Blank Slate (джен)

— Понимаю. По крайней мере, с таким количеством последователей твои союзники-чейнджлинги…

— Наши союзники-чейнджлинги, Луна, наши. Они не такие уж плохие, как ты думаешь, стоит только узнать их поближе.

— Прекрасно. Но ты можешь держать себя в копытах? Тебя трудно воспринимать всерьёз, когда ты вот так паришь, — сказала Луна, нахмурившись, пока я висела прямо перед ней вниз головой.

— Извини, после головомойки, которую мне устроили Нериида и Торакс, мне захотелось немного развеяться, — ответила я, немного сосредоточившись, прежде чем перевернуться и сесть по-нормальному.

— Похоже, голова у них на месте. Значит, теперь ты направляешься на запад?

— Таков план, хотя с таким количеством пони мы будем двигаться медленнее, чем я ожидала. Я собираюсь поручить Тораксу обучить нескольких добровольцев на случай, если армия церкви нас найдёт. Надеюсь, этого не произойдёт, но я предпочитаю быть готовой к такой возможности, — сказала я, получив от Луны одобрительный кивок.

— Я согласна с тобой, потому что сама занимаюсь тем же с Глуми и её культистами. Мы догнали те ветви, которые уже встречали раньше, и ещё одну — третью. Теперь нас почти полторы тысячи пони, но твой отвлекающий манёвр не дал церкви нас обнаружить. Судя по имеющимся у нас картам, до земель гиппогрифов нам осталось всего несколько дней пути.

— Рада слышать. Тебе удалось связаться с другими ветвями культа?

— Поскольку ко мне возвращается всё больше магии, я смогла связаться с ними. Сначала они растерялись, особенно когда решили, что я — аликорн тьмы, но после того, как я всё объяснила и они поняли, что на их стороне два аликорна, они приободрились. Судя по их численности, которую они мне назвали, вместе с твоей группой, у тебя теперь примерно двенадцать тысяч пони, — ответила Луна.

— Это очень много пони… — сказала я, удивлённо приподняв брови. А затем нахмурились и продолжила говорить: — Понадобится много кораблей, чтобы переправить их через море, и много припасов, чтобы всех прокормить.

Это было как минимум втрое больше, чем я ожидала, так что я начинала нервничать от мысли о том, что мне предстоит не только прокормить их всех, но и в итоге возглавить, когда мы наконец доберёмся до далёкого материка.

— Возможно, но если нам удастся заручиться помощью грифонов и гиппогрифов, когда мы окажемся в их землях, мы, возможно, сможем найти способ построить корабли достаточно быстро, прежде чем церковь поймёт, что мы собираемся сделать, — задумчиво сказала Луна. — Единственная проблема — убедить их помочь нам. Пони всё ещё используют меновую торговлю, а у нас мало товаров, которыми можно заплатить за их услуги.

— Возможно, есть альтернатива простой оплате, — предложила я, и Луна наклонила голову, молча ожидая, пока я продолжу. — Вместо того чтобы просто предлагать им материальные блага, попробуй узнать, не захотят ли они отправиться вместе с нами. Это не обязательно должен быть только исход пони, а поскольку их родина находится прямо рядом с землями пони, они, вероятно, тоже страдают от цикла войн.

— Это интересное предложение, даже если нам придётся построить больше кораблей, чтобы взять с собой больше сущес…

— Как насчёт того, чтобы использовать термин «народ»? Это звучит дружелюбнее, — перебила я, натянуто улыбнувшись, когда Луна бросила на меня сердитый взгляд за то, что я её прервала.

— …Больше народа. Оба вида могли бы пополнять свои запасы еды рыбой, так что нам не пришлось бы собирать слишком много дополнительных припасов, чтобы их прокормить, — закончила Луна.

— Рада, что ты согласна. Тогда, удалось ли тебе сделать какие-нибудь… О, похоже, кто-то хочет меня разбудить, — сказала я, почувствовав, как кто-то толкает меня.

— Кто-то? Это ещё одно местоимение, которое ты хочешь, чтобы я использовала? — спросила Луна, приподняв бровь, когда всё вокруг начало исчезать.

— Да, «понибудь» слишком уж привязано к виду, а «кто-то» совершенно нейтрально. Попробуй использовать его и посмотри, смогут ли остальные сделать то же са…

* * *

— Моя госпожа, прошу вас, проснитесь.

Застонав, я открыла глаза и увидела обеспокоенную Фиби, которая осторожно трясла меня за плечо. Сонно моргнув, я заметила рядом с яйцом Крикет, которая тоже выглядела встревоженной.

