как у него. И вот наконец у него почти получилось...

— Почти? — Робин вопросительно приподнял бровь.

— Ну, силы у дракончиков было много, но не все сразу, как он хотел, а у каждого свои. Но тем не менее это была удача. Он собирался вырастить их сам, — Джона задумчиво посмотрела вдаль. — Знаешь, как это? Верность... почтение... долг... любовь...

Она замолчала. Робин тоже молчал и ждал.

— В общем, он отобрал их у семей, — Джона встала. — Те были сильно против и взбунтовались. Пока он наводил порядок, отправил малышей с нянькой сюда. А когда освободился, драконов уже не было. И след затерялся. Он был жутко зол, — девушка снова замолчала; явно воспоминания не приносили ей удовольствие. — А когда наконец нашёл малышей, оказалось, что кто-то уже занял его место... И просто так забрать не выйдет. Сначала он хотел подружиться и уговорить со временем дракончиков вернуться на родину... Но вот времени-то ему и не дали. Тогда он решил убить Яна и воспользоваться растерянностью и горем дракончиков, но и это не получилось. Поэтому он просто накормил их зельем, ускоряющим рост... Сейчас это уже должны быть почти взрослые драконы.

— Взрослые? — Робин пытался уложить это всё в голове.

— Почти, — Джона снова вздохнула. — У подростков весьма гибкое мировоззрение и неустоявшиеся предпочтения. С его-то опытом несложно перевернуть в их глазах всё с ног на голову. Так что ещё может получиться... уговорить. Малис очень не хочет ИХ принуждать. Но времени не сильно много...

— Дела...

— Угу, — она кивнула. — Если по-хорошему снова не получится, Малис призовёт драконов из долины. И будет убивать до тех пор, пока не вынудит этих четверых уйти с ним. А эта ваша война лишь удобное прикрытие и возможность повернуть историю в нужное русло... Вместо узурпатора — благодетель... Или даже спаситель...

Робин нахмурился и зашарил по карманам; наконец, довольно улыбнувшись, вытащил маленький пузырёк с тёмной клубящейся жидкостью. Продемонстрировал Джоне.

— Тропа! Надо рассказать Яну, — он потянулся, чтобы откупорить. Джона вскочила и отобрала бутылочку.

— С ума сошёл?! Тут ни капли магии вокруг! — она спрятала её и покачала головой. — Растянет по кусочкам вдоль всей тропы. Вот точно дурак!

Робин почесал затылок.

— А где есть?

Джона покрутила головой и показала на северо-запад.

— Там.

Робин прицепил фляги и стряхнул песок.

— Вставай. Значит, нам туда.

* * *

Кензи ворочалась с боку на бок... И Ян, и Шпилька уже спали. Оно и понятно — после пережитого. А вот ей никак это не удавалось. Наконец она села. Потом прошлась по комнате и оделась. Штаны, высокие сапоги, камзольчик и шапочка с полосатым пером, куда она с трудом запихала свои кудри. Ян сказал, что в этом они похожи на мальчиков-пажей, в большом количестве снующих по крепости. Ну что ж, тем лучше...

Их разместили на втором этаже центральной башни. Кензи выскользнула за дверь и прислушалась: сверху шумели мужчины, там была вроде бы оружейная. То ли спорили, то ли игра у них такая... Девушка не стала разбираться, а решила осмотреть двор.

Двор был прибран, но везде была грязь пополам со льдом, за день растоптанная сапогами, которая быстро смерзалась. Где-то недалеко ржали кони. Кензи свернула туда — надо проверить Ясноглазку.

Найдя её в большой конюшне, она почесала той за ухом. Лошадь фыркнула и зашарила мордой по одежде девушки. Та мягко её отстранила:

— Прости, подруга... Сахара нет.

Лошадь снова фыркнула. В этот раз обиженно, и дёрнула ушами. Кензи тоже. По воздуху плыл звон. Девушка вышла во двор. Звон шёл с колокольни большого здания возле самой ближней к лесу стены. Кензи решила посмотреть поближе.

Церковь была старая, даже старше крепости. Поэтому и показалась ей такой нелепой тут. Кензи задрала голову: высокие шпили тянулись к небу, острые окна ловили последние блики заката, перекидывая их по разноцветным стёклам. Колокола набрали силу, грохотом звеня в ушах. Вдруг кто-то схватил её за мантию. Она вздрогнула и, подпрыгнув, посмотрела вниз. Сухой скрючившийся старик со злостью смотрел на неё и требовательно тряс:

— Подай!

