Полукровка (джен)

Северус задумчиво крутил перо в руках, так и не мокнув его в чернильницу. Приближался день рождения его матери, и ему хотелось сделать ей какой-нибудь особый подарок. Выполняя заказы слизенрицев на зелья личного пользования, он не только устанавливал связи, но и получал деньги или редкие ценные ингредиенты в качестве оплаты своих услуг. Не без помощи профессора Слизнорта Снеггу удавалось эти ингредиенты или само зелье с ними продать, так что его счёт значительно пополнился, и теперь он мог купить что-нибудь дорогое.

— О чём задумался? — спросила Селеста, прислоняясь затылком к его плечу. Она сидела рядом и читала одну из магических энциклопедий.

— Не могу решить, что подарить матери на день рождения, — со вздохом отозвался парень. — Чему она будет рада сейчас?

— М-м-м-м… — Мун отложила книгу, но позу не поменяла. — Может, есть что-то нужное в доме? Ваза, сервиз или… — она на несколько секунд замялась, едва не предложив доспехи, — или, наоборот, что-то, что дом украсит, вроде картины.

Северус задумался ещё сильнее и неосознанно прислонился виском к макушке девушки. Та, поняв, что он снова ушёл в себя, открыла свою книгу и возобновила чтение. Теперь поиски лекарства прекратились: Селеста опробовала все магические артефакты и подходящие по рецептам зелья, но результата так и не было. Профессор Слизнорт любезно предоставлял кабинет после уроков для самостоятельной практики, и в классе нередко собирались ученики самых разных возрастов и всех факультетов, так что Мун даже несколько раз удалось скооперироваться со Снеггом и Блэком и попробовать придумать новое зелье. Правда, эти попытки тоже были безуспешны.

— Думаю, она обрадовалась бы сервизу, — задумчиво сказал Северус. — Но нужен какой-нибудь необычный, лёгкий и красивый. И… под защитой, чтоб не разбился, — тише прибавил он.

— В Хогсмите, вроде, была посудная лавка, — припомнила Селеста.

— Да. Только, боюсь, достаточно красивый я не смогу выбрать. Не разбираюсь я в них, — смущенно хмыкнул парень.

— О… — улыбнулась Мун, снова откладывая книгу.

— Хочешь сходить со мной? — поинтересовался Снегг и неуверенно добавил: — Селес…

Девушка удивлённо повернулась к нему, осознавая новое сокращение своего имени. Так её ещё не называли. Старшие и — почему-то — Регулус обращались к ней Селли, а друзья обычно звали Сел. Видимо, её парню захотелось не сливаться со всей этой массой.

— Я не против… Север, — улыбка смущения играла на губах Мун, когда она обратилась к чуть-чуть покрасневшему Северусу. — Только вот… я в сервизах тоже не разбираюсь, — она неловко засмеялась. — И Сара. Сервировкой стола обычно занимались другие, а мы были сосредоточены на тренировках, так что…

— Ну, чувство вкуса у тебя всё же лучше моего, — заверил её парень, всё ещё смущаясь из-за их внезапного обмена сокращёнными именами.

— Может, стоит попросить помощи у Эванс? — предложила Селеста, потирая переносицу большим пальцем правой руки. — Она наверняка сможет нам что-нибудь посоветовать лучше продавца-консультанта.

— Ты думаешь? — Снегг с сомнением глянул на неё.

Выходило не слишком хорошо. Хоть он и шёл покупать подарок матери, но подобная прогулка позволила бы ему провести больше времени с возлюбленной. А приглашение ещё и первой любви могло создать между ними неловкость. Однако не хотелось дарить абы что, и помощь им действительно была нужна.

— А-а, не волнуйся из-за меня, — Мун прислонилась лбом к его плечу. — Нам ведь нужно выбрать достойный сервиз, Лили просто будет нашим помощником. Тем более, — она посмотрела парню в глаза, — я не хочу и не собираюсь тебя ограничивать в общении, она — твоя подруга детства, и вы помирились. Наверняка накопились темы для разговоров.

