Повелитель Тайн (джен)

В тёмном подземном сооружении Клейн с фонарём в руке обошёл зал, тщательно проверяя, нет ли здесь других входов. Конечно, в тоннель, ведущий к самой глубокой комнате, он входить не решился, а новые змеи снова были сметены пронизывающим холодным ветром.

Убедившись в этом, он сам отступил к воротам и вместе с тремя Зомби наблюдал, как Шэррон размещает взрывчатку в разных точках.

— Выглядит очень профессионально, — тихо заметил с восхищением Клейн.

Три Зомби, разумеется, никак не отреагировали на его размышления.

Впрочем, причина была. Клейн всё время оборачивал медный свисток Азика своей духовностью, чтобы отсечь его отрицательное влияние; иначе он наверняка получил бы их аномально пылкий «ответ».

Изначально он не собирался брать с собой этот древний изящный медный свисток, но, учитывая необходимость защититься от возможных манипуляций злого духа, ему пришлось пожертвовать частью духовности.

«То есть уже не мисс телохранительница, а мисс Шэррон сказала, что она специалист по взрывным работам, и, судя по всему, она не преувеличивала…

Может, раньше она занималась чем-то подобным? Или одна из Последовательностей её пути делает её знатоком в этой области? По сведениям, которые я читал у Ночных Стражей, есть несколько кандидатов: Последовательность 9 Преступник, Узник, Воин и Охотник, Последовательность 8 Шериф, а также Последовательность 7 „Мастер оружия“ и „Детектив“. Хех, последнего ещё зовут „сыщиком“. Это часть Церкви Бога Знаний и Мудрости… А об остальном я ничего не знаю.

Интересно, какой всё-таки Путь у мисс Шэррон? Кажется, ничего не подходит… Она даже смогла управлять Зомби…» Пока мысли Клейна блуждали и цеплялись одна за другую, Шэррон закончила устанавливать взрывчатку и между делом подожгла фитиль.

«Между делом? Подожгла фитиль? Эй-эй-эй! Почему ты не предупредила?!»

Клейн только тут очнулся от своих мыслей, вздрогнул и быстро бросился из зала в коридор.

Три Зомби спокойно последовали за ним.

— Здесь безопасно, — Шэррон внезапно возникла рядом с ним и сказала это. Клейн с облегчением выдохнул и спросил:

— Здесь будет сыпаться пыль от толчков?

— Да, — одним словом ответила Шэррон.

— Вот и хорошо, — сказал Клейн и отступил ещё на шаг.

До его ушей донеслось шипение горящего фитиля, и он слегка занервничал. Не то чтобы он боялся последующего взрыва — просто что-то всё никак не разрешалось, словно второй сапог всё не падал.

— Один, — внезапно сказала Шэррон.

— А? — Клейн не понял, что она имела в виду.

Бум!

Земля яростно содрогнулась, сверху обрушилась пыль. В ушах Клейна зазвенело, и на мгновение он перестал слышать что-либо ещё.

Не будь он Клоуном, он потерял бы равновесие и рухнул на землю.

Кхе! Кхе! Кхе!

Застигнутый врасплох и отвлёкшийся Клейн закашлялся. Он увидел, как прямо перед ним быстро падают глыбы камня и земля, в одно мгновение перекрывая вход.

Во время тряски Клейн сжимал в руке медный свисток, который вручил ему мистер Азик, и наблюдал за его поведением.

Хотя заранее Клейн провёл гадание и получил результат, что эта вылазка не опасна, он не решался доверять ему полностью, даже откровению, полученному над Серым Туманом: дело касалось статуй шести ортодоксальных богов. К тому же и само толкование могло оказаться ошибочным. Поэтому он осторожно проверял с помощью медного свистка Азика, не вырвался ли злой дух.

Поверхность медного свистка была холодной, но мягкой, без каких-либо аномальных изменений. Окончательно успокоившись, Клейн посмотрел на Зомби рядом и по их глазам подтвердил один факт: сейчас он был весь в пыли и грязи.

«Вот и хорошо. Это подходит к объяснению для старого мистера Миллета Картера… Не зря переоделся…»

Он подошёл ко входу и убедился, что тот полностью завален.

«Если не устраивать лишнего шума, в будущем туда смогут попасть только те, кто идёт по Пути Ученика, и такие Потусторонние, как мисс Шэррон. Так она действительно отсекла многих потенциальных конкурентов. Неудивительно, что это было бесплатно…»

Клейн посмотрел на валуны и землю и заметил про себя.

«Конечно, я тоже смогу. У меня есть состояние, похожее на духовное тело!»

Он мысленно добавил это с улыбкой, но выражение лица не изменилось.

— На сегодня хватит.

Клейн преувеличенно щёлкнул пальцами и спешно и перепуганно повёл трёх Зомби обратно в подвал дома. Что касается Шэррон, она уже исчезла.

В просторном подвале Миллет Картер нервно расхаживал взад-вперёд и время от времени поглядывал на тайную дверь.

Едва увидев детектива Мориарти и его помощников, он с облегчением выдохнул и тревожно спросил:

— Что там случилось?

Клейн нарочно тяжело дышал и сказал:

— Подземное сооружение слишком древнее, его давно не ремонтировали. Мы отгоняли змей, и от малейшего движения всё обрушилось. Обвалилась вся эта зона, но, к счастью, мы были рядом с дверью и успели выбраться.

— Святой Повелитель Штормов! Оно было настолько опасным? — Миллет Картер ударил себя в левую грудь.

— Да. Древних зданий, которые можно сохранить, всегда остаётся лишь немного. Всё остальное рушится в реке истории, — ответил Клейн. — Я проведу вас внутрь, чтобы вы сами убедились.

