На его каверзном пути через вселенные (гет)

Логи, охотник на монстров.

Так звали их нового знакомого, и он оказался таким же открытым, каким показался сначала. Юноша охотно отвечал на их ненавязчивые расспросы, позволяя Жону и Сплетнице понемногу сложить картину этого края.

Клыкастые звери, левиафаны (просто совпадение), птицевидные виверны, летающие виверны, тяжёлые виверны, рыбовидные виверны — виверны из всех форм и размеров — и ещё уйма других тварей. А над всеми ними возвышались древние драконы. В мире, где разгуливают такие великаны, человечество и впрямь кажется крошечным.

Ответом этому страшному миру стали Охотники. Люди, которые изводили себя тренировками и обучались оружию, дабы защищать свой дом, и такие люди объединялись в Гильдию. Они оттесняли монстров ради безопасности урожая, ловили и переселяли редких существ, а когда требовалось — убивали их. Ими руководила мысль о сосуществовании, а не об истреблении.

Жон признавался себе, что эта идея ему не по нутру. Для него «монстры» чаще всего означали гриммов, а путешествия по другим мирам не заставили его теплее относиться к фауне этих самых миров.

И всё же... он ясно видел, с какой гордостью Логи говорит о своём ремесле и с каким трепетом — о монстрах. С трепетом, а не с ненавистью.

Для охотника каждый монстр, с которым он сражался, это долг, вызов и честь. Это схватка с достойным противником, где мёртвые питают живых, поддерживая круговорот природы. В его доспехах были чешуя и шкуры поверженных врагов, в его оружии — их клыки и кости. Их мясо становится пиром, а память — уроком, помогающим охотнику выжить. Так, например, его сильнейший на сегодня соперник, огнедышащий тирекс по имени Анжанат, путешествовал с ним повсюду, став его бронёй и оружием.

Странноватая эта жизнь, в чём-то немного знакомая, но в куда большем — чужая. Жон, пожалуй, не отказался бы содрать шкуру с гримма Беовульфа и носить её как шапку.

— Рискну предположить, что вы межмировые путешественники и попали сюда через портал?

Что ж, ладно.

Жон и Сплетница переглянулись, затем вновь посмотрели на охотника, сидевшего на гигантском грибе. Одна беседа, и их уже раскусили. Видно, не такими уж скрытными они были.

— Такое у вас тут часто бывает? — уклончиво спросил Жон.

— Не прям часто, но случается, — с готовностью объяснил Логи. — Пару месяцев назад, к примеру, к нам повалили всякие монстры, каких мы сроду не видали, а вслед за ними объявился охотник из другого мира, называющий себя Ведьмаком. Серьёзный такой мужик. Кажется, ненавидит порталы. Ещё был монстр, «Бегемот» назывался, — Сплетница дёрнулась, — из совсем другой вселенной. Побушевал немного, пока наша ярчайшая звезда не задала ему трёпку, — он пожал плечами. — Такое у нас то затихает, то вспыхивает снова, уже целыми поколениями как. В записях Гильдии этому уделено немало внимания.

Инстинкт Жона требовал усомниться, звучало слишком уж дико. Но ведь и на Ремнанте происходили не менее безумные вещи, верно? Он и сам был тому ярким примером.

Важнее было то, что охотник перед ними воспринимал всё это как обыденность, а пример с Ведьмаком показывал: к таким, как Жон, здесь относятся без враждебности.

Спорить значило бы идти против естественных догадок охотника.

— Тогда можешь пополнить записи ещё одним инцидентом, Логи. Потому что да, мы пришли извне, — Жон выбрал сказать правду; хотя по лицу Сплетницы читалось, что ей очень хочется его придушить.

— В таком случае, помочь вам найти дорогу обратно?

И в ответ на признание незнакомцам первым делом предложили помощь.

— У нас есть выход, мы можем уйти в любой момент, — успокоил охотника Жон. — Не волнуйся, для нас это никакая не катастрофа. Мы здесь только для того, чтобы найти Раталоса.

Логи поднял руку, прерывая его:

— Насчёт этого... вы имеете в виду Раталоса из вашего мира или из моего? Я тоже его ищу, а два Раталоса в одном месте — это очень и очень плохо.

— Из твоего, — отозвалась Сплетница. Её тон чуть смягчился; раз уж Жон окончательно сорвал их прикрытие, оставалось играть по-доброму. — Это проблема? Мы не хотим никому мешать.