Северус смотрел в добрые глаза Селесты и на её мягкую улыбку. Сейчас он не понимал, было ли ему радостно от того, что она была так спокойна, или же он хотел услышать немного ревности в голосе девушки. Но Мун — человек понимающий, и Снегг знал, что она старалась из каждого свободного мгновения выжимать счастье, а переживания о «бывшей» парня в эту концепцию явно не вписывались.

— В этот раз нам просто нужно выбрать лучший сервиз, потом мы с ней разойдёмся, — тепло улыбнулся Северус и чмокнул Селесту в уголок глаза.

* * *

Лили поёжилась от холода и натянула лёгкий шарфик на нос. Она ждала Снегга и Мун, чтобы помочь им выбрать красивый элегантный сервиз. Правда, зачем он им понадобился, она не знала: в тот момент, когда Селеста просила её об одолжении, вмешался вдруг заревновавший Джеймс, начиная спор и утверждая, что ни с каким Северусом Эванс никуда не пустит, и пока его не утихомирил Сириус, а Мун не объяснила, что Лили у них будет третьей и долго не проходит, Поттер никак не желал отступать. Эванс в итоге согласилась помочь, но любопытство проснулось слишком поздно. Теперь же она стояла на месте встречи и гадала, зачем же студенческой паре нужен самый лучший сервиз, уж не съезжаться же они собрались… Наверное…

— Лили! — издалека помахала ей рукой Селеста. Она шла под руку со Снеггом, а на её груди поверх мантии развевался явно мужской шарф, и Эванс припомнила, что когда-то видела его на друге детства.

— Давно ждёшь? — спросил Северус, здороваясь с подругой.

— Не очень, — улыбнулась та. — Ну что, идём? Тут где-то есть посудная лавка, поищем сервизы в ней.

Под горячими солнечными лучами земля быстро просохла, и теперь вместо грязи там и тут виднелись ростки травы, а кое-где фиолетовыми и оранжевыми лепестками пестрели крокусы. Из-за холодной зимы они расцвели лишь в марте, зато с каждым часом набирали всё больше силы, захватывая всё больше места. Тёплое солнце резко контрастировало с прохладным ветром, и волшебникам приходилось мучиться с выбором идеальной одежды.

Лили почему-то не решилась спросить, для чего же — или для кого — нужен сервиз, и просто смотрела на весело болтающую пару. Разговор на самом деле был довольно нудный и касался зелий и каких-то заклинаний, Эванс несколько раз вступала в обсуждение, когда её спрашивали, или когда сама хотела что-то сказать, но чаще молчала, поражённая тем, что подобную тему можно было обсуждать со смехом. Да, конечно, и Снегг, и Мун иногда рассказывали о забавных ситуациях, но Лили никогда не думала, что разговор о обыденном может увлечь. Эти двое были на своей волне, явно радуясь совместному времени.

Она никогда не видела у Северуса настолько счастливых глаз. В детстве, когда они вместе играли, Эванс замечала его радость, а после поступления в Хогвартс счастье на лице Северуса появлялось лишь в те нечастые встречи на занятиях или после них. Но со временем его глаза угасли, и в них поселился холод, и даже когда они о чём-то говорили, идя по коридору, во взгляде Снегга теплилась лишь малая искорка прежней радости встречи. Лили и сама прекрасно знала, что со временем их отношения перестали быть такими тёплыми, может быть, в чём-то была виновата и она. Теперь же Северус ей казался совсем другим человеком. Когда в последний раз, не будучи ребёнком, он так широко улыбался? Когда так открыто и весело подшучивал в разговоре? Эванс не помнила, не могла вспомнить. А его тихий глубокий смех ей слышать вообще прежде не доводилось. Казалось, будто Снегг вновь стал тем открытым ребёнком, который с радостью мог болтать о магии и волшебных существах.