Кензи сделала шаг в сторону и попыталась вытянуть ткань из его рук.

— Подай! — снова требовательно и зло зашипел старик.

Высокий толстый монах, возникший прямо за ними, не менее зло пнул хрупкое тело. Тот дёрнулся, но не отлетел вопреки её ожиданиям, а лишь перевёл глаза на монаха.

— Оборотни! — вытянул указательный палец в сторону монаха старик. — Вы все тут оборотни! — он зло плюнул и заковылял прочь.

— И откуда они только берутся тут? Лес же вокруг, — покачал головой монах, глядя вслед старику, потом повернулся к Кензи и нахмурился. — А ты чего тут забыл? Ночь уже. А ну марш в спальни!

Кензи растерянно смотрела на него, пятясь назад. Монах снова крякнул, покачал головой и вернулся в церковь. Кензи обо что-то споткнулась и полетела на землю, больно ударившись пятой точкой.

— Вот ой! — всё было слишком не так.

Она стукнула со злостью кулаками и посмотрела на старый, почти ушедший в землю столб, который и был причиной столь неприятного падения. Камень был странным. Она встала и осмотрела его поближе. На столбике были руны... Ну, наверное, руны — возможно, почти стёртые... Она внимательно их посмотрела и дотронулась. Значки засветились под её пальцами. Три в ряд: красный, красный, зелёный... Она тронула их снова, в другом порядке. Теперь зелёный был вторым. Ей стало интересно; она тыкала в значки, пока они все не стали зелёными... Что-то щёлкнуло, и столб ушёл в землю. Кензи нахмурилась и посмотрела вокруг — в паре метров по окружности от церкви стоял ещё такой столб.

Она подошла к нему; там были такие же руны. Она протыкала пальцами — снова зелёный, и снова щелчок. Второй столб тоже ушёл в землю. А в паре метров дальше торчал третий... Сделав почти окружность, она прошла восемь столбов и остановилась перед девятым. Он был сломан прямо посередине второй руны. Ну вот! Она теперь так и не узнает, зачем тут они?!

Кензи закусила губу и топнула от досады. Но странные столбы слишком прочно засели ей в голову, и сдаваться сразу она не хотела. Попробовала дотронуться до рун — они послушно вспыхивали под её пальцами. Может, отвалившийся кусок где-то рядом? Она осмотрелась и пошарилась в сухой траве. Пальцы натыкались на камни, но всё было не то; вдруг один вспыхнул. Она взяла его и вернулась к столбику. Пристроила сверху и забегала по нему пальцами... Значки светились зелёным, но щелчка не было. Кензи снова нахмурилась и, подойдя к столбу, нажала на него сверху обеими руками:

— Ну же! Ну давай!

Слом вспыхнул зелёным и с громким щелчком ушёл под землю. Повисла тишина...

— И всё? — Кензи разочарованно вздохнула.

Вдруг земля чуть дрогнула, и она почувствовала, как воздух наэлектризовался; из-под земли вырвалась магия, на месте столбов фонтанами взлетая к небу.

Она посмотрела вверх — накапливаясь там, магия стекала вниз, образуя купол, на пару метров не доходящий до земли...

— Тьфу, — она сплюнула и потёрла нос. — Просто барьер... А интриги-то развели.

Кензи зевнула и внезапно поняла, что очень устала. Пора бы и тоже поспать...

* * *

Шпиль проснулась внезапно, будто кто-то её стукнул. Она резко села. Вокруг всё было слишком чётким, наполненным. Она прислушалась к себе и поняла: магия вернулась! Вернее, не вернулась — она вспомнила слова Меуса — просто больше не было стены. В голову пришла мысль: «А может, и летать она теперь тоже сможет?»

Она вскочила на ноги, надо срочно проверить. С досадой посмотрела на пустое место рядом — Кензи не было. Перевела взгляд напротив — Ян спал. Внезапно он вздрогнул во сне и поморщился.

«Нога! Всё ещё болит...» — Шпиль тихонько подошла к нему и протянула руки. — «Теперь она сможет».

Послушно отзываясь её пальцам, потоки устремились к ноге, проникая внутрь и восстанавливая ткани... Ян заёрзал. Тогда Шпиль решила, что сначала пациента неплохо бы усыпить получше, и найти нож!