— Вовсе нет! — быстро возразил Логи. — Мы с напарниками всё утро прочёсывали лес в поисках его следов, и лишние руки нам только в радость. Этот прожора объедается до такой степени, что уже вредит местной фауне, так что чем скорее мы с ним разберёмся, тем лучше... — он запнулся, изучая их с лёгким сомнением. — Хотя меня тревожит, насколько плохо вы экипированы для охоты. Может, вы посидите в стороне, а я со всем разберусь?

Со стороны, пожалуй, так и выглядело. На Сплетнице было ненамного больше её костюма, сверху лишь камуфляжный плащ от Кроули. Её арбалеты прекрасно годились против людей, но даже пистолет на бедре вряд ли остановил бы кого-то покрупнее человека. Сам Жон был в обычной гражданской одежде: панацейское пончо поверх футболки и джинсов — тако не назовёшь легендарным обмундированием героя.

Однако, этот вывод не учитывал Ауру. Да и не мог учитывать — в словах охотника не было и намёка на то, что в его мире о ней знают.

Жон поднял палец, прося Логи подождать, и они со Сплетницей склонили друг к другу головы.

— Как, думаешь, он отреагирует на Ауру? Расскажем ему?

Сплетница прикусила губу, в последний раз оценивая охотника краем глаза. До сих пор она держалась в сторонке, позволяя ему вести разговор. Теперь Жон почти видел, как её мысли мчатся, соединяя тихо подмеченные детали в единую картину.

Её глаза метались — сначала лихорадочно, потом всё медленнее. Когда взгляд застыл, решение было принято.

— Нет. Он какой-то стрёмный.

Неожиданный вывод.

Жон покосился на Логи и тихо сказал:

— Почему это? По мне так, нормальный парень.

— Да? А его маска паиньки тебя не смущает? Вот это: «Ой, я такой правильный и помогаю незнакомцам, потому что мы все можем стать лю-лю-лучшими друФьями»? — она поморщила носик. — Солер — и тот был таким. Ты же не хочешь сказать, что нам вот так сразу повезло встретить ещё одного такого же.

Сплетница осеклась и посмотрела вниз на Жона. Тот уже не стоял рядом: он присел на корточки и уткнулся лицом в колени.

— Прости, что я стрёмный, — пробормотал он.

— Ох, блин.

...

...

...

— ...Бывают исключения.

Жон почувствовал, как её ладонь ободряюще похлопала его по спине. Ему стало немного легче.

— Ладно, слушай, — Сплетница наклонилась к его уху. — Признаю, шанс, что он всадит нам нож в спину, кажется... низким. Пока что он не врал, — казалось, эти слова дались ей с трудом. — Если его рассказ правдив, и Гильдия заботится о сохранении экосистемы, то, думаю, поэтому они и помогают людям возвращаться в свой мир. Тут немного альтруизма и очень много прагматизма. Большие перемены, по их мнению, не всегда к лучшему.

Значит, их вряд ли убьют или разрежут на органы из-за Ауры. Какие отличные новости!

— Тогда рассказать об Ауре безопасно? — уточнил Жон. — У этих охотников есть опыт с местными монстрами. Работать с ними безопаснее, чем действовать в одиночку. Но если всё оставить им, то мы не сможем претендовать на добычу. Я хочу, чтобы он не боялся брать нас с собой на охоту. Что думаешь?

Она снова на миг прикусила губу. Её взгляд метнулся к охотнику и обратно.

— Проблема в том, что я опираюсь только на его слова. Его доверие к организации наверняка искажает данные. У Гильдии может быть и другая сторона, о которой он не знает. Понимаешь теперь? Так что, если всё пойдёт не так, как я говорю, я не виновата, — она дождалась его кивка. — Тогда ладно. Делай как считаешь нужным, но будь начеку.

— Понял! — Жон вскочил на ноги, словно заново зарядившись энергией.

Пара вернулась к охотнику на монстров. Похоже, их перешёптывания его изрядно развлекли: он уже достал полоску вяленого мяса и жевал ту, наблюдая за ними. «Мясо динозавра?», лениво подумал Жон.

