Последняя Певерелл (джен)

После каникул занятия возобновились без особых происшествий. Во всяком случае, шума было куда меньше, чем в начале учебного года, когда появилась Жасмин. Напавшие на неё ученики больше не учились в Хогвартсе, а совет попечителей вынудил школу принять положение о борьбе с травлей и пригрозил последствиями за его несоблюдение. Какими именно будут последствия, никто толком не объяснил, но угроза прозвучала вполне ясно.

Брайтбарк всё ещё преподавал и, похоже, не собирался в ближайшее время оставлять свою должность. Жасмин это не особенно удивляло: приближались СОВ, и Дамблдор ни за что не стал бы искать нового преподавателя посреди учебного года.

Мародёры что-то замышляли против профессора защиты — им по-прежнему требовалось отомстить за то, что он раскрыл прошлое Жасмин, — но теперь приходилось искать способ обойти новые правила. Положение было не слишком строгим, однако для своего времени казалось революционным. Любое преследование других учеников запрещалось — как словесные оскорбления, так и физическое насилие, с помощью магии или без неё. За покушение на жизнь другого ученика отныне полагалось немедленное исключение, если только речь не шла о смягчающих обстоятельствах, например о самозащите. Все жалобы следовало передавать декану факультета. Окончательное решение по большей части всё равно оставалось за Дамблдором — по мнению Жасмин, со стороны совета это было глупостью, — однако теперь деканы могли лучше контролировать происходящее на своих факультетах и пресекать издевательства одних учеников над другими.

Это был первый шаг к тому, чтобы не допустить того, что в будущем могло случиться с Луной, и повторения издевательств, которым Гарриет подвергалась почти во всех своих жизнях. Возможно, теперь обретёт покой и Северус: преподавателей обязали следить в том числе за травлей учеников с других факультетов. Оставалось надеяться, что будущий мастер зелий наконец избавится от старшекурсников, которые повсюду сопровождали его, словно рослые телохранители. Лили пришла в восторг от новых правил и уже на второй день занятий была готова следить за их соблюдением. Дорогая соседка Жасмин выучила их все наизусть.

Мародёры тоже тщательно изучили правила, чтобы убедиться, что смогут и дальше устраивать розыгрыши, не рискуя вылететь из школы. Разумеется, они обнаружили по меньшей мере шесть лазеек, позволявших избежать сурового наказания за их особую разновидность проделок. Главная заключалась в том, чтобы не выбирать одну жертву. Для Мародёров подходящей мишенью считался любой — а значит, по их логике, травлей они не занимались.

Вскоре после возвращения в Хогвартс состоялся матч по квиддичу. Гриффиндор играл против Хаффлпаффа… хотя словом «матч» Жасмин пользовалась с большой натяжкой. «Разгром» описывал игру куда точнее. За прошедший год команда Хаффлпаффа потеряла почти всех игроков и теперь формировалась заново. В ней остался лишь один опытный старшекурсник, а остальные впервые участвовали в серьёзной игре. Гриффиндор опережал соперников более чем на триста очков, когда Жасмин поймала снитч и завершила матч.

Мародёры лишь в конце января наконец провернули розыгрыш с Брайтбарком. Как всегда, всё случилось в Большом зале — на этот раз за завтраком. В конце концов, им требовалось как можно больше зрителей.

Поначалу Жасмин не понимала, что происходит. Только что вокруг царила тишина и она просматривала домашнее задание — и вдруг от преподавательского стола донёсся громкий грохот. На мгновение Жасмин подумала: не хватил ли Дамблдора сердечный приступ и не свалился ли тот замертво? Но, подняв глаза на то место, где сидел Брайтбарк, увидела довольно крупного ярко-оранжевого… страуса.

Профессор, превратившийся в страуса, открыл клюв и попытался что-то сказать, однако издал лишь негромкий, но пронзительный писк.