Грубо наложенные швы мешали регенерации, сначала надо их срезать и убрать отмершие ткани. Несмотря на усыпляющее заклинание, Ян всё равно дёргался, когда она разрезала нитки. Было непросто, по-другому, чем когда дракон, но приятно. Закончив, она устало вздохнула и улыбнулась... Наверное, перестаралась — даже шрама не осталось.

Снова вернулась мысль о крыльях, и, накинув курточку, Шпиль тихонько выскользнула за дверь. Посмотрела наверх и осторожно двинулась по лестнице. В оружейной уже было пусто, а вот выше... В кабинете капитана всё ещё горел свет. Она досадливо крякнула. Ей очень не хотелось ни с кем объясняться. Стараясь слиться со стеной, она медленно переставляла ноги. Шаг, ещё шаг... Вот и площадка с дверью... Затаив дыхание, она скользнула мимо и замерла. В комнате послышались шаги, Карант выглянул за дверь, но её не заметил. Пожал плечами и вернулся внутрь. Ей так хотелось выдохнуть, но было ещё рано, ещё хотя бы один пролёт... Так же медленно и осторожно Шпиль двинулась вверх.

Выйдя на площадку, она выдохнула, выше была ещё лестница, но дверей уже не было. А там... там небо! Огромное, пустое... Она шагнула на лестницу и вдруг подпрыгнула. Тень в углу зашевелилась и двинулась к ней. Бледная рука вытянулась из старого плаща и потянулась к ней... Назад дороги не было, и Шпиль попробовала уйти вверх, но рука уже ухватила её за одежду, а из-под старого капюшона смотрели огромные, почти белые глаза и торчали жиденькие седые волосы.

Шпиль облегчённо выдохнула — просто слепая старушка — и тихонько шепнула:

— Помочь?

— Помочь? — прошамкала та и сухо рассмеялась. — Ты уже никому тут не сможешь помочь... Тут все сгорят... Прокляты. Они все прокляты!

Голос эхом раскатился по коридору. Жуткий смех устремился к небу. На лестнице послышались тяжёлые шаги.

— Опять ты! — Карант услышал и, что-то досадливо ворча, поднимался к ним. — Вот сколько говорить, чтобы не шасталa по ночам? Тебя уже люди боятся...

Шпилька вырвалась и рванула вверх, как раз когда Карант вышел к ним. Старушка, сев на пол, продолжала смеяться и что-то бубнить под нос. Капитан поднял её и что-то строго буркнул. Шпиль уже не услышала, она мчалась не оборачиваясь, понимая, что капитан пойдёт следом.

Выскочив наверх башни, она завертела головой по сторонам. На площадке стояли какие-то машины, похожие на арбалет Яна, только большие. Напротив неё, с другого края, шумно чесался часовой. По краю площадки шли зубцы, довольно высокие, с узкими щелями между ними. Протиснуться она сможет, а толку? Надо наверх. На зубцы.

Она скользнула к ближайшему стреломёту и забралась на него. Порывистый ветер сорвал шапочку, и волосы взметнулись вверх. Одновременно на площадку выскочил капитан, и её заметил часовой.

— Стой! — одновременно закричали они.

Шпиль развернулась и двинулась по направляющей на стену.

— Ты что собралась делать?! — кричал Карант, подскочивший к машине и пытающийся ухватить её за ногу. — Немедленно слезай!

От того места, где она стояла, до стены было и не так чтобы далеко. Метр, может чуть больше, но не прямо, а больше вверх. Шпиль примерилась, собираясь прыгнуть. Капитан выругался и чем-то в неё кинул. Шпиль резко обернулась и инстинктивно отпрянула. В неё летело что-то большое и бесформенное... Через секунду она поняла, что это всего лишь плащ, попробовала его скинуть и, оступившись, потеряла равновесие. Путаясь в ткани, полетела вниз. Сильные руки подхватили и, закутывая в плащ ещё плотнее, прижали к земле.

— Фух, успели, — послышался голос часового. — Чего это она? Совсем сдурела?

— А я почём знаю?! — голос у капитана был злой и чуть звенел от волнения. — По крайней мере, теперь хоть можно спросить.

Шпиль кричала на них и пыталась выбраться. Мужчины едва справлялись вдвоём, пыхтя и матерясь. Воздуха не хватало. Наконец она сообразила, что можно по-другому, и, сосредоточившись, выставила вокруг себя щит, который отбросил от неё обоих. Стащив плащ с головы, она отдышалась и зло на них посмотрела. Мужчины, напоровшись на почти прозрачный щит, теперь озадаченно щупали внезапно ставший твёрдым воздух.