— Прости, — сказал он. — Нам нужно было кое-что обсудить. Не возражаешь, если я... — он кивнул на меч и, получив согласие, вынул его из ножен. — Смотри. В это трудно поверить, но у нас есть способы защиты, которые сравнимы с бронёй.

— Иномирные штучки-дрючки, — добавила Сплетница.

Логи ярко улыбнулся:

— О! Тогда всё сходится!

...Действительно? Нет, серьёзно?

Охотник подался вперёд, сгорая от нетерпения. Его интерес быстро сменился изумлением, когда Жон провёл лезвием по ладони, а вспыхнувшая Аура не дала появиться ране. Он показал целую руку и в ответ услышал аплодисменты.

— Вот это театр! — сказал Логи. — Какой же это будет сюрприз для любого монстра, который решит тебя цапнуть. А огонь она держит?

— Э-э... нет. То есть я проживу под ним какое-то время, но боль чувствуется в полной мере.

Логи поморщился, как и Жон. Долгая, мучительная смерть с криками звучала ровно так же неприятно, как и описывалась.

— Слабая устойчивость к стихиям, значит? Не идеально, но раз вы понимаете риск и всё равно готовы, останавливать я вас не буду, — Жон кивнул. Логи нахлобучил шлем и спрыгнул с гриба. — Тогда не будем терять времени, мальчишки и девчонки! Готовы к охоте?

— Конеч... — Жон не успел договорить. Его прервала Сплетница, у которой на уме был один вопрос:

— Кстати, как делим добычу?

— По-стандарту, — последовал мгновенный ответ. Увидев их непонимающие лица, Логи пояснил: — Гильдия назначит цену всему, что мы найдём. Полезные части делим по потребностям команды, а разницу в стоимости компенсируем деньгами зенни, которые платят за останки монстра.

— А зенни это...

— Валюта, которой пользуется большая часть известного мира. Все операции Гильдия ведёт в ней.

То есть в качестве награды шли либо местные деньги, либо... части монстров. Из них, конечно, можно сделать снаряжение, но в целом добыча в этом мире не слишком впечатляла Жона — если он, конечно, чего-то не упускал.

— А в логове монстра могут быть сокровища? Ну, не знаю, типа... клад с реликвиями, оружием и тому подобным?

Вопрос, казалось, поставил Логи в тупик. Он чуть было не почесал в затылке, но вспомнил про свой шлем на голове.

— У Кулу-Йа-Ку в гнезде, пожалуй, найдутся всякие безделушки; они любят всё блестящее. А ещё легенда гласит, что мантия Кулве Тарот покрыта оружием многих охотников, павших в погоне за ней. Кроме этого... так с ходу и не вспомню монстра с похожими повадками. За Раталосом такое точно не водится, — он заметил их разочарование и поспешил приободрить: — Если вам нужно оружие, можете потратить свою долю частей и зенни на его ковку. Наши кузнецы одни из лучших, что в Новом, что в Старом Свете.

Жон с сомнением обдумал это предложение.

— А насколько хороши, скажем, их мечи?

Кроцеа Морс всегда не помешает улучшение.

— Трудно сказать. В моей команде никто не пользуется мечами, — ответил Логи, подперев подбородок. — Но я видел, как любители длинных мечей собираются вместе, чтобы похвастаться своим мастерством. Они очень любят соревноваться, кто оставит самый глубокий след на валуне. Кузнецы на них ворчат за такое, но ни одно их творение ещё не сломалось.

Это его заинтриговало. Хоть Логи и выглядел как рыцарь из старых былин, его слова намекали, что уровень кузнечного дела здесь выше, чем на Ремнанте, по крайней мере в том, что касалось клинков. Как это соотносится с работой Андре из Асторы, было неясно, но в худшем случае можно было не улучшать Кроцеа Морс, а заказать второй комплект из меча и щита — про запас или на продажу за несколько сотен Очков, если его оценят примерно как нынешнее оружие Жона.

А ещё стоило подумать о совете, который Солер дал, казалось, целую вечность назад: найти оружие потяжелее, чтобы использовать всю возросшую силу Жона...

Жон повернулся к Сплетнице:

— Я готов на такие условия, а ты?

Сплетница посмотрела на него со скучающим видом, будто читая все его мысли о мечах. Мгновение спустя она развела руками.

— Мальчики и их игрушки. Делай как знаешь.

Жон и Логи радостно воскликнули в один голос. Охота началась!