— … так что мы едва успели всё прибрать до прихода профессора, — со смешком закончила свой рассказ Селеста.

— Вот глупые, — усмехнулся Северус с нежностью во взгляде. И отвесил девушке невесомый щелбан в шутку.

— Ай-я, — Мун потёрла лоб и протянула с улыбкой: — Ну Севе-е-ер! А что нам ещё оставалось делать? — она вцепилась в его локоть, пытаясь сделать обиженное выражение лица, но ей было слишком весело, и её брови подрагивали, едва-едва держась в нахмуренном положении.

— Пф! — прыснул парень в кулак, а потом зашёлся негромким смехом.

Лили смотрела на него во все глаза, а потом мягко улыбнулась. «Ты нашёл хорошего человека, — подумала она. — Я никогда не могла так тебя рассмешить». На секунду она почувствовала укол грусти, как будто сожаление о чём-то потерянном проснулось, но быстро исчезло.

Вскоре все трое дошли до посудной лавки и сразу же направились искать сервизы. Пока Снегг раздумывал, насколько большим он должен быть, нужны ли молочник и сахарница, сможет ли мама убрать всю эту дорогую посуду так, чтоб отец её не побил, и осталось ли в их доме место для хотя бы небольшой коробки, девушки начали поиски. Поначалу они разбрелись в разные стороны, но потом Селеста отыскала Эванс в отделе с сервизами на шесть персон. Та с интересом рассматривала один из парящих чайников молочно-белого цвета, который наклонялся к своим чашкам, демонстрируя плавность движений и изящный изогнутый носик.

— Лили, Лили, — зашептала Мун, отвлекая спутницу. — Давай выберем большой сервиз.

— Большой? — удивилась та. — Для чего вам?

— Север хочет подарить его своей матери на день рождения.

— Но у них… в доме не было места на что-то… такое немаленькое и ценное. Да и миссис Снегг не с кем… И потом Северус… Ему может не хватить денег, — вздохнув, сказала Эванс прямо.

Селеста скептически изогнула бровь.

— Большие сервизы продаются в специальных коробках с щитовыми чарами, такие даже нарочно не разобьёшь, если только нет желания потратить несколько часов, — она пожала плечами. — Кроме того, если бы Север не был готов потратиться, он не пришёл бы за сервизом.

— Тогда остаётся только впечатление миссис Снегг, которой в одиночестве придётся смотреть на огромную кучу посуды. Это разве правильно? — покачала головой Лили.

Мун молчала, и девушка подумала, что выиграла спор, и уже хотела предложить молочно-белый сервиз, когда собеседница тихо спросила:

— Ты ведь знаешь, что Эйлин Принц принадлежит чистокровному роду?

Эванс вздрогнула и посмотрела в её серьёзные глаза.

— Даже если вытащить богатую знатную даму из роскоши и светских приёмов, изъять из её сердца привычку к достойному окружению невозможно, — заметила Селеста. — Люди, приученные к чему-то с детства, станут тянуться к этому всю жизнь, даже если долгие годы окажутся отделены от этого. Куда бы жизнь ни занесла человека, напоминание о старых временах будет отдаваться и грустью, и радостью в сердце.

Лили показалось, будто Мун на своём опыте знала то, о чём рассказывала. Затем девушка вспомнила, что та, как и Снегг, была полукровкой, значит, о чистокровных родах и их светских приёмах знала не понаслышке. Эванс вдруг в полной мере осознала свою задачу: ей нужно было лишь посоветовать самое приличное и красивое из того, что выберет эта парочка, другие советы им были не нужны. Это её слегка огорчило, но помочь она уже согласилась.

— А, вот вы где, — выглянул из-за соседнего шкафа Северус. — Думаю, маме больше понравится набор на двенадцать человек, у нас был такой когда-то, и она очень жалела… что осталось всего две чашки.

— Хорошо, пойдём, — кивнула Лили с улыбкой. Полукровки друг друга понимали явно лучше.