На миг повисла тишина, а затем весь зал разразился хохотом. Словно все ученики одновременно вздохнули с облегчением. Брайтбарк натравливал их друг на друга, призывая очистить мир от всего, кроме светлой магии. И если один вид профессора во всём его страусином великолепии помогал ученикам почувствовать, что они вновь распоряжаются собственной судьбой, — тем лучше. Жасмин прикрыла ладонью вырвавшееся у неё совсем не подобающее леди фырканье.

Джеймс и Сириус о приличиях не тревожились. Они уже почти плакали от смеха и колотили кулаками по столу. Ремус беззвучно хохотал, уткнувшись лицом в сложенные руки; кулаки друзей чудом не задевали его голову.

— Сохатый… Лунатик, — с трудом выговорил Сириус, переводя дух. — Он запищал!

И все трое снова зашлись в истерическом хохоте.

Уроки защиты в тот день отменили: мадам Помфри удалось вернуть Брайтбарку человеческий облик лишь к вечеру.

Разумеется, доказательств причастности Мародёров к розыгрышу не существовало. Однако до конца дня преподаватели и другие сотрудники не спускали с них глаз, чтобы самим не стать следующими в списке их жертв. По мнению Жасмин, взрослые слегка впали в паранойю. Компания проказников обычно выбирала мишенью кого-нибудь из преподавателей, кто им насолил. К тому же у Мародёров хватало ума не выбирать больше одной мишени за день. Нельзя же позволять окружающим разгадать их замыслы.

* * *

Январь незаметно перетёк в начало февраля, а значит, дуэльный турнир был уже не за горами.

Жасмин казалось, что она ждала этого события целую вечность. Всю последнюю неделю Флитвик был крайне рассеян на уроках. Бедный профессор чар выбивался из сил, пытаясь одновременно планировать предстоящие поединки, продумывать стратегию и проверять сочинения. Из-за этого готовиться к СОВ стало ещё сложнее. Жасмин не беспокоилась, сдаст ли она экзамены: ей уже девять раз удавалось это сделать, да и сейчас она прекрасно успевала по всем предметам. Но было видно, как всё это сказывается на её друзьях.

Лили перестала правильно выполнять заклинания с первой попытки, а Алисе и Марлин плохо давалась теория. Не говоря уже о том, что их сочинения были ужасны: теперь у Лили оставалось меньше времени, чтобы помогать подругам с исправлениями. Похоже, трудности не затронули лишь Мародёров. По мнению Жасмин, всё дело было в том, что они постоянно занимались чем-то вне обычной школьной программы. Если не играли в квиддич, то устраивали розыгрыши, создавали обладавшую разумом карту школы, учились становиться незарегистрированными анимагами или отбывали наказание. Дополнительные занятия по дуэлям стали для них всего лишь ещё одним способом потренироваться быстро и эффективно применять заклинания.

Ремус немного выпадал из общей компании, поскольку не входил в дуэльную сборную. Но это не мешало Джеймсу и Сириусу обучать его всему, чему Флитвик учил их самих. Обычно Мародёры утаскивали Жасмин в заброшенный класс, чтобы она судила их небольшие частные поединки.

В конце концов, они считали Жасмин профессионалом.

Лили страшно завидовала бы им, узнав, что Жасмин помогает Мародёрам вне занятий Флитвика. Хотя сама Жасмин почти ничего не делала: сидела на учительском столе да посмеивалась. Смотреть, как Джеймс и Сириус пытаются обучить Ремуса дуэльным стойкам, хотя сами ещё не овладели ими в совершенстве, было довольно забавно.

Чаще всего Жасмин всё же приходилось вмешиваться и поправлять их стойки. Вот и сегодня вечером они тренировались в заброшенном классе на пятом этаже. Жасмин сидела на учительском столе и болтала ногами, пока Джеймс и Сириус пытались объяснить Ремусу дуэльный этикет. Сириус показывал ему атакующую стойку, которую пока не вполне освоил сам.