* * *

Как самый опытный, местный охотник повёл их за собой.

Их целью было не сразиться с Раталосом, пока нет. Древний лес, его естественная среда обитания, занимал огромную территорию. Так что для начала чудовище нужно было выследить.

— Что это там, в зарослях?

— Джаграсы. Обычные хищники. Нападают из засады.

Жон положил ладонь на рукоять меча.

— Нападут?

— Только если у них будет явный численный перевес или их поведёт Великий Джаграс. На троих они не сунутся, будут держаться на расстоянии.

В тот же миг жёлтые ящериные глаза скрылись в траве. Гибкие фигуры размером с лошадь стремительно метнулись прочь.

— Видишь? Джаграсы те ещё трусишки.

— Ой! Ой! А это что? — Сплетница, временно забывшая о своём мнении насчёт Логи ради утоления любопытства, указала на основание дерева впереди.

Там резвилась стайка буроватых зверьков, похожих то ли на кроликов, то ли на ласок: гибкие, с ушками почти во всю длину тела. Они часто вставали столбиком, вытягивая шеи и осматриваясь. — А вон тот! — она показала на странного зверька в стае: его мех был розоватым, а на кончиках его ушек и хвоста мех становился ярко-красным. — Он другого цвета! Почему?

— Аха-ха, ты заметила зайца-пилота. Редкая разновидность зайца-пастуха. Возможно, на его окраску влияет более высокая температура тела.

— Насколько они опасны? — спросил Жон. — У меня с кроликами плохой опыт.

— Зайцы-пастухи безобидны, если не оставлять припасы без присмотра. Если же их напугать...

— Они набросятся на тебя с ужасными, большими, острыми зубами?

— Ха, нет. Они предпочитают удрать в любую норку, какую найдут. Из них выходят отличные питомцы, вот только поймать их — та ещё задачка. Их уши улавливают малейший шорох.

Сплетница всё равно попыталась, надеясь, что её Кольцо с дремлющим драконом заглушит звук её шагов. У неё почти получилось: зверёк выскользнул из её пальцев в последнюю секунду. Но за «почти» утешительных призов не давали — из-за провальной попытки вся стая бросилась врассыпную, и многие зверьки пробежались прямо по возмущённой девушке, растянувшейся на земле.

— Да блин. Эта кроха такая милаха, я хочу себе такую! — проворчала она, плетясь обратно к группе.

Жон лишь беспомощно пожал плечами. А чего она от него ждала? Его недавние приключения с кроликами сводились к тому, что он превращал их в отбивную (а иногда и они его, но об этом мы больше не говорим (он объявил эту тему запретной (запретной!))). С тех пор, если их не зовут Тыквенный Пит, они для него были в категории «враги», и обращаться с ними следует соответственно.

От её надутого вида его спас лёгкий тычок в руку: ничего не подозревающий Логи уже показывал на следующий интересный объект. Так их ускоренный курс природы Нового Света продолжился, без оглядки назад!

Охотник оказался ещё и отличным проводником. Логи щедро делился знаниями, и под его руководством Жон познавал Древний лес во всей его полноте. Говорят, природа щедра. Нигде это не было так верно, как здесь. Кипящая жизнью экосистема кишела ресурсами для тех, кто не боится замарать руки, и баночки с мешочками на поясе Логи неуклонно пополнялись.

Первым делом охотник указал им на неприметные зелёные травы, усеявшие всё вокруг, и отметил их целебные свойства. Можно было бы подумать о каком-нибудь женьшеневом чае, но эти травы служили основой для зелий, чья эффективность не уступала стимпакам. Логи продемонстрировал это так же, как Жон доказывал существование Ауры: сделал неглубокий порез на руке, а затем отпил немного зелёной жидкости — явно не простого чая — из фляги на поясе. Плоть и кожа Логи затянулись за несколько секунд.

Жон вырывал эти растения вместе с корнем, а заодно и синелистые травы-антидоты, росшие неподалёку. Как только он выберется из этой вселенной, Жон станет фермером.

И пчеловодом заодно.

— Осторожно. Ещё чуть-чуть... — пробормотал Логи, пока они с Жоном крались к жуку размером больше ладони взрослого мужчины. Подобравшись на нужное расстояние, охотник метнулся вперёд и на удивление бережно схватил насекомое с камня. — Есть!