Селеста с интересом рассматривала сервизы, ни на какой не указывая и ничего больше не советуя, как будто для неё они все были одинаковыми. Эванс показалось, что их спутница могла судить о богатстве набора только по его размеру, или же у её семьи было столько денег, что необычные узоры или драгоценности на посуде её не удивляли. Снегг смотрел на цену сервизов и что-то записывал в своём блокноте откуда-то взявшейся маггловской ручкой. Вздохнув, Лили начала приглядываться к каждому набору.

Красивые нежно-розовые чашечки с узором из жёлтых лилий сразу привлекли её внимание, но, вспоминая слова Мун и видя своего друга, разглядывающего наборы явно дороже, девушка перешла к другому сервизу. В нём были квадратные голубые тарелки с волнистыми краями и золотой каёмочкой, а на ручке крышки чайника гордо сверкали сапфиры. Рядом стоял полностью позолоченный сервиз с рельефной гравировкой птиц и веток, чуть дальше — красный с инкрустацией золотом и рубинами. «Эх, вот был бы зелёный с серебром и изумрудами, можно было бы взять», — со вздохом подумала Эванс и пошла дальше.

Плутания меж шкафами её окончательно запутали. Дорогие наборы с необычными формами тарелок и чашек, пузатыми чайниками с картинами, вазочками, фруктовницами и прочей дополнительной посудой уже рябили в глазах. В привычном ей посудном магазине недалеко от её родного дома обычно стояло не более семи сервизов, не слишком простеньких, но и не вычурных, и каждый раз, на каникулах заходя туда вместе с матерью, Лили видела шесть новых наборов; отчего-то последний никто не решался купить в течение пяти лет, но затем он куда-то исчез. Девушке казалось, что она с лёгкостью сможет помочь в такой простой просьбе, но теперь у неё потихоньку начинала болеть голова.

Эванс завернула за последний шкаф и нашла потерявшихся друзей, которые стояли в самом углу и рассматривали какой-то набор с весьма задумчивым видом.

— О, Лили, вот и ты, — обернулся к ней Северус с улыбкой. — Мы тут присмотрели один сервиз, посмотри пожалуйста, не перегружен ли он украшениями.

Девушка подняла голову и увидела белую посуду, на которой были изображены цветы и бутоны лотосов: розовые, синие, жёлтые, красные, а лепестки белых лотосов отделялись от фона золотой каймой, и на некоторых цветах, словно роса, поблёскивали маленькие жемчужинки; золотые ручки чашек, чайников, молочника и сахарницы мягко оттеняли рисунок, а ручки крышечек представляли собой небольших бабочек, на которых тоже сверкали жемчужины. «И почему такая красота стоит где-то в углу?» — с удивлением подумала Эванс.

— Он чудесен, — сказала она.

— Смотрите-ка, тут в честь акции ещё и ваза прилагается, — Селеста указала на фарфоровую белую вазу, которую фиолетовые и розовые лотосы на ножках украшали в виде рельефа, а на её горлышке расположился странный, но красивый витиеватый золотой узор, напоминающий сплетение веток.

— Тогда тем более нужно брать, — уверенно кивнула Лили, проглотив вопрос о стоимости набора. Северус выглядел настолько решительным и радостным, что спрашивать его о финансах было бы оскорбительно.

— Пойду найду продавца, — сказал парень и убрал исписанный блокнот.

— Ему хватает, — мягко улыбнулась Мун, когда он ушёл. — Спасибо, что доверилась ему.

Эванс не ответила. Ей вдруг показалось, что те пять лет в Хогвартсе она излишне опекала своего друга, слишком много думала о том, что его затруднит, что для него окажется невозможно. Быть может, не заступайся она за него так рьяно и не оправдывай на Гриффиндоре, Мародёры не прицепились бы к нему такой мёртвой хваткой. В конце концов, и самого Снегга её подобное внимание тяготило, и потому их редкие ссоры для него оказывались гораздо более болезненными. Может быть, их отношения изначально неправильно построились, и вместо крепкой дружбы один из них ощущал зависимость от другого.