Мы все находились в повозке, чтобы караван мог двигаться, пока я общаюсь с Луной, — так что я осторожно приподнялась и спросила:

— Что такое, Фиби? Я всё ещё разговаривала с Луной, и почему мы остановились?

Я отметила, что повозка больше не движется, а Торакс, Нериида и Тиброн заглядывают внутрь вместе с любопытной Лунар.

— Простите, моя госпожа, я бы не стала вас будить, если бы это не было срочно. Яйцо вылупляется! — объявила Фиби.

Мы с Лунар ахнули, и я сосредоточила внимание на яйце, увидев, что оно довольно сильно подрагивает.

— О… эм… ладно. Полагаю, ты хочешь, чтобы я вышла? — спросила я, уже собираясь выбраться из повозки, но Фиби положила копыто мне на переднюю ногу, останавливая меня.

— Нет, мы хотим, чтобы вы остались. Обычно рядом с яйцом находятся родители, чтобы новорождённая нимфа могла узнать их. Но поскольку королевы Кризалис здесь нет, мы подумали, что, возможно, вы сможете заменить её. Если, конечно, вы не против, моя госпожа, — сказала Фиби.

Торакс и Нериида забирались в повозку; Тиброн тоже попытался это сделать, но Нериида выставила копыто, остановив его, и тот надулся.

— О… Я… Для меня будет честью стать его матерью… полагаю, — сказала я в полном замешательстве, поскольку не была уверена, что стану лучшим выбором на роль матери для новорождённого. В конце концов, оставался небольшой шанс, что я могу погибнуть, если мне придётся сражаться с другими аликорнами и я проиграю. — Просто я мало что знаю… Вообще-то, я ничего не знаю о том, как быть родителем.

— Не стоит об этом беспокоиться, для этого у нас и есть няньки выводка. Всё, что вам нужно делать, — кормить нимфу и уделять ей немного внимания, а обо всём остальном позаботимся мы, — сказала Крикет, подзывая меня копытом подойти ближе.

Перебравшись поближе, чтобы оказаться рядом с подрагивающим яйцом, я спросила:

— Ладно, но я буду единственным родителем или кто…

— Я буду выполнять роль отца нашего нового правителя, моя госпожа, — сказал Торакс.

Я взглянула на него: Торакс перебрался к моему левому боку и лёг на живот, и я сделала то же самое.

— Ладно… но это не делает тебя моим консортом, — сказала я, и он с недоумением посмотрел на меня. — Эй, это была не шутка! Если я не скажу этого сейчас, Лунар, скорее всего, начнёт рассказывать остальным культистам, что мы поженились!

— Эй, я бы… — начала Лунар, но тут мы услышали треск, и все замолчали, повернувшись к яйцу.

Я увидела широкую трещину на обращённой к нам стороне, которая увеличивалась с каждой секундой. Нетерпение начало охватывать меня, я подалась вперёд, и внутри меня закипало волнение, но тут кусок скорлупы отлетел прямо в меня, ударил по рогу, а слизь из яйца забрызгала мне мордочку, заставив закрыть глаза.

— А-а-а, всё у меня на мор… Фу! Оно попало мне в рот! — воскликнула я, в панике проводя копытами по мордочке, пока кто-то не промокнул мне её тряпкой.

Отплёвываясь от слизи, я открыла глаза и увидела, что это Крикет меня вытерла. Тут новый треск вернул моё внимание к яйцу, и я как раз успела увидеть, как пара крошечных копытцев пробила отверстие в скорлупе, и из яйца выползла нимфа чейнджлинга. Существо было размером с маленького жеребёнка, но, судя по тому, что я помнила из сериала, по меньшей мере вдвое крупнее обычной нимфы. Крикет провела по нему свежей тряпкой, стирая слизь. Нимфа начала открывать тёмно-синие глаза: сначала посмотрела на меня, затем на Торакса — и мне показалось, что его глаза чуть заблестели. Глядя на нимфу, я уже собиралась начать с ней сюсюкаться, но она зашипела и прыгнула вперёд, вцепившись мне в мордочку и укусив за нос.

Сдерживая желание стряхнуть с себя этого мини-лицехвата, я спросила:

— Это хороший знак или плохой?

Фиби подалась ближе, разглядывая нимфу, прежде чем улыбнулась и сказала:

— О, нимфа просто покусывает вас за нос. Это значит, что вы ей нравитесь; иначе она пыталась бы оторвать вам нос.