Широко улыбаясь, он показал добычу Жону и Сплетнице. Жук беспомощно извивался. Золотистый, довольно красивый. Очень блестящий. Но Жон к этому моменту уже понял: для охотников на монстров внешность — дело десятое.

— А этот что делает?

— Это светожук, — сказал Логи.

В другой руке у него мелькнул нож. Сплетница тут же юркнула в сторону, оставив Жона наблюдать в одиночестве. Логи сбросил панцирь со спины жука (А-а-а, он ещё живой!), затем извлёк мешочек с вязкой золотистой жидкостью. Быстрый взмах ножа — и жук был мёртв. Его тушку Логи подбросил в воздух, где её на лету схватила пролетавшая крылатая ящерица. Тонкая ореховая скорлупка из одного из мешочков послужила контейнером для извлечённого органа.

Закончив, Логи протянул его Жону.

— Когда светожук умирает или получает сильный удар, он активирует этот орган и испускает ослепительную вспышку. Прощальный подарок тому, кто его убил. Добываешь такой орган, кладёшь в прочный футляр, который случайно не разобьётся, и у тебя готова...

Светошумовая граната. Ну, охотники здесь звали это слепящей шашкой, но суть та же: грубый аналог гранаты, что лежала у него в Кармане. Эффективность эффективностью, но главное преимущество в данном случае заключалось в предельной простоте изготовления. Не нужна была ни фабрика, ни куча химикатов — только жук, нож и контейнер. Жон решил присматривать за такими, хотя горькожуки и божьи жуки были в большем приоритете.

Горькожуки усиливали действие лекарств. Например, зелий. Божьи жуки тоже немного усиливали свойства других реагентов, но лучше всего подходили как закрепитель: они превращали жидкие зелья в порошок, который можно было распылить в воздухе, чтобы подействовать сразу на нескольких человек. Результат слабее, зато охват больше. Как бы Сплетницу ни тошнило от здешних гигантских насекомых, она практически приказала Жону наловить по полдюжины каждого вида, что им встретился. Чтобы повысить шанс поймать и самца, и самку для разведения, как она объяснила.

Чуть позже они наткнулись на рощицу растений, похожих на одуванчики. Логи сорвал несколько стеблей и протянул по одному каждому из них.

— Лекарственное? — предположила Сплетница.

Охотник покачал головой.

— Не-а, — Логи дунул, и споры взлетели в воздух. Солнечный свет, отражаясь от них, создавал переливчатое, радующее глаз мерцание. — На споропухи просто весело дуть.

Хах.

Улыбаясь, Жон поднёс стебель к лицу и выдохнул струйку воздуха. Сплетница повторила за ним. Они сорвали ещё пару цветков, и скоро небо наполнилось спорами, которые, словно стаи птиц, летели по ветру, чтобы засеять лес новой жизнью.

Иногда эстетика важнее всего. Жон и это мог как-то понять.

Первые следы Раталоса они нашли на мосту.

Точнее, это был один из корней древнего дерева: толстая жила перекинулась с одного берега медленной речушки на другой. Место, похоже, было популярным водопоем, который посещали многие звери. Однако все они толпились у берегов, так как мост был слишком высоко, чтобы дотянуться до воды. Только существо с длинной шеей и крепкой хваткой могло пить отсюда, не рискуя сорваться.

Опустившись на колено, Логи провёл рукой по бороздам на древесине. Он раздвинул пальцы, измеряя ширину, затем сложил их, имитируя когти, оставившие эти следы.

— Угу. Следы Раталоса, — заключил охотник. — Судя по виду, им несколько часов. Надеюсь, светлячки-ищейки ещё смогут ухватить запах.

Он откупорил одну из баночек на поясе. Внутри копошились крошечные (то есть нормального размера) насекомые, светившиеся зелёным. Когда их выпустили на волю, они не разлетелись, а зависли вокруг Логи, и он лёгкими взмахами направил их к царапинам от когтей.

— Светлячки-ищейки умеют запоминать запахи. Дай им немного времени, и они зафиксируют новый аромат и пойдут по его следу. Исследователи Гильдии обнаружили их десятки лет назад, когда прибыли в Новый Свет: огромные рои насекомых, которые преследовали монстров на большие расстояния. С тех пор они стали частью нашего стандартного снаряжения.

Жон наклонился, чтобы рассмотреть их поближе.