— Обвалы ещё будут? — осторожно спросил Миллет.

— Нет, этот участок довольно прочный.

Клейн нарочито стряхнул с себя пыль и дважды кашлянул. Затем он провёл нанимателя внутрь и остановился у полностью заваленного входа. Стены возле зала тоже обрушились; остались только камни и земля.

— Можете пользоваться этой частью, — сказал он, указывая на участок коридора.

Миллет несколько секунд молчал, а затем произнёс с чувством:

— Слава богу, я не стал поспешно посылать туда людей для исследования, а обратился к вам, профессионалу. Иначе мне пришлось бы нести бремя нескольких потерянных жизней.

— Хорошо, на этом поручение заканчивается. Я выплачу вам остаток награды.

Миллет Картер достал бумажник, старательно пересчитал деньги и с некоторым смущением обнаружил, что внутри оказалось всего лишь около тридцати фунтов.

— К счастью, у меня есть деньги в другой форме, иначе пришлось бы идти в банк, — пробормотал Миллет и посмотрел на Клейна. — Вы не против золотых монет?

— Я не против денег ни в какой форме, — улыбнулся Клейн.

Золотой фунт Королевства Лоэн мог существовать не только в виде крупных банкнот, но и в виде золотой монеты. Это и было обеспечением номинала бумажных денег.

Однако за последние сто лет после императора Розеля жители Северного континента всё больше привыкали к бумажным деньгам. Некоторые члены парламента даже хотели выпустить банкноты даже под медные пенни.

Золото в настоящем смысле этого слова уже почти не ходило на рынке. Лишь некоторые старые джентльмены крепили к другому концу цепочки карманных часов маленькую коробочку и держали там немного золота на случай непредвиденных обстоятельств.

Это давало им чувство спокойствия и было привычкой.

Миллет кивнул и, проследив за золотой цепочкой на своей одежде, вытащил из кармана коробочку, мерцавшую золотым светом.

Он открыл коробочку, достал пять золотых монет и вместе с уже отсчитанными банкнотами передал их детективу.

Клейн не стал скрывать своих действий: пересчитал деньги, вдруг подбросил золотую монету щелчком и ловко поймал.

— Благодарю вас за великодушие.

Клейн взглянул на обращённый вверх портрет на монете и искренне улыбнулся. Затем он прижал руку к груди и поклонился Миллету Картеру.

«Да, если бы это был другой детектив, даже после удачного обрушения входа и прохода он наверняка видел бы кошмары, вернувшись домой. Слышал бы странные звуки, его разум слабел бы, ему всё время казалось бы, что за ним наблюдают, и появились бы другие проблемы. Таково разлагающее влияние ауры злого духа. Оно исчезло бы только спустя очень долгое время. Но мы другие. Мисс Шэррон сама почти призрак. А я буду совершенно в порядке, стоит мне подняться над Серым Туманом. Что до трёх Зомби, они даже смерти не боятся, так чего им бояться?»

В хорошем настроении Клейн мысленно подшутил над собой, попрощался с Миллетом Картером и вышел.

Выйдя на улицу, он увидел, что три Зомби, даже не сообщив ему, пошли в другую сторону.

«Мисс Шэррон ушла… Она действительно не взяла с меня денег за Зомби…»

Клейн улыбнулся, поднял руку и помахал трём удаляющимся спинам.

Затем он вернулся домой, переоделся в обычную одежду и отправился в клуб «Квилег», чтобы потренироваться в стрельбе.

Заодно поужинав там в награду за успешное завершение поручения, Клейн вернулся на Минск-стрит в общественном экипаже.

Тёмную, мрачную улицу освещали газовые фонари, и Клейн неторопливо шёл по ней, постукивая тростью.

Внезапно его охватило предчувствие: не слишком хорошее, но и не плохое. «Что происходит?»

Когда Клейн поднял голову, он увидел двух констеблей с собакой на поводке. Судя по всему, они расследовали что-то на улицах.

«Расследование? С полицейской собакой? Это из-за серийных убийств? На месте убийства был запах гвоздики и крыжовника, поэтому они привлекли собаку?»

Клейн не удержался от мысленной шпильки.

История полицейских собак восходила ещё к эпохе Розеля, но их численность всегда оставалась небольшой.

Учитывая, сколько всего было при нём, а также своё прежнее предчувствие, Клейн решил дать крюк и обойти патрульных.

Но в этот момент двое полицейских заметили его и жестом велели остановиться.

Уголок рта Клейна слегка дёрнулся, но сам он не дрогнул и остался стоять на месте с улыбкой на лице.

— Обычная проверка, — сказал один из полицейских, подойдя ближе и показав удостоверение.

— Как скажете… — не успел Клейн договорить, как его фразу оборвал внезапно зарычавший полицейский пёс.

«Это из-за запаха пороха? Порох от дневной тренировки?»

Клейн мгновенно понял, что происходит. Он посмотрел на лица двух насторожившихся полицейских, у него быстро созрел план, и он с любезной улыбкой сказал:

— Дело в том, что по дороге домой я нашёл револьвер, а также подмышечную кобуру и патроны. Я как раз собирался передать находку властям.

Он медленно вынул револьвер, поднял обе руки до уровня плеч и с неизменной улыбкой добавил:

— Офицеры, я правда не ношу оружие незаконно.

Пока один констебль оставался настороже, другой принял револьвер и серьёзно сказал:

— Вы должны пройти с нами в полицейский участок.

— Хорошо, — ответил Клейн с всё не покидающей его лучезарной улыбкой, — но у меня есть просьба. Пожалуйста, сообщите моему адвокату, господину Юргену Куперу. Я соглашусь на личный обыск только в его присутствии.