Каким другом была бы Жасмин, если бы позволила Сириусу учить Ремуса неправильно? Именно поэтому она в первую очередь и пришла сюда.

— Нет, запястье нужно держать вот так… — наставительно произнесла Жасмин, спрыгнула со стола и почти бесшумно приземлилась на каменный пол. Сначала она подошла к Сириусу, слегка наклонила его кисть вниз и чуть выше подняла занесённую над головой руку. — Пока эта поза кажется неудобной, но со временем станет естественной. Под таким углом ты сможешь быстрее и точнее направлять заклинания в противника.

Ремус повторил стойку Сириуса. Жасмин одобрительно кивнула, и поединок начался. Поначалу он был несерьёзным, но изобретательным. Сириус и Ремус в основном упражнялись в чарах и трансфигурации, обмениваясь заклинаниями. То на Сириуса устремлялся рой бумажных бабочек, то на Ремуса бросалась пылающая ласка. Смотреть на них было забавно. Жасмин с удовольствием наблюдала за их творческим подходом, показывавшим, насколько изобретательны её друзья. В будущем это им пригодится.

Но далеко на одной изобретательности не уедешь…

— Сражайтесь всерьёз. На турнире вы бы уже лежали на спине, — приказала Жасмин и в этот момент поразительно напомнила Флитвика.

Несерьёзный поединок сменился яростной схваткой: друзья перешли к сглазам и проклятиям. Сириус был быстр и знал множество заклинаний, но Ремус действовал продуманно, а реакция у него оказалась острее. После особенно агрессивного проклятия Сириус сбился со стойки и промахнулся. Его заклинание ударило в стену за спиной Ремуса, который легко уклонился. Оборотень тут же применил Экспеллиармус, и Сириус рухнул на пол, а Ремус упёр палочку ему в горло.

— Лунатик, почему ты не попробовал вступить в клуб?

Ремус пожал плечами и устало вздохнул.

— Ты знаешь почему, Бродяга.

Джеймс прислонился к одной из ученических парт и скрестил руки на груди.

— Да, но запрещать тёмным магическим существам участвовать в дуэльных турнирах — полнейшая глупость. Подумаешь, ты немного быстрее. Жасмин всё равно наверняка сможет надрать тебе задницу хоть отсюда до самого Лондона.

— Ах, Джеймс, ты слишком в меня веришь, — приторно-сладким голосом отозвалась Жасмин и захлопала ресницами, глядя на кузена. Тот закатил глаза. Она снова повернулась к Ремусу и Сириусу. — Ты и правда отлично справился, Ремус. Глядишь, ещё сделаем из тебя чемпиона по дуэлям! — Её взгляд стал суровым и переместился на поверженного Мародёра. — А тебе, Сириус, нужно поработать над завершением атак. Ты мог бы стать отличным бойцом, но никак не решишься доводить удары до конца. На самом деле ты не причинишь Ремусу вреда. Я наложила на комнату такие защитные чары, что ты физически не сможешь этого сделать. Представляй, будто каждый поединок идёт насмерть и в любую секунду ты можешь погибнуть, иначе тебе так и будут постоянно надирать задницу.

— По собственному опыту знаешь? — съязвил Сириус, поднялся с пола и вновь принял дуэльную стойку, на этот раз вызывая Жасмин.

Кого-то сегодня вечером потянуло на мазохизм.

Жасмин тщательно подбирала слова.

— Учитывая, что я вся покрыта шрамами и всё ещё жива, — нет.

Я всегда атаковала. У меня не было возможности защищаться и уклоняться от нападения. Мне требовалось закончить бой как можно быстрее и эффективнее. Надеюсь, однажды и ты научишься не отступать в решающий момент, — ответила она и направила ему под ноги довольно мощные левитационные чары. Сириус ногами вперёд взлетел в воздух. Пока он поднимался к потолку, Жасмин трансфигурировала балки в деревянные оковы, сжавшие его лодыжки.

