К вечеру новость о драке на Травологии облетела замок быстрее, чем патронус. К тому моменту, как Лизи и Драко, пахнущие землей, навозом и взаимным раздражением, переступили порог горгульи, у кабинета их уже ждали.
Северус Снейп стоял, скрестив руки на груди. Его черная мантия казалась частью тени, а лицо было таким неподвижным, что казалось высеченным из гранита. Рядом с ним, переминаясь с ноги на ногу, стоял Филч с миссис Норрис на руках. Аргус выглядел так, будто Рождество наступило досрочно.
— Мистер Малфой, — голос Снейпа был лишен эмоций, и именно это пугало больше всего. — Мисс Реддл. Я полагаю, вы решили украсить теплицы профессора Стебль новым видом удобрений? Своими телами?
— Это была самооборона, сэр, — тут же встряла Лизи. — Уизли спровоцировал...
— Молчать, — Снейп даже не повернул головы. Его взгляд был прикован к шее Драко. — Мистер Малфой. Подойдите.
Драко напрягся, но шагнул вперед. Он встал перед директором, гордо вскинув подбородок, хотя Лизи чувствовала через Шов, как колотится его сердце.
Снейп протянул руку и, к ужасу Лизи, не стал творить заклинания. Он просто коснулся пальцами черного Уробороса на шее Драко. Драко вздрогнул, но не отстранился.
— Древняя магия, — тихо произнес Снейп. — Нейтральная. Замкнутый контур. — Он перевел взгляд на Лизи. — Выглядит болезненно. — Только когда он храпит, — буркнул Драко, пытаясь вернуть себе привычный тон.
Снейп проигнорировал реплику. Он отпустил шею Драко и посмотрел на Лизи. — А вы, мисс Реддл. Вы понимаете, что создали? Вы связали себя с сыном Пожирателя Смерти магией, которая древнее самого Хогвартса. Вы понимаете, что теперь каждый ваш вздох, каждая ваша эмоция отражается на нем? И наоборот.
— Я понимаю, что спасла ему жизнь, — твердо ответила Лизи. — И он спас мою. Мы квиты.
— Вы никогда не будете квиты, — Снейп прошел к своему столу, достал из ящика два флакона с мерцающей жидкостью. — Кровь Реддлов — это не просто магия. Это проклятие. Вы думаете, Том Реддл просто так отпустил вас сегодня утром? Он пришел посмотреть на зверя в зоопарке. И зверь показал ему трюк. Теперь он знает, что вы не просто сосуд. Вы — хищник. И он будет искать способ сделать вас своим.
— Пусть попробует, — прошипел Драко. — У него теперь нет доступа к моей голове. Я закрыт.
— Вы закрыты от его прямого вторжения, — Снейп поставил флаконы на стол. — Но вы открыты друг для друга. Если Реддл ударит по мисс Реддл Круциатусом... вы, мистер Малфой, почувствуете это. Но если мисс Реддл потеряет контроль над своей тьмой... вы сгорите первым.
Снейп взял один флакон и протянул его Драко. — Это «Эфирное Облачение». Вы будете пить его каждое утро. Оно создаст вокруг вашего разума дополнительный слой изоляции. Вы будете чувствовать Лизи, но её эмоции не будут бить вас под дых.
Драко взял флакон, рассматривая вязь на стекле. — А она?
Снейп взял второй флакон. Он был темнее, почти черным. — Это «Якорь Памяти». Обычный «Якорь Разума» больше не сработает. Тьма внутри неё адаптировалась. Это зелье... оно не глушит. Оно учит её мозг отличать её собственные мысли от эха Тома.
Снейп подошел к Лизи. Его черные глаза заглянули в её, и Лизи на секунду стало холодно. Директор видел всё: приют, огонь, кровь, лес. — Пейте, — приказал он. — Оба. Прямо сейчас.
Они выпили. Зелье Драко было холодным, как лед, и пахло мятой. Зелье Лизи было обжигающим, как жидкий огонь, и имело привкус пепла.
