Цикл Неизбежности (джен)

Буровато-жёлтые белки и чёрные зрачки той совы словно слабо мерцали в ночи; то, как она смотрела на Люмиана, скорее напоминало взгляд сверху вниз.

По сравнению с двумя предыдущими разами Люмиан боялся уже не так сильно. Он выругался вполголоса:

— Чего уставилась? Раз такая способная, заговори!

Он не то чтобы непременно хотел оскорбить сову. Просто, если у неё действительно была какая-то цель, он надеялся так её спровоцировать и заставить выдать истинное намерение. Иначе одна мысль о том, что она по ночам то и дело прилетает сюда и вот так смотрит на него, всё-таки пробирала до жути.

Сова молчала и не издала даже крика. Через несколько секунд она расправила крылья и улетела в глубину ночи.

— Психованная какая-то! — выругался Люмиан, но в душе не смел расслабиться ни на йоту.

Он по-прежнему всматривался в темноту за окном, стараясь различить все чёрные силуэты в ночи. Он очень хорошо помнил: в прошлый раз после появления совы он увидел силуэт Нароки, а на рассвете услышал весть о её смерти.

Неизвестно, случится ли и на этот раз что-то подобное. Но после тщательного наблюдения Люмиан не заметил ничего необычного. Только тогда он облегчённо вздохнул, задёрнул шторы и вернулся в кровать.

В глубокой темноте Люмиан лежал с открытыми глазами и обдумывал следующий план:

Непонятно, что эта сова вообще хочет сделать… Она ведёт себя так жутко и таинственно; вряд ли это что-то хорошее.

Что бы там ни было, при нынешнем положении в деревне надо как можно скорее увезти Аврору из Корду. Люмиан не верил, что эта сова последует за ним до самого Трира. Если завтра не придёт ответ на телеграмму, послезавтра утром придётся силой бежать из Корду!

Если ответ будет, то они с Авророй смогут открыто спуститься с горы по дороге у входа в деревню. Если же нет, завтра как раз Четыредесятница, а послезавтра все по-прежнему будут праздновать и не станут обращать слишком много внимания. Можно попросить Аврору одолжить у мадам Пуалис пони и отправиться порезвиться на ближайшее высокогорное пастбище. Для этого не нужно спускаться с горы, и это не похоже на отъезд из Корду, поэтому вряд ли привлечёт лишнее внимание следователей. А когда они доберутся туда, можно будет воспользоваться опасной тропкой и уйти из гор.

На самом деле её даже дорогой назвать трудно, к тому же в нескольких местах она обрывается. Даже пастухи не верят, что по ней можно спуститься с горы. Но с моими нынешними способностями это не проблема. А Аврора владеет колдовством, может пролететь какое-то расстояние, и ей будет даже проще, чем мне.

Для Люмиана в этом плане оставалась немалая надежда скрыться от глаз следователей. Став «Охотником», он получил возможность делать многое из того, что прежде было ему не под силу. Уверенность в себе сильно возросла — потому он и составил так быстро этот план.

Когда внутри у него всё определилось, Люмиан заметно успокоился и очень крепко заснул.

…

На следующее утро Люмиан с самого раннего часа хлопотал на кухне. От мысли о том, что он уже стал потусторонним и скоро вместе со старшей сестрой уедет из полной аномалий деревни Корду, настроение у него стало таким хорошим, что даже захотелось напевать. Когда Аврора спустилась вниз, на обеденном столе уже стояли две миски лапши с мясным соусом.

— Как ты узнал, что я скоро встану? — довольно спросила Аврора.

Люмиан улыбнулся:

— Сначала я услышал шум в умывальной и только тогда начал варить лапшу.

Про себя он пробормотал ещё одно:

«Ты, как всегда, после сна какое-то время ещё ходишь как в тумане; даже этого не сообразила».

Аврора кивнула, села и как бы между делом спросила:

— Прошлой ночью опять прилетала та сова?

— Да. — Люмиан знал, что старшая сестра обнаружила, как он не спит и глядит в окно.