Сириус не пострадал, но, повиснув вниз головой в пятнадцати метрах над полом, выглядел совершенно потерянным. Его палочка осталась лежать на полу, и выбраться из ловушки он не мог.

— Чёрт возьми, что ты сделала? — спросил Джеймс, встав под лучшим другом.

Жасмин пожала плечами и принялась крутить палочку между пальцами, наблюдая, как друг пытается освободиться.

— Приковала его к потолку… Вы все превосходно сражаетесь, пока стоите на ногах, но стоит лишить вас опоры, как вы теряетесь и сразу признаёте поражение. После того как я перевернула тебя вниз головой, я ни разу не сдвинулась с места. Ты мог напасть на меня, если бы не выпустил палочку.

— Бродяга, на твоём месте я бы не дёргался. Как ты собираешься спуститься оттуда и ничего себе не сломать? — спросил Джеймс, не сводя глаз с дерева вокруг лодыжек друга, которое постепенно начинало крошиться.

Жасмин вздохнула: она не хотела, чтобы Сириус и правда пострадал. Флитвик убьёт её, если она травмирует одного из его дуэлянтов.

— Он мог бы наложить беспалочковые левитационные чары и спуститься на пол. Или просто признать поражение — тогда я бы его сняла. На дуэльном турнире его дисквалифицировали бы сразу после прикосновения к потолку, ведь тот находится за пределами помоста. Но если окажетесь в затруднительном положении, можете применить подобный приём сами. Я не удивлюсь, если какая-нибудь другая школа попробует такую тактику. Некоторые из наших соперников славятся мастерством своих дуэлянтов… — предупредила она, пока Сириус стонал наверху.

— Спусти меня! — крикнул он.

От прилившей к голове крови лицо Сириуса покраснело. Жасмин закатила глаза и наложила одно за другим несколько заклинаний, чтобы безопасно опустить его на пол.

Если честно, когда Сириус вновь оказался на ногах, его явно мутило. Ремус, похоже, подумал то же самое: он помог другу медленно сесть на пол и опустить голову между коленями. Жасмин устроилась рядом и принялась гладить Сириуса по спине, надеясь его успокоить. Она вовсе не хотела доводить его до тошноты. Вот и наглядно объяснила…

— Ты точно в порядке?

Сириус что-то пробормотал себе под нос.

— Не расслышал, Бродяга, — съязвил Джеймс, присев перед всё ещё позеленевшим другом.

Сириус простонал и смерил Джеймса взглядом, красноречиво выразившим всё, что он думает.

— Хогвартс — одна из лучших школ магического мира. Сомневаюсь, что остальные школы на турнире настолько хороши, как ты утверждаешь, Джази-Стрази.

Жасмин пожала плечами. К Сириусу постепенно возвращался нормальный цвет лица.

— Несколько десятилетий назад Хогвартс был одной из лучших школ, но за последние годы опустился в рейтинге. Теперь в верхних строчках несколько американских школ и академий Восточной Азии. Даже я не уверена, что займу первое место. Возможно, остальные участники не так… опытны в дуэлях, как я, но они будут на один-два уровня выше учеников Хогвартса.

Первую строчку рейтинга сейчас занимала школа в Японии, но на дуэльный турнир она не приехала. У её учеников нашлись дела поважнее, чем несколько часов надирать задницы европейским детям.

— Мы понятия не имеем, с кем столкнёмся, да? — спросил Джеймс у неё за спиной.

Он скрестил руки и нервно переминался с ноги на ногу, вытирая ладони о мантию. Жасмин готова была поспорить, что они вспотели. Узнать, что твоя школа не лучшая, — горькая пилюля.

— Будет трудно. Но если будете тренироваться и доводить атаки до конца, то сможете дать им достойный отпор.

По крайней мере, Жасмин на это надеялась.