Погружённая в свои мысли, Лили даже не заметила, что они вышли из магазина, а Северус и Селеста уже обсуждали, насколько удобно здесь сделали доставку: оказалось, что продавец может не просто привезти сервиз в дом Снеггов, а принести его в день, нужный покупателю, и парню осталось лишь предупредить мать, что к ней прибудет подарок.

— О… Я отойду на минутку, — сказала Мун и неловко улыбнулась, однако перед тем, как она развернулась и ушла, Эванс заметила, что её взгляд стал очень серьёзным, а улыбка полностью исчезла.

Тишина между двумя друзьями детства казалась странной. Девушка подумала, что Поттер вот так спокойно их вдвоём оставить не смог бы, да и на месте Селесты она сама испытывала бы лёгкое беспокойство. Но та, похоже, была в своих отношениях уверена. Почему-то это заставило Лили мягко улыбнуться.

— Спасибо, что помогла сегодня, — сказал Северус.

— Ну, в конце концов вы нашли сервиз сами, — кивнула Эванс.

— Но мы не были уверены, что он действительно подойдёт. В любом случае, спасибо, что согласилась помочь, — парень улыбнулся подруге.

И Лили заметила разницу. В его взгляде не было прежней нежности, и хоть выражение лица и было мягким, но едва уловимые изменения мимики давали понять, что Снегг теперь считал её близким другом, но не более. Эванс сегодня уже видела его лицо, обращённое к любимой девушке, оно отличалось от нынешнего и предназначалось не ей.

— Рада за тебя, — тепло улыбнулась Лили, переводя взгляд с Северуса на улицу. — Ты выглядишь счастливым, так что я… действительно рада, что ты нашёл своего человека.

Парень не ответил, он посмотрел на неспешно плывущие облака. Может быть, признание девушкой, которая являлась его первой любовью, его нынешних отношений позволяло ему вздохнуть спокойно, а может, он просто был рад узнать, что ни у кого не будет вспышек ревности.

Снегг внезапно резко развернулся и с тревогой огляделся по сторонам. На его лице читалось такое напряжение, что Эванс ожидала увидеть в его руках волшебную палочку — сколько раз он выглядел так при стычках с Мародёрами, — однако вместо неё парень держал серебряное овальное нечто.

Из-за угла выскочила некрупная странная фигурка в сиреневых лохмотьях, а из-под её тёмно-голубых волос сверкали два фиолетовых огонька. Непонятное существо, похожее на человека, но им не являющееся, огляделось по сторонам, а потом заметило двоих студентов. И на тёмно-фиолетовом лице появился хищный оскал.

— Лили, встань ближе! — быстро скомандовал Северус и выставил вперёд руку с овалом.

Девушка, испугавшаяся быстрого приближения неизвестной твари, юркнула ему за спину и вдруг оказалась в голубоватой сфере. Существо с разбега врезалось в большой серебряный щит, который держал Снегг, но парень не дрогнул, приняв устойчивую позу.

— Не отходи от меня, — велел он, наблюдая за противником.

— Сев, кто это? — с опаской спросила Эванс, выглядывая из-за его плеча.

— Сонт, женщина, — ответил тот. — Что-то не так, они не должны были добраться до Хогсмита.

— А оно… разумное или как… зверь?

Сонт обошла сферу вокруг, несколько раз ударила в неё, находясь за спиной Северуса, но парень даже не повернул головы. Ему объяснили, что сфера не исчезнет, пока цел сам щит, и бить в магические края бесполезно, поэтому, даже когда противник вне полня зрения, нужно лишь спокойно и крепко держать щит.

— К сожалению, разумные.

— А это теперь мужчина? — встревоженно спросила подруга, ещё ближе подходя к Снеггу.

