Гарри Поттер не прощает ошибок (джен)

Я аппарировал в класс защиты от тёмных искусств. Вспышка — и я стоял у своей парты, как будто никуда не исчезал. Но тишина была не той. Студенты сидели неподвижно, смотрели перед собой. Их глаза были пустыми. Окаменели? Нет. Заморожены. Я повернулся к учительскому столу.

Профессор Грейвз стоял, опершись на край стола. Палочка была нацелена на меня. Его лицо было спокойным, но я видел напряжение в плечах.

— Поттер, — сказал он. — Я ждал тебя.

— Что вы сделали с классом?

— Временно обездвижил. Нам нужно поговорить без свидетелей.

— О чём?

— О тебе. О твоей магии. О том, как ты исчезаешь и появляешься. О том, что ты колдуешь без палочки. И о том, что ты связан с тёмным магом.

— У вас нет доказательств.

— Мне не нужны доказательства. Я видел, как ты аппарируешь из школы. Я видел твою тёмную магию. Я не слепой.

Грейвз шагнул вперёд. Палочка описала круг.

— Ты поплатишься, Поттер. Я отправлю тебя в Министерство. Они разберутся.

— Не отправите.

— Ты не сможешь меня остановить.

— Смогу.

Я выпустил тьму. Не шип, не поток — плотное, давящее облако, которое потекло по полу к его ногам. Грейвз отступил, выставил щит. Тьма ударила в него, щит загудел.

— Что это? — спросил он, не отводя взгляда.

— То, чему меня не учили в этой школе.

— Тёмная магия. Я знал.

— Вы ничего не знаете.

Я усилил давление. Грейвз покачнулся, но устоял. Его палочка дрожала.

— Ты не сможешь победить меня, мальчишка. Я бывший аврор.

— Я не мальчишка.

Я убрал тьму и атаковал серией тёмных шипов — три заклинания подряд, веером. Грейвз отразил два, третье скользнуло по щиту. Он ответил станером, но я ушёл в сторону, превратился в дым, исчез.

— Где ты? — крикнул Грейвз, оглядываясь.

Я появился за его спиной, ударил тёмным шипом в упор. Он едва успел развернуться, щит треснул.

— Ты быстрее, чем я думал, — сказал он.

— Вы медленнее, чем должны быть.

Он атаковал снова — режущим, взрывным, оглушающим. Я уклонялся, отражал, иногда пропускал. Один из взрывов задел плечо, боль обожгла, но я не остановился.

— Сдавайся, Поттер, — сказал Грейвз. — Ты не сможешь уйти.

— Уйду.

Я превратился в дым, рассредоточился по всему классу. Грейвз метал заклинания наугад, но я был везде и нигде. Я собрался у потолка, ударил сверху — плотной волной тьмы. Он выставил щит, но не удержался. Его отбросило к стене, палочка вылетела.

— Не двигаться, — сказал он.

Но я уже стоял перед ним. Моя рука была поднята. Тьма текла из пальцев, готовая ударить.

— Вы проиграли, профессор.

— Это ещё не конец.

Он попытался достать запасную палочку, но я перехватил его руку взглядом — просто заставил замереть.

— Я не хочу вас убивать.

— А я не хочу, чтобы ты оставался в этой школе.

— Я останусь.

Грейвз смотрел на меня. Его лицо было бледным, но глаза горели.

— Ты даже не представляешь, во что ввязался.

— Представляю.

Я отпустил его. Он пошатнулся, но устоял.

— Что ты со мной сделаешь? Убьёшь?

— Нет. Я не убиваю тех, кто не заслужил.

— Ты убивал.

— Только тех, кто пытался убить меня.

Грейвз замолчал. Я подошёл ближе.

— Я не сотру вашу память. Не зачем. Вы всё равно ничего не докажете. Но вы не сможете говорить обо мне. Ни с кем. Ни с директором, ни с Минервой, ни с Дамблдором. Слово, сказанное вслух, повернётся против вас. Попробуйте.

— Что ты сделал?

— Проклятие. Не смертельное. Просто запрет. Забудьте об этом дне. Продолжайте вести уроки. Но не лезьте ко мне.

Грейвз опустил голову. Я развернулся. Студенты ожили, зашевелились. Грейвз сидел на полу, его глаза были пустыми. Я сел за парту.

Урок продолжался.

Через неделю я стоял в кабинете Дамблдора. Я аппарировал прямо в кресло для посетителей. Дамблдор поднял голову от бумаг.

— Гарольд.

— Профессор.

— Как ты прошёл защиту?

— У меня свой способ.

— Я заметил. Зачем пришёл?

— Мне нужно поговорить с Джинни.

— Почему?

— Она хочет. Я хочу.

— Где вы встретитесь?

— В Англии. В «Дырявом котле». Через три дня.

— Ты доверяешь мне?

— Нет. Но она доверяет вам.

— Ты мог встретиться с ней без моего ведома.

— Мог. Но она сказала, что вы знаете. И что вы не против.

— Я не против. Но я буду наблюдать.

— Знаю.

— Ты не боишься?

— Чего?

— Что я вас задержу?

— Вы не сможете.

Дамблдор усмехнулся.

— Хорошо. Я передам ей. Ты свободен.

Я встал.

— Гарольд, — окликнул он.

— Да?

— Береги её.

— Всегда.

Я исчез.