Магия ударила по Шву. Связь между ними на мгновение вспыхнула ослепительно-белым светом, а затем... приглушилась. Словно кто-то повернул ручку громкости. Лизи всё ещё чувствовала Драко, но теперь это было похоже на тихий гул за стеной, а не на крик в ухо.
— Это временно, — Снейп забрал пустые флаконы. — К выходным я сварю новую партию. И если я узнаю, что вы пропустили прием...
— Вы сварите нам ванну из болотных корней, — закончил за него Драко. — Мы поняли, директор.
— Вы ничего не поняли, — Снейп обошел стол и сел в кресло. — Сядьте. Оба.
Лизи и Драко переглянулись, но подчинились. Они сели в кресла для посетителей.
— Вы думаете, что вы — герои, — Снейп смотрел на них поверх сцепленных пальцев. — Что вы создали «семью». Вы правы. Вы создали семью. Но вы создали её на минном поле. Он перевел взгляд на Драко. — Мистер Малфой. Ваш отец знает о метке. Он знает, что Том поставил на вас клеймо. Люциус не прощает, когда его имущество помечают чужие. Он придет за вами. Не как за сыном. Как за предателем.
Драко побледнел, но ничего не сказал.
— А вы, мисс Реддл, — Снейп посмотрел на Лизи. — Вы думаете, что Золотое трио будет с вами вечно. Но Уизли уже готов вас возненавидеть. Поттер разрывается между верностью другу и верностью «сестре». А Грейнджер... Грейнджер боится. Она боится того, что вы станете тем, с чем она боролась всю жизнь. И когда станет по-настоящему страшно, они отступят. Потому что они — гриффиндорцы. Они спасают всех. А вы... вы спасаете только тех, кого считаете своими.
— Они и есть свои, — тихо сказала Лизи.
— Нет, — отрезал Снейп. — Свои — это те, кто готов стоять с тобой в Азкабане, зная, что ты можешь сжечь их дотла в любую секунду. Поттер боится вашей силы. Уизли боится вашей тьмы. Только Малфой... — Снейп усмехнулся уголком губ. — Малфой её понимает. Потому что он сам — тьма.
Директор встал, давая понять, что аудиенция окончена. — Вы свободны. Идите в свои гостиные. И держитесь подальше друг от друга хотя бы до утра. Мне нужно, чтобы ваши мозги немного проветрились от феромонов.
— Феромонов? — возмутился Драко, вставая. — Мы пахнем навозом и зельями!
— Для меня вы пахнете глупостью, — бросил Снейп, открывая дверь. — Свободны.
Они вышли в коридор. Горгулья за их спинами закрылась, отрезая их от единственного взрослого, которому, кажется, было не всё равно.
Лизи прислонилась к холодной стене. Зелье Снейпа всё ещё бурлило в венах, делая мир четким и звонким. — Он прав, — тихо сказала она. — Насчет Рона. Он смотрел на меня так, будто я монстр.
— Он идиот, — Драко тоже привалился к стене рядом. Он был бледен от разговора о отце. — Но Снейп прав и насчет моего отца. Люциус не любит, когда его игрушки ломают.
Лизи посмотрела на него. В полумраке коридора его лицо казалось высеченным из мрамора, а черная змея на шее казалась живой. — Мы вляпались, да?
Драко посмотрел на неё сверху вниз. Он медленно, очень медленно протянул руку и заправил выбившуюся прядь ей за ухо. Его пальцы задержались на её щеке. — Мы не вляпались, Лизи, — тихо сказал он. — Мы построили крепость посреди войны. Теперь нам просто нужно научиться в ней жить.
Он убрал руку и, не оглядываясь, пошел в сторону подземелий. Лизи смотрела ему вслед, пока его силуэт не растворился в темноте. Только тогда она поняла, что зелье Снейпа не только глушило связь. Оно заставляло чувствовать всё острее. И тишина в её голове сейчас казалась самой громкой вещью на свете.