Хорошо ещё, что сова действительно появилась, иначе он не знал бы, чем объяснить своё поведение. Не мог же он сказать, что слишком взбудоражен после того, как стал потусторонним. В таком случае старшая сестра наверняка устроила бы ему очередное перевоспитание.

Разумеется, Люмиан не собирался скрывать это от Авроры слишком долго, иначе это могло повлиять на её суждения. Он решил: послезавтра, когда придётся силой бежать из Корду, он расскажет ей, что уже стал потусторонним, чтобы старшая сестра больше не отвлекалась на заботу о нём. А при такой срочности у Авроры точно не будет времени его воспитывать.

— Странная сова… — слегка нахмурившись, сказала Аврора.

Она тоже не понимала, чего эта сова добивается. Каждый раз она всего лишь прилетала посмотреть на Люмиана.

Люмиан шумно втянул лапшу. Когда он почти доел, то рассказал старшей сестре:

— Если сегодня придёт ответ на телеграмму, мы вечером покинем Корду и пойдём обычной дорогой вниз.

Если ответа не будет, завтра утром ты сходишь к мадам Пуалис и одолжишь пони. Мы отправимся на ближайшее высокогорное пастбище, а там я знаю маленькую тропку, по которой можно спуститься с горы. Следователи о ней наверняка не знают.

Аврора задумчиво начала накручивать прядь волос на палец.

Через некоторое время она улыбнулась:

— Годится. У этого плана довольно высокий шанс на успех.

Затем она цокнула языком:

— Мой глупый младший брат наконец-то вырос.

Люмиана охватили и радость, и гордость.

…

После завтрака он под предлогом, что хочет посмотреть, готова ли Ава к обходу с благословениями «Духа весны», покинул этот полуподземный двухэтажный дом и направился прямиком в Старую таверну. После того как он стал потусторонним, Люмиану не терпелось узнать ещё больше общих сведений в этой области. Та дама сказала, что расскажет ему о них.

Уже возле таверны Люмиан увидел идущего навстречу знакомого. Это был Понс Бене — младший брат местного падре, в хлопковой рубашке и короткой тёмно-синей куртке.

«В одиночку…» — увидев, что рядом с Понсом нет ни одного из его приспешников, Люмиан вспомнил, как тот с головорезами гнался за ним через полдеревни. На лице Люмиана невольно появилась яркая улыбка.

Потусторонние силы он получил только что, и ему и без того не терпелось найти кого-нибудь, на ком можно потренироваться.

— Эй, мой внебрачный сынок, — поприветствовал он Понса Бене. — Как ты посмел выйти один без разрешения папаши?

Он собирался разозлить Понса Бене и заставить его напасть, а не убегать.

Понс Бене повернул голову на голос и увидел Люмиана. Лицо этого злодея слегка переменилось; он тут же развернулся и со всех ног бросился прочь. Топ-топ-топ… Люмиан, слегка опешив, смотрел, как Понс Бене исчезает за ближайшим углом.

«И правда быстро бегает…

И довольно бдительный…»

Люмиан безмолвно отметил про себя эти две вещи.

До того как стать потусторонним, Люмиан считал, что в схватке один на один наверняка сможет одолеть Понса Бене. Понс Бене, скорее всего, думал так же: они ведь ни разу по-настоящему не дрались, но оба были уверены в себе. Кто бы мог подумать, что сегодня Понс Бене, едва увидев его, выберет бегство, словно наткнулся на лютого зверя.

«Он же не может знать, что я прошлой ночью тайком стал потусторонним… Может, он настолько тупой, что у него совсем нет мозгов, зато появилась звериная интуиция, и он способен чуять опасность?» — мысленно оклеветал Понса Бене Люмиан.

Он не стал преследовать Понса Бене, потому что сразу после этого «приветствия» уже пожалел о нём:

Деревня сейчас полна аномалий и весьма опасна. Перед настоящим побегом лучше как можно меньше ввязываться в лишние дела.

Если из-за того, что он изобьёт Понса Бене, группировка падре начнёт действовать раньше срока, это повлияет на их с Авророй побег, и Люмиану тогда даже плакать будет поздно. Кроме того, группировка падре была таинственной и непонятной, и с самим Понсом Бене могло быть что-то не так. Если Люмиан вступит с ним в драку, он вполне может раскрыть, что уже стал потусторонним, а это принесёт новые неприятности.