— Кажется, что-то не так. Они просто мечутся туда-сюда.

— Да... — Логи раздосадованно цокнул языком. — Проблема в лесу. Здесь столько разных запахов, что один быстро перебивается другими. Это сбивает с толку светлячков-ищеек. Думаю, лучше всего поискать поблизости следы посвежее.

— Не обязательно, — сказал Жон.

Заведя руку за спину, он достал из Кармана Обонятельный датчик. Громоздкий прибор, похожий на пистолет с длинным стволом, никак не мог поместиться на спине Жона, но раз уж его уже разоблачили как иномирного путешественника, такую странность можно было простить.

В инструкции к прибору говорилось, что изначально его создали для парфюмерной индустрии Академгорода а затем переоборудовали для военных нужд — для поимки беглецов. Принцип действия был похож на светлячков-ищеек: технологическое решение вместо биологического подхода.

Действия для использования были простыми. Жон прижал пористый наконечник датчика к следам когтей и стал наблюдать. На приборе откинулся маленький ЖК-экран, который издал тихий электронный писк. На дисплее вспыхнули цветные пятна. Одно за другим мелкие пятна исчезали, пока не остался один-единственный запах. Цель захвачена. Экран переключился на график с колеблющимися столбиками.

Жон повёл прибором по сторонам. Когда он направил его в определённую сторону, столбики взлетели вверх.

— Вот и всё. Раталос ушёл туда.

Но Логи его не слушал. Он, не отрываясь, смотрел на датчик.

— Что это такое? — прошептал он, затаив дыхание.

Жона такая реакция даже немного задела. Ауру он воспринял как забавный фокус, а тут пришёл в восторг от чуть улучшенной версии того, что и так было у него в кармане.

— Трекер запахов, раздобыл в своих странствиях.

— А есть шанс, что ты дашь нашим кузнецам на него взглянуть? — в голосе охотника звенело нетерпение.

Жон поморщился:

— Э-э-э... они могут попробовать разобраться, но, по правде говоря, я и сам не до конца понимаю, как он работает. Думаю, эта технология на годы опережает оба наших мира.

Воодушевление Логи тут же угасло.

— Эх...

— Н-но кто знает, — поспешно добавил Жон, чувствуя себя виноватым перед этим «побитым щенком». — Может, я их недооцениваю. Можем разобраться с этим позже. А сейчас — за Раталосом!

След вёл их вдоль ручья, всё дальше от лесной чащи. Спустя полчаса вид перед ними стал шире: деревья уступили место ровной каменистой земле. Жон уловил в воздухе солёный привкус и потому не удивился, когда впереди показалось синее море. Они вышли к побережью.

Над океаном летали крикливые птицы всех цветов радуги, время от времени пикируя вниз, чтобы схватить рыбу, выпрыгивающую из воды. По земле бродили смирные стада динозавров, щипавших папоротники или купавшихся в лужах морской воды, оставшихся после утреннего отлива. Горизонт в этом месте тянулся до бесконечности.

Этот дикий мир был таким... большим. Открытым. Свободным.

Жон и Сплетница некоторое время просто стояли под солнцем, наслаждаясь морским бризом.

— Красиво, правда? — спросил он её.

Она кивнула. Её голос прозвучал очень тихо:

— Ага.

Вскоре они вернулись к охоте. Следуя за трекером, их отряд наткнулся на участок взрытой земли, где Обонятельный датчик начал сходить с ума — запах, казалось, разносился во все стороны. Вокруг валялись обломанные ветви могучего дерева, а землю пересекали глубокие борозды.

— Что здесь случилось? — спросил Жон, оглядываясь.

— Драка, — ответила Сплетница.

Драка означала двух монстров. Осматривая место происшествия, Жон случайно наступил в липкое пятно слизи.

— Фу! — он присмотрелся к земле. — Эй, Сплетница, тебе не кажется, что это похоже на то, что мы находили раньше?

Одного взгляда ей хватило, чтобы подтвердить: слизь здесь и в лесу оставило одно и то же существо.

— Интересно, это Раталос её оставил или второй монстр?

— Второй, — сказал Логи. — Выделение слизи нехарактерно для вида Раталосов, — он присел, чтобы лучше изучить субстанцию. — Может быть...

Достав нож, охотник соскрёб немного слизи. Другой рукой он достал из припасов кремень. Он отвёл лезвие в сторону от группы и чиркнул кремнем по стали, высекая искры.