Второй сонт появился неожиданно быстро, подошёл к своей спутнице, о чём-то с ней пошептался и встал перед щитом. Северус нервно сжал руки и чуть подвинул левую ногу назад, чтобы стоять крепче. Его сверлили фиолетовые огоньки глаз, но и он не сводил взгляд с лица существа. Периферическое зрение у Снегга было развито хорошо, поэтому он мог отследить колебание плеч, а вот о точке удара подсказал бы только взгляд.

— Каким заклинанием их можно прогнать? — Лили достала свою волшебную палочку.

— Никаким, всё бесполезно, — коротко отозвался парень.

Сонты, похоже, поняли, что психологическое давление на него не действует, и атаковали: женщина царапала и ударяла голубые стенки сферы, надеясь вызвать панику у человеческой девушки, чтобы она отвлекла или толкнула парня, а мужчина бил по серебряному овалу, надеясь, что физической силой до жертв добраться будет быстрее.

Северус крепко держал щит, раздумывая, сможет ли достать меч и хоть чуть-чуть ослабить врага. Им повезло, что в новых щитах, которые не так давно прислал отец Селесты, был встроенный датчик слежки за сонтами, и они начинали вибрировать при опасном приближении существ. Эванс стояла тихо, понимая, что отвлекать друга сейчас нельзя, и Снегг мог концентрироваться на своей стойке и положении рук. Сейчас ему нужно защитить не только себя, но и её.

— А… А как же Мун? — Лили беспокойно огляделась. — Она вернётся, а тут…

— За неё не переживай, — отозвался Северус.

— Но как же?.. — начала было девушка, но осеклась, заметив их спутницу медленно идущей к ним. — Это она?

Селеста оказалась в белом платье с каким-то синим повторяющимся рисунком, похожим не то на перевёрнутые колокольчики, не то на короны, а в её руке сверкал серебром самый настоящий меч. Снегг глянул на неё мельком и снова вернул внимание существу напротив себя. В этой одежде он видел её лишь раз, в тот самый день в коридоре.

Сонт за его спиной встрепенулась и рванула к Мун, замахиваясь сразу обеими когтистыми руками. Эванс подумала, что испугалась бы, если б на неё на такой большой скорости побежала подобная тварь, даже если бы знала, как её остановить. Она крепче сжала палочку в руке, вдруг увидев разницу меж собой и Селестой: та не встала в стойку, направив меч на существо, — а как несколькими минутами ранее сонт оскалилась, увидев своих жертв, так и Мун наградила противника холодной усмешкой. В тот момент, когда мелькнула белая вспышка, а из твари брызнуло нечто фиолетовое, Лили ясно осознала, кто здесь был самым опасным.

Она отвернулась, не желая смотреть на жестокую битву. Селеста никогда не показывала превосходства, она держалась спокойно даже во время спора, и теперь видеть её такой для Эванс было непривычно. Ей вдруг подумалось, что Мун могла быть всегда спокойной как раз потому, что даже неприятные задевающие её люди были для неё куда проще и безобиднее, чем подобные твари, которых — раз не боялась — она повидала уже множество.

— Вы в порядке? — раздался обеспокоенный голос Селесты.

Лили увидела два больших костра на земле и исчезнувшую голубую сферу.

— Успели спрятаться, — кивнул Северус. — Откуда они?

— Увеличили портал и вышли скопом, — вздохнула Мун. — Отец прислал печати, но теперь проблема в том, что подобраться к порталу трудно. Стражи установили защиту на Хогвартс, но никто не ожидал, что сонты направятся и сюда.

— Может, это из-за меня? — предположил парень, задумчиво касаясь рукой подбородка.

— Не подтверждено, — отрицательно помотала головой воительница. — Сюда уже направлен отряд, скоро зачистка и защита закончатся. Сейчас мне надо вернуть вас в школу, а потом закрыть портал, пока проблемы не стали ещё серьёзнее.