«Стоило сразу стать потусторонним — и я уже слишком возгордился, стал слишком выставляться. Не сумел себя сдержать…» Люмиан устроил себе серьёзный разбор и вошёл в Старую таверну.

Он собирался подняться прямо на второй этаж, но заметил ту даму в углу. На ней было жемчужно-серое платье и светлая дамская мягкая шляпа; перед ней не стояло никакой еды.

— Уже позавтракали? — Люмиан подошёл и сел напротив неё.

— Ещё нет, — как бы между делом ответила та дама. — Сегодня я договорилась кое с кем встретиться и всё ещё жду её.

«Её? Не меня…» Люмиан огляделся и не увидел никого, кроме владельца таверны.

Он вновь посмотрел на ту даму и искренне сказал:

— Я стал «Охотником».

«Пора тебе выполнить обещание и рассказать мне больше общих сведений».

Та дама нисколько не удивилась и слегка улыбнулась:

— Состояние неплохое.

Она выдержала паузу, и голос её стал чуть отрешённым:

— Сейчас тебе нужно усвоить два закона и один метод.

«Почему это звучит так, будто я изучаю физику…» Люмиан не осмелился произнести это вслух.

Та дама продолжила:

— Для большинства потусторонних это знание чрезвычайно драгоценно: чтобы его получить, они готовы отдать в обмен всё, что у них есть. Но для тебя, раз уж так распорядилась судьба, я расскажу бесплатно.

«Бесплатное всегда самое дорогое… Где же мне потом придётся заплатить цену?» Люмиану почему-то стало тяжело на сердце.

После того как он стал «Охотником», его интуиция и наблюдательность заметно усилились. Теперь он ясно чувствовал: в глазах этой дамы снова появилась та особая, не поддающаяся описанию эмоция. Она стала насыщеннее, чем раньше, но он по-прежнему не мог понять, что это за эмоция.

Та дама чуть выпрямилась:

— Источник всех потусторонних сил восходит к Изначальному Творцу. Ты веришь в Вечное Палящее Солнце и наверняка знаешь, что глаза Творца стали Солнцем.

— Да, — ответил Люмиан. Он слышал это в проповедях падре.

— Это символическое описание. Изначальный Творец создал этот мир, создал немало богов, а потом сам распался и разделился на Потусторонние характеристики разных Путей.

— Поэтому их и называют Божественными путями? — Люмиана вдруг осенило.

Та дама кивнула:

— Верно. Последовательность 0 каждого Пути равна истинному богу. Например, Последовательность 0 Пути Барда называется «Солнце», и это как раз то самое Вечное Палящее Солнце, в которое ты веришь.

Каждый потусторонний, дойдя до конца, может стать богом? Люмиан был потрясён. Вместе с тем его охватили радость и непонятный страх.

Если бы он набожно верил в Вечное Палящее Солнце, то наверняка обвинил бы эту даму в богохульстве. К сожалению, к таким он не относился: верил понемногу за компанию, а не верить — тоже не казалось бедой.

Он даже спросил:

— А как называется Последовательность 0 Пути Охотника? И Пути Соглядатая Тайн?

— Разве я тебе не говорила? «Красный Жрец». Сейчас это место ещё пустует. — Та дама со смешком покачала головой. — Последовательность 0 Пути Соглядатая Тайн — «Отшельник», и её занимает один злой бог. Его зовут Скрытый Мудрец; он очень любит внушать знания потусторонним того же Пути. На профессиональном языке это называется «знание преследует человека». Проблема Авроры во многом проистекает именно из этого.

— Значит… — Люмиан начал держать зло на Скрытого Мудреца.

Та дама вернула разговор в прежнее русло:

— Именно потому, что Потусторонние характеристики целиком происходят от Изначального Творца, они не исчезают и не увеличиваются; они только переходят из одной формы в другую и переносятся с одного предмета на другой.

Это и есть закон неуничтожимости Потусторонних характеристик.