Больше ничего не произошло.

— Хм-м-м. Я бы подумал на Брахидиоса, но при таком варианте был бы взрыв. Их слизь настолько летуча, что воспламеняется от огня.

— Тогда кто следующий в списке? — спросила Сплетница.

— Анжанат, — Логи постучал по чешуйчатым пластинам своего доспеха. — Этот дружок любит так метить территорию. Проблема в том, что я о-о-очень много времени провёл, выслеживая их, и ни цвет тут, ни объём не совпадают. Кроме этих двоих... честно говоря, я в тупике. Мне кажется, в регион пробрался неместный монстр. Придётся доложить об этом Командиру.

— Ничего хорошего, я так понимаю, — сказал Жон.

Логи сник.

— Ух, и не говори. Инвазивные виды переворачивают местную экосистему с ног на голову и создают проблемы для всех. Пожалуй, это объясняет, почему Раталос забрел так далеко. Они территориальные звери.

— Нет, всё совсем не так, — возразила Сплетница, указывая на ветки. — Раталос пришёл сюда первым, чтобы собрать их. Для гнезда? Он отбросил несколько и выбрал те, что покрепче. Да, для гнезда. Потом явился другой монстр — его слизь вон там, на той ветке. У них была стычка, после чего оба решили отступить.

Логи задумчиво потёр подбородок.

— Строит гнездо? Но для брачного сезона Раталосов ещё слишком рано, — внезапно его лицо напряглось. — Аха-ха. Ха.

— Что такое? — спросил Жон.

— Раталос, за которым мы охотимся, это не тот, что был прежним хозяином этих мест, — объяснил Логи. — Видите ли, недавно наша ярчайшая звезда одолела альфа-Раталоса, короля этого леса, чтобы тот не вырезал всех представителей своего вида. Он стал слишком территориальным, слишком жадным, хотел заполучить всех самок-Ратиан, всю еду и всё пространство. После его смерти мы ожидали, что в регион потихоньку вернутся более слабые Раталосы. Они бы подрались между собой, установили новую иерархию, и жизнь пошла бы своим чередом. Вот только...

— Вот только это случилось прямо перед брачным сезоном, — подхватила Сплетница. — Ты говорил, что наша цель много ест. Раталосы ещё не мочат друг друга, как ты ожидал, потому что копят силы. Они выжидают, и из-за этого их конфликт совпадёт с моментом, когда у этих Раталосов начнётся брачный период.

— Да-а-а, нас ждёт та ещё заваруха, — протянул Логи. — Куча Раталосов, все на взводе и пытаются произвести впечатление на самок. Раталосы и в обычные дни склонны к дракам, а от таких «представлений» они ещё больше заведутся. Ух ты, ух ты, в ближайшие недели этот лес просто вспыхнет.

Вопреки мрачным новостям, сам парень, казалось, был в восторге от такой перспективы. Жон был готов поспорить: как только у Раталосов начнётся брачный сезон, охотники из Астеры выйдут в полном составе и устроят собственное соревнование, чтобы сократить их численность до приемлемого уровня.

Это также делало охоту на их Раталоса ещё более важной. Каждое убитое чудовище означало на одного участника меньше в грядущем кризисе (или турнире).

Именно поэтому проблемы с Обонятельным датчиком так расстраивали Жона. Он был не знаком с устройством и не мог понять его показания. Более высокие столбики должны означать более сильный сигнал, верно? Вот только сигнал казался сильным сразу в нескольких направлениях.

О, а теперь он почему-то достиг максимума... по всем направлениям...

А потом Жон впервые увидел Раталоса — алого дракона длиной с автобус от морды до хвоста — в тот же момент, когда Раталос схватил Сплетницу. Мощные взмахи крыльев уносили монстра над джунглями, а девушка безвольно висела в его когтях, свесив руки и ноги. Она напоминала зверька в лапах ястреба и молча смотрела на Жона с выражением полного недоумения на лице, будто ещё не успела осознать, что произошло.

Жон, в свою очередь, так же потрясённо смотрел ей вслед.

Раз.

Два.

Три. Он очнулся от ступора.

— О чёрт! Сплетница! Сплетни-и-ица!

Жон ринулся в лес, несясь во весь опор, дабы спасти напарницу, пока её не сожрали.