— О, тогда хорошо. Даже не знаю, успокаивает меня это или ужасает. В любом случае, кусай дальше, малыш, — ответила я, опешив и чувствуя к этому крошечному созданию некоторую нежность, которую нимфа смогла почувствовать, поскольку я ощутила, как энергия вытягивается из меня в неё, в то время как Фиби, а теперь и Крикет осматривали нимфу, прежде чем переглянуться и кивнуть.

Отступив, Крикет сказала:

— Я объявляю, что новая королевская нимфа — самец. У нас принц!

Все чейнджлинги, кроме Торакса, разразились радостными криками. Я даже услышала радостные возгласы снаружи повозки, перемежавшиеся несколькими испуганными вскриками пони.

«Вот почему они просто называли это королевским яйцом. Похоже, у чейнджлингов не так, как у насекомых, где королева — всегда самка», — подумала я, чувствуя, как отток энергии прекращается, когда глаза нимфы начали закрываться.

Крикет протянула копыта, магией подняла одеяло, осторожно сняла нимфу с моего носа и, завернув в одеяло, начала укачивать. Торакс шагнул вперёд, посмотрел на принца, наклонился, чтобы быстро потереться о него мордочкой, а затем отступил. Его взгляд заметался и остановился на Тиброне, который широко ему улыбался.

— Так… эм-м… у него есть имя или мне нужно придумать его? — спросила я, надеясь, что мне не придётся делать это самой, поскольку мне и прозвище придумать всегда было непросто, а нынешнее имя вообще просто само пришло по наитию.

Нериида вышла вперёд и сказала:

— Наша королева уже дала мне имена, которые можно было дать нимфе; нам оставалось лишь подождать и узнать пол. Именем нашей прежней правительницы, королевы Кризалис, я нарекаю тебя принцем Ноктуоидеа. Да будет твоё правление долгим и процветающим.

— Да здравствует принц Ноктуоидеа! — объявили все чейнджлинги в лагере, вызвав ещё больше испуганных вскриков пони, пока Лунар в замешательстве оглядывалась по сторонам.

— Лунар, иди и сообщи остальным, что у чейнджлингов есть коллективный разум, которым они могут пользоваться для мысленного общения друг с другом. Прежде чем понибудь из них начнёт паниковать или что-нибудь в этом роде, — приказала я, на что Лунар коротко кивнула и улетела.

Снова обратив внимание на принца-чейнджлинга, который теперь мирно спал на передних копытах Крикет, я спросила:

— Итак, теперь, когда у вас есть правитель-чейнджлинг, это изменит динамику наших отношений? Просто, честно говоря, я бы не хотела, чтобы маленький принц, когда подрастёт, устроил переворот просто потому, что ему скучно и он хочет поиграть в «игру», — сказала я, даже изобразив копытами кавычки в воздухе, и Нериида тихо рассмеялась.

— Не беспокойтесь, моя госпожа. Хотя это беспрецедентная для чейнджлингов ситуация — королевская нимфа без родителя, который всё ещё правит ульем, — королева Кризалис проинструктировала нас, как действовать. Вы останетесь регентом нашего улья до тех пор, пока юный принц не достигнет возраста, когда сможет принять бразды правления из ваших копыт, если решит это сделать. Так что нет необходимости беспокоиться, что принц Ноктуоидеа прикажет казнить вас, когда ему будет три или четыре года, — объяснила Нериида, и я с облегчением вздохнула.

— Приятно слышать. Не могу представить, что случилось бы, если бы он ре… Погоди. Что ты имеешь в виду под «если решит это сделать»? — спросила я, отметив формулировку Нерииды.

Пожав плечами, Нериида ответила:

— Если принц решит никогда не принимать корону короля и позволит вам править вместо него, вы останетесь регентом. Хотя тогда нам, возможно, придётся короновать вас как нашу королеву, что было бы довольно странно, поскольку не существует установленного прецедента, чтобы пони-королева правила ульем. Возможно, понадобится совершенно новый протокол, поскольку у вас нет доступа к коллективному разуму, если только мы не найдём способ предоставить вам его. В любом случае, как королевский чейнджлинг он вправе решать, хочет ли он стать королём или нет. Уже одного его присутствия достаточно, чтобы создать точку фокуса для коллективного разума, а именно это от него по-настоящему требуется.

Сглотнув, я посмотрела на Ноктуоидеа и невольно подумала: «Пожалуйста, не расти лентяем, пожалуйста, не расти лентяем, пожалуйста, умоляю тебя…»