— Она маг что ли? — озадаченно почесал затылок часовой. — Что это такое вообще?

— Самому интересно, — Карант по-новому разглядывал девушку и, обращаясь к часовому, добавил: — Сходи за Яном.

Шпиль обречённо вздохнула: «Теперь ещё и от него прилетит». Встав, стряхнула с себя плащ и с тоской посмотрела на светлеющее небо. Внезапно сердце сжалось в недобром предчувствии. Там, на горизонте, едва заметной чёрной точкой к ним приближалась опасность.

— Сняла бы щит? — уже спокойно попросил Карант. — Я так понимаю, прыгать уже не будешь? Поговорим?

Шпиль, не обращая на него внимания, вглядывалась вдаль. Что там? Сбросив щит, она усилила себе зрение...

Поняв, что преграды больше нет, Карант осторожно двинулся к девушке. На площадке появился часовой и Ян, взлохмаченный и застёгивающийся на ходу.

— Что происходит? — он посмотрел на капитана, тот вздохнул и посмотрел на неё.

Ян перевёл взгляд. Шпилька повернула на него испуганное лицо. Ян нахмурился и шагнул к ней:

— Что?

— Дракон, — прошептала она.

Слова повисли в воздухе, тогда она закричала и ткнула пальцем в небо:

— Ян! Там дракон! Он летит убивать!

Мужчины, все трое, проследили за её жестом. Ян всматривался в горизонт до рези в глазах, понимая, что Шпиль очень напугана и дракон должен быть там. Но он его не видел. Капитан через подзорную трубу обшаривал небо. Наконец он что-то поймал. Ян видел, как краска ушла с его лица, очень медленно он опустил трубу и передал её Яну.

Молча забрав, Ян почти сразу нашёл его. Судя по всему, дракон был огромный. Шпилька не зря так испугалась. Он стоял и смотрел, судорожно пытаясь придумать хоть какой-то план действий, потому что как только он опустит трубу, все будут ждать от него приказов.

Он опустил трубу очень медленно. И потому сразу заметил Кензи. Она вышла на площадку и тут же повернула голову к горизонту. К дракону! Тоже почувствовала?

— Что будем делать? — прервал тишину капитан, глядя на Яна, и, обращаясь к стражнику, добавил: — Поднимай тревогу! Готовьте стреломёты, смолу. Воевод ко мне.

— Лучше воду, — прошептала Шпиль и посмотрела на Яна. — Это огненный дракон.

Ян кивнул.

— Не смолу, — Карант притормозил часового. — Воду. И людей надо куда-то спрятать... Как от пожара.

Он на минуту замолчал, соображая. За него продолжил Ян, глядя на Кензи:

— Беги на конюшню, освободи лошадей и гони их к лесу. И потом... — Ян замялся. — Останься тоже там.

— Нет! — Кензи упрямо вздёрнула нос. — Я вернусь! На этот раз я ВЕРНУСЬ!

Не дожидаясь ответа, она исчезла с площадки. Следом туда же убежал часовой. Оставшиеся на площадке с тревогой смотрели на небо. Дракона было уже видно и без трубы.

— Есть сети? И катапульты? — Ян посмотрел на капитана. — Прикажи стрелять дракону по крыльям. Надо спустить его с неба. И маги... Скажи, чтобы забыли про огонь и молнии. Пусть ставят щиты и гасят пламя. Кто может, пусть кидают яд.

Шпилька встрепенулась. Яд! И крылья! Она шагнула к Яну и дёрнула его за рукав.

— Ян...

— Что? — он повернулся к ней и потёр переносицу. — Тебе тоже лучше спрятаться...

— Нет! — она замотала головой и, придвинувшись совсем вплотную, тихо сказала, чтобы капитан не услышал: — Магия вернулась! Ян, я могу помочь! Я могу назад в дракона. Наверное...

Ян недоверчиво посмотрел на неё и нахмурился, она закусила губу и сердито посмотрела:

— Твоя нога... Не болит?

Ян тронул ногу, со всем этим переполохом он даже не обратил внимания... Но да, нога не болела. И даже шрама он не мог нащупать. Но даже так! Ян вспомнил Малиса и содрогнулся, он не мог позволить Шпильке сражаться одной!

На площадку вбегали люди, разворачивая машины и вставая в боевой порядок. Внизу звенели колокола, ржали лошади и кричали люди. На боковых башнях Ян тоже заметил оживление. Страх и напряжение повисли в воздухе.

Он смотрел ей в глаза. Она ждала его решения